Афим поднял дробовик и направил его на человека в маске (на труп).
— Не думал, что это ты предашь организацию! — произнес Афим. — Мой прекрасный капитан.
— Хватит, Афим, — вышла вперед Хун Сюэ. — Ты ведь тоже хочешь посмотреть, как он выглядит, верно?
Хун Сюэ обратилась к отряду Афима:
— Все свободны, отойдите.
— Разойдитесь, — Афим махнул рукой.
Отряд удалился, оставив наедине только Хун Сюэ и Афима.
— Сейчас я посмотрю, как на самом деле выглядит этот человек, — Афим присел на корточки и сорвал маску.
Маска была снята.
Они переглянулись.
Афим широко раскрыл глаза.
Хун Сюэ обвела глазами пространство.
— Неужели поэтому он хотел отпустить Катюшу и того паренька... — проговорил Афим.
Хун Сюэ ничего не ответила.
Афим поднялся на ноги, бросил маску на землю и сказал Хун Сюэ:
— С остальным разбирайся сама. Этот человек — твоя возлюбленная любовь, тебе и беречь его память, провожая в последний путь.
Хун Сюэ оставила его слова без внимания.
Афим взял чемоданчик с ключом-кулоном и вышел.
Хун Сюэ присела на корточки и вернула маску на лицо мертвеца.
Затем она стянула перчатку с его левой руки.
На этой руке не хватало указательного пальца.
Она надела перчатку обратно.
Днем Хун Сюэ шла по оживленным улицам Парижа.
Арендовав машину, она бесцельно колесила по городу, пока не остановилась на светофоре.
Она подгнала автомобиль вплотную к белому кабриолету «Тойота». За рулем сидела девушка с длинными белыми волосами и в солнцезащитных очках.
Хун Сюэ произнесла:
— Я проверила. У него тоже нет одного указательного пальца.
— Понятно, — ответила белокурая девушка. — Выходит, вы не собираетесь уезжать из Парижа?
— В Китае есть старинная пословица: самое опасное место — это самое безопасное место.
— Подумать только. Изначально вся операция была спланирована идеально, но, к сожалению, теперь профессор Иванов мертв.
— То-то же, — Хун Сюэ постучала пальцами по рулю. — От Афима я слышала, что тогда какая-то девчонка с белыми волосами вмешалась и спала этого парня. Должно быть, это ты.
— Разумеется.
— Зачем ты его спасла?
— Разве нельзя?
— Если бы тот парень погиб, возможно, всё стало бы намного проще.
— Едва ли. Похоже, этот парень обладает какой-то особой способностью.
— Я тоже об этом слышала.
— Наверное, есть и другие вещи, о которых мы с тобой даже не догадываемся.
— Ладно, хватит, сейчас загорится зеленый.
Хун Сюэ сдала машину в прокат.
На обочине она купила стаканчик горячего кофе и уселась на качелях в парке, когда день уже клонился к закату.
Она тихо напевала: Сегодня холодной ночью я смотрел, как кружится снег... Одно мгновение — и в душе поселилось смутное чувство утраты, любовь незаметно растворилась в сердце, кто же поймет меня...
Эта песня называлась «Широта и долгота неба» — классическая кантонская композиция легендарной гонконгской рок-группы Beyond, фронтменом которой был покойный ныне знаменитый певец Вон Какуй.
Хун Сюэ очень любила эту песню на кантонском диалекте.
Она была написана в 1993 году, но и по сей день не утратила своего влияния.
Перед глазами Хун Сюэ возникла картина: она поет вместе с девушкой с фиолетово-красными волосами и собранной на затылке прической.
Еще раз пропев про себя слова песни, она вернулась в отель.
У входа в гостиницу она столкнулась с Афимом, который тащил в номер двух красавиц, прижимая каждую к боку.
Хун Сюэ бросила на спину Афиму взгляд, полный глубочайшего презрения, и тихо выругалась сквозь зубы.
В одной из квартир девушка с белыми волосами смотрела на ночной город за окном.
Раздался стук в дверь: стучали дважды.
Вошли двое: девушка с рыжими волосами и короткостриженый парень с ровной стрижкой, обоим было около двадцати лет.
Рыжеволосая девушка произнесла:
— Тело доктора Иванова уже отправлено в Москву.
— Хорошо, я поняла, — ответила белокурая девушка.
— Просто невероятно! — возмутилась рыжеволосая. — Это же была элементарная охранная работа, проще некуда, а мы умудрились всё испортить.
— Ничего не поделаешь, — заметил парень. — Не стоило говорить ему, что его внук тоже прилетел в Париж и отправился на Парижскую площадь.
— И куда теперь делся этот мальчишка? — обратилась рыжеволосая к девушке с белыми волосами.
Парень усмехнулся:
— Разве ты не говорила, что он тебе не нравится?
— Не твое дело! — прикрикнула на него рыжеволосая.
— Когда мы возвращаемся? — спросил парень.
— Нет, — покачала головой белокурая девушка. — Сначала летим в Дубай.
— Зачем тебе туда? — уперла руки в боки рыжеволосая. — Из-за того парня?
Девушка с белыми волосами оставила ее вопрос без ответа.
— Когда вылет? — поинтересовался парень.
— Завтра, — ответила она.
— Сдается мне, ты и вправду запала на этого малого, — бросила рыжеволосая.
Белокурая девушка обернулась и пристально посмотрела на нее.
— Исключено! — отрезала рыжеволосая.
Хун Сюэ вернулась в свой номер в отеле.
Она взяла маленькую скрипку и заиграла «Ноктюрн до-диез минор» Шопена.
Шопен, чье полное имя Фредерик Францишек Шопен (1810–1849), — знаменитый польский композитор.
Она опустила смычок и провела пальцем по трем китайским иероглифам, вырезанным на корпусе инструмента: Ли Ли и Сюэ.
Затем она посмотрела в окно.
Рыжеволосая девушка и короткостриженый парень как раз выходили из комнаты.
Надув губы, рыжеволосая проворчала:
— Говорю тебе, она точно запала на этого паренька.
— Ты слишком много надумываешь, — возразил парень.
— Какая наглость, вздумала увести у меня мужика!
— Ха-ха, — тихо рассмеялся парень и добавил: — Разве он не женился в Париже на девушке-киллере из организации G?
Рыжеволосая резко остановилась, приблизилась лицом к парню и сверкнула свирепым взглядом.
Парень покрылся холодным потом, глуповато улыбнулся и протянул:
— Да что в нем вообще хорошего?
— Он худой и красивый!
Парень продолжал олухом улыбаться, натужно вытирая лоб ладонью.
Рыжеволосая отпрянула назад, демонстративно кашлянула и произнесла:
— Дурилка, думаешь, я не знаю? Ты же в меня влюблен. Но я — не — люблю — тебя.
— Ну дай мне шанс!
— Шанс? — фыркнула она. — Мечтай дальше! — С этими словами она зашагала прочь широким шагом.
— Эй! — парень попытался ее окликнуть.
Рыжеволосая обернулась.
Парень передразнил ее тон:
— С ума сойти, он посмел увести у меня женщину! Жить надоело, не иначе!
Рыжеволосая замерла и развернулась к нему лицом.
Самолет подлетал к воздушному пространству Дубая.
Катюша разбудила Цинь Даня.
Цинь Дань потер глаза и спросил:
— Прилетели?
— Почти, — Катюша указала пальцем за окно. — Посмотри, какая красивая ночная панорама.
— Говорят, в Дубае держат дома львов, тигров и огромных гепардов в качестве домашних животных.
— Что?
— Львов держат как кошечек.
— Ха-ха, я такого не видела.
— Ты бывала раньше в Дубае?
— Бывала.
— Сколько раз?
— Много.
— Ого, — Цинь Дань прилип к стеклу, глядя на ночные огни внизу.
Они сияли, словно рассыпанные по земле звезды, особенно прекрасные посреди пустыни.
Глубокая ночь. Тусклый свет прикроватной лампы.
Афим поднялся с постели и налил себе стакан воды. Он посмотрел на двух спящих красавиц, а затем перевел взгляд на чемодан.
Подойдя к нему, он открыл защелки ключом-кулоном.
Внутри было абсолютно пусто.
Одним движением он швырнул чемодан на пол.
Раздался взрыв. Чемодан вместе с кулоном взлетел на воздух.
Обе женщины испуганно проснулись.
Афим сжал кулаки.

Комментарии

Загрузка...