Обменявшись с отцом парой слов, Цзэн Аньмин всё прояснил, и недоразумение разрешилось.
— Раз уж ты здесь по делу, заходи. Ан Шии внутри, — отец перевёл взгляд на соседнее окно. Пожалуй, даже у такого толстокожего человека, как он, не хватило бы совести не смутиться, столкнувшись с сыном в подобном месте.
— Ладно, — Цзэн Аньмин собирался было спросить, что отец вообще здесь забыл, но сообразил, что вопрос получится излишним, и благоразумно промолчал.
— Госпожа Шии? — остановившись у ширмы, Цзэн Аньмин одёрнул одежду и принял серьёзный вид. В каждом его жесте сквозила стать государственного чиновника.
*Вжух.* Висящие рядом вертикальные занавески качнулись, и из-за них неторопливо вышла фигура. Едва она появилась, комнату окутал неуловимый цветочный аромат — густой, пьянящий и совсем неотразимый.
Судя по наряду, на ней была блузка из нежно-белого жасминового шёлка-тумана и волочащаяся по полу юбка с вышитыми белыми сливами, которая клубилась у ног, словно дымка. Перехваченная мягким шёлковым поясом, она поражала воображение своей красотой, напоминая сошедшую с небес небожительницу. Лицо её дышало невинностью и напоминало о первой любви, подсознательно вытесняя любые мирские помыслы у каждого, кто на неё смотрел.
Она поистине оправдывала звание искусной куртизанки — уж она-то знала, как себя подать. Какой разительный контракт по сравнению с девицами внизу, которые наперебой наряжались в самые откровенные платья, смертельно боясь, что кто-то не догадается о ремесле, которым они торгуют.
— Приветствую вас, господин, — сказала Ан Шии, поджав губы с поистине изысканным и благородным достоинством.
Цзэн Аньмин спокойно кивнул: — Не нужно нервничать. Я просто задам пара вопросов и сразу уйду.
Голос его звучал ровно, движения были выверены, и даже при виде Ан Шии взгляд оставался суровым.
Ан Шии моргнула и посмотрела на Цзэн Аньмина с предельной серьёзностью: — Задавайте свои вопросы, господин. Её голос успокаивал, напоминая журчание ручейка.
— Скажи-ка: три месяца назад, семнадцатого числа восьмого месяца, не искал ли тебя Шэнь Цзюнь, сын Цзинь Тайпина? — спросил Цзэн Аньминь с серьезным выражением лица.
Цзинь Тайпин слыл первым торговым магнатом Цзяннаня, а Шэнь Цзюнь давно снискал дурную славу завсегдатая увеселительных заведений, не жалевшего денег на продажную любовь.
— Шэнь Цзюнь... — тонкие брови Ан Шии чуть сошлись на переносице, а в глазах промелькнуло напряжение памяти. Мгновение спустя она медленно подняла голову и кивнула в знак подтверждения: — Приходил. Если мне не изменяет память, он явился в конце часа кролика и был страшно взволнован.
В глазах Цзэн Аньмина мелькнул острый блеск. Он какое-то время пристально смотрел на Ан Шии, а затем спросил: — С чего это ты так отчетливо всё помнишь?
Подозрительно, что она с такой чёткостью — вплоть до часа — помнит событие трёхмесячной давности. Слишком похоже на сговор.
Ан Шии опустила голову: — В тот час я ещё спала, и госпожа Юнь меня спешно разбудила. Господин Шэнь был довольно нетерпелив... — на этом моменте она поджала губы, и голос её упал до шёпота. — По этой причине я запомнила это чуть лучше.
Выслушав всё от начала до конца, Цзэн Аньмин всё понял. Ах вот оно что! Тогда никаких вопросов. Тот парень кипятился, потому что его только что подразнили, к тому же Шэнь Цзюню исполнилось всего семнадцать. Вдобавок он был навеселе. Для молодого человека в самом соку вполне обычно пылать жаром и возбуждаться с пол-оборота.
Всё сходилось.
Щеки Цзэн Аньмина слегка покраснели. Он откашлялся и уже собирался задать следующий вопрос, как вдруг замер. Выждав долгую паузу, он помрачнел: — До моего прихода кто-нибудь ещё расспрашивал тебя о Шэнь Цзюне?
— Нет, — Ан Шии ошарашенно подняла голову, а затем добавила встречный вопрос: — Разве господин Шэнь совершил преступление?
Цзэн Аньмин промолчал. Вместо этого он сузил глаза, вспоминая лицо Сюй Юньфэна — правого главного секретаря Департамента надзора.
С Сюй Юньфэном явно что-то было не так. Очевидно же, что этот человек толком и не расследовал дело. Иначе как он мог не явиться в Императорское музыкальное ведомство, чтобы допросить Ан Шии?
Брови Цзэн Аньмина сошлись на переносице.
— Господин? — Ан Шии вскинула голову, украдкой разглядывая Цзэн Аньмина сквозь пряди чёлки.
Цзэн Аньмин бросил на неё взгляд и поймал её глаза. Сделав вид, будто её застали за смущающим делом, Ан Шии тут же потупилась, точно провинившаяся девчонка.
— Мм, теперь мне всё ясно, — медленно кивнул Цзэн Аньмин. Больше расспрашивать было не о чем. Он почти полностью исключил Шэнь Цзюня из числа подозреваемых в убийстве своей тетушки, переключив львиную долю внимания на правого главного секретаря Сюй Юньфэна.
Едва он повернулся, как заметил неподалёку недовольное выражение на лице отца.
— Тогда не смею больше нарушать ваш досуг, — Цзэн Аньмин выразительно приподнял бровь, глядя на отца.
Отец остался сидеть с каменным лицом.
— Хорошенько вам отдохнуть и повеселиться, — оскалившись в ехидной улыбке, бросил Цзэн Аньмин. Выйдя за порог, он даже услужливо прикрыл за отцом дверь.
Стоило двери закрыться, как в комнате воцарилась полная тишина. Отец сидел с бесстрастным лицом, но в его глазах при взгляде на Ан Шии мелькнул холодный, острый блеск.
— У вашей светлости есть ещё вопросы? — предельно учтиво осведомилась Ан Шии.
Отец ответил бесстрастным тоном, в котором не читалось ни радости, ни гнева: —...
Оказавшись за дверью, Цзэн Аньмин обернулся и посмотрел на Дачуня, который уже добрую минуту отрешенно пялился в пространство.
— Пошли, — нахмурившись, бросил Цзэн Аньмин, толкнув Дачуня в плечо, и зашагал вниз по лестнице. — Ты о чём вообще думаешь?
Свойственным ему «проницательным» взглядом Дачунь наивно хлопал глазами: — Молодой господин, а что вы с хозяином... Делали там с этой женщиной?
Какого чёрта?! Цзэн Аньмин и представить не мог, что у Дачуня такая дикая фантазия.
В следующий миг его лицо залила краска. Он чуть ли не подпрыгнул и отвесил Дачуню смачный подзатыльник!
*Хлёсь!*.
*Ццц.* Башка у этого парня оказалась на редкость крепкой. Подавив нервное подёргивание века, Цзэн Аньмин проворчал: — Не болтай ерунды! С чего бы моему бате быть внутри?! То был вовсе не он.
— А... — Дачунь моргнул, а затем потянулся толкнуть дверь со словами: — Разве я не то видел?..
— Живо пошли! — Цзэн Аньмин схватил слугу за рукав и потащил вниз.
Департамент надзора.
Спешившись, Цзэн Аньмин неторопливо вошёл в ведомство. Веки его были опущены, а персиковые глаза выдавали глубокую задумчивость.
*Вжух-х-х!!!* Неподалёку раздался резкий свист рассекающего воздух предмета.
Цзэн Аньмин инстинктивно вскинул голову и заметил, как со страшной скоростью стрела летит прячми в сторону тира.
*Бах!!!* Снаряд вонзился точно в яблочко, отчего оперение стрелы заходило мелкой дрожью.
Какая безупречная стрельба из лука! Прежде чем Цзэн Аньмин успел озвучить похвалу, мишень разлетелась в щепки!
Черт побери! Это что, мать его, ружье?! Цзэн Аньмин остолбенел. В прошлой жизни подобную разрушительную мощь он видел разве что у крупнокалиберной снайперской винтовки Барретта! Разве человек способен выпустить такую стрелу?!
— Восхитительная стрельба, командор!!! — раздался неподалёку чей-то восторженный крик.
Неподалёку самодовольно ухмылялся Ван Дели, командор Департамента надзора. Громко колотя себя в грудь со звуком *бум-бум*, он хвастался: — Да это пустяки! Приложи я всю силу, эта стрела не просто разнесла бы мишень — она бы и стену позади неё пробила насквозь!
— Ты какого чёрта лыбишься?! Смотри у меня, а то пущу стрелу прямо в постель твоей жене!
Услышав это, Цзэн Аньмин невольно скривился. Неудивительно, что его отец на дух не переносите подобных грубых вояк.
— О? Молодой господин Цзэн?! Уже вернулись с расследования? — заметив его, Ван Дели широкой рысцой подбежал ближе, расплывшись в угодливой улыбке.
Цзэн Аньмин не держал на него зла. Он лишь улыбнулся и ответил: — Дело было раскрыто. Я заходил в Императорское музыкальное ведомство, чтобы раздобыть у куртизанки Шии кое-какие зацепки.
— Куртизанка Шии? — при этих словах глаза Ван Дели загорелись. Он расплылся в очень похабной ухмылке. — Мне посчастливилось поиметь её пару лет назад. Тск-тск, ну и нежная же она была!
Вояка до мозга костей — его мысли были заняты вовсе не расследованием.
Губы Цзэн Аньмина дрогнули в усмешке. Похоже, этот вояка и его батя — два сапога пара!

Комментарии

Загрузка...