Министр финансов лежал без сознания, изо рта у него пузырилась пена.
В отличие от министра обороны, который был мастером боевых искусств, министр финансов являлся гражданским чиновником, поэтому он потерял сознание гораздо быстрее.
Министр обороны, наблюдавший за происходящим из угла, больше не мог на это смотреть и отвернулся.
Вспомнив, что с ним самим произошло, он задрожал, а ужас пронзил все его тело. Он зажал уши руками, отвернулся к стене и забился в дрожи.
Лектор Академии Ханьлинь посмотрел на него и подумал.
Министр обороны теперь никогда больше не сможет ослушаться приказов Императора.
Затем он перевел взгляд на Чок Вигана.
Их встреча казалась случайной, но это не было случайностью.
Он думал, что Чок Виган — божественный человек, посланный небесами ради Его Величества и ради мира в этой стране.
Тем же вечером.
Министр финансов бодрым голосом отвечал на вопросы Чжу Соги, вкладывая в это всю душу и сердце.
— У вас действительно не хватает бюджета?
— Нет, Ваше Величество! Мы можем это сделать! Я прямо сейчас соберу своих людей и заставлю их работать всю ночь, если потребуется. Проект бюджета будет готов к завтрашнему дню!
— Ранее ты говорил, что его нет.
— Я совершил преступление, заслуживающее смерти!
— Почему же ты говорил, что его нет?
— Э-это...
Как только он начал следить за их реакцией...
— Хм? Ты замедлил с ответом. Ваше Величество, кажется, его воспитание еще не закончено. Дайте мне еще немного времени...
Не успел Чок Виган договорить, как тот отчаянно принялся объяснять причину.
— Я-я предавался бережливости, чтобы выгодно показать себя следующему человеку у власти!
— Чтобы выгодно показать себя?
— Д-да, Ваше Величество! Императорский дворец сейчас может быть в хаосе, но наконец кто-то захватит власть. Если я не дам этому человеку то, чего он хочет, разве это не станет концом моей жизни? Вот я и экономил, экономил и экономил снова!
— Ты сделал это, чтобы выжить?
— Д-да, Ваше Величество! Пожалуйста, поверьте мне!
В этом был смысл.
Снискать расположение следующего человека у власти было бы выгоднее, чем расположение нынешнего бессильного Императора.
— Я понимаю. Для начала давайте потушим срочный пожар.
— Да, Ваше Величество! Я сию же минуту подготовлю военный бюджет и отправлю его на передовую!
— Разве одной отправки достаточно?
— Э-это... Ах, нет, Ваше Величество! Мы также должны провести проверку, чтобы выяснить, правильно ли используется бюджет. Н-но поскольку ситуация срочная, эту часть можно опустить...
— Нет. Работа должна быть выполнена как положено, не так ли? Я сам отправлю человека для проверки.
— Е-если Ваше Величество так велит, этот подданный подготовит бюджет.
Чжу Соги кивнул и сказал.
— Ты, должно быть, занят, так что можешь удалиться.
— Слушаюсь, Ваше Величество!
В отличие от того времени, когда он вошел с гордо поднятой головой, теперь он склонил голову и медленно попятился назад.
Его сломанные ноги были полностью исцелены Чок Виганом, поэтому он смог уйти без всяких проблем.
Он вышел наружу и уже собирался поспешно уйти.
Именно тогда в голове министра финансов раздался голос.
— Продолжай делать все ровно так, как только что. Иначе я превращу твою жизнь в ад.
Страх поднялся от кончиков его пальцев на ногах, и он едва сумел кивнуть.
— Хорошо. Иди.
Получив разрешение, он поспешно удалился.
И он подумал.
Истинная власть в императорском дворце была определена.
Это был Чок Виган.
Точно так, как он и ожидал, теперь бюджет тратился согласно волей истинной власти.
Думая об этом, он побежал изо всех сил.
Оставшийся министр обороны выразил свою благодарность Чжу Соги.
— Благодаря Вашему Величеству боевой дух армии поднимется.
— Я рад. Дело было решено мирным путем.
Разве это было решено мирным путем?
Похоже, все было решено с помощью силы.
— Кстати, кого Ваше Величество намеревается отправить для проведения проверки?
Осторожно поинтересовался министр обороны.
Поскольку проверки были делом щекотливым, он намеревался заранее предупредить их и попросить смотреть на вещи сквозь пальцы, если узнает, кто именно отправляется.
— Я намерен отправить составителя Чока.
Министр обороны опустил голову.
Потому что этого человека он никак не смог бы переубедить.
Мне жаль. Надеюсь, вы урежете аппетиты лишь чуток, если сможете.
Министр обороны мысленно выразил соболезнования генералам, которые окажутся на передовой.
Лишь после того, как министр обороны ушел, Чжу Соги рассказал Чок Вигану о том, что произошло за день.
Стоявший рядом с ним лектор Академии Ханьлинь с смущенным выражением лица сказал.
— Э-это правда, Ваше Величество?
— Правда. Они заявились целой толпой, наговорили что хотели и ушли.
— Этот подданный потребует наказания от имени Академии Ханьлинь!
Когда лектор пал ниц, Чжу Соги сказал.
— Довольно. Впрочем, подобное случается далеко не впервые.
— Ваше Величество...
Чок Виган сказал.
— Позже этот подданный должным образом просветит их, чтобы они больше никогда не смели творить подобное.
— Ха-ха-ха! Сделаете это? Благодаря вам сегодня, составитель Чок, у меня такое чувство, будто застарелая хворь наконец-то отступила.
— Нисколько, Ваше Величество. Мне лишь стыдно, что я показал Вашему Величеству столь неприглядное зрелище.
— Нет. Я прекрасно знаю, что составитель Чок сделал это ради меня. Как я могу считать это неприглядным?
— Слышать такие слова от Вашего Величества — неизмеримая императорская милость.
— Что вы думаете, лектор Академии Ханьлинь? Каким, по вашему мнению, будет их следующий шаг?
Лектор Академии Ханьлинь немного подумал, а затем сказал с мрачным видом.
— Они либо поручат ему работу, которую не сможет вынести ни один ученый, заставив его уйти по собственному желанию, либо измотают его, сваливая на него сложнейшие задачи одну за другой.
— Что это за задачи?
— Они могут заставить его чистить архивы императорского дворца или запечатывать меморандумы и документы в конверты. И есть одна обязанность, которую ученые ненавидят больше всего. Это отправка на поле боя для проведения аудита в армии.
— Военный аудит?
— Да. Даже для тех из нас, кто имеет опыт, проверка армии — задача не из легких. Обычное дело — отсутствие сотрудничества, а временами они не стесняются нас запугивать. Что произойдет, если в такое место отправить прибывшего новичка? Военные подумают, что на них смотрят свысока, и станут обращаться с ним как заблагорассудится, либо отправят его на настоящее поле боя и заставят претерпеть все мыслимые лишения. Наконец, ничего не смыслящий ученый-новичок просто натерпится мук до смерти и вернется.
— Как удачно складывается. Мне все равно нужно было ехать.
— Хо. Западное Депо еще даже должным образом не обосновалось... и мы не знаем, когда выступит Восточное Депо... Ваше Величество, неужели вы действительно должны отправить составителя Чока?
Услышав слова лектора, Чжу Соги тоже выглядел встревоженным.
— Похоже, я высказался слишком поспешно, не подумав об этом.
— Вам не о чем беспокоиться. Командир Гвардии в расшитых мундирах защитит Ваше Величество.
— Если вас не будет рядом, даже Гвардия в расшитых мундирах может изменить свое отношение.
— Этого абсолютно не произойдет. Если вы так тревожитесь, я оставлю двух охранников при Вашем Величестве, а командира Гвардии в расшитых мундирах возьму с собой на аудит.
Поскольку командир внушал ему наибольший страх, Чжу Соги почувствовал облегчение, услышав, что Чок Виган возьмет его с собой.
Он спросил.
— Эти охранники надежны?
— Да. Они для меня как семья, и к тому же они сильны.
— Хорошо. И все же возвращайтесь побыстрее. Я больше не хочу воображать императорский дворец без составителя Чока.
— Понял. Я отправлюсь в путь и вернусь как можно скорее.
— Я буду доверять составителю Чоку.
Чжу Соги был намерен верить Чок Вигану, даже если тот назовет черное белым.
Лектор Академии Ханьлинь склонил голову и сказал.
— Тогда этот подданный отправится посеять эту мысль среди ученых Академии Ханьлинь.
— Сделай так.
Когда лектор Академии Ханьлинь прибыл в академию, ученые собрались вместе и вели серьезную дискуссию.
Прислушавшись к тому, что они обсуждали, он понял, что речь шла о Чок Вигане.
Они всерьез обсуждали, что можно предпринять, чтобы выгнать его.
Это было абсурдно.
Вместо того чтобы обсуждать государственные дела и то, как помогать Его Величеству, они засиживались допоздна лишь для того, чтобы выжить недавно назначенного новичка только потому, что он им не нравился.
При таком состоянии дел в Академии Ханьлинь, являющейся фундаментом государства, страна никак не могла работать нормально.
У него чуть не вырвался вздох, но ему нужно было выполнить поручение, поэтому он вошел с невозвозмутимым выражением лица.
— Что вы все так поздно ночью обсуждаете?
— Мы обсуждаем, как исправить манеры новоназначенного составителя Чока.
— Хо. Я уже слышал об этом. Говорят, он ведет себя очень невоспитанно.
— Верно. Поскольку Его Величество покрывает его, он распоясался и потерял всякий стыд.
— Мы должны как следует проучить его на этот раз, чтобы в дальнейшем все шло проще.
— Было бы еще лучше, если бы он сам выбился из сил и ушел.
— Лектор Академии Ханьлинь, пожалуйста, выскажитесь, если у вас есть какие-то дельные идеи.
— Какие предложения уже прозвучали?
Послушав их, он понял, что все они сводятся к тому, чего он и ожидал: чистке архивов, простой канцелярской работе и прочему.
— Вместо этого как насчет того, чтобы отправить его на военный аудит? А еще лучше — отправить его на передовую и дать ему вкусить настоящих тягот.
Услышав слова лектора, остальные ученые были потрясены.
— Как насчет самой передовой из всех передовых? Если он заявится туда проводить аудит, генералы взбесятся. Они наверняка попытаются сожрать этого Чок Вигана целиком.
Слова лектора вызвали у всех всеобщее восхищение.
— Хо! Как и ожидалось! Ваши мысли отличаются от наших.
— Мы бы никогда и не придумали столь ужасную идею.
— С этим не нужно говорить ни слова больше. Он сбежит немедленно.
— Человек, который только и делал, что читал книги, потеряет душу и сбежит, едва ступив на поле боя.
— Больше всего генералы ненавидят, когда такие книжные черви, как мы, ловят их на ошибках, не так ли? Чтобы избежать разоблачения, они отправят его куда-нибудь в суровое место при любых обстоятельствах.
В этот момент один из присутствующих высказал опасение.
— Но поскольку Его Величество покрывает его, отправить его на самую передовую может быть непросто. Это ведь не просто передовая, а место, где идут реальные боевые действия.
Тут вперед выступил лектор Академии Ханьлинь с таким выражением лица, будто уже все продумал.
— Не беспокойтесь об этом. Я смогу убедить Его Величество.
— Как вы собираетесь его убедить?
— Я намерен сказать ему, что для того, чтобы стать настоящей опорой, необходима решимость, а лучше места для воспитания такой решимости, чем поле боя, не сыскать. И если я скажу, что это обязанность, через которую обязан пройти каждый поступивший в Академию Ханьлинь, Его Величество не знает деталей дворцовой работы, так что у него не останется выбора, кроме как принять это. К тому же, если я скажу, что это всего лишь проверка, а не что-то особенно опасное, он успокоится.
— Ох! Как и ожидалось!
— Потрясающе!
— Давайте выпроводим этого ублюдка, а затем снова поднимем вопрос о назначении Наследного принца.
— Наследного принца нужно назначить как можно скорее, чтобы у лектора Академии Ханьлинь тоже появилась работа, не так ли? Ха-ха-ха.
Должность лектора Академии Ханьлинь отвечала за воспитание особ королевской крови.
В частности, он главным образом занимался обучением юного Наследного принца, а это значило гораздо больше, чем просто простое наставничество. Поскольку он был учителем Императора или Наследного принца, его политическое влияние было очень сильным.
При упоминании назначения Наследного принца лицо лектора Академии Ханьлинь затвердело.
— Его Величество все еще крепкого здоровья, да и Ее Величество Императрица тоже здорова. Давайте подождем еще немного, прежде чем обсуждать этот вопрос.
— Кхе-м!
Ученые, поддерживающие благородную супругу Ман, выразили свое недовольство, тогда как ученые, поддерживающие императрицу, выглядели так, будто обрели надежного союзника.
— Ну-ну. Давайте отложим вызывающие головную боль дела на потом и сначала разберемся с этим человеком — Чок Виганом.
— Давайте так и сделаем.
На следующий день Чок Виган собрал вещи и немедленно отправился на передовую.
Тэхчхон и Чу Сохван всегда были при нем, поэтому их отсутствие на этот раз заставило его почувствовать странную пустоту.
И все же он путешествовал не один. С ним двигались три человека, включая Чок Вигана.
Чок Виган был ревизором, а сопровождали его два члена Гвардии в расшитых мундирах и писец.
Писец и один из гвардейцев постоянно следили за чьей-то реакцией. Все потому, что одним из сопровождавших их гвардейцев был не кто иной, как их начальник — Командир.
Причем не просто какой-то Командир, а Е Яхён, считающийся сильнейшим и самым ужасающим Командиром Гвардии в расшитых мундирах за всю историю.
Поскольку он шел рядом с ними с раздраженным выражением лица, тем двоим ничего не оставалось, как постоянно следить за его настроением.
И тут это произошло.
ХЛОП—.
— Ой-ой!
Кто-то шлепнул Е Яхёна по затылку.

Комментарии

Загрузка...