Сидя за рулем с полуприкрытыми глазами, Хаэрбала, в чьих чертах лица явно проступал монгольский генотип, отбивал пальцами — куда более длинными, чем у обычных людей, — ритмичную дробь по коленям. Его уши в такт постукиванию слегка подрагивали, словно он был степным сурком, выставленным в дозор, который прислушивается к доносимым ветром звукам.
Рядом с Хаэрбалой худой и черноволосый Гу Вэйсу, лицом напоминавший африканского аборигена, тоже с суровым видом прищурился, не сводя глаз с поднимавшихся вдали столбов черного дыма. Словно рассуждая сам с собой, он проговорил:
— Судя по расстановке сил... похоже, люди Муравьев-солдат вышли в полном составе?
Глубоко вздохнув, Хаэрбала приоткрыл свои чуть раскосые глаза:
— Оружие семейства АК, от румынских версий до российских АК-74. Оружие семейства М — судя по звуку, старье какое-то со списанных складов, при стрельбе вечно клинит. Винтовки Ли-Энфилда и Мосина тоже в немалом количестве...
На лице Гу Вэйсу не дрогнул ни один мускул. Он поднял руку и указал на направление, где поднимался дым:
— Еще три снайперские винтовки. Одна, должно быть, оригинальная СВД, а две другие — самодельные кустарные поделки, с расстояния не разобрать, что именно.
Посмотрев в зеркало заднего вида на метавшихся по улице гражданских и мародеров, размахивающих мачете и примитивными пистолетами, Хаэрбала протянул руку и хлопнул по рулю:
— Подъедем поближе, глянем?
Кивнув в сторону улицы с баррикадами, которые уже были возведены на восемьдесят процентов, Гу Вэйсу легко покачал головой:
— На машине не проехать! Люди Муравьев-солдат нынче не пожалели средств: заградительные блокпосты начинают ставить в двух километрах по прямой от зоны боевых действий! Выходим, дальше пешком.
С сожалением вздохнув, Хаэрбала с тоской провел рукой по собственноручно отшлифованному рулю:
— Еле довел тачку до ума, еще обкатку не прошла, а ее опять изуродуют...
Вытащив из набедренной кобуры пистолет-пулемет M1911, Гу Вэйсу ловким движением отстегнул короткий магазин, наклонился и выудил из-под сиденья барабанный магазин с явными следами кустарной доработки:
— По крайней мере, твое творение не изуродуют — во всем мире пистолеты-пулеметы считают красивой, но бесполезной игрушкой, а ты умудрился переделать его в мощное оружие ближнего боя. Одного этого достаточно, чтобы войти в мировой рейтинг мастеров-оружейников!
Стоило Хаэрбале взглянуть на модифицированный пистолет-пулемет M1911 в руках Гу Вэйсу, как он тут же оживился:
— Само собой! Настоящего имени моего среди оружейных умельцев, может, мало кто знает, но стоит только упомянуть Дагуна, и я всяко попадаю в...
Не успел он договорить, как в боковое окно автомобиля со стороны Хаэрбалы бесцеремонно просунулся ствол неказистого револьвера тридцать восьмого калибра и уперся прямо ему в висок. Вместе с этим грубым жестом раздался еще более грубый голос:
— Деньги! Часы! Телефон! Все ценное... выкладывай!
Сохраняя тело совершенно неподвижным, Хаэрбала в зеркале заднего вида оглядел грязного, тощего, словно хворостинка, бандита и обреченно вздохнул:
— Интересно, сколько эту пушку не чистили? На курке уже слой ржавчины, стопорный штифт вот-вот отвалится. Скобы спускового крючка давно нет, а ствол искривлен градусов на пять, не меньше...
С невозтимим видом наблюдая за абсолютно спокойным Хаэрбалой, Гу Вэйсу осторожно опустил ствол своего пистолета-пулемета:
— Ты к тому, что эта штука не выстрелит?
Хаэрбала кивнул:
— Семьдесят процентов вероятности, что при первом же нажатии на спуск произойдет разрыв патронника. Но на таком расстоянии осколки все равно заденут и меня, и тебя...
Гу Вэйсу:
— И поэтому?
Молниеносно откинув голову назад, Хаэрбала увернулся от упертого в висок дула и одновременно резко взмахнул рукой. Его длинные пальцы безошибочно ухватились за покрытый ржавчиной курок, легким движением на себя он без труда вытянул ржавый курок наружу сантиметра на полтора. Почти в тот же миг, как Хаэрбала оттянул курок, решивший поживиться за чужой счет бандит в полном недоумении нажал на спуск. С удивлением заметив, что курок даже не сдвинулся с места, грабитель напрочь проигнорировал Гу Вэйсу, который уже наставил на него оружие, и вместо этого принялся ожесточенно браниться, опустив голову и пытаясь обеими руками привести в порядок свой готовый развалиться револьвер тридцать восьмого калибра.
Безнадежно покачав головой и усмехнувшись, Хаэрбала ухватился за ручку изнутри двери и изо всех сил толкнул ее плечом наружу. Раздался глухой стук, и бандит, копавшийся в своем оружии, отлетел от удара дверью на два метра и рухнул на землю, раскинув руки и ноги.
Ловко выпрыгнув из салона, Хаэрбала со своим ростом под метр девяносто и бугрящимися мышцами на обнаженных руках на мгновение заставил подбежавших на шум бандитов нерешительно замереть. А стоявший рядом Гу Вэйсу со сжатым в руке пистолетом-пулеметом окончательно отбил у желавших поживиться мародеров охоту бросаться на Хаэрбалу.
Во время любых смут бандам, промышляющим в этом городе, свойственно использовать подобный период правового вакуума, чтобы урвать себе кусок побольше. Однако в процессе они стараются избегать встречи с крепкими орешками, дабы не остаться в дураках. Ведь в этой охваченной войной стране возможностей для мародерства всегда предостаточно, а собственная жизнь — всего одна...
Увидав, что бандиты понемногу отступают, Хаэрбала вернулся к машине, вытащил оттуда массивный дробовик с явными следами модификации и закинул за спину туго набитый патронташ:
— Хорошо еще, что деньги родителям мы сегодня с утра уже отправили, иначе была бы еще одна головная боль!
Указав рукой на поднимающиеся вдалеке столбы черного дыма, Гу Вэйсу вздохнул в ответ:
— Боюсь, как раз наши деньги и накрылись — судя по визуальному пеленгу, сейчас дымит именно тот подпольный банк, через который мы переводили средства на родину!
Широко раскрыл глаза Хаэрбала и выпалил:
— Да ладно?! Это же наши кровные, которые мы с братом полгода по ресторанам зарабатывали, горбатясь над каждым блюдом!
Со вздохом покачав головой, Гу Вэйсу криво усмехнулся:
— Теперь все пошло прахом... Надо было сразу слушать босса. Даже если накопилось много денег, лучше уж прорваться через границу и перевести через нормальный банк, чем трястись с этим черным рынком. Чуть что не так — и вот тебе сегодняшняя ситуация, когда остаешься у разбитого корыта!
У Хаэрбалы брови полезли на лоб, и он взволнованно закричал:
— Но дома же сказали, что срочно нужно... Откуда я знал, что такое начнется?!
Видя, что Хаэрбала едва ли не заикается от волнения, Гу Вэйсу утешающе похлопал его по крепкой, как камень, спине:
— Ладно тебе! Стоять здесь и зря переживать толку нет, вернемся — послушаем, что скажет босс! Дедушка Ха, погнали?
Хотя на вид он был изрядно взбудоражен, стоило им нырнуть в узкий переулок, обходящий блокпост, как с лица Хаэрбалы тут же исчезло выражение паники и досады. Чуть согнувшись в пояснице, он обеими руками прижал к себе дробовик с прикрепленным снизу барабаном на двадцать четыре патрона и занял стандартную стойку для разведывательного дозора.
Позади него Гу Вэйсу вполоборота следовал по пятам, контролируя тыл и фланги. И хотя сдвоенный барабанный магазин сильно утяжелял пистолет-пулемет, мешая удерживать баланс и направление ствола, худой и на вид не обладающий особой силой Гу Вэйсу неизменно сохранял идеальную плавность и стабильность прицела.
Город, в котором коммунальные службы практически не функционировали, был застроен грязными переулками, напоминавшими огромную свалку. Повсюду валялся бытовой и строительный мусор, а разлагающиеся тушки грызунов источали удушливое зловоние. Из лачуг по обеим сторонам переулка, сколоченных из строительного хлама и полиэтиленовых пакетов, то затихая, то нарастая, доносились стоны боли и злобная ругань, придавая этому убогому месту зловещую атмосферу.
Заглянув за угол развилки переулка, Хаэрбала повернулся к шедшему след в след Гу Вэйсу:
— Дальше не пройти — люди Муравьев-солдат перекрыли перекресток.
Тоже заглянув вперед и увидев припаркованный неподалеку пикап Toyota с установленным крупнокалиберным пулеметом калибра 0.50, Гу Вэйсу слегка нахмурился:
— В обход?
Хаэрбала покачал головой:
— Не обойти! У людей Муравьев-солдат чего-чего, а тактика закидывания трупами всегда отработана на славу. Судя по тому, как они обычно ставят оцепление, чем ближе к центру зоны боевых действий, тем плотнее блокада. Вдвоем нам... разве что на двух танках прорываться обратно!
Гу Вэйсу:
— Муравьи-солдаты всегда воюют до последнего. Даже если мы прорвемся назад, лучший исход — это соединиться с парнями босса, а потом с боем пробиваться сквозь огонь и дым! Но с тем арсеналом, что у нас есть... Толпой и слона завалят, нам такое не по силам.
Широко распахнув глаза, Хаэрбала взволнованно прорычал:
— Но попытаться-то надо?! Не смотреть же сложа руки, как Муравьи-солдаты топят босса, Судью и Лэй-гуна?!
Прищурившись, Гу Вэйсу на секунду отвлекся мыслями куда-то в сторону:
— Дедушка Ха, скажи, ведь атаки Муравьев-солдат... случалось же им терпеть поражение в прошлом?
Замри на мгновение, Хаэрбала тут же закивал:
— Муравьи-солдаты всегда воюют только на кураже. Как только их привычная манера заваливать всех трупами дает сбой — то есть когда потери превышают критический предел, или когда погибает полевой командир, — они бегут быстрее саранчи, объедающей траву. Ты к тому, что нам стоит выбить их командира?
Гу Вэйсу:
— А не хочешь ли ты, дедушка Ха, явить великую силу и довести их до этого самого предела потерь?
Хаэрбала:
— Но откуда мы знаем, где полевой командир?
Указав пальцем на припаркованный неподалеку пикап Toyota, Гу Вэйсу с улыбкой посмотрел на Хаэрбалу:
— Вот потому-то и придется побеспокоить тебя, дедушка Ха, — найти кого-нибудь из Муравьев-солдат, чтобы он показал нам дорогу?
Моргнув, Хаэрбала вмиг раскусил замысел Гу Вэйсу. Снова заглянув в сторону пикапа, он прикинул расстояние до него и с беспокойством нахмурился:
— Сто двадцать метров прямой видимости, а эффективная дальность моего ствола от силы метров пятьдесят. Иными словами... первые семьдесят метров марш-броска я буду живой мишенью. Каким бы ни было паршивым боевое качество этих Муравьев, под огнем крупнокалиберного пулемета и десятка стволов АК мне живым не остаться...
Бормоча себе под нос, Хаэрбала невольно прислонился плечом к ближайшей хижине. Видимо, хлипкие лачуги из строительного мусора и полиэтилена были на редкость ненадежными: стоило Хаэрбале слегка задеть стену, как один из листов шифера проломился, образовав в никогда не видевшей солнца лачуге огромную дыру, сквозь которую хлынул свет и ветер.
Глаза Хаэрбалы резко вспыхнули, и он перевел взгляд на стоявшего рядом Гу Вэйсу:
— Есть идея! Старый Гу, держи этих муравьев на мушке и смотри на меня!
Синхронно отступив на пару шагов, Хаэрбала сделал глубокий вдох, обеими руками вскинул странный дробовик к лицу и, словно разъяренный бык, бросился прямо на стену лачуги. Позади него Гу Вэйсу на ходу приготовил оружие и стремглав последовал за напарником.
Под воздействием ветра и солнца мусор, из которого были слеплены хижины, давно прогнил и держался буквально на честном слове. От яростного напора Хаэрбалы соседствующие лачуги в мгновение ока превратились в месиво, прорубив в трущобах причудливый извилистый тоннель.
Перепуганные крики местных жителей и грохот рушащихся стен слились в уродливую симфонию, разорвавшую тишину нищих переулков. Два пулеметчика Муравьев-солдат, сидевших в кузове пикапа у крупнокалиберного пулемета, тут же отвлеклись на этот внезапный шум. Резко развернув ствол в сторону поднимающегося от обрушений пыльного облака, они приготовились открыть заградительный огонь.
Мчась вперед в безумном проломе, Хаэрбала все это время мысленно отсчитывал дистанцию. Насчитав шагов восемьдесят — почти сотню метров прямой дороги, — он резко качнулся в сторону и вывалился из лачуги прямо на уличную дорогу. Едва успев зафиксировать стопы, он вскинул дробовик и изрыгнул шквал яростного огня в сторону пикапа Toyota!
На дистанции менее тридцати метров снаряженная модифицированными штурмовыми патронами картечь, вылетев из ствола, мгновенно образовала широкий сектор поражения и ураганом пронеслась по цели. К тому моменту, когда в двадцатичетырехпатронном барабане не осталось ни единого патрона, по меньшей мере половина из десятка наемников Муравьев-солдат, перекрывавших переулок, превратилась в решето.
Влетев боком в хижину на противоположной стороне переулка и падая на ходу, Хаэрбала не обращал внимания на пули открывших ответный огонь наемников, свистевшие в сантиметрах от его тела. Он лишь привычным движением отстегнул пустой барабан, вытащил из туго набитого патронташа другой, снаряженный, и вогнал его в приемник под стволом дробовика.
Дернув затворный механизм, казавшийся обычному человеку неподъемно тяжелым, Хаэрбала перекатился по земле и присел за массивным куском бетона, который выглядел относительно прочно, после чего заорал во всю глотку:
— Старый Гу, работай!
Фирменный треск пистолета-пулемета, напоминавший стук клюва дятла по древесному стволу, раздался в ту же секунду, когда смолк крик Хаэрбалы. Благодаря спаренному барабанному магазину емкостью в девяносто патронов, темп стрельбы пистолета-пулемета на короткое время полностью превзошел румынские версии автомата Калашникова в руках наемников. А стрельба в упор гарантировала максимальную точность попаданий!
Среди поднявшейся суматохи оба пулеметчика Муравьев-солдат, попавшие под прицел Гу Вэйсу, рухнули из кузова пикапа на землю. А те наемники, которые судорожно пытались развернуть стволы в сторону Гу Вэйсу, были буквально изрешечены градом пуль, опередивших их маневр, и опали в лужи собственного растекающегося по земле кровопролития...
Стрельба из пистолета-пулемета продолжалась считанные мгновения. Несмотря на доработки Хаэрбалы, после опустошения целого спаренного магазина ствол раскалился добела, обжигая пальцы Гу Вэйсу даже сквозь обхват рукояти. Отбросив в сторону пистолет-пулемет, у которого из-за износа нарезов ствол превратился в бесполезный кусок металла, Гу Вэйсу молниеносно выхватил из-за пояса самый обыкновенный пистолет M1911 и нажал на спуск, целясь в уцелевшего наемника, который пытался вскинуть автомат для ответного выстрела!
Ощутив, как свистевший над головой свинцовый дождь внезапно прекратился, Хаэрбала вскочил с невероятной для его габаритов ловкостью. Сметя на пути еще две лачуги, он грязный, с ног до головы покрытый пылью, вывалился в переулок и из изрыгающего картечь дробовика добавил еще одну порцию свинцовой бури по изрешеченному пикапу Toyota...
Переступая с ноги на ногу и приближаясь с оружием наперевес к грохочущему Хаэрбале, Гу Вэйсу вперил взгляд в наемника, который на четвереньках улепетывал в другой переулок, и заорал во весь голос на упивавшегося стрельбой товарищу:
— Хватит палить! Тебе эта тачка еще нужна или как?
Палец Хаэрбалы слегка расслабился, он прищурился, глядя на пикап, чей кузов был превращен картечью в дуршлаг, и беззаботно бросил в ответ:
— Расслабься, я знаю, что делаю!
Выдернув из ножен на бедре Хаэрбалы кинжал с едва изогнутым змеевидным лезвием, Гу Вэйсу повернулся к напарнику:
— Дай нож погонять! И кстати... сколько тебе нужно времени на доработку?
Направляясь к пикапу, чей кузов походил на сито, но двигатель и колеса остались целы, Хаэрбала самоуверенно усмехнулся:
— От силы минут пятнадцать! Занимайся своими делами — только осторожно, у них там как минимум три снайпера, а то и целых три снайперских расчета?
Презрительно усмехнувшись, Гу Вэйсу бросился в погоню за сбежавшим наемником:
— Занимайся своей работой!

Комментарии

Загрузка...