Европейцы, казалось, все до единого владели как минимум двумя языками. Английский находился под сильным влиянием немецкого, и многие немцы свободно изъяснялись на нём, особенно молодёжь.
Никто из четырёх путешественников не владел немецким, но общение на английском не составляло ни малейшей проблемы.
По прибытии в Берлин все четверо осторожно воздерживались от обсуждения немецких порядков в публичных местах. Берлин поразил их еще одной диковинкой: на площадях и у правительственных зданий каждого города реяли флаги со свастикой – красные полотнища с белым кругом и черным символом посередине. На площадях обычно выстраивались десятки, а то и сотни флагштоков, и полощущиеся на ветру алые знамена производили мощнейший визуальный эффект, несомненно являясь образцом эффективной и насаждаемой идеологии.
Семья Кеннеди была потрясена подобным форматом самовыражения, решив, что Америке до такого далеко!
***
─ Но в Америке такое никогда не появится, ─ заявил Джек.
─ Не появится? ─ И подумать только, что спустя десятилетия какой-то дед с шевелюрой цвета блонд станет президентом...
Она могла бы заблаговременно устранить семейство этого человека, ведь Трампы пока оставались лишь заурядным семейством мелких толстосумов.
─ Американская политическая система строится не на культе личности, а на отлаженной системе парламентских институтов всех уровней, ─ возразил Джо.
─ В этом и заключается разница между двумя странами. ─ Перед Сиршей лежала стопка фотографий – Лем только что забрал пленки, отданные на проявку несколько дней назад. За всю дорогу они отсняли около пятидесяти катушек, и в фотолаборатории целыми днями только и делали, что печатали их снимки.
Сирша отобрала несколько кадров с изображением тех самых флагов, под которыми стояли суровые полицейские.
Они также заглянули в Мюнхене в знаменитую пивную, где когда-то Гитлер предпринял неудачную попытку государственного переворота – авантюру, которая парадоксальным образом лишь проложила ему путь к власти, чего тогда не мог предвидеть ни один из участников тех событий.
Она также приобрела немецкое издание «Моей борьбы» – эту «новую библию», экземпляры которой, по слухам, были у каждого эсэсовца. Девушка решила ознакомиться с ней лично, чтобы глубже понять ход мыслей этого безумного милитариста. Незнание немецкого не помеха – по возвращении в штат можно нанять переводчика, а богатый папаша наверняка оплатит его услуги.
Затем они завели разговор о различиях между немецким, французским, итальянским и английским языками. Немецкий – резкий и чеканный, французский – мягкий, итальянский – быстрый, словно клюющие зерна цыплята, а английский – простой и понятный.
Что до европейских языков в целом, молодые люди сошлись во мнении: звучит красиво, но учить их не тянет.
***
Олимпийские сборные прибывали одна за другой, и на улицах Берлина становилось все оживленнее. В эти дни подтягивались и многочисленные туристы, демонстрируя гостеприимный настрой немецкой столицы, горяче приветствующей потребителей.
На днях Сирша вместе с сыновьями Кеннеди осмотрела спортивные арены. Они забронировали билеты на выступления американской сборной по парусному спорту, конному спорту, стрельбе и другим дисциплинам.
Заговорив об Олимпиаде, нельзя было не вспомнить предыдущие Игры в Лос-Анджелесе. 1932 год пришелся на самый разгар Великой депрессии, когда экономика всего мира трещала по швам, поэтому участников на соревнованиях собралось немного – многие иностранные спортсмены попросту не смогли наскрести денег на дорогу и были вынуждены с горечью отказаться от поездки.
Кому как не атлету Джо-младшему было понимать, какой это тяжелый удар – упустить шанс выступить на соревнованиях! Большинство видов спорта держались на молодости и силах, и пропуск одной Олимпиады означал потерю четырех лет.
─ А ты? Ты играешь на позиции квотербека за «Кримсон», и после выпуска у тебя больше не будет возможности участвовать в этих матчах. Тебе будет грустно?
Джо опешил: никто и никогда не задавал ему подобных вопросов. Отец поощрял его участие в университетской команде, но вместе с тем воспринимал как должное, что после окончания учебы американский футбол перестанет занимать какое-либо место в жизни сына.
Сирша заботилась о его чувствах куда больше собственного отца.
─ Грустно... Наверное, да, ─ честно признался он. ─ Я пока не представляю свою жизнь без футбола... Что будет дальше, у меня появится столько свободного времени.
─ Никаких тренировок и спортзала?
─ Спортивного зала?
─ Ну да. ─ Тебе ведь нужно поддерживать себя в форме, дорогой Джо!
─ Не знаю, пожалуй, буду ходить. ─ Ему нравилось ощущение истомы и капли пота, стекающие в спортзале. Когда ежедневные изнуряющие тренировки входят в привычку, бросить их уже не так-то просто.
Сирша осталась довольна. ─ Вот и отлично.
Ой? Что она имела в виду? Она хочет, чтобы он не забрасывал тренировки? Чтобы сохранял атлетическую фигуру?
Что ж, в таком случае он вполне может исполнить ее желание.
***
Не имея возможности вклиниться в их беседу, Джек почувствовал укол ревности: «Сеси! Я ведь тебе тоже брат!»
Но... только ли «брат»?
Он бросил взгляд на собственные тощие руки и ноги под рукавами пиджака и с досадой понял, что по части физической формы похвастаться ему абсолютно нечем!
У Джо все прекрасно, и даже Сеси больше тянется к нему – до чего же завидно.
Джек твердо решил заняться собой, и начать хотя бы с... бега! Впрочем, отложить это придется до возвращения в Америку.
***
Проведя в Берлине целую неделю, они наконец дождались прибытия остального семейства Кеннеди.
Старый Джо с сияющей улыбкой встречал у трапа своего старшего отпрыска, переполненный отцовской гордостью: «Только посмотрите! Это мой любимый сын, первенец. До чего же он хорош собой! Рослый, статный, красавец – мой мальчик ни в чем не уступает сынишкам Рузвельта!»
─ Отец, ─ Джо-младший приподнял федору и почтительно приветствовал родителя.
─ Ну как? Поездка удалась? ─ участливо поинтересовался Старый Джо.
─ Весьма познавательно.
─ Вот и замечачно.
Роуз спустилась следом. Она вынашивала этого ребенка больше девяти долгих месяцев – тогда в ее сердце еще жила любовь, а душа была полна светлых надежд на его появление на свет. И мальчик не обманул ее ожиданий, выросши
во всеобщего любимца, став очаровательным юношей.
Дети были продолжением ее жизни, ее гордостью. Ради одного лишь Джо-младшего она никогда не решилась бы разрушить свой брак.
─ Джо, ─ нежно позвала она сына.
─ Мама, как ты долетела?
─ Прекрасно, просто великолепно.
Следом за родителями из самолета посыпались остальные братья и сестры. Малыш Тед семенил позади Бобби, торопливо догоняя старшего брата.
─ Брат! ─ окликнул он.
Джо наклонился и без труда подхватил мальчика на руки.
─ Я так скучал, Джо.
─ И я по тебе, Тед.
─ Я уснул в самолете, а потом еще и на пароходе спал, долго-долго. На корабле здорово, только мама не разрешала мне вечно бегать на палубу. ─ Четырехлетний Тед изъяснялся на редкость четко.
─ Он вечно куда-то несется! ─ вмешалась Юнис. ─ Совсем не слушается!
Джо перевел взгляд на малыша: ─ Это правда, Тед?
Тед широко раскинул руки и с преувеличением заявил: ─ Корабль вот такой огромный! Мне же надо было посмотреть, что там есть.
─ Тед, куда бы ты ни шел, всегда будь осторожен.
─ Я знаю, братик.
─ Джо! ─ Роузмери и Кик по очереди подбежали поздороваться.
Вся шумная семейство разместилось в нескольких автомобилях и направилось в отель «Адлон».
***
Роуз была всецело поглощена старшими сыновьями, делая вид, будто не замечает Сиршу. Старый Джо также изображал, будто все идет своим чередом, и после ужина навестил другую дочь.
Переполненный самодовольством и гордостью, он объявил: ─ Дорогая Сирша! Я хочу лично сообщить тебе потрясающую новость: меня назначают послом в Великобритании!
Браво! Бурные аплодисменты!
Сирша искренне порадовалась за «папашу»: ─ Потрясающе, папа!
Ха-ха! Выходит, он и впрямь сумел «купить» посольскую должность за деньги!
И в подтверждение ее догадок Старый Джо принялся сетовать на баснословную стоимость этого назначения, тут же добавляя, что траты не вышли за рамки его бюджета и вполне себя оправдали. В конце концов, дело было не в сумме, а в том, что отныне клан Кеннеди поднимается на совершенно новый уровень!
─ Раньше в нашей семье никто не занимался политикой, ─ с пафосом вещал он. ─ Твой дед скончался слишком рано, и поддерживать связи с теми людьми мне приходится с большим трудом. А старый Фитц... Он отец Роуз, и стоило ему узнать о твоей истории, как он прибежал отчитывать меня. Какая наглость.
─ Папа, прости, это из-за меня у тебя столько хлопот, ─ виновато произнесла Сирша.
Он отмахнулся: ─ Со старым Фитцем я разберусь, не переживай.
─ Папа на посту посла будет иметь невероятный успех! ─ восторженно воскликнула Сирша.
─ Разумеется! ─ самодовольно ухмыльнулся тот.
Затем он посмотрел на нее: ─ Но, боюсь, взять тебя с собой в Англию я не смогу.
Ого, да это же прекрасная новость!
Она изобразила понимание: ─ Ничего страшного, папа, я останусь в Штатах.
─ Впрочем, в Лондон отправятся тоже не все. Джо и Джек остаются в Америке, им нужно продолжать учебу в Гарварде.
Тоже верно. Хотя в Англии полно престижных вузов вроде Оксфорда и Кембриджа, учитывая состояние мистера Кеннеди и его статус американского посла, перевестись туда не составило бы труда. Но Старый Джо, судя по всему, искренне верил, что только американские элитные университеты способны выковать из его мальчиков достойных людей.
***
Джо и Джек гордились отцом: посол в Великобритании! И это потомки ирландских иммигрантов! Поистине умопомрачительно! Сколько бы ни стоило это место, Рузвельт и впрямь назначил ирландца послом – судя по всему, президент любил подбросить огоньку.
Официальное объявление должно было состояться в конце июля, а в конце августа посол Кеннеди собирался отбыть в Лондон, так что парни успевали перебраться туда как раз к началу осеннего семестра.
Джо и Джек оставались в Штатах: Джо переходил на третий курс, а Джек – на первый.
─ Сеси мы с собой не берем? ─ вполголоса поинтересовался Джек у брата.
─ Нельзя.
─ То есть в Америке остаемся мы втроем?
Джо подозрительно уставился на него.
Джек принял невинный вид: ─ Я к тому, что теперь на нас лежит ответственность за Сеси.
─ Заботиться о Сеси – моя обязанность, и тебя она не касается.
Джек скорчил гримасу и предпочел замолчать.
***
Сохранявший статус частного лица Старый Джо вел себя в Германии тихо, проводя время исключительно с женой и детьми, изредка выбираясь на балы в отель «Адлон». Четверо старших наследников сопровождали родителей на одном из таких вечеров, тотчас привлекая всеобщее внимание: пусть мистер Кеннеди порой простоват, но дети у него просто загляденье!
Юноши в строгих черных фраках, белоснежных рубашках и с бабочками выглядели статно и элегантно, а девушки в воздушных платьях пленяли всех своей изящной красотой.
Любуясь отпрысками, Старый Джо преисполнился отцовской гордости: а ведь у него есть еще одна дочь, куда красивее остальных!
Его грызла совесть за то, что он не может признать Сиршу официально. По своему обыкновению он решил компенсировать это деньгами, тем более что Джо-младший как раз передал совет Сирши прикупить золотой запас.
Денежные средства Старого Джо исчислялись астрономическими суммами; львиная доля его инвестиционного дохода приходилась на фондовый рынок и спекулятивные сделки с недвижимостью, тогда как фьючерсами он почти не занимался. Скупая дома и участки оптом, он исходил из того, что рынок недвижимости будет только расти, а в реальный сектор вкладывался редко, считая хлопотным управлять предприятиями лично.
Запастись золотом?
<вообще говоря, идея здравая. Золото всегда в цене, особенно в военное время. Начнется ли новая война в Европе, его волновало мало, но подстраховаться на случай конфликта стоило – в конце концов, это выгодное вложение.>
Он тут же позвонил в Нью-Йорк, отдав распоряжение приобрести десять тонн золота через банк. Ведущие американские банки торговали драгоценным металлом открыто, а у такого богача, как он, вопросы бы не возникли.
Десять тонн золота обошлись примерно в одиннадцать с половиной миллионов долларов.
Он велел юристам оформить этот металл в виде восьми трастовых фондов: по одной тонне на каждого из семи законнорожденных детей, а доля Сирши составила три тонны.
Юной особе не стоило держать на руках крупные суммы наличных, дабы не привлекать лишнего внимания алчных людишек.
Обсудив все с Джо-младшим, он взял с него слово, что старший брат присмотрит за Сиршей. Тот охотно согласился.
***
Джо решил изъять все наличные из собственного трастового фонда и пустить их на покупку золота.
Капитал перешел к нему в день двадцатилетия, и он почти не притрагивался к нему. Расходы на учебу и жизнь оплачивал отец, а собственный автопарк и недвижимость делали трату личных сбережений излишней. В итоге на его счетах скопилось около шестисот тысяч долларов.
Вдобавок отец вручил ему счет на пять миллионов долларов, пояснив, что эти деньги Сирша заняла у него, но доверить ей единоличное управление капиталом он не может, а потому любая инвестиция племянницы требует подписи Джо-младшего.
Отец обещал проверять отчетность ежемесячно.
Впрочем, в проверках не было нужды: узнав о деньгах, Сирша без колебаний велела конвертировать все до цента в физическое золото!
Джо связался с поверенным в Нью-Йорке, поручив купить золото на пять миллионов шестьсот тысяч долларов, что составляло около 5,4 тонны металла. Слитки оставались в подземном хранилище Citibank, но по документам переводились на совместный счет Сирши Коллинз и Джозефа Кеннеди-младшего.
Узнав, что сделка завершена, Сирша успокоилась: теперь оставалось лишь дождаться начала войны в Европе!
Старый Джо предоставил капитал на десять лет без начисления процентов. Все заработанное сверх этой суммы оставалось ей, а по истечении срока отец забирал лишь первоначальную ссуду.
Джо-младший выступал распорядителем фонда, и ему причиталась лишь скромная доля от будущей прибыли!
Аппетиты у нее были умеренные: с пяти миллионов вложений удвоить сумму до десяти – и можно безбедно прожить до конца дней!
***
1 августа 1936 года в Берлине открылись Олимпийские Игры.
Семейство Кеннеди занимало VIP-ложу в полном составе: Роуз сидела на крайнем левом месте, справа от нее расположились пятеро детей, затем Старый Джо, рядом с ним – старший Джо-младший, Джек, а замыкала рядок Сирша, примостившаяся по соседству с Джеком.
Подобная рассадка не позволяла сторонним наблюдателям с первого взгляда догадаться об истинных родственных связях.
Почетные места были заполнены до отказа, а гигантские трибуны стадиона вмещали более тридцати тысяч зрителей.
Гул голосов стоял невообразимый, а плач капризных детей и вовсе действовал на нервы.

Комментарии

Загрузка...