— Древний король говорил, что прежде ты использовал Пепел войны «Грозовой удар», — произнес Эдгар. — Что ж, с него и начнем.
— Древний король говорил, что прежде ты использовал Пепел войны «Грозовой удар», — произнес Эдгар. — Что ж, с него и начнем.
Эдгар резко топнул ногой, и вокруг него с воем закружился яростный вихрь.
Эдгар резко топнул ногой, и вокруг него с воем закружился яростный вихрь.
— Суть штормовых техник на самом деле проста, — продолжил он. — Первый шаг — высвободить магическую силу, а второй — придать ей форму бури.
— Суть штормовых техник на самом деле проста, — продолжил он. — Первый шаг — высвободить магическую силу, а второй — придать ей форму бури.
Брайс внимательно слушал каждое слово. В бою на кону всегда стоит жизнь, поэтому пренебрегать деталями было нельзя.
Брайс внимательно слушал каждое слово. В бою на кону всегда стоит жизнь, поэтому пренебрегать деталями было нельзя.
— Как только научишься беспрепятственно выпускать ману наружу, считай, половина дела сделана. Навык будет освоен, независимо от его разрушительной мощи. А вот умение управлять вихрем определяет то, насколько грозным он окажется при одинаковых затратах энергии.
— Как только научишься беспрепятственно выпускать ману наружу, считай, половина дела сделана. Навык будет освоен, независимо от его разрушительной мощи. А вот умение управлять вихрем определяет то, насколько грозным он окажется при одинаковых затратах энергии.
Эдгар слегка перевел дыхание и добавил:
Эдгар слегка перевел дыхание и добавил:
— С наставлениями Древнего короля обуздать шторм тебе будет гораздо проще.
— С наставлениями Древнего короля обуздать шторм тебе будет гораздо проще.
В этот раз Эдгар показал «Грозовой удар» вполсилы, и сделал это намеренно. Он ведь не был Погасшим и не мог восстанавливать концентрацию у благодати по щелчку пальцев; ему требовалось время, чтобы восполнить растраченную ману.
В этот раз Эдгар показал «Грозовой удар» вполсилы, и сделал это намеренно. Он ведь не был Погасшим и не мог восстанавливать концентрацию у благодати по щелчку пальцев; ему требовалось время, чтобы восполнить растраченную ману.
Поэтому кастелян решил чередовать тренировки: сначала показывать приемы, затем отрабатывать основы ближнего боя, пока восполняются силы, а после снова возвращаться к штормовым навыкам. И так по кругу.
Поэтому кастелян решил чередовать тренировки: сначала показывать приемы, затем отрабатывать основы ближнего боя, пока восполняются силы, а после снова возвращаться к штормовым навыкам. И так по кругу.
— Сейчас твоя главная трудность — это высвобождение силы, — объяснял Эдгар. — Древний король может призвать шторм, напрямую задействовав твою ману, но так ты ничему не научишься. Из-за своей природы он лишь рассеивает твою энергию в воздухе, а затем сам подчиняет её своей воле. Пусть оружия с Пеплом войны у тебя больше нет, ты столько раз использовал этот прием, что тело обязано было запомнить ощущение. Попробуй еще раз.
— Сейчас твоя главная трудность — это высвобождение силы, — объяснял Эдгар. — Древний король может призвать шторм, напрямую задействовав твою ману, но так ты ничему не научишься. Из-за своей природы он лишь рассеивает твою энергию в воздухе, а затем сам подчиняет её своей воле. Пусть оружия с Пеплом войны у тебя больше нет, ты столько раз использовал этот прием, что тело обязано было запомнить ощущение. Попробуй еще раз.
Брайс прикрыл глаза, воскрешая в памяти то мимолетное чувство, когда он бил «Грозовым ударом». Сосредоточив магические потоки в ступне, он резко топнул.
Брайс прикрыл глаза, воскрешая в памяти то мимолетное чувство, когда он бил «Грозовым ударом». Сосредоточив магические потоки в ступне, он резко топнул.
Но над травой пронесся лишь легкий, едва заметный ветерок.
Но над травой пронесся лишь легкий, едва заметный ветерок.
Брайс нахмурился. Без Пепла войны все оказалось гораздо сложнее, чем он предполагал.
Брайс нахмурился. Без Пепла войны все оказалось гораздо сложнее, чем он предполагал.
Пепел войны был подобен готовому алгоритму: стоило влить в него ману, как она послушно текла по заданному руслу. Теперь же Брайсу приходилось воссоздавать этот процесс вручную. Малейшая ошибка в распределении силы — и концентрация рассеивалась без следа.
Пепел войны был подобен готовому алгоритму: стоило влить в него ману, как она послушно текла по заданному руслу. Теперь же Брайсу приходилось воссоздавать этот процесс вручную. Малейшая ошибка в распределении силы — и концентрация рассеивалась без следа.
К счастью, жаловаться на нехватку энергии не приходилось. С собой у него имелись две фляги лазурных слёз, да и благодать сияла совсем рядом. Тренируйся сколько душе угодно.
К счастью, жаловаться на нехватку энергии не приходилось. С собой у него имелись две фляги лазурных слёз, да и благодать сияла совсем рядом. Тренируйся сколько душе угодно.
Раз за разом, попытка за попыткой.
Раз за разом, попытка за попыткой.
Когда иссякала мана, Брайс прикладывался к фляге. Когда пустели фляги — шел отдыхать к благодати.
Когда иссякала мана, Брайс прикладывался к фляге. Когда пустели фляги — шел отдыхать к благодати.
Постепенно, в череде бесконечных повторений, движения становились увереннее, и Брайс все глубже постигал суть «Грозового удара».
Постепенно, в череде бесконечных повторений, движения становились увереннее, и Брайс все глубже постигал суть «Грозового удара».
Однако останавливаться на этом он не собирался. Напротив, с каждым новым ударом он отчетливо понимал, что этот шаблонный навык можно сделать куда лучше.
Однако останавливаться на этом он не собирался. Напротив, с каждым новым ударом он отчетливо понимал, что этот шаблонный навык можно сделать куда лучше.
В конце концов, Пепел войны был лишь блеклым отголоском опыта былых мастеров, далеким от истинного величия шторма. Брайсу было трудно облечь это ощущение в слова, но, следуя заученным движениям Пепла, он явственно чувствовал, что способен на большее.
В конце концов, Пепел войны был лишь блеклым отголоском опыта былых мастеров, далеким от истинного величия шторма. Брайсу было трудно облечь это ощущение в слова, но, следуя заученным движениям Пепла, он явственно чувствовал, что способен на большее.
Повинуясь этому наитию, он вновь нанес удар.
Повинуясь этому наитию, он вновь нанес удар.
Магические потоки устремились вперед без малейшего сопротивления. Заторы, которые раньше мешали циркуляции силы, исчезли, а лишние затраты энергии сократились.
Магические потоки устремились вперед без малейшего сопротивления. Заторы, которые раньше мешали циркуляции силы, исчезли, а лишние затраты энергии сократились.
Вокруг Брайса взвился яростный вихрь. Трава в поле вырывалась с корнем и разрывалась в клочья в бушующем потоке воздуха.
Вокруг Брайса взвился яростный вихрь. Трава в поле вырывалась с корнем и разрывалась в клочья в бушующем потоке воздуха.
Брайс замер, смакуя новое чувство. Расход маны снизился, а скорость подготовки удара возросла. Сделав еще несколько заходов, он окончательно закрепил новые пути движения силы в теле.
Брайс замер, смакуя новое чувство. Расход маны снизился, а скорость подготовки удара возросла. Сделав еще несколько заходов, он окончательно закрепил новые пути движения силы в теле.
Теперь Брайс владел «Грозовым ударом» в совершенстве. Его мастерство превзошло даже того воина, чья память некогда запечатлелась в Пепле войны.
Теперь Брайс владел «Грозовым ударом» в совершенстве. Его мастерство превзошло даже того воина, чья память некогда запечатлелась в Пепле войны.
Он остался доволен результатом.
Он остался доволен результатом.
Эдгар, наблюдавший за тренировкой, был потрясен. Не зря Древний король выделил Брайса среди прочих.
Эдгар, наблюдавший за тренировкой, был потрясен. Не зря Древний король выделил Брайса среди прочих.
Пусть даже у Погасших было огромное преимущество в виде неиссякаемого источника сил у благодати, но то, что Брайс полностью освоил «Грозовой удар» всего за пару часов, граничило с чудом. Его талант поражал воображение.
Пусть даже у Погасших было огромное преимущество в виде неиссякаемого источника сил у благодати, но то, что Брайс полностью освоил «Грозовой удар» всего за пару часов, граничило с чудом. Его талант поражал воображение.
К тому же, соприкоснувшись с истинной бурей, Брайс понимал её природу гораздо глубже. При тех же затратах энергии его вихрь выходил куда свирепее, чем у самого Эдгара.
К тому же, соприкоснувшись с истинной бурей, Брайс понимал её природу гораздо глубже. При тех же затратах энергии его вихрь выходил куда свирепее, чем у самого Эдгара.
Смотрителю замка вдруг стало тоскливо. Он родился в эпоху, когда величие шторма угасло, и никогда не видел настоящей бури своими глазами. Он вспомнил, как отец, обучая его, вечно сокрушался о былых временах. Раньше Эдгар не понимал этих вздохов, но теперь прочувствовал их до глубины души.
Смотрителю замка вдруг стало тоскливо. Он родился в эпоху, когда величие шторма угасло, и никогда не видел настоящей бури своими глазами. Он вспомнил, как отец, обучая его, вечно сокрушался о былых временах. Раньше Эдгар не понимал этих вздохов, но теперь прочувствовал их до глубины души.
Истинная буря давно сгинула вместе с их родиной.
Истинная буря давно сгинула вместе с их родиной.
«О Великий Древний король... Неужели вы верите, что он способен вернуть шторм? Глядя на него, я и сам начинаю в это верить»
«О Великий Древний король... Неужели вы верите, что он способен вернуть шторм? Глядя на него, я и сам начинаю в это верить»
Убедившись, что Брайс твердо усвоил первый урок, кастелян перешел к следующему этапу.
Убедившись, что Брайс твердо усвоил первый урок, кастелян перешел к следующему этапу.
— Теперь займемся перемещениями. В бою правильный шаг — это основа.
— Теперь займемся перемещениями. В бою правильный шаг — это основа.
***
***
— Попробуй не топать ногой. Вызови вихрь вокруг себя одним лишь усилием воли.
— Попробуй не топать ногой. Вызови вихрь вокруг себя одним лишь усилием воли.
***
***
— А теперь направь силу в клинок. Оружие должно стать продолжением твоего тела. Окутай его сталью шторма.
— А теперь направь силу в клинок. Оружие должно стать продолжением твоего тела. Окутай его сталью шторма.
***
***
День пролетел незаметно. Эдгар лишь показывал приемы несколько раз, а затем молча наблюдал за тренировками Брайса, изредка поправляя его стойку при ошибках.
День пролетел незаметно. Эдгар лишь показывал приемы несколько раз, а затем молча наблюдал за тренировками Брайса, изредка поправляя его стойку при ошибках.
Благодаря силе благодати Брайс мог тренироваться без устали и вскоре освоил большую часть программы.
Благодаря силе благодати Брайс мог тренироваться без устали и вскоре освоил большую часть программы.
Однако, кроме «Грозового удара», применять остальные техники в реальном бою пока было рановато. А до «молниеносного вихревого удара» и вовсе оставалось как до луны.
Однако, кроме «Грозового удара», применять остальные техники в реальном бою пока было рановато. А до «молниеносного вихревого удара» и вовсе оставалось как до луны.
Впрочем, Брайс не унывал. Достичь такого прогресса всего за один день — уже огромная победа. Впереди у него было полно времени для учебы.
Впрочем, Брайс не унывал. Достичь такого прогресса всего за один день — уже огромная победа. Впереди у него было полно времени для учебы.
Когда он закончит обучение, придет пора отправляться в замок Грозовой Завесы.
Когда он закончит обучение, придет пора отправляться в замок Грозовой Завесы.
Наступили сумерки. Сияние Древа Эрд постепенно меркло, уступая место ночи.
Наступили сумерки. Сияние Древа Эрд постепенно меркло, уступая место ночи.
Брайс и Эдгар вернулись в замок Морн.
Брайс и Эдгар вернулись в замок Морн.
К этому времени внутренний двор уже успели убрать. Если не считать застоявшегося в воздухе тяжелого запаха крови, ничто больше не напоминало о разыгравшейся здесь трагедии.
К этому времени внутренний двор уже успели убрать. Если не считать застоявшегося в воздухе тяжелого запаха крови, ничто больше не напоминало о разыгравшейся здесь трагедии.
Брайс разделил с Эдгаром скромную трапезу. Обычный хлеб да жидкий овощной суп, но для Брайса это была первая нормальная еда за долгое время.
Брайс разделил с Эдгаром скромную трапезу. Обычный хлеб да жидкий овощной суп, но для Брайса это была первая нормальная еда за долгое время.
Припасов в замке Морн почти не осталось — бастарды разграбили и осквернили всё, до чего смогли дотянуться. Эдгар при всем желании не мог устроить пир в честь гостя. Хотя кастелян уже отправил людей за провизией, до их возвращения потчевать Брайса было решительно нечем. В замке даже повара нормального не нашлось — стряпню готовил один из выживших горожан, хоть немного смысливший в кулинарии.
Припасов в замке Морн почти не осталось — бастарды разграбили и осквернили всё, до чего смогли дотянуться. Эдгар при всем желании не мог устроить пир в честь гостя. Хотя кастелян уже отправил людей за провизией, до их возвращения потчевать Брайса было решительно нечем. В замке даже повара нормального не нашлось — стряпню готовил один из выживших горожан, хоть немного смысливший в кулинарии.
Попрощавшись с Эдгаром, Брайс вернулся в свою комнату.
Попрощавшись с Эдгаром, Брайс вернулся в свою комнату.
Он растянулся на кровати, но сон не шел. Вместо этого он попытался мысленно воззвать к Древнему королю.
Он растянулся на кровати, но сон не шел. Вместо этого он попытался мысленно воззвать к Древнему королю.
"Древний король, почему ты выбрал именно меня?"
"Древний король, почему ты выбрал именно меня?"
Ответа долго не было. Брайс уже решил, что величественный ястреб снова его игнорирует, как вдруг в сознании эхом раздался глубокий рокот:
Ответа долго не было. Брайс уже решил, что величественный ястреб снова его игнорирует, как вдруг в сознании эхом раздался глубокий рокот:
"Похож".
"Похож".
Брайс растерялся.
Брайс растерялся.
"Похож? В каком смысле?"
"Похож? В каком смысле?"
"В самом прямом, — отозвался древний дух. — Ты напоминаешь мне старого соратника. Иначе я бы ни за что не подпустил тебя к своему праху"
"В самом прямом, — отозвался древний дух. — Ты напоминаешь мне старого соратника. Иначе я бы ни за что не подпустил тебя к своему праху"
Хоть Древний король давно погиб, его дух все еще повелевал ветрами. Если бы он не пожелал видеть Брайса в часовне Ожидания, шторм стер бы незваного гостя в порошок в одно мгновение.
Хоть Древний король давно погиб, его дух все еще повелевал ветрами. Если бы он не пожелал видеть Брайса в часовне Ожидания, шторм стер бы незваного гостя в порошок в одно мгновение.
"Значит... ты хочешь отомстить моими руками?"
"Значит... ты хочешь отомстить моими руками?"
Древний король промолчал. Лишь мгновение спустя в голове Брайса раздался тяжелый, протяжный вздох.
Древний король промолчал. Лишь мгновение спустя в голове Брайса раздался тяжелый, протяжный вздох.
"Мстить некому и не за что, — прозвучал наконец ответ. — Мы проиграли, а участь побежденных — развеяться подобно ветру. У меня нет скрытых помыслов. Я выбрал тебя лишь потому, что так пожелал"
"Мстить некому и не за что, — прозвучал наконец ответ. — Мы проиграли, а участь побежденных — развеяться подобно ветру. У меня нет скрытых помыслов. Я выбрал тебя лишь потому, что так пожелал"

Комментарии

Загрузка...