В день, когда пришли следователи
— Меня выследили.
Он наклонил стакан с бурбоном, и лед внутри зазвенел, закружившись в янтарной жидкости.
— Выследили?
Лениво отозвался я, полагая, что он просто шутит.
— Выследили... в каком смысле?
— На мою жизнь.
Ответил он.
— Похоже, кто-то хочет меня убить.
Я все еще улыбался.
— С чего бы кому-то покушаться на твою жизнь?
— Эх...
Помолчав немного, он заговорил снова: — Я и сам не знаю. Ради чего же?
Его голос прозвучал излишне тяжело, из-за чего и мне расхотелось улыбаться. Посмотрев на его профиль, я перевел взгляд на бармена за стойкой, а затем снова уставился на собственные руки.
— Не знаешь, но чувствуешь это?
— Дело не только в чувстве, — произнес он. — Меня действительно преследуют.
С этими словами он попросил у бармена еще один бокал бурбона.
Оглядевшись вокруг и убедившись, что на нас никто не обращает внимания, я позвал его: — Послушай, нельзя ли поподробнее? Что вообще произошло?
— Да так... — он осушил бокал бурбона одним глотком и закурил сигарету. — Просто кто-то за мной следит! Вот и всё.
Затем он понизил голос и бросил: — Дело принимает скверный оборот.
— Изначально я не хотел об этом говорить, но все же не удержался. Думаю, все дело в утреннем происшествии.
— Утреннем происшествии?
— Да ничего особенного! — покачал он головой. — В общем, тебе знать об этом не следует.
Я уставился на стакан в собственной руке.
— Потому что даже если я узнаю, это ничего не изменит?
— Дело не только в этом, — ответил он. — Это лишь доставит тебе лишних хлопот! К тому же, оттого что я тебе обо всем расскажу, тревога на душе у меня не уменьшится.
Я никак не отреагировал на его слова, лишь скрестил ноги под барной стойкой.
— Мм, короче говоря, за тобой кто-то охотится?
— Верно.
— Но ты не знаешь, кто именно?
— Какой странный вопрос!
Впервые с тех пор, как он вошел в бар сегодня, на его лице появилась улыбка. Белый дым клубился между его зубами.
— Кто-то покушается на твою жизнь, но при этом ты понятия не имеешь, кто это — разве кто-нибудь может утверждать подобное с уверенностью? А если бы это был ты?
— На моем месте, — я сделал паузу, — можно сказать и да, и нет. Мне кажется, жажда убийства и система ценностей неразрывно связаны.
— Я разделяю твое мнение, — он медленно кивнул.
— Выходит, в глубине души ты все же догадываешься, кто это?
— Не хвастовства ради, но в общих чертах всю подоплеку я понимаю.
— Но не можешь назвать имя.
— Мне кажется, если произнести это вслух, всё произошедшее станет по-настоящему реальным, — продолжил он. — Я ведь очень труслив.
После этого мы молча пили. Устав пить, мы оставили стаканы, вышли из бара и зашагали по моросящему под мелким дождем проспекту.
Я ведь очень труслив — это были последние слова, сказанные им, что сохранились в моей памяти.

Комментарии

Загрузка...