Лайн погрузил голову в ванну, его черные волосы расплылись по поверхности воды. Спустя минуту он вынырнул, жадно вдыхая воздух. Вытеревшись насухо, Лайн надел халат и прошел в спальню. Он обнял Люцифера и погрузился в мягкие подушки дивана. Люцифер отчетливо почувствовал, как Лайна окутывает невидимый слой скорби — возможно, это была присущая лишь Покемонам темного типа чуткость. Люцифер принялся тереться о хозяина своими мягкими перьями.
Нахлынувшие эмоции всегда приходят без предупреждения. Лайн молча налил себе текилы, мазнул краем стакана по горсти соли, которую нашел на кухне, и осушил его залпом. Крепкий алкоголь огненным комком упал в желудок, обжигая пищевод. В конце концов, центральная нервная система получила сигнал, мысли помутились, и Лайн провалился в небытие.
Люцифер потянул клювом одеяло, укрывая хозяина. Он не знал, как утешить Лайна, поэтому просто оставался рядом. Но вскоре у Лайна совсем не осталось времени на собственные переживания.
В тот день Капоне созвал всех своих подручных, заявив, что должен сообщить нечто крайне важное. Лайн тоже присутствовал на собрании. Прикинув сроки, он понял: пришло время того самого дела.
Все подручные собрались в кабинете Капоне. Каждый по очереди подходил, целовал перстень на руке босса и молча отходил в сторону.
— Буду краток. Высшее руководство Лиги уже обсуждает тот самый закон. Какие будут мысли?
Лайн про себя подсчитал: сейчас осень восемнадцатого года. Нынешнее руководство Лиги заигрывает с общественным мнением и решило ввести «сухой закон», чтобы заручиться поддержкой избирателей. Кто знает, может, прямо сейчас в Большом зале заседаний из-за этого закона уже кипят споры.
Таталья заговорил первым:
— Судя по ситуации, даже если они будут спешить, закон вступит в силу не раньше двадцатого года. У нас есть больше года. Бары и увеселительные заведения больше нельзя будет держать открытыми, придется уходить в подполье.
Гамбо добавил:
— На самом деле, основная часть нашего дохода идет вовсе не с баров и клубов. Даже если алкоголь запретят, что нам мешает сделать ремонт и продолжать работать как казино?
— Нио, а ты что думаешь?
— ...
— Спрашивать тебя — только время терять.
В конце концов, Капоне перевел взгляд на Лайна, заметив, что тот витает в облаках.
— Лайн, у тебя есть идеи?
Лайна вырвали из раздумий. Встретившись с взглядом Капоне, он помолчал несколько секунд, а затем медленно произнес:
— Крестный отец, я считаю, что нам стоит воспользоваться этой возможностью. После введения запрета алкоголь станет дефицитным товаром.
— Обоснуй.
— Во-первых, с самого основания региона Юнова мужчины привыкли проводить досуг и общаться в тавернах. К тому же, в обширных сельскохозяйственных районах на западе из-за сложностей с транспортировкой зерна местным жителям выгоднее гнать из него спиртное, чем продавать сырье. Если я не ошибаюсь, в западных регионах этот закон вызовет яростный протест.
— И самое главное, если смотреть с точки зрения человеческой природы: любые попытки принудительно запретить что-то вызывающее привыкание неизбежно приведут к обратному эффекту. Если этот закон примут, мы озолотимся!
Слова Лайна слегка удовлетворили Капоне. Пусть его суждение и не было истиной в последней инстанции, но в нем определенно было рациональное зерно.
Этот парень — прирожденный мерзавец, — подумал Капоне.
— Отлично, Лайн. Я дам тебе бар на пробу. Посмотрим, на что ты способен.
Сказав это, Капоне многозначительно посмотрел на Лайна.
Лайна пробрала дрожь! Его поразило не то, что Капоне доверил ему бар, а то, как он был так уверен, что закон обязательно примут? Лайн знал это, обладая информацией из будущего, но Капоне... От этой мысли по спине Лайна пробежал холодок.
— Благодарю за доверие, крестный отец.
С этими словами Лайн поспешно склонил голову и поцеловал перстень на руке босса. Воспользовавшись моментом, он привел в порядок выражение лица, взгляд и вернулся на свое место.
После окончания собрания Гамбо задержался, дожидаясь Лайна. Увидев, что тот выходит, он помахал ему рукой.
— Сюда, Лайн!
Лайн с любопытством подошел. Гамбо мягко улыбнулся:
— Лайн, дружище, подойди, переговорим.
Лайн с сомнением сел в машину.
— Лайн, когда откроешь свой бар, если понадобятся крупье или еще кто — обращайся к старику Гамбо! Я всё устрою.
Гамбо улыбался так добродушно, что никто не смог бы почувствовать к нему неприязнь.
— Договорились, брат Гамбо! Вы в организации мастер в таких делах, обязательно приду за советом, только не сочтите за назойливость!
Лайн уже примерно понимал, чего тот хочет. Оставшись на обочине, Лайн погрузился в раздумья: похоже, пора запускать собственный план.
Впрочем, не стоит забивать этим голову — тренировка Люцифера еще не закончена.
На крыше многоквартирного дома Лайн с помощью свиста отрабатывал с Люцифером слаженность движений. Боксерская груша за пару дней пришла в негодность — на ней остались бесчисленные следы от ударов крыльями. Неясно, было ли это результатом специальной диеты или того, что Камень тьмы продолжал улучшать тело Люцифера, но Покемон заметно подрос, и теперь, когда он сидел на плече Лайна, тот чувствовал, что Люцифер стал ощутимо тяжелее.
— Двадцать пять, двадцать шесть, двадцать семь... — считал Лайн, отжимаясь от пола, пока Люцифер стоял у него на спине и чистил перья.
В любое время физическая форма тренера остается залогом успеха. Лайн не бросал свою привычку тренироваться: только крепкое тело способно выдержать высокие нагрузки. Недаром один мастер боевых искусств голыми руками вытащил Сэндслэша из тела Оникса... и усмирил его.
Закончив тренировку, Лайн вернулся в квартиру, чтобы принять душ. Внезапно снаружи донесся шум. Подойдя к окну, он увидел членов женского общества за трезвость. Разгневанные женщины крушили ящики с виски и пивом, обвиняя алкоголь в разрушении бесчисленных счастливых семей. Затем посыпались цифры — все они указывали на одно: алкоголь губит людей. Женщины призывали всех присоединиться к движению за «сухой закон».
Лайн поспешно закрыл окно: слишком шумно. С точки зрения жен, они были абсолютно правы — никто не хочет, чтобы их вторая половина пропивала семейные сбережения, а потом возвращалась домой и распускала руки. В этом мире нет спасения, все пьяницы — узники алкоголя.
Лайн устроился на диване, размышляя о том, что его главная задача — собрать команду. Где же Лесли, его названый брат, которого он безуспешно искал несколько лет? Этот вопрос не давал Лайну покоя, лишая душевного равновесия. К тому же, ощущение, что он не контролирует ситуацию, сильно раздражало. Прикинув время, он понял, что Лесли, скорее всего, работает в порту. Придется завтра сходить туда еще раз.
Очередная бессонная ночь.

Комментарии

Загрузка...