Глава 19

Даже если у меня нет магии, я всё равно использую гримуар
Это беспрецедентное зрелище настолько ошеломило Проазена, что он мог лишь в изумлении хлопать глазами. Бартес, пребывавший в таком же ступоре и даже забывший убрать свой гримуар, наконец пришел в себя.
— Я что, сплю?
— ...Если это сон, то я не хочу просыпаться.
Появление того, кто сможет перенять наследие Архимага, было заветной мечтой всех магов без исключения. Они отчаянно жаждали пришествия могущественного лидера, который поведет их за собой и отвоюет земли за северной границей.
И Проазен, и Бартес стали первыми свидетелями того, как прорастает это семя надежды. Не в силах сдержать восторга, Бартес заговорил дрожащим голосом:
— Нельзя терять ни минуты! Мы должны немедленно сообщить академии эту радостную весть. И не только академии, но и Магической Башне, и высокопоставленным лицам Небесного Острова!
Однако Проазен, прекрасно понимая чувства коллеги, всё же возразил:
— Мы не должны им сообщать.
— Что? Инструктор Проазен? О чем вы говорите?
— Человек, стоящий сейчас перед нами, обладает задатками Архимага.
— Я знаю! Именно поэтому нам нужно раструбить об этом повсюду и заручиться серьезной поддержкой!
— В этом есть доля правды. Но как вы думаете, что произойдет, если мы поднимем такую шумиху?
Поначалу расстроенный Бартес быстро сообразил, на что намекает Проазен, и от этого осознания его пробрала легкая дрожь.
— Быть не может...
— Именно. Еретики и демоны непременно попытаются убить Лео. Для них нет более страшной угрозы в будущем, чем кадет с потенциалом Архимага.
В этом был смысл. С их точки зрения, те, кто жаждет истребления человечества, сделают Лео своей первоочередной мишенью.
— Тогда что же нам делать?
— Нам не нужно делать ничего. Мы должны относиться к Лео как к любому другому кадету и просто ждать, пока его талант не расцветет. Проблема в другом...
Проблема заключалась в тех людях, которые знали о пожертвованном Академии Святой Звезды жезле. Если эта информация дойдет до них, хлопот не оберешься.
— Инструктор Бартес, сколько человек в курсе того, что Сесилия передала свой жезл сюда?
— Ох. Помимо вас, меня и директора... об этом знают главы некоторых влиятельных семей. Они даже приходили сюда в попытках забрать посох, утверждая, что следуют воле Архимага.
И хотя все они потерпели неудачу, Бартес, вспоминая этих высокопоставленных фигур, чьи одни только имена внушали трепет, достал платок и отер пот со лба.
— Им мы тоже ничего не скажем, верно? Иначе они могут вмешаться, чтобы любой ценой заполучить такого таланта на свою сторону.
— Это было бы лучшим решением. Я доложу об этом директору, поэтому прошу вас, инструктор Бартес, держите всё в строжайшей тайне. И еще...
Пока Проазен и Бартес были поглощены своим секретным обсуждением, Лео, не замечая их присутствия, был полностью сосредоточен на жезле в своей руке. Точнее сказать, он смотрел на голографическое окно, появившееся в тот момент, когда он к нему прикоснулся.
[Сила, заключенная в жезле, передается пользователю.]
[Вы получили особенность «Концентрация: Глаза, Читающие Магию».]
Особенность? Такое с ним было впервые, чтобы получить навык, просто взяв в руки оружие. Более того, он никогда не слышал об особенности «Глаза, Читающие Магию», так что понятия не имел, что она из себя представляет.
«Как любопытно...»
Похоже, отсутствие маны вовсе не означало, что он обречен. Обрадовавшись такой неожиданной удаче, Лео улыбнулся и принялся рассматривать жезл в своей руке.
Темно-коричневый жезл, выточенный из эбенового дерева, был длиной около двух пядей, а на его рукояти красовалось единственное золотое кольцо.
На кольце были выгравированы руны, значение которых оставалось неизвестным. Античный, но в то же время утонченный дизайн придавал ему поистине непреодолимую привлекательность.
Решив оставить его себе, Лео спрятал жезл под плащ. Он уже собирался спуститься вниз, как вдруг остановился.
«Это еще что такое...?»
Он заметил, как Проазен и Бартес смотрят на него и о чем-то перешептываются.
«...Они что, планируют выставить мне счет за ремонт старого здания?»
Покрывшись холодным потом, Лео развернулся и зашагал в противоположную сторону, решив, что на всякий случай от них лучше держаться подальше.
* * *
— Хм-м-м...
Тем временем Ревера, последовав за своей феей на пятый этаж Башни Мудреца, с интересом разглядывала полученный жезл.
Черный как смоль посох венчал рубин. Но это был не обычный драгоценный камень — от него исходило мягкое свечение.
— И этот жезл мне подходит?
Порхающая вокруг неё фея уверенно закивала.
— Да! Длина 36 сантиметров, высочайшее качество! Это шедевр, созданный из шипастого дерева демонов, в которое ударила молния! Скорее всего, он бесценен. Но жезлы, выданные в Башне Мудреца, не подлежат продаже!
— Почему? Меня что, убьют, если я его продам?
— Ага! Убьют и отберут! Страшные люди!
...Они правда могут убить? Ревера уставилась на фею, пытаясь понять, шутит ли она, но та лишь продолжала жизнерадостно улыбаться. От этой неопределенности по спине пробежал холодок.
— Суровые у вас правила. Поняла. Можешь возвращаться в свое гнездо. Спасибо.
— Хорошо! Пользуйся им с умом! И не вздумай продавать!
Фея энергично помахала ручкой и улетела к центральному дереву. Убедившись, что она скрылась из виду, Ревера перевела взгляд на Йерию.
В отличие от её собственного мрачного жезла, Йерия прямо-таки лучилась от счастья, держа в руках изящный белоснежный посох.
«А на занятиях она вечно сидит с холодным лицом...»
Сейчас же она была похожа на ребенка, получившего долгожданный подарок. Для Реверы это был отличный шанс наладить отношения, ведь подходить к человеку в хорошем настроении всегда проще.
«Йерия, может, и не так талантлива, как Лео, но у неё есть дар к интерпретации барьеров».
Следовательно, она была ценным кадром для плана Ахлеи.
«Моя миссия — создать брешь в защитном барьере Военной Академии Святой Звезды».
Как только это задание будет выполнено, Ахлея дарует ей свободу. Ей больше не придется прислуживать. Поэтому Ревере нужно было любой ценой переманить Йерию на свою сторону и обучиться чтению барьеров. С этими мыслями ведьма подошла к ней и как ни в чем не бывало завязала разговор:
— Это твой новый жезл? Выглядит отлично! И очень красивый.
Услышав её, Йерия подняла глаза. Вернув своему лицу привычное безразличное выражение, она коротко ответила:
— ...Спасибо.
Хоть она и казалась немного отстраненной, это было не важно. Чтобы поддержать беседу, Ревера улыбнулась и непринужденно добавила:
— Слышала, ты завалила Циклопа на экзамене? Это правда?
— Я была не одна. Мне помогали Ронаэль и Агниэль.
— Но ведь решающий удар нанесла именно ты, верно? Это было заклинание, разрезающее пространство? Говорят, ты разрубила Циклопа одним ударом. Впечатляет.
Несмотря на похвалу и попытки выразить восхищение, лицо Йерии оставалось бесстрастным.
«Наверное, она терпеть не может лесть».
Раз так, придется сменить тему.
— Честно говоря, я считаю, что первым номером должна была стать ты, а не Лео. Конечно, умение читать барьеры — это важно, но боевые навыки куда важнее, не так ли?
При упоминании Лео в глазах Йерии промелькнула искра.
«Значит, слухи о её чрезмерной конкурентоспособности оказались правдой».
Если Йерия испытывает комплекс неполноценности и завидует Лео, Ревера могла бы использовать это в своих интересах.
— Я не шучу. Лео, конечно, силен, но по сравнению с тобой он и рядом не стоял. Разумеется, если судить объективно.
Ревера не питала к Лео никакой неприязни. На самом деле, он даже начал ей нравиться. Однако для того, чтобы завоевать доверие Йерии, необходимо было создать образ общего врага.
— К тому же, разве у него не странный характер? В первый же день ввязался в драку с Фацилианом, а потом в порыве гнева разнес в щепки зал старого корпуса.
Но Ревера допустила роковую ошибку. Йерия не воспринимала Лео ни как врага, ни как соперника. И уж тем более её не радовали пренебрежительные отзывы в его адрес. Зная, что Лео — последний наследник Ференции, Йерия свято чтила его честь, которая была неразрывно связана с честью её семьи, служившей королевскому двору, и уважала предсмертную волю своей матери — защищать эту честь любой ценой.
— Заткнись.
Она бросила тихое предупреждение, но Ревера его проигнорировала. Не зная всей подоплеки, ведьма приняла реакцию Йерии за скрытое удовольствие.
— А что такого? Я же не вру. Лео реально странный. А недавно, когда мы остались наедине в одной комнате, он вел себя настолько жалко, что я вообще сомневаюсь, способен ли он исполнять мужские обязанности...
Не успела она договорить, как рука Йерии дернулась сама собой.
Хлесь!
Звонкая пощечина разнеслась по залу, отбросив голову Реверы в сторону. Когда она медленно повернулась обратно, глаза Йерии были опасно сужены, и она прорычала:
— Никогда. Больше. Не смей так говорить о Лео.
...С чего это она так взбесилась, если я пыталась её поддержать? В полном недоумении Ревера заморгала, а затем разочарованно выдохнула:
— Ха.
Теперь всё встало на свои места. Она наконец поняла, почему Лео так категорично отверг её в старом здании. Ответ оказался до смешного прост.
— Как же это бесит...
Тихо пробормотав это, Ревера сбросила маску дружелюбия. Совершив непоправимую ошибку, она решила выложить все карты на стол.
— Так вы двое встречаетесь?
Поскольку отношения между кадетами были запрещены правилами академии, они, должно быть, тщательно это скрывали. Не зная этого, Ревера пыталась пустить в ход свои чары, что делало все её попытки заведомо обреченными на провал.
— Мы не встречаемся.
Йерия тут же опровергла это, но для Реверы это прозвучало как жалкая отговорка. В то же время из самых глубин её сердца начала подниматься холодная ярость.
Пока она рисковала жизнью, проникая в Военную Академию Святой Звезды, и каждый день жила в страхе, эта аристократка наслаждалась беззаботной жизнью в розовых очках. Разительный контраст между их судьбами, подобно цвету их жезлов, лишь подливал масла в огонь её ненависти. Крепко сжав свой посох, Ревера раздраженно процедила:
— Не встречаетесь?
Но внешне она сохранила спокойную ухмылку.
— В таком случае...
Тщательно подбирая слова, Ревера наконец выдала самую язвительную фразу, на которую только была способна:
— Значит, ты не будешь против, если я начну встречаться с Лео, так?

Комментарии

Загрузка...