Ли Цинцю применил к душе чёрной лисы под Лин Чуанем Заклятие Пленения Души, окончательно сковав её, после чего Лин Чуань неожиданно принялся её пожирать.
Хоть это и выглядело странно, Ли Цинцю ощутил его внутреннюю жажду и потому не стал ему мешать.
Демонический Император творил бесчисленные злодеяния, и обитавший в нём дух был ему под стать.
Лишь когда душа чёрной лисы окончательно угасла, Ли Цинцю обернулся и посмотрел по сторонам.
Среди воинов Демонических Врат далеко не все были мастерами высшего уровня или первоклассными мастерами: умения подавляющего большинства лишь немного превосходили навыки обычных бойцов, и даже навалившись разом, они не могли прорвать внешнее кольцо Секты Цинсяо.
Не считая Бай Нинэра и ещё одного человека, охранявших духовную шахту, сорок четыре истинных ученика, вступивших на первый слой Сферы Вскармливания Начала, в этот миг явили всю свою мощь: в схватке один на один воины Демонических Врат совершенно не годились им в соперники.
Цзян Чжаося, Сюй Нин, Чжан Юйчунь, Ли Дунъюэ, У Маньэр, Ли Сыфэн, Ли Сыцзинь, Тринадцать Мечей Ли, Семь сынов Цинсяо, Цинь Е, Чэн Цанхай, Су Силин, Ли Ян, Чжао Линлун и другие бились плечом к плечу с истинными учениками, значительно ослабляя натиск врага.
Воины Демонических Врат лишь казались безрассудно бесстрашными: гибель Демонического Императора нанесла сокрушительный удар по их боевому духу, и они просто делали вид, что не боятся.
По мере того как погибало всё больше воинов Демонических Врат, у тех, кто шёл позади, всё сильнее убавлялось храбрости: их напор ослабевал, а шаги становились всё медленнее.
Ученики же Секты Цинсяо, напротив, дрались всё яростнее. К великой радости, они обнаружили, насколько сильна их внутренняя ци — воины Демонических Врат попросту не выдерживали её напора.
Неужели таково сокровенное искусство Секты Цинсяо?
Если упорно тренироваться и дальше, смогут ли они однажды, прямо как глава, одним ударом ладони сразить наповал того ужасающего Демонического Императора?
К тому времени как Лин Чуань дочиста поглотил душу чёрной лисы, бойцы Демонических Врат начали разбегаться. Вся длинная улица была усеяна трупами.
Ли Цинцю лишь наблюдал издали и не вмешивался, даже когда кто-то из учеников получал ранение.
Ученикам Секты Цинсяо всё равно предстояло спускаться с горы ради закалки в странствиях. Скитаясь по цзянху, ран не избежать, так пусть лучше они пройдут через испытание сейчас: пострадать под его присмотром куда лучше, чем погибнуть от чужой руки.
Постигать боевые искусства и биться в настоящем бою — вещи совершенно разные.
Бегство приспешников Демонических Врат стремительно ширилось. Ли Цинцю, словно расслышав что-то, обернулся и устремил взор на лежавшего вдалеке божественного монаха Тайхана.
Получив столь тяжкие увечья и рухнув с такой огромной высоты, этот человек умудрился не умереть.
Ли Цинцю тотчас направился к нему.
......
Лязг!
С падением прямой сабли воин Демонических Врат рухнул перед Лю Янь: маска его раскололась надвое, клинок рассёк межбровье и переносицу и распорол тело до самой груди.
Увидев, что за ним больше никого нет, Лю Янь с облегчением перевела дух.
С самого детства под опекой Лю Фаньчжоу она не знала тяжёлого труда, а убийство казалось чем-то немыслимо далёким. Отправляясь в этот поход вместе с Сектой Цинсяо, девушка думала, что отец станет её удерживать, но он, вопреки ожиданиям, поддержал её решение.
Она впервые отняла чужую жизнь, да ещё и сразила стольких подряд, однако ожидавшегося страха и ужаса так и не появилось — напротив, Лю Янь до сих пор пребывала в возбуждении.
Оглядевшись, она увидела, что и остальные воодушевлены боевым ражем — даже раненые не стонали и не плакали.
В этот миг её сердце переполнилось гордостью — не только за себя, но и за собратьев, за всю Секту Цинсяо.
Демонические Врата сильны, но что с того?
Секта Цинсяо всё равно одолела их, причём сражаясь в меньшинстве.
Улица была завалена телами — от этого зрелища стыла кровь, однако никто из учеников Секты Цинсяо не дрогнул: все взоры обратились к Ли Цинцю.
Стоило вспомнить, как Ли Цинцю одним ударом ладони сокрушил Демонического Императора, как сердца их затрепетали от восторга.
Божественный монах Тайхан, получив помощь благодаря Иглам Весеннего Возрождения и Призрачного Бессмертия Ли Цинцю, с трудом разомкнул веки и, глядя на спасителя, слабо спросил:
— Ты... кто ты?
Ли Цинцю окинул его взглядом:
— Глава Секты Цинсяо, Ли Цинцю. Твои раны стабилизированы, но взять тебя с собой мы не можем: нам нужно идти дальше, вглубь Управы провинции.
С этими словами Ли Цинцю удалился.
Божественный монах Тайхан промолчал.
Под звонкий клёкот орла Ли Цинцю взмыл на спину Сяо Ба. Божественный монах Тайхан увидел, как над ним пронеслась исполинская птица, и это зрелище запечатлелось в его памяти навечно.
— Сейчас не время для отдыха и не время собирать трофеи! Не забывайте о нашей задаче: истребить Демонические Врата нужно не только ради простого народа, но и ради будущего Секты Цинсяо!
— Всем следовать вперёд!
Чжан Юйчунь стоял на ограде усадьбы и кричал во весь голос, чтобы услышал каждый ученик.
Чэн Цанхай продолжал вести отряд. Его боевой дух был не менее высок: и могущество Ли Цинцю, и стойкость учеников наполняли его сердце гордостью.
Если Секте Цинсяо и впрямь удастся разгромить Демонические Врата и спасти Управу провинции, её грядущая слава превзойдёт любое воображение.
Какие ещё пять великих сект!
Первая секта Гучжоу скоро обретёт хозяина!
В мыслях он уже грезил о том, как Гора Цинсяо покроется резными теремами и чертогами, где не счесть числа ученикам.
Цзян Чжаося шагал во главе строя с суровым лицом, непрестанно прокручивая в голове столкновение ладоней Ли Цинцю и Демонического Императора.
Он полагал, что, достигнув шестого слоя Сферы Вскармливания Начала, сумеет безраздельно властвовать в цзянху, однако мощь Демонического Императора перевернула его представления о цзянху: против этого чудовища у него не было абсолютной уверенности в победе.
Но стоило Старшему Брату-Наставнику вмешаться, как грозный Демонический Император показался совершенно беспомощным. Насколько же огромна пропасть между ним и Старшим Братом-Наставником?
Такие же мысли были и у Сюй Нин.
В сознании Сюэ Цзиня, возглавлявшего Тринадцать Мечей Ли, тоже стоял властный образ Ли Цинцю, и в душе воина вспыхнуло страстное желание.
Он тоже жаждал стать подобным главе секты!
С разными думами ученики Секты Цинсяо продвигались вперёд. Вскоре им стали попадаться ученики храма Чаньдин и Сюаньдана: одни лежали мёртвыми прямо на улице или свисали с карнизов крыш, другие были едва живы, на последнем издыхании.
Ли Дунъюэ со своими ученицами спешили на помощь: тех, кого ещё можно было спасти, перевязывали, а возле безнадёжных не задерживались.
По пути на них изредка нападали из засады воины Демонических Врат, но благодаря своевременному отпору всё обошлось без потерь.
Следуя за Чэн Цанхаем, Секта Цинсяо подошла к просторной усадьбе.
— В ту ночь я видел, как слуги Демонических Врат согнали сюда множество детей горожан. Внутри могут быть сильные мастера, будьте начеку, —
произнёс зычным голосом Чэн Цанхай. Он не боялся потревожить укрывшихся в особняке — напротив, он даже желал заставить врага нервничать, ведь в панике легче допустить оплошность.
В этот миг с небес спустился Ли Цинцю, приземлившись прямо перед Цзян Чжаося.
Он первым подошёл к главным воротам особняка и ударом ноги вышиб створки. При виде главы ученики исполнились ещё большей уверенности и поспешили следом за ним.
Усадьба оказалась огромной, со множеством внутренних дворов. Ли Цинцю краем глаза взглянул на Лин Чуаня, и тот сразу же воспарил, после чего нырнул под землю и исчез из виду.
Ли Цинцю остался ждать на месте, а тем временем вошедшие ученики заполнили двор, отчего стало тесно.
Чжан Юйчунь подошёл к Ли Цинцю и произнёс:
— Старший брат, в этой усадьбе слишком много строений. Ученикам нельзя разделяться, иначе быть беде.
Ли Цинцю устремил взор вперёд:
— Пусть пока отдохнут здесь и ждут моих распоряжений.
Чжан Юйчунь кивнул и тотчас повернулся, чтобы передать приказ.
Подошедший следом Цзян Чжаося спросил:
— Почему кажется, будто люди Демонических Врат сквозь землю провалились?
Хотя они перебили немало воинов Демонических Врат, многие спаслись бегством, но теперь уцелевшие враги странным образом растворились без следа.
Не попадись им по пути раненые ученики Сюаньдана и храма Чаньдин, могло бы показаться, что они очутились в совершенно пустом городе.
— Будем выжидать. До наступления темноты мы покинем город. Следи за учениками, —
негромко отозвался Ли Цинцю. Действиями своих подопечных он остался доволен.
Ранее, находясь в небесах, он видел битву за городскими стенами: там действительно сошлись две армии, и подкрепление одерживало верх. С учётом того, скольких воинов Демонических Врат они уже истребили, судьба этой секты была предрешена.
Перебить воинов Демонических Врат до единого было попросту невозможно: император в любой миг мог создать новые Демонические Врата.
Ли Цинцю лишь добивался того, чтобы Демонические Врата не смогли пустить корни на землях Гучжоу.
Если они не обоснуются здесь, то уже не смогут напасть на Секту Цинсяо внезапно или пойти на неё войной.
Сейчас Ли Цинцю хотел лишь спасти как можно больше людей.
Ли Цинцю никогда не взваливал на свои плечи заботу обо всей Поднебесной. Перед этим походом он заранее отправил Чэн Цанхая на разведку и, лишь убедившись, что тот колдун-еретик не столь уж страшен, повёл учеников за собой.
Он не стал бы слепо рисковать жизнями учеников ради спасения чужих.
В его сердце Секта Цинсяо всегда стояла на первом месте.
Если безопасность секты была обеспечена, он никогда не скупился на милосердие.
Вот и сейчас, устранив потенциальную угрозу для Секты Цинсяо, Ли Цинцю был готов спасать людей — в этом заключалась одна из причин, почему он взял с собой столько учеников: для спасения людей нужны дополнительные руки.
Спустя некоторое время...
Лин Чуань вынырнул из земли, подлетел к Ли Цинцю и принялся рассказывать об увиденном, размахивая руками.
Выслушав его, Ли Цинцю переменился в лице — на нём появилось странное выражение.
Повернувшись к Чжан Юйчуню, он произнёс:
— Оставайтесь здесь и глядите в оба, чтобы вас не окружили люди Демонических Врат. Я схожу взгляну один.
С этими словами он, ведомый Лин Чуанем, миновал несколько переходов и вошёл в главный зал.
Подойдя к стене, на которой висел огромный портрет, Ли Цинцю взмахнул правой рукой — полотно отлетело в сторону, открыв потайную дверь.
Толкнув створку, он шагнул в тайный ход; Лин Чуань плыл впереди, указывая дорогу.
Надо признать, держать при себе призрака — штука на редкость удобная.
Ли Цинцю мысленно усмехнулся, но, вспомнив рассказ слуги, снова помрачнел.
Спускаясь по потайному ходу и преодолев несколько поворотов, он очутился на подземной площади, озарённой светом висевших на стенах масляных ламп.
Впереди показались глиняные чаны. С потяжелевшим лицом он подошёл ближе и увидел, что в них погружены дети — мальчики и девочки, все с закрытыми глазами и раздувшимися телами.
Лин Чуань завис в воздухе и указал рукой в сторону, приглашая Ли Цинцю подойти.
Ли Цинцю ускорил шаг. Подойдя к очередному чану, он заметил, что находившийся в нём подросток, хоть и закрыл глаза, обхватил себя руками и мелко дрожит.
Увидев это, Ли Цинцю протянул руки, окутал ладони ци и вытащил мальчика из чана с лекарственным настоем.
На вид подростку было всего лет одиннадцать-двенадцать. Он бессознательно прижался к груди Ли Цинцю, вцепившись пальцами в его одежды.
Когда Ли Цинцю влил в его тело ци, мальчик почувствовал тепло. Он медленно разомкнул веки, и в его глазах была растерянность.
Ли Цинцю не знал, какое именно снадобье налито в эти чаны, но раз столько детей погибло, а этот мальчик выжил, значит, его телосложение было необычным либо ему улыбнулась некая удачная возможность.
— Твои родители живы?
Ли Цинцю посмотрел на спасённого ребёнка и негромко спросил:
Подросток разжал пересохшие губы:
— Их... забили насмерть...
С тех пор как его приволокли сюда, Ли Цинцю был единственным, на ком не было маски злого духа, и мальчик интуитивно потянулся к нему с доверием.
— В семье ещё кто-то остался?
— Тоже... забили насмерть...
— Пойдёшь ко мне в ученики? Я дам тебе дом. Согласен?
— Согласен...
Едва вымолвив это, подросток уткнулся лицом в грудь Ли Цинцю. Тот не опасался нападения: исцеляя мальчика, он уже успел запечатать его акупунктурные точки.
Получив согласие подростка, Ли Цинцю вызвал Панель Наследия и принялся искать его портрет.
Нашёл!

Комментарии

Загрузка...