Глава 64

Даже если у меня нет магии, я всё равно использую гримуар
Когда Илиф сорвалась на крик, Лео невольно вздрогнул.
Он чувствовал, что, раздавая приказы, переступил незримую черту, гадая, как далеко может зайти власть короля.
Впрочем, это принесло свои плоды.
То, что Илиф не могла вырваться из оков приказа, означало одно: королевский запрет действовал безукоризненно.
«Неужели потомки вассалов, некогда присягнувших королю, не способны противиться его воле?»
Иначе Илиф, чья магическая мощь не уступала силе Ерии, не была бы столь беспомощна.
Это подтверждало: «Королевский приказ» обладал абсолютной властью над кровью тех, чьи предки клялись в верности.
— Что ты творишь?! Я сказала, немедленно отмени это!..
Проблема заключалась в том, что Илиф была в ярости.
Стоило сейчас снять приказ, и Илиф обрушила бы на него свою магию «Мира грез», заставив замолчать навеки.
Оборвав его голос, чтобы предотвратить новые команды, она, без сомнения, подвергла бы его унижению во сто крат худшему, чем испытала сама.
Илиф принадлежала к породе людей, не терпящих поражений.
Она была живым воплощением принципа «лишь я одна достойна почитания во всей Вселенной».
Для неё все вокруг были лишь простолюдинами, копошащимися у её ног.
Даже Сесилию, верховного мага и владычицу Магической башни, она не считала выше себя, видя в ней лишь соперницу, которую когда-нибудь превзойдёт.
Лео не мог позволить себе столкнуться с последствиями освобождения такой женщины.
А потому он поднял руку, понимая, что у него нет иного выхода, кроме как воспользоваться моментом.
— Ты... что ты задумал...
Ладонь Лео опустилась на голову Илиф.
Он мягко погладил её по волосам, тепло и ласково улыбнувшись.
— Умница. Наша Илиф — такая хорошая девочка.
Рано или поздно приказ придётся отменить.
Он не мог вечно держать её на привязи.
Но в миг, когда оковы падут, ему придётся встретить ярость Илиф лицом к лицу.
Чтобы изменить это неизбежное будущее, ему нужно было сокрушить её гордость и сделать её способной к диалогу.
Это была лишь временная мера, но лучшее, что он мог предпринять сейчас.
— ...Убери руку. Мне противно.
От её ледяного тона по спине Лео пробежал холодок.
Покрывшись испариной, он понимал: отступать нельзя.
Полумеры лишь сделают всё хуже.
— Прости, но, боюсь, мне придётся продолжать, пока твой гнев не утихнет.
— Лео... ты хоть понимаешь, что человек, которого ты сейчас унижаешь, — не кто иная, как президент студенческого совета?
— А теперь, пожалуйста, перевернись на спину.
Едва он договорил, Илиф, лежавшая до этого на животе, послушно перевернулась.
Она отрешённо уставилась в потолок, а затем перевела на него тяжёлый взгляд.
— Это моё последнее предупреждение. Сейчас я ещё могу тебя простить.
— Но если ты переступишь черту ещё хоть на шаг, я приложу все силы, чтобы раздавить тебя.
Она не шутила; намерения её были предельно серьёзны.
У Илиф была и власть, и сила для исполнения этой угрозы.
Студенческий совет был лишь малой частью её безграничного влияния.
Однако Лео не собирался останавливаться.
Разве Илиф действительно простила бы его, прекрати он сейчас? Разумеется, нет.
— Подними передние и задние лапки.
Лапки? Пока она недоумевала, что за вздор он несёт, её тело задвигалось само собой.
— А?!
Илиф, вскинувшая руки, словно щенок, была вынуждена поднять и развести ноги.
Юбка соскользнула к животу, обнажая чёрное бельё под капроном колготок.
— Что... что ты собираешься делать?!
Всегда невозмутимая, Илиф на миг поддалась панике.
В глубине души зародился смутный страх: она боялась, что Лео может осквернить её тело.
Для той, кто всегда помыкал окружающими, чувство чужого господства было сродни самому первобытному ужасу.
Лео присел рядом с Илиф, чье дыхание становилось всё более тяжёлым и прерывистым.
Он протянул руку и мягко погладил её живот.
Когда тёплая ладонь скользнула по коже, Илиф медленно открыла глаза.
Она взглянула на Лео — тот ласкал её живот с на удивление кротким выражением лица.
— Что, во имя всего святого, ты творишь?..
Озадаченный вопрос Илиф вызвал у Лео неловкую улыбку.
— Давным-давно у меня был пёс.
— Он обожал, когда ему чесали пузико, и я всегда делал так после угощения. Нахлынули воспоминания.
— Но почему ты делаешь это со мной?.. Ты что, принимаешь меня за собаку?
— Не совсем. Просто я подумал, что госпоже президенту нужно немного успокоиться.
«Что за бред он несёт?» — изумлённо подумала Илиф.
Но посреди этого недоверия внизу живота зародилось острое, щекочущее чувство, похожее на разряд статического электричества.
Она вздрогнула, и лицо её непроизвольно залило краской.
«...Что это?»
Против воли Илиф осознала, что ей... приятно от этих мягких, но точных прикосновений.
Это осознание ранило её гордость во сто крат сильнее любого приказа.
Лео же, уверенный, что просто чешет живот щенку, и не подозревал, какие чувства он в ней пробуждает.
Если так пойдёт и дальше, чем она будет отличаться от той собаки, которую он когда-то растил?
Стиснув зубы, Илиф сосредоточилась, пытаясь отгородиться от ощущений, что дарили его руки.
— Ух!..
Однако она не смогла сдержать стон, сорвавшийся с её губ.
Сгорая от стыда, Илиф зажмурилась и отвернулась, не в силах смотреть на Лео.
— Ах... ах...
Несмотря на это, рука Лео продолжала своё движение.
В тишине кабинета были слышны лишь мерное тиканье часов и прерывистые вздохи Илиф.
Когда её тело было готово вспыхнуть от жара, Лео наконец отстранился.
Он собирался лишь немного потянуть время, но мысли о домашнем питомце заставили его увлечься.
— Хорошо. Теперь...
Лео хотел было начать разговор, но, обернувшись, невольно отпрянул.
Илиф смотрела на него затуманенным взглядом, тяжело и часто дыша.
Прядь волос прилипла к её губам, а в полуприкрытых глазах, полных невысказанного томления, блестела необъяснимая влага.
— Эм, госпожа президент?
Глаза Илиф медленно сфокусировались на Лео, когда тот позвал её.
Потерявшись в неведомых доселе чувствах, она быстро взяла себя в руки и яростно стиснула зубы.
— Ах ты, мерзавец!..
Несмотря на резкое ругательство, Лео сохранял спокойствие.
— Успокойся. Как ты только что убедилась, мои магические приказы обязательны к исполнению.
— Однако я не намерен злоупотреблять этой властью.
— Подобное не повторится, если ты перестанешь смотреть на меня свысока.
— .......
— Раз уж мы квиты, может, закончим на этом?
— Не думаю, что ты хотела бы предстать в таком виде перед Эльвареей.
Скрытая угроза распахнуть дверь и явить эту сцену помощнице заставила Илиф содрогнуться, но возразить ей было нечего.
Власть и авторитет зиждутся на безупречном образе.
Илиф не могла допустить и тени изъяна на своей репутации.
— Ладно. Снимай.
— Ещё кое-что. Поклянись, что не нападёшь на меня.
— Не нападу я!..
Только после этого Лео с облегчением закрыл гримуар и отменил «Королевский приказ».
Вновь обретя свободу движений, Илиф собралась с силами и села.
Её глаза, в которых всё ещё тлела ярость, впились в Лео.
— Уходи. Пока я не передумала.
Лео кивнул и покинул кабинет по её требованию.
Пытаясь восстановить дыхание, Илиф хотела встать, но ноги её подкосились.
Они стали словно ватными.
— Гх!..
Ухватившись за диван, чтобы не упасть, Илиф сделала глубокий вдох.
В этот момент вошла Эльварея.
— Президент. Как прошёл разговор с кадетом Лео?..
Эльварея осеклась на полуслове.
Покрасневшее лицо Илиф и то, как поспешно она поправляла одежду, намекало на нечто из ряда вон выходящее.
Дыхание её было тяжёлым, а на щеках играл лихорадочный румянец.
Прежде чем Эльварея успела что-то заподозрить, Илиф резко обернулась.
— Эльварея. Собери все сведения о проклятиях, используемых тёмными магами, и доложи мне.
— Также найди магические артефакты, способные... нет, этим я займусь лично, через свои каналы.
Илиф в гневе закусила нижнюю губу.
Произошедшее не укладывалось в голове, сколько бы она об этом ни думала.
«Я... из всех людей именно я... попалась в руки этому ничтожеству!..»
Илиф всегда жила в лучах славы, обожаемая всеми.
Для неё это было в порядке вещей.
Она обладала властью, авторитетом и безграничным талантом.
Она никогда не ленилась оттачивать свои навыки и занимала пост президента совета ещё с начальной школы.
Потому Илиф верила, что рождена править, неся вечный мир под своим началом.
Но кадет по имени Лео вдребезги разбил эту веру.
Она оказалась во власти приказа, которому невозможно было сопротивляться.
Причина была проста.
Это выглядело как кара за её высокомерие по отношению к потомку короля.
Жестокое предупреждение, унизившее её всеми возможными способами.
«Ты мне не король!..»
Единственным королём была сама Илиф Беатрикс.
Она не собиралась служить Лео ни сейчас, ни в будущем.
— ...Эльварея.
— Да, госпожа президент?
— У нас ведь есть время до следующей встречи?
— Около тридцати минут.
— Хорошо. Я отойду в дамскую комнату, а ты подготовь всё к совещанию.
С этими словами Илиф вышла за дверь.
С каждым шагом звук её каблуков эхом отдавался в коридоре, а сама она скрежетала зубами, думая о человеке, который её опозорил.
«Лео...!»
Она поклялась, что вернёт это унижение в многократном размере.
***

Комментарии

Загрузка...