Чжан Хао то и дело повторял: старик да старик, отчего у Ли Цицюань нос набекрень свернулся от злости. Однако, видя, что Чжан Хао перепил, он поленился спорить с каким-то сопляком.
– Слышишь, Юн-цзы, старики не зря так передают из поколения в поколение, в этом наверняка есть смысл. Если я позову Дашуня, много времени не займет, так что не езди никуда.
Ли Цицюань бросил на Чжан Хао косой взгляд и снова принялся отговаривать Чжан Юна.
– Да что ты, старик, заладил, вечно у тебя куча забот, давай уже ешь спокойно, не твоего ума дело. Зятек, пошли, я хочу племяннице еще один солидный красный конверт вручить.
Опьяненный хмелем Чжан Хао чувствовал себя невероятно крутым, словно весь мир принадлежал ему одному.
– Дядя, сам видишь, Сяо Хао напился, и у меня тоже на душе неспокойно. Пожалуй, лучше я сам поеду, – произнес Чжан Юн и повернул ключ зажигания электрического трицикла.
– Гав-гав...
Стоило Ли Цицюаню попытаться возразить снова, как Тодоу, который до этого лежал на возвышении и уплетал мясо, вдруг вскочил и принялся отчаянно лаять на Чжан Юна. Не переставая лаять, пес подбежал, вцепился мертвой хваткой в штанину Ли Цицюаня и изо всех сил потащил назад.
– Ну ладно тогда, поезжай осторожней, не гони.
Поведение Тодоу заставило Ли Цицюаня вздрогнуть. Слова, которыми он собирался дальше отговаривать Чжан Юна, застряли в горле, и ему оставалось лишь дать напутствие:
– Ладно, дядя, я понял, буду аккуратен.
Чжан Юн ответил на ходу и выехал на трицикле со двора.
– Ну и старик, вечно у него заботы, даже собака не выдержала, – покачиваясь на сиденье трицикла, бросил Чжан Хао, указывая на Ли Цицюаня.
Истинному совету не внемлешь – глупца не спасешь. Видя, что Чжан Юн уехал на трицикле, Ли Цицюань почувствовал неприятный осадок на душе. Ему оставалось лишь надеяться, что в этот раз Тяньшэн ошибся.
Иначе смотреть, как молодой и крепкий парень идет навстречу смерти, а ты ничего не можешь поделать – от этой мысли Ли Цицюаню было не по себе, его снедало чувство вины.
– Цюань-гэ, чего ты сам не свой? Я тебя уже сколько раз звал, иди выпей.
Ли Цицюань, которого оттащил назад Тодоу, сидел за обеденным столом, но в голове у него царил полный кавардак. Ян Хунсы уже несколько раз звал Ли Цицюаня выпить, но тот никак не реагировал. Тогда Ян Хунсы протянул руку, легонько тронул его за плечо и спросил:
– Хай~ да ничего, просто задумался тут о кое-чем.
Ответив так, Ли Цицюань поднял рюмку и чокнулся с Ян Хунсы, но стоило алкоголю попасть в рот, как Ли Цицюань никак не мог его проглотить.
Впервые в жизни Ли Цицюань почувствовал, что водка может быть такой мерзкой на вкус, отдавая невыносимой горечью.
– Кхе-кхе...
Жидкость никак не проталкивалась в горло, и Ли Цицюань зашелся кашлем. Он резко склонил голову набок, и глоток водки фонтаном выплеснулся во двор прямо под навесом.
– Братец, с тобой что? – обеспокоенно окликнули Ли Цицюаня Ян Хунсы и остальные.
– Да ничего, просто поперхнулся. Вы пейте пока, я сейчас отойду.
Бормоча это, Ли Цицюань наугад выхватил салфетку, чтобы вытереть выступившие от кашля слезы и вино на губах.
Достав из пачки на столе сигарету, он закурил и жадно затянулся, затем потряс головой, силясь отогнать слова Тяньшэна, но дурные мысли сами собой лезли в голову.
Глядя на изобильный стол, ломившийся от сытных блюд, Ли Цицюань не чувствовал ни малейшего аппетита.
А вот Тодоу наелся до блестящего масляного подбородка: развалившись на помосте, пес умял половину свиной рульки и куриный каркас.
Ян Хунсы с товарищами ели, шутили и хохотали, вовсю наслаждаясь застольем. И только Ли Цицюань чувствовал себя как на иголках, то и дело поглядывая на экран телефона и мысленно подсчитывая, до какого места уже добрались Чжан Юн с остальными.
– Что?!
В самый разгар тревожных дум Ли Цицюаня раздался внезапный испуганный вопль Чжан Куя.
– Сяо Хао, ты что говоришь? Авария? Вы с зятем как?
Чжан Куй как раз сидел со сватами, когда неожиданно позвонил Чжан Хао и сквозь слезы сообщил об автокатастрофе. У Чжан Куя в голове мгновенно зашумело.
– Дядя, я в порядке, только вот мой зятем, мой зятем он...
Чжан Хао всхлипывал и захлебывался слезами.
Долгое время он никак не мог вымолвить, что же случилось с Чжан Юном.
– Сяо Хао, не суетись, толком объясни, что с твоим зятем? – с трудом сдерживая тревогу, спросил Чжан Куй.
– Мой зять лбом о руль ударился, у него голова пробита, столько крови вытекло! Я как его ни зову, он не отзывается, дядя, а-а-а...
Едва договорив, Чжан Хао снова зарыдал в голос.
– Бах!
Услышав это, Чжан Куй почувствовал, как в голове словно взорвалась бомба. Все перед глазами закружилось в бешеном водовороте, он откинулся назад и плашмя рухнул на пол, причем затылком угодил прямо в угол стоявшей позади низкой табуретки. Из раны тут же хлынула кровь.
– Хозяин!
– Сват!
– ...
В доме немедленно поднялся страшный переполох.
– Что происходит?
Услышав неладное, Ли Цицюань и остальные поспешили в гостиную. Увидев то, что творилось внутри, они остолбенели.
Жена Чжан Куя сидела на полу, обнимая мужа и прижимая руки к его затылку, откуда между пальцами непрерывным потоком сочилась кровь.
– Быстро возьмите полотенце, прижмите ему рану, немедленно в больницу! Чжан Цуйсинь, где Цуйсинь? Она же врач, пусть скорее едет с ними в больницу, посмотрит, нельзя ли остановить брату кровь!
Придя в себя, Ли Цицюань принялся командовать.
– А-а-а...
В этот момент из брошенного на полу телефона Чжан Куя все еще доносился плач Чжан Хао.
– Кто это? Ты кто?
Ли Цзяояо, понимая, что ничем не может помочь, лишь растерянно стоял рядом и наблюдал. Услышав плач из трубки, он торопливо подбежал, схватил телефон и крикнул:
– Я Чжан Хао, а-а...
Услышав голос незнакомца, Чжан Хао ответил и снова завыл в голос.
– Чжан Хао, ты чего? Чего ревешь?
Узнав Чжан Хао, Ли Цзяояо поспешно допытывался.
– Мы попали в аварию у кладбища на южной окраине деревни, у моего зятя столько крови вытекло, приезжайте скорее, люди, а-а-а...
Выпалив это, Чжан Хао снова залился слезами.
– Вот оно что...
Ли Цзяояо почувствовал, как у него снова зазвенело в голове.
– Братец, Чжан Юн с ними попали в аварию возле кладбища на южной окраине.
Ли Цзяояо вытащил Ли Цицюаня за руку и шепнул ему на ухо.
– Живо организуй людей выехать туда, а я пойду позову Тяньшэна, вместе поедем.
Ли Цицюаня прошиб холодный пот, и он принялся торопливо отдавать распоряжения.
Взглянув на Чжан Куя, которого общими усилиями выносили наружу, Ли Цицюань мгновенно понял, что с тем произошло. Старик наверняка услышал о беде с Чжан Юном, не выдержал удара, упал в обморок и угодил затылком в острый угол табуретки.
– До чего точно... До чего же точно! Этот человек просто страшен, до чего же страшен! Нет, нужно срочно... срочно найти Тяньшэна.
Бормотал Ли Цицюань, и губы его мелко дрожали.
Делая по три шага за раз, он вылетел из гостиной и бросился на поиски Тяньшэна, едва не падает на ходу.
Наевшийся и довольный Тодоу, увидев выбежавшего Ли Цицюаня, виляя хвостом, побежал рысцой следом за ним.
– Тяньшэн! Тяньшэн! Беда! Страшная беда приключилась!
Ли Цицюань распахнул тяжелые железные ворота усадьбы Тяньшэна и закричал еще с порога.
– Дядя, что, Чжан Юн в беде?
Тяньшэн вышел из дома и взглянул на задыхающегося Ли Цицюаня.
– Да! Нет... не только Чжан Юн, Чжан Куй тоже попал в беду!
Ли Цицюань согнулся пополам, уперевшись обеими руками в колени, а его ноги продолжали крупно дрожать.
– Чжан Куй? Какая с ним может быть беда? Сегодня утром, когда я смотрел, в его лике не было предзнаменований гибели или бедствий. Говори толком, закури сигарету, успокойся.
Услышав, что Чжан Куй тоже пострадал, Тяньшэн невольно опешил. Говоря это, он протянул Ли Цицюаню зажженную сигарету, а сам тем временем впал в задумчивость. Как такое могло случиться? Ведь утром по лицу Чжан Куя читалась лишь утрата сына, но никак не собственная гибель. Неужели он ошибся? Тяньшэн принялся мысленно допытываться самого себя.
– Я думаю, Чжан Куй узнал, что Чжан Юн попал в аварию, не удержался на ногах, упал в обморок и ударился головой о низкую табуретку на полу. Затылок пробил об угол табуретки, я сам видел, как мозги наружу потекли, боюсь, ему тоже конец.
Ли Цицюань затянулся изо всех сил, наконец немного перевел дух и вымолвил это.

Комментарии

Загрузка...