Придя в Павильон Собрания Книг, нельзя было искать нужную литературу вслепую. Чан Шиюй вежливо обратился к старшему брату, заведующему библиотекой, попросил подобрать несколько книг по прививке цветов и деревьев, после чего отправился на то самое место, где они вчера сидели втроём.
Не успел он сесть, как из ниоткуда появились Ян Сяофэн и Лу Лу и устроились рядом.
Воспользовавшись тем, что Чан Шиюй ещё не начал читать, они тут же завели разговор.
— Ты же говорил, что в последние дни пристрастился к чтению? Как так вышло, что сегодня пришёл так поздно?
Первой заговорила Лу Лу. Ее губы двигались так быстро и легко, что, если бы она не стояла лицом к Чан Шиюю, он едва ли смог бы разобрать слова.
— Нужно же и тренировки не забрасывать, как я могу всё запустить? Через несколько лет снова пройдёт отбор во Внутреннюю секту, я не смею лениться.
Лу Лу явно осталась недоумевать от такого ответа. Надув губки, она произнесла:
— Только у тебя вечно всё расписано по минутам, из-за тебя нам пришлось столько ждать.
Ян Сяофэн, привыкший к их пикировкам, лишь улыбнулся и промолчал.
Чан Шиюй почувствовал себя неловко оттого, что заставил друзей так долго ждать, и сказал:
— Через пару дней внизу горы будет ярмарка. Мне нужно кое-что купить, если вы свободны, пойдёмте вместе, я угощу вас обедом. Это меньшее, чем я могу отблагодарить вас за помощь с перевязкой и лечением.
Лу Лу знала о финансовом положении Чан Шиюя и, конечно, не хотела вводить его в расходы.
— Те пилюли стоили сущие гроши, по сравнению с Мутной пылью, которую ты подарил, это ничто. Это мы должны тебя угощать.
Чан Шиюй открыл книгу, его взгляд постепенно сосредоточился, и ответил он уже более непринужденно:
— Разве можно так сравнивать? Всё совсем иначе, я обязательно должен вас как следует угостить.
Заслышав этот затихающий голос, Лу Лу перевела взгляд на Чан Шиюя и увидела, что он, словно какой-то книжный червь, уставился в страницы, думая только о чтении. Она одновременно разозлилась и рассмеялась, решив на миг перестать обращать на него внимание.
Ян Сяофэн не стал концентрировать всё внимание на них и, подражая вчерашнему Чан Шиюю, углубился в чтение. Однако он поневоле отвлекался, улавливая чужие слова, и, глядя в книгу, с улыбкой покачал головой.
Тот сон Чан Шиюя был глубоким: он чувствовал себя то посторонним наблюдателем, оказавшимся в самом центре событий, то человеком, который собственными руками сажает и прививает ветви. Теперь эта книга по садоводству не казалась ему такой уж сложной — все сложные моменты подкреплялись практическим опытом, и в какой-то момент стало трудно понять, почерпнул ли он знания из книги или из сна.
Но одно он знал наверняка: теперь он был вполне способен справиться с прививкой самостоятельно, даже без посторонней помощи.
Жизнь на горе не назовешь скучной, но она однообразна, а в хлопотах дни пролетают незаметно.
Ярмарки проводились дважды в месяц — первого и пятнадцатого числа.
В обычные дни на рынке продавались в основном товары первой необходимости. Однако если кто-то хотел купить или продать редкие материалы и сокровища, все выбирали именно эти дни. Сегодня рынок был самым шумным и многолюдным: сюда сходили поторговаться все заклинатели как с вершины, так и из подножья горы, у кого возникала в этом необходимость, да и сделки заключались проще.
Хотя покупать что-то должен был Чан Шиюй, вышло так, что Ян Сяофэн и сам Чан Шиюй послушно плелись следом за Лу Лу, разглядывая всё подряд.
Чан Шиюй редко бывал в столь шумных местах. Обыкновенно он приобретал или сбывал лишь самые простые вещи и старался избегать ярмарочных дней, поэтому был знаком лишь с парой владельцев лавок. Нынешнее же изобилие уличных лотков вокруг заставляло его чувствовать себя не в своей тарелке.
— Шиюй, что именно тебе нужно купить? Я помогу поискать, где это продается.
Погуляв добрую половину дня, Лу Лу наконец вспомнила, что они пришли сюда помочь Чан Шиюю с покупками.
Чан Шиюй, шагая позади девушки, тоже озирался по сторонам, но долго не мог отыскать нужного человека.
— Мне нужно купить цветущее Дерево алых плодов. Но сначала надо найти Ся Цыцзяня или его подручного и продать Мутную пыль, чтобы появились духовные камни.
Эту ярмарку можно было назвать мирским рынком, где обычно ходили обычные деньги, однако для торговли вещами, связанными с культивацией, использовались духовные камни.
Ученики на горе, даже во Внутренней секте, не получали никакого ежемесячного жалования или платы. Чтобы раздобыть духовные камни, оставалось лишь выполнять задания, разосланные сектой, либо торговать на рынке сокровищами, добытыми своими силами.
Чан Шиюй временами выполнял несложные поручения, но сколько бы ни копил, собрать нужную сумму не удавалось. Покупка Дерева алых плодов обойдется примерно в пятнадцать духовных камней, и выручки с продажи Мутной пыли должно хватить в самый раз.
— А того торговца Ся я видела, когда только пришла сюда. Кажется, на восточной улице он о чём-то болтал с какой-то толстой женщиной-заклинательницей и пытался ей что-то втюхать. Вылитый прохиндей, ищущий легкой наживы.
Услышав это, Чан Шиюй опешил: впрочем, было в духе этого мерзавца.
Ся Цыцзянь являлся торговцем всякой всячиной, с которым Чан Шиюй поддерживал более-менее близкие отношения. В обычные дни тот скупал и обычные горные товары, и случайно добытые редкие деликатесы, так что вести с ним дела было довольно удобно.
Вот только оставалось загадкой, почему он не обзаведётся постоянной лавкой и не остепенится. При том, что торговля шла бойко, он таскал за плечами две огромные мешковинные сумки — одну спереди, другую сзади — и слонялся по всей улице, вылитый уличный бездельник. Отыскать его каждый раз можно было лишь по чистой случайности.
Пройдя довольно далеко, троица наконец добралась до восточной улицы и действительно увидела Ся Цыцзяня. Тот с блаженным видом разглядывал собственные ладони, а когда остался доволен увиденным, расплылся в похотливой улыбке и время от времени подносил руки к носу, чтобы понюхать.
Все трое испытали некоторое отвращение к столь сомнительным привычкам торговца. Тем не менее, раз уж они его нашли, Чан Шиюй решил поздороваться, сделав вид, что ничего особенного не заметил.
— Господин Ся, давненько не виделись, чем занимаетесь?
Ся Цыцзянь всё ещё держал ладони перед собой и перевёл взгляд на подошедших. Узнав в одном из них Чан Шиюя, он тоже улыбнулся, но его улыбка сразу стала гораздо более благопристойной.
— Ох, Шиюй, давненько.
— Только что беседовал с одной бессмертной феей, у нас с ней оказалась кармическая связь. Я даже посидел по её руке — после того как коснулся руки феи, грех было не полюбоваться ими ещё немного.
Лу Лу бросила на Ся Цыцзяня презрительный взгляд и фыркнула:
— Какая она тебе бессмертная фея? Обычная толстопопая заклинательница. Ты просто старый развратник, приставал к человеку на улице.
Ся Цыцзянь вовсе не рассердился. Раз Чан Шиюй разыскал его, значит, у них есть деловые вопросы, а хороший торговец никогда не показывает дурного настроения своим клиентам — тем более, когда маленькая девочка просто говорит правду.
— И госпожа Лу это заметила?
— Я назвал её бессмертной феей именно из-за толстой жопы. Вы оба ещё слишком молоды, ничего в этом не понимаете.
Ян Сяофэн мысленно одобрил его слова, но не подал виду и лишь мельком взглянул на Ся Цыцзяня.
Ся Цыцзянь словно прочитал одобрение на лице молодого человека, обменялся с ним многозначительным взглядом и с улыбкой кивнул, как бы говоря: «Брат, у тебя отличный вкус».
В этот момент Ян Сяофэн, кажется, слишком хорошо понял значение этого взгляда Ся Цыцзяня, отчего его старое лицо невольно залилось краской.
Лу Лу, будучи от природы умной девушкой и дочерью мирского торговца, с малых лет видела всякое и прекрасно умела читать по лицам людей, не говоря уже о столь явном обмене взглядами.
Она резко обернулась и свирепо уставилась на покрасневшего Ян Сяофэна.
Получив такой гневный взгляд от собственной кузины, Ян Сяофэн покраснел ещё сильнее.
И лишь один Чан Шиюй по-прежнему понятия не имел, что здесь вообще произошло.

Комментарии

Загрузка...