Брайс с холодным безразличием выслушал всю эту чепуху. Он прекрасно знал, кто такой Варрэ — обычный зазывала из Династии Могвин, рыскающий повсюду в поисках легкой добычи и завлекающий доверчивых глупцов в ряды своей фракции.
Брайс с холодным безразличием выслушал всю эту чепуху. Он прекрасно знал, кто такой Варрэ — обычный зазывала из Династии Могвин, рыскающий повсюду в поисках легкой добычи и завлекающий доверчивых глупцов в ряды своей фракции.
Такие, как он, прицельно выискивали Погасших. Большинство из них, оставшись без девы-служанки и лишившись возможности зреть свет благодати, по-прежнему превосходно владели оружием. Замок Грозовой Завесы служил для них идеальным полигоном: те, кто выдерживал испытание, доказывая свою силу, со временем удостаивались чести стать рыцарями крови.
Такие, как он, прицельно выискивали Погасших. Большинство из них, оставшись без девы-служанки и лишившись возможности зреть свет благодати, по-прежнему превосходно владели оружием. Замок Грозовой Завесы служил для них идеальным полигоном: те, кто выдерживал испытание, доказывая свою силу, со временем удостаивались чести стать рыцарями крови.
Но Брайс не спешил расправляться с мерзавцем. Варрэ пока был нужен ему живым. Когда с его помощью Брайс проникнет в Династию Могвин, наглый зазывала сполна поплатится за свой ядовитый язык.
Но Брайс не спешил расправляться с мерзавцем. Варрэ пока был нужен ему живым. Когда с его помощью Брайс проникнет в Династию Могвин, наглый зазывала сполна поплатится за свой ядовитый язык.
Поэтому Брайс лишь изобразил на лице легкое недоверие и молча зашагал в указанном направлении.
Поэтому Брайс лишь изобразил на лице легкое недоверие и молча зашагал в указанном направлении.
— Хи-хи, у меня предчувствие, мой милый... Мы очень скоро встретимся вновь.
— Хи-хи, у меня предчувствие, мой милый... Мы очень скоро встретимся вновь.
Брайс даже не обернулся — он опасался, что если задержится еще хоть на мгновение, то попросту не сдержится и прикончит наглого шута на месте.
Брайс даже не обернулся — он опасался, что если задержится еще хоть на мгновение, то попросту не сдержится и прикончит наглого шута на месте.
А Варрэ провожал его уходящую фигуру долгим безмолвным взглядом. Глаза за прорезями маски оставались холодными и глубокими; никто не знал, о чем он сейчас думал. Лишь окровавленный белый лик застыл в неизменной, приклеенной полуулыбке.
А Варрэ провожал его уходящую фигуру долгим безмолвным взглядом. Глаза за прорезями маски оставались холодными и глубокими; никто не знал, о чем он сейчас думал. Лишь окровавленный белый лик застыл в неизменной, приклеенной полуулыбке.
***
***
Следуя за тонкими нитями благодати, Брайс переваливал через один холм за другим, пока наконец не подобрался к руинам старого храма. От развалин некогда величественного храма Элле его отделял всего один холм, но Брайс резко остановился.
Следуя за тонкими нитями благодати, Брайс переваливал через один холм за другим, пока наконец не подобрался к руинам старого храма. От развалин некогда величественного храма Элле его отделял всего один холм, но Брайс резко остановился.
Скрывшись в густых зарослях кустарника, он первым делом стянул подаренный Хаканом шлем, чтобы тот не выдал его случайным стальным отблеском. Брайс знал: где-то впереди, прямо по дороге к храму, неустанно кружит Страж Древа — невероятно опасный противник.
Скрывшись в густых зарослях кустарника, он первым делом стянул подаренный Хаканом шлем, чтобы тот не выдал его случайным стальным отблеском. Брайс знал: где-то впереди, прямо по дороге к храму, неустанно кружит Страж Древа — невероятно опасный противник.
Лезть на рожон сейчас было чистой глупостью. Брайсу пришлось прибегнуть к читам, чтобы одолеть даже приращенного отпрыска — сильного, но все же рядового монстра. Соваться со стальным мечом к могучему Стражу Древа без подготовки было бы чистым безумием.
Лезть на рожон сейчас было чистой глупостью. Брайсу пришлось прибегнуть к читам, чтобы одолеть даже приращенного отпрыска — сильного, но все же рядового монстра. Соваться со стальным мечом к могучему Стражу Древа без подготовки было бы чистым безумием.
Да, у него была сила секты FLiNG Trainer, но, насколько он успел заметить, количество доступных функций со временем не восстанавливалось. Ну, или для этого требовалось гораздо больше дней. Как бы то ни было, каждая возможность запустить трейнер была на вес золота. Вместо того чтобы растрачивать спасительные читы на рядового всадника, Брайс предпочел бы приберечь их для главных противников Междуземья — осколочных владык, владеющих Великими рунами.
Да, у него была сила секты FLiNG Trainer, но, насколько он успел заметить, количество доступных функций со временем не восстанавливалось. Ну, или для этого требовалось гораздо больше дней. Как бы то ни было, каждая возможность запустить трейнер была на вес золота. Вместо того чтобы растрачивать спасительные читы на рядового всадника, Брайс предпочел бы приберечь их для главных противников Междуземья — осколочных владык, владеющих Великими рунами.
Замерев в кустах, он напряженно вглядывался в просветы между ветвями, пытаясь отыскать взглядом золотую фигуру всадника. Но шло время, а яркий, бьющий в глаза золотой силуэт так и не появлялся. Страж Древа носил слишком броские, сияющие доспехи — если бы он оказался поблизости, Брайс заметил бы его в ту же секунду.
Замерев в кустах, он напряженно вглядывался в просветы между ветвями, пытаясь отыскать взглядом золотую фигуру всадника. Но шло время, а яркий, бьющий в глаза золотой силуэт так и не появлялся. Страж Древа носил слишком броские, сияющие доспехи — если бы он оказался поблизости, Брайс заметил бы его в ту же секунду.
"Неужели здешняя реальность отличается от игры, и тут вообще нет никакого Стража? Или его перевели куда-то еще?"
"Неужели здешняя реальность отличается от игры, и тут вообще нет никакого Стража? Или его перевели куда-то еще?"
Брайс медленно поднялся на ноги и сделал пару шагов наружу, как вдруг в панике метнулся обратно в листву.
Брайс медленно поднялся на ноги и сделал пару шагов наружу, как вдруг в панике метнулся обратно в листву.
Его прошиб холодный пот. Стоило ему высунуть голову, как у подножия холма справа, прямо на ведущей к храму Элле грунтовой дороге, из слепой зоны вынырнула исполинская золотая фигура. Сжавшись в комок в глубине кустов, Брайс во все глаза смотрел на облаченного в сияющие латы Стража Древа. Тот восседал на огромном тяжеловозном коне, защищенном такими же золотыми попонами, и неспешно, размеренно патрулировал тракт.
Его прошиб холодный пот. Стоило ему высунуть голову, как у подножия холма справа, прямо на ведущей к храму Элле грунтовой дороге, из слепой зоны вынырнула исполинская золотая фигура. Сжавшись в комок в глубине кустов, Брайс во все глаза смотрел на облаченного в сияющие латы Стража Древа. Тот восседал на огромном тяжеловозном коне, защищенном такими же золотыми попонами, и неспешно, размеренно патрулировал тракт.
Здоровяк верхом на своем скакуне казался огромным, достигая макушкой ветвей придорожных деревьев.
Здоровяк верхом на своем скакуне казался огромным, достигая макушкой ветвей придорожных деревьев.
"И какой же длины у него маршрут, раз он умудрился зайти ко мне со спины?"
"И какой же длины у него маршрут, раз он умудрился зайти ко мне со спины?"
Опасаясь вражеских застав на дорогах, Брайс благоразумно отказался от тракта и пошел прямиком через холмистую пересеченную местность. Кто же знал, что благодаря этому он разминулся со Стражем буквально в нескольких десятках шагов.
Опасаясь вражеских застав на дорогах, Брайс благоразумно отказался от тракта и пошел прямиком через холмистую пересеченную местность. Кто же знал, что благодаря этому он разминулся со Стражем буквально в нескольких десятках шагов.
"Пронесло... Но теперь, по крайней мере, он у меня на виду. Можно не бояться, что этот бронированный черт выскочит из-за угла и разрубит меня пополам посреди дороги"
"Пронесло... Но теперь, по крайней мере, он у меня на виду. Можно не бояться, что этот бронированный черт выскочит из-за угла и разрубит меня пополам посреди дороги"
С облегчением выдохнув, Брайс притянул к себе поближе пышные ветки кустарника, маскируя лежку. Торопиться он не станет. Сначала нужно точно просчитать все нюансы и временные интервалы его дозора.
С облегчением выдохнув, Брайс притянул к себе поближе пышные ветки кустарника, маскируя лежку. Торопиться он не станет. Сначала нужно точно просчитать все нюансы и временные интервалы его дозора.
В животе протяжно заурчало. Желудок некстати взбунтовался, требуя пищи. Брайс поднял голову к небу. Там, раскинув свои сияющие ветви на весь небосвод, горело исполинское Древо Эрд. Лишь тогда Брайс вспомнил, что в Междуземье нет привычного солнца.
В животе протяжно заурчало. Желудок некстати взбунтовался, требуя пищи. Брайс поднял голову к небу. Там, раскинув свои сияющие ветви на весь небосвод, горело исполинское Древо Эрд. Лишь тогда Брайс вспомнил, что в Междуземье нет привычного солнца.
"Какая разница, который час. Раз проголодался — пора подкрепиться"
"Какая разница, который час. Раз проголодался — пора подкрепиться"
Он осторожно выудил из дорожного мешка сверток с белыми ломтиками вяленого мяса. Это были самые заурядные мясные обрезки, не сдобренные целебными эссенциями или алхимическими солями. Никаких полезных эффектов — простая еда, пригодная лишь для того, чтобы набить пустой желудок. Жесткие, высушенные до состояния подошвы волокна готовились исключительно ради долгого хранения. На вкус эта стряпня была отвратительной. Мало того, сухпаек разделил с ним прелести кораблекрушения и успел изрядно пропитаться горькой морской солью.
Он осторожно выудил из дорожного мешка сверток с белыми ломтиками вяленого мяса. Это были самые заурядные мясные обрезки, не сдобренные целебными эссенциями или алхимическими солями. Никаких полезных эффектов — простая еда, пригодная лишь для того, чтобы набить пустой желудок. Жесткие, высушенные до состояния подошвы волокна готовились исключительно ради долгого хранения. На вкус эта стряпня была отвратительной. Мало того, сухпаек разделил с ним прелести кораблекрушения и успел изрядно пропитаться горькой морской солью.
Кое-как пережевывая жесткие соленые волокна, Брайс сквозь силу глотал пищу, не сводя напряженного взгляда со Стража Древа. Всадник двигался неторопливо, однако из-за мерзкого вкуса мяса Брайс умудрялся жевать даже медленнее, чем ехал его враг.
Кое-как пережевывая жесткие соленые волокна, Брайс сквозь силу глотал пищу, не сводя напряженного взгляда со Стража Древа. Всадник двигался неторопливо, однако из-за мерзкого вкуса мяса Брайс умудрялся жевать даже медленнее, чем ехал его враг.
К моменту, когда последний кусок наконец был проглочен, он успел полностью изучить хронометраж и траекторию патрулирования.
К моменту, когда последний кусок наконец был проглочен, он успел полностью изучить хронометраж и траекторию патрулирования.
"Масштабы куда серьезнее, чем в игре. На один обход у него уходит больше получаса"
"Масштабы куда серьезнее, чем в игре. На один обход у него уходит больше получаса"
Несмотря на прогулочный шаг, за счет исполинских ног тяжеловоза Страж покрывал огромные расстояния.
Несмотря на прогулочный шаг, за счет исполинских ног тяжеловоза Страж покрывал огромные расстояния.
"В сторону бездорожья слева он даже не смотрит. Как только он минует подножие моего холма и скроется за поворотом, я обойду его по левому флангу"
"В сторону бездорожья слева он даже не смотрит. Как только он минует подножие моего холма и скроется за поворотом, я обойду его по левому флангу"
Наметив план действий, Брайс замер в ожидании подходящего момента. Как только Страж Древа в очередной раз прошествовал мимо, Брайс выждал три минуты, ведя мысленный отсчет, после чего бесшумно выскользнул из зарослей.
Наметив план действий, Брайс замер в ожидании подходящего момента. Как только Страж Древа в очередной раз прошествовал мимо, Брайс выждал три минуты, ведя мысленный отсчет, после чего бесшумно выскользнул из зарослей.
Путь обошелся без неприятных неожиданностей. Перебегая от укрытия к укрытию, он благополучно добрался до храма Элле.
Путь обошелся без неприятных неожиданностей. Перебегая от укрытия к укрытию, он благополучно добрался до храма Элле.
Обитель давно лежала в руинах: крыша обвалилась, превратив внутреннее пространство в подобие открытого двора, повсюду сиротливо торчали обломки стен, и лишь арочный портал главного входа еще хранил смутные очертания прежнего фасада. Переступив порог, Брайс сразу заметил в углу пляшущие языки костра, а возле них — колоритную фигуру и привязанного неподалеку осла.
Обитель давно лежала в руинах: крыша обвалилась, превратив внутреннее пространство в подобие открытого двора, повсюду сиротливо торчали обломки стен, и лишь арочный портал главного входа еще хранил смутные очертания прежнего фасада. Переступив порог, Брайс сразу заметил в углу пляшущие языки костра, а возле них — колоритную фигуру и привязанного неподалеку осла.
Путник был одет невероятно ярко, почти празднично: алое пальто с пушистым белым воротником, канареечно-желтые штаны и лихая красная шапка с чудными перьями. Поигрывая на диковинном струнном инструменте, он тихонько напевал под нос какую-то унылую мелодию.
Путник был одет невероятно ярко, почти празднично: алое пальто с пушистым белым воротником, канареечно-желтые штаны и лихая красная шапка с чудными перьями. Поигрывая на диковинном струнном инструменте, он тихонько напевал под нос какую-то унылую мелодию.
Заслышав шаги, бродяга испуганно замер. Музыка тут же смолкла.
Заслышав шаги, бродяга испуганно замер. Музыка тут же смолкла.
Поняв по позе Брайса, что тот не замышляет дурного, хозяин лагеря облегченно перевел дух.
Поняв по позе Брайса, что тот не замышляет дурного, хозяин лагеря облегченно перевел дух.
— Ты ведь из Погасших?.. И убивать меня, похоже, не собираешься. Что скажешь, может, приглядишь что-нибудь из моих товаров?
— Ты ведь из Погасших?.. И убивать меня, похоже, не собираешься. Что скажешь, может, приглядишь что-нибудь из моих товаров?
Он отложил свой инструмент в сторону и представился:
Он отложил свой инструмент в сторону и представился:
— Мое имя — Кале. На солидного торговца я, положим, мало похож, но поверь на слово: коммерция — это мое ремесло.
— Мое имя — Кале. На солидного торговца я, положим, мало похож, но поверь на слово: коммерция — это мое ремесло.
Кале внимательно смотрел на гостя. С его длинной седой шевелюрой и лицом, замотанным до самых глаз плотной тканью, он и впрямь меньше всего походил на расчетливого лавочника.
Кале внимательно смотрел на гостя. С его длинной седой шевелюрой и лицом, замотанным до самых глаз плотной тканью, он и впрямь меньше всего походил на расчетливого лавочника.
Брайс понимающе кивнул. Он помнил, что у Кале всегда можно разжиться отличным снаряжением, которое очень пригодится на первых порах.
Брайс понимающе кивнул. Он помнил, что у Кале всегда можно разжиться отличным снаряжением, которое очень пригодится на первых порах.
— По рукам. Давай поглядим на твой товар.
— По рукам. Давай поглядим на твой товар.
Кале поднялся, подошел к своей тощей ослице, снял с ее спины дорожные сундуки и споро разложил нехитрый скарб прямо на каменных плитах.
Кале поднялся, подошел к своей тощей ослице, снял с ее спины дорожные сундуки и споро разложил нехитрый скарб прямо на каменных плитах.
— Скажи, а Страж Древа, что кружит неподалеку... Сюда он заглянуть не решится?
— Скажи, а Страж Древа, что кружит неподалеку... Сюда он заглянуть не решится?
— О, пустяки. Ему нет дела до тех, в ком не теплится былое величие. Я разбил здесь лагерь давным-давно, и он меня не трогает. Тебе тоже ничего не грозит, пока ты не мозолишь ему глаза на дороге.
— О, пустяки. Ему нет дела до тех, в ком не теплится былое величие. Я разбил здесь лагерь давным-давно, и он меня не трогает. Тебе тоже ничего не грозит, пока ты не мозолишь ему глаза на дороге.
Узнав, что в разрушенные стены всадник не сунется, Брайс окончательно успокоился. В игре этот золотой исполин истреблял его бессчетное количество раз, оставив на память глубокую душевную травму.
Узнав, что в разрушенные стены всадник не сунется, Брайс окончательно успокоился. В игре этот золотой исполин истреблял его бессчетное количество раз, оставив на память глубокую душевную травму.
Нагнувшись над разложенным скарбом, он принялся придирчиво выбирать самое необходимое. В итоге его выбор пал на крепкий факел, надежный телескоп, кожаный набор мастера для создания дорожной утвари и пару потрепанных справочников воина-кочевника.
Нагнувшись над разложенным скарбом, он принялся придирчиво выбирать самое необходимое. В итоге его выбор пал на крепкий факел, надежный телескоп, кожаный набор мастера для создания дорожной утвари и пару потрепанных справочников воина-кочевника.

Комментарии

Загрузка...