Пока Хитрюга на ледяном ветру выполнял смертельно опасную миссию, обстановка в «Белом здании» накалилась до предела.
Голод – пытка куда более страшная, чем любой враг.
Он, словно невидимая рука, сжимал желудок каждой собаки, ворочаясь внутри и высасывая последние капли сил. Он, будто тысячи муравьев, впивался в кости, вызывая острую боль и невыносимое раздражение.
— Ур-р... ур-р-р...
Чей-то живот первым издал громкий, неуместный протест. Этот звук стал искрой, упавшей в бочку с порохом.
— Черт! Я сейчас сдохну с голоду!
Рыжий первым подскочил с места. Он нервно закружил на пятачке, его мощный хвост беспокойно молотил по бетонному полу с глухим стуком. Глаза налились кровью, голос охрип от слабости и злости.
— Чего Босс ждет? Что может сделать эта Тощая Обезьяна? Неужели мы, дюжина крепких кобелей, должны здесь заживо сгнить от голода?
— Вот именно! — Проревел Танк, его голос звучал как треснувший колокол. — Ждать! Ждать! Ждать! Когда этому конец придет? У меня живот уже к хребту прилип! Если так пойдет дальше, нам и Хэйсяо не понадобится – сами лапы откинем!
На морде Шрама старый рубец дергался от возбуждения, делая его еще более устрашающим. Он облизал сухие губы и выдавил хриплый рык:
— Лучше подохнуть в драке, чем так! Хоть поедим напоследок! Босс, дай команду! Пойдем в промзону и разнесем логово этого Хэйсяо! Заберем всю их еду!
— Да! Разнесем их!
— Заберем еду!
— Вперед!
Толпа мгновенно завелась. Ярость от унижения и муки голода вырвались наружу первобытным, диким порывом. Глаза псов налились багрянцем, из глоток вырывалось жаждущее крови рычание. Весь негатив, копившийся целый день, готов был прорвать плотину «терпения», установленную Линь Фанем.
— Всем притихнуть!
А-Хэй резко выступил вперед, преградив путь возбужденным сородичам своей мощной черной тенью. Его голос был громовым и властным, в нем звенел металл приказа.
— Вы что, с катушек съехали? Забыли приказы Босса? Кто вам позволил здесь горланить! — А-Хэй ледяным взглядом обвел Рыжего, Танка и Шрама. — Думаете, Босс не голоден? Он печется о нас всех! Идти без плана – значит идти на убой! Хотите сдохнуть – не тащите за собой остальных!
Будучи доверенным лицом Линь Фаня, А-Хэй пользовался в стае огромным авторитетом. Его окрик заставил псов на мгновение замолчать, но недовольство продолжало витать в воздухе, словно густой туман.
Рыжий, выпятив грудь, недовольно буркнул:
— А-Хэй! Мы уважаем тебя как помощника Босса, но чтобы выполнять планы, нужно сначала брюхо набить! У нас сил стоять скоро не останется, какая уж тут месть?
— Верно! Нам просто нужно пожрать! — Поддержал Танк.
В этот момент сверху донесся холодный, бесстрастный голос.
— О как? Пожрать, значит?
Линь Фань уже стоял на ногах, глядя на них сверху вниз. Его взгляд был спокойным, как вечный лед.
Под этим взглядом псы невольно втянули головы в плечи, и недавний жар споров мгновенно остыл.
— Раз у вас столько сил на крики, значит, не так уж вы и голодны. — Голос Линь Фаня был лишен эмоций, но каждое слово впивалось в сознание псов, как сосулька.
Он медленно спустился вниз. Его походка была неторопливой, но от него исходило такое давление, что собакам стало трудно дышать.
Он подошел к Рыжему и замер, слегка склонив голову.
— Ты голоден?
— Я... Босс... — Рыжий под этим взглядом совсем сник, его спесь улетучилась.
Линь Фань перевел взор на Танка и Шрама:
— И вы тоже проголодались?
Два свирепых бойца теперь напоминали нашкодивших щенков – они опустили головы, не смея поднять глаз.
Линь Фань окинул взором всю стаю, отмечая на каждой морде смесь раздражения, жажды и страха.
Он понимал, что просто давить бесполезно. Голод – это инстинкт, его не победить одной лишь силой воли. Эти псы хоть и безрассудны, но они – его главный инструмент. А инструмент нужно смазывать.
— Я понимаю ваш голод, — голос Линь Фаня внезапно смягчился. — И я знаю, что ждать невыносимо.
Услышав это, собаки удивленно вскинули головы.
— Но, — тон Линь Фаня снова стал резким, — вы должны зарубить себе на носу! Мы – единое целое! Любая самодеятельность и нарушение дисциплины могут погубить всю стаю! Вы хотите из-за своей минутной слабости подставить под удар всех братьев?
После этих слов псы сконфуженно переглянулись и пристыженно смолкли.
Видя, что почва подготовлена, Линь Фань наконец пошел на уступку.
— Хотите найти еду? Ладно.
Эти слова заставили глаза псов вспыхнуть, хвосты невольно заходили ходуном.
— Но только по моим правилам! — Голос Линь Фаня взлетел, наполняясь непререкаемой властью.
— Первое! Действуем группами! А-Хэй, Рыжий, Танк, Шрам – каждый берет по отряду! Поодиночке не ходить!
— Второе! Делим территорию! А-Хэй идет на восток, Рыжий – на юг, Танк – на запад, Шрам – на север! Категорически запрещено соваться в промзону, где мы были днем, и вообще в любые места, где могут быть чужие стаи! Ясно?
— Третье! Цель – не драка, а корм! Ищите помойки, ловите крыс, подбирайте обедки! В любой ситуации избегайте конфликтов! Если грозит опасность – немедленно отступайте и подавайте сигнал о помощи!
— И последнее, самое важное! — Взгляд Линь Фаня стал ледяным. — Все должны вернуться в «Белое здание» до рассвета! Тот, кто опоздает или притащит за собой хвост проблем, будет сам отвечать за последствия!
— Всем всё ясно?!
— Так точно! — Хором гавкнули псы, и их голоса эхом разнеслись по заброшенному зданию.
— Хорошо! — Линь Фань удовлетворенно кивнул. — Помните: мне нужны воины, способные побеждать, а не дохлые трусы или тупицы, ищущие неприятностей!
Он резко махнул передней лапой.
— Выполнять!
По этой команде голод, копившийся в собаках, превратился в чистую энергию. Семнадцать теней, ведомые своими капитанами, сорвались с места и вылетели из выходов «Белого здания», мгновенно растворившись во тьме ночи.
Они были словно выпущенные из клетки клыки, ведомые первобытной жаждой пищи, набросившиеся на спящий город.

Комментарии

Загрузка...