— Совсем недавно к нему приходили из страховой компании, и надо же – через пару дней после покупки полюса он мертв.
«Страховая компания, значит...» – задумчиво подумал Цзянь Сюй, перелистывая протоколы опроса других соседей.
Как выяснилось, к ним всем тоже приходили агенты с предложением оформить страховку. Неужели нить действительно ведет туда?
Цзянь Сюй решил рискнуть и набрал номер родителей погибшего, указанный в материалах дела. Все-таки прошло двадцать лет, вероятность того, что номер остался прежним, была невелика, но попытка не пытка. К его удивлению, гудки прошли, и на том конце провода подняли трубку.
— Алло, здравствуйте. Подскажите, пожалуйста, вы мать Лю Цю?
В трубке повисла двухсекундная тишина, сменившаяся дрожащим, прерывистым от слез голосом пожилой женщины:
— Да, это я... А кто говорит?
— Вас беспокоят из полиции. Скажите, у вас найдется пара минут? Я бы хотел задать несколько вопросов по делу вашего сына.
После этих слов собеседница замолчала надолго. До Цзянь Сюя донеслись едва слышные всхлипы. Наконец старушка совладала с собой:
— Найдется... Товарищ полицейский, неужели расследование по делу моего сыночка возобновили?
— Именно так. Вы ведь не меняли место жительства?
Цзянь Сюй тяжело вздохнул про себя. Пока убийца остается на свободе, родные жертвы не могут обрести покой ни на один день.
— Нет, не меняла! Спасибо вам, спасибо огромное, товарищ полицейский... Спасибо, что помните про моего мальчика, — со слезами в голосе принялась непрерывно благодарить его женщина.
Положив трубку, Цзянь Сюй тут же вбил в навигаторе адрес из архивных материалов, схватил ключи от служебного автомобиля и выскочил из кабинета. Указанный в протоколе жилой комплекс оказался старым кварталом, где теперь обитали в основном одни старики.
Едва полицейская машина въехала во двор, как тут же привлекла внимание местных пенсионеров, сидевших на скамейках. Они принялись оживленно шептаться, гадая, к кому это приехали правоохранители.
Цзянь Сюй припарковался у нужного подъезда и, не желая терять ни секунды, взлетел по лестнице. Оказавшись перед потертой ветхой дверью, он постучал. Вскоре дверь открыла женщина лет шестидесяти – мать погибшего Лю Цю.
Увидев на пороге Цзянь Сюя, старушка от нахлынувших чувств едва не опустилась перед ним на колени, но молодей человек с отменной реакцией успел подхватить ее под руки.
— Что вы, не стоит! Это наша работа. Напротив, это мы должны просить у вас прощения за то, что дело затянулось на целых двадцать лет, — с тяжелым сердцем произнес Цзянь Сюй, провожая ее до дивана.
— Лишь бы нашли того ирода, что убил моего сыночка... Тогда и умереть спокойно смогу... — старушка снова закрыла лицо руками и зарыдала.
От этой картины у Цзянь Сюя сжалось сердце. Мать всегда переживает за дитя, сколь далеко бы оно ни ушло, а каково ей, седой, хоронить собственного ребенка?
Дождавшись, пока женщина немного успокоится, он перешел к делу:
— Ваш сын перед гибелью не упоминал, что оформлял страховку?
— Нет. Говорил только, что приходил к нему один торговец, предлагал купить, но он открестился.
Женщине потребовалось лишь пару секунд на размышления – все эти детали за долгие годы намертво въелись в ее память.
— А название той компании он не называл?
Старушка долго наморщивала лоб, пытаясь вспомнить, и наконец виновато произнесла:
— Помню только, что там было слово «Фу», а полное название хоть убейте, не скажу.
Цзянь Сюй кивнул и задал следующий вопрос:
— Какая у него тогда была зарплата, не помните?
— Две тысячи юаней в месяц зарабатывал! Он у меня такой умница был, — на мгновение на ее лице блеснула гордость, но тут же вновь сменилась беспросветной печалью.
«Одинокий молодой человек с весьма высоким по тем временам доходом, сгоревший в собственной квартире... Нельзя исключать банальный разбой или ограбление», – размышлял следователь.
— А почему он в тот трагический день остался дома? Это ведь была среда, рабочий день.
— Простыл он тогда, температура поднялась, вот и взял отгул.
Уточнив еще несколько деталей, Цзянь Сюй поднялся, собираясь уходить.
— Что ж, спасибо вам за помощь. Если возникнут еще вопросы, я с вами свяжусь.
— Берегите себя, товарищ полицейский.
Старушка проводила его до самого выхода из подъезда и лишь потом повернула назад. Садясь в патрульную машину, Цзянь Сюй не стал сразу заводить двигатель. Он достал телефон и набрал номер, уже имевшийся в записной книжке. Звонил он Ши Сянжуну – тому самому агенту, что когда-то пытался продать страховку Лю Цю.
В свое время он числился среди подозреваемых, но у него имелось железобетонное алиби: соседи утвердительно заявляли, что глухой ночью из его квартиры доносился шум работающего телевизора, причем каналы кто-то переключал.
Выяснив его текущий адрес, Цзянь Сюй тут же отправился по указанному ориентиру. Подойдя к двери Ши Сянжуна, он выдавил доброжелательную ухмылку:
— А вы неплохо устроились, господин Ши.
Хозяин квартиры окинул взглядом свою обстановку и с недоумением уставился на визитера:
— Товарищ полицейский, вы надо мной насмехаетесь, что ли? Я еле-еле концы с концами свожу.
Цзянь Сюй без приглашения прошел в комнату, опустился на диван и, смерив Ши Сянжуна ледяным, пронизывающим взглядом, изогнул бровь:
— Еле-еле концы с концами? А вы знаете, как после убийства Лю Цю перебивается его одинокая мать?
В глазах Ши Сянжуна мелькнула паника. Он суетливо заискивающе улыбнулся:
— Товарищ полицейский, ну что за шуточки такие?
— Думаете, я шучу?
Цзянь Сюй подался вперед, впившись горящим взглядом прямо в зрачки собеседника. Мелькнувший испуг не укрылся от взора оперативника, придав ему еще большей уверенности.
— То... товарищ полицейский...
Первоначально Ши Сянжун перевел дух, увидав перед собой совсем молодого парня. Но сейчас исходившая от этого юноши тяжелая, давящая аура буквально не давала ему продохнуть.
— Двадцать лет назад, двадцать третьего мая, вы пришли в дом Лю Цю с предложением оформить страховку, но получили отказ, — размеренно чеканил Цзянь Сюй. — Зато от соседей вы узнали, что он получает солидные две тысячи юаней в месяц, и у вас созрел корыстный замысел. Спустя пару дней вы забрались к нему в квартиру, рассчитывая поживиться деньгами. А уходя, от злости и безнаказанности, поджгли дом, обрекая его на мучительную смерть.
— Я не хотел его сжигать! — В панике выкрикнул Ши Сянжун, стоит только речи зайти о причине смерти Лю Цю. И тут же оцепенел, осознав, что только что выдал себя с потрохами.
На губах Цзянь Сюя заиграла едва заметная победоносная улыбка.
— Как... как вы узнали? — Обхватив голову руками, сокрушенно пробормотал Ши Сянжун спустя мгновение.
— Да понятия не имел, — с наигранным разгильдяйством пожал плечами Цзянь Сюй.
Ши Сянжун обомлел. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы обрести дар речи:
— Так все то, что вы сейчас наговорили...
— Выдумал на ходу, — с невинным видом развел руками полицейский.
Ши Сянжун бессильно осел на диван, сжимая виски:
— Я правда не знал, что он дома... Мне просто обидно стало – с какой стати у него столько денег, а у меня шиш...
Цзянь Сюй молча выслушал эти сбивчивые пьяные отчаянием откровения, а затем достал наручники и с щелчком зафиксировал их на запястьях задержанного. Но главный затык оставался прежним: отсутствовали прямой улики. Без материальных доказательств даже явки с повинной для суда могло оказаться недостаточно.

Комментарии

Загрузка...