Первой мыслью при виде новой сетки было: зачем?
Что Союз Мурима двигает пары вручную, понимали, наверное, уже все. Если бы требовалось лишь добавить тех, чьи бои перенесли с прошлого тура, незачем было перекраивать весь порядок.
Значит, организаторам снова понадобилось что-то провернуть.
Сам перенос дал им удобный повод.
Это я понимал.
Не понимал другого.
Почему именно такая пара?
Я постучал пальцами по поясу, перебирая варианты.
Разве Божественного Дракона не собирались свести с Королём Сабли?
Весь замысел фестиваля читался довольно ясно.
Рано или поздно — в полуфинале либо уже в финале — Божественный Дракон должен был встретиться с Королём Сабли. Я пришёл к этому выводу ещё в тот момент, когда Пэн Чоу объявил об участии.
Сценарий напрашивался простой.
Божественный Дракон показывает себя великолепно, выдерживает достойный бой с одним из Шести Престолов, а затем почётно проигрывает.
Король Сабли побеждает.
Все довольны.
Причём дело было даже не в разнице ступеней.
Союз Мурима просто не мог позволить главе клана Пэн из Хэбэя потерпеть настоящее поражение на собственном показательном турнире.
Клан Пэн — одна из опор Союза. Если его глава публично проиграет, это ударит не только по самому роду.
Да и Пэн Чоу наверняка пришёл сюда по предварительной договорённости.
Он, конечно, идиот.
Хотя, может, даже полный.
Но всё-таки мастер королевского уровня. В нормальных обстоятельствах ему незачем лезть в соревнование, где от участия одни репутационные риски.
Значит, что-то ему предложили.
Выгодное условие.
Или такую угрозу, после которой отказаться было трудно.
Неважно.
Важно, что Король Сабли согласился выйти.
А Союз собирался использовать его, чтобы поднять Божественного Дракона.
Молодой шаолинец должен был показать зрителям, что уже достиг Сферы Преображения и способен хотя бы какое-то время сражаться с мастером уровня Короля Сабли.
Красивое поражение, которое ценнее многих побед.
Таков был мой прогноз.
Только случилось непредвиденное.
Король Сабли рухнул раньше.
Поединок с Боевым Драконом уничтожил его положение.
Самая позорная победа Пэн Чоу за последние десять лет: молодой талант гонял его как игрушку, а потом добровольно отказался от боя, после чего сам Король Сабли чуть ли не с криком требовал продолжения.
Всё, что он годами удерживал в Срединных землях, начало рассыпаться за один день.
Клан Пэн сейчас наверняка трясёт.
Торговые дома, присутствовавшие на поединке, уже должны были потянуть деньги обратно. Остальные, заметив движение, последуют за ними.
План Союза сломался.
Что они решат теперь — неизвестно.
Попытаются всё-таки провести бой Короля Сабли с Божественным Драконом?
Придумают замену?
Вариантов хватало.
Но я точно не ожидал, что уже в четвёртом туре Божественного Дракона поставят против меня.
Зачем?
Такой переменной в моих расчётах не было.
Союзу всё равно требовалось поднять своего шаолинского любимца как можно выше.
Нужен соперник достаточно сильный, чтобы бой выглядел убедительно, но не настолько опасный, чтобы результат стал непредсказуемым.
Если исключить Тан Соёль, уже показавшую на турнире слишком много, и ещё нескольких явно сильных участников, подходящих фигур оставалось четыре-пять.
Я среди них быть не должен.
Может, Союз считает меня слабым?
Теоретически возможно.
Практически — вряд ли.
Даже при всей своей неповоротливости Союз не мог совсем ничего не заметить.
На меня уже обратили внимание Император Меча и Бессмертный Меч. В предыдущих поединках я тоже намеренно показал часть силы.
Полной картины они не имели.
Но слабым меня считать не могли.
Скорее должны были задаваться вопросом, насколько далеко я зашёл на самом деле.
А после выходки Владыки Поражений осторожность вокруг молодых талантов только выросла.
Боевой Дракон, которого почти никто не воспринимал всерьёз, внезапно устроил катастрофу.
Теперь любой непонятный участник выглядел потенциальной миной.
Свести меня с Божественным Драконом в таких обстоятельствах — значит сознательно пойти на риск.
Зачем рисковать, когда есть безопасные варианты?
Вот этого я не понимал.
А раз появился неизвестный фактор, следовало как можно быстрее понять причину.
Я уже почти утонул в расчётах, когда рядом раздался знакомый голос.
— Молодой герой Гу.
Я обернулся.
Белое боевое одеяние, вышитая слива — знак Хвасана. Знакомое красивое лицо.
— Мастер Ёнпун.
Передо мной стоял лучший талант Хвасана, Дракон Меча Ёнпун.
— Ха-ха. Рад видеть вас. Как вы поживали?
Улыбка у него, как всегда, была ясная и открытая.
Вот же гад.
С возрастом стал ещё красивее.
Мало ему лица — кажется, ещё и вытянулся.
Мне ради каждого лишнего цуня роста приходилось стараться, а этому всё достаётся само.
— Нормально. У меня мало что меняется.
— Рад слышать. Я передавал привет госпоже Ви. Надеюсь, она сказала?
— Кажется, говорила.
Ви Сольа действительно упоминала, что встречалась с Ёнпуном и они даже разговаривали обо мне.
— Я хотел зайти к вам сразу после приезда в Хэнань, но возникли дела. В итоге только сейчас получилось поздороваться.
— Ничего страшного. Я ведь тоже к вам не пришёл.
Я знал, что люди Хвасана находятся в Хэнани.
Знал и об участии Ёнпуна.
И всё равно не искал его.
Так что извиняться было не за что.
Мы обменялись ещё несколькими обычными фразами.
Потом на лице Ёнпуна появилась неловкость.
— И ещё... о том случае...
— Не надо.
Я сразу понял, куда он ведёт.
Наверняка опять хотел извиниться за произошедшее в Удане.
Когда Квиджон перешёл ко мне, Ёнпун вспылил и повёл себя совсем на себя не похоже. Видимо, до сих пор переживал из-за того, что не удержал чувства.
Странным тот эпизод действительно был.
Но обиды я не держал.
— Не извиняйтесь. Я давно забыл.
Ёнпун несколько раз беззвучно пошевелил губами.
— Тогда... спасибо.
Благодарность мне тоже была не нужна.
Но всё-таки лучше, чем очередное извинение.
Я уже собирался сменить тему, когда вспомнил другое.
— Мастер Ёнпун.
— Да?
— Вы по ночам ничего странного не слышите? Голос какого-нибудь мерзкого старика, например?
Он замер.
По лицу читалось: «Какого ещё, к чёрту, старика?»
— Кажется, вы уже спрашивали меня об этом раньше. Нет. Ничего подобного.
— Ясно.
— Не знаю, что именно вас тревожит, но можете не беспокоиться. Я всё-таки даосский мастер. Если рядом заведётся нечистая сущность, сумею провести изгнание.
Э-э.
Нет.
Вот изгонять как раз не надо.
Он сказал это шутя, а у меня внутри всё похолодело.
Это же ваш собственный предок.
Пусть кровь напрямую и не связана, но всё равно как-то нехорошо получится.
В общем, никаких голосов Ёнпун не слышал.
Он стал наследником Бессмертного Меча Хвасана, но старик не говорил с ним так, как со мной.
Стоило вспомнить о нём — и в голове всплыл разговор в Северном крае.
Намгун Мён тогда сказал через У Хёка, что моё нынешнее тело — перерождение того самого старика.
Точнее, тело.
Я помрачнел.
Неужели тот скверный старый ублюдок — моя прошлая жизнь?
От одной мысли мерзко.
— Молодой герой Гу? Что с вами? Лицо вдруг...
— Ничего. Просто вспомнил одну отвратительную вещь.
— А... понятно.
В животе появилось неприятное чувство.
Я быстро отогнал мысли.
— Ладно, забудем. Как там она?
— Кто?
— Моя сестра.
— А, вы о тёте-наставнице.
Гу Рёнхва сейчас жила в Хвасане.
По идее она приехала сюда вместе с остальными, поэтому я и решил спросить.
Ёнпун неловко улыбнулся.
— Сейчас, думаю, в нашем жилье. Только... кажется, немного сердится.
— Сердится?
— Мне показалось, её задело, что вы так и не пришли.
Я не удержался от короткого смешка.
— Смешная. Сама тоже ни разу не пришла.
Мы оба уже несколько дней были в Хэнани.
Я был занят, это хотя бы можно назвать оправданием.
А она-то чего злится?
— Я ей примерно так и сказал, — осторожно признался Ёнпун. — Но тётя-наставница ответила: «И как, по-твоему, я туда пойду?»
— В смысле?
Ногами.
Как ещё?
Я уже собирался это сказать и вдруг понял.
Госпожа Ми.
Вот в чём дело.
Мы остановились в доме, который принадлежал госпоже Ми Хёран, и сама она находилась неподалёку.
Рёнхва наверняка избегала этого места именно из-за неё.
Верно.
У них отвратительные отношения.
А я на несколько дней об этом забыл.
Чёрт.
Пожалуй, придётся самому сходить к сестре.
Ёнпун заметил моё выражение и мягко улыбнулся.
— Похоже, зря я поднял эту тему.
— Нет. Вы ни при чём. Я на себя злюсь.
Просто упустил то, что должен был помнить.
Я подавил вздох.
— Передадите, что приду в течение трёх дней?
— Обязательно.
— Спасибо.
Я неловко потёр щёку.
Не то чтобы внезапно решил изображать идеального старшего брата.
Но совсем не обращать на неё внимания тоже нельзя.
Оставался неприятный осадок.
— В любом случае я рад, что наконец поговорил с вами, — сказал Ёнпун. — Давно хотел.
— Уже уходите?
— Да. Жаль, но сейчас так будет лучше.
Он вежливо поклонился.
А потом голос стал серьёзнее.
— Остальное... надеюсь, мы сможем сказать друг другу на арене.
Я улыбнулся.
Объявление войны?
Смысл был прозрачный: он собирается побеждать, пока не доберётся до меня.
— Хорошо. Буду ждать.
Попробуй.
Отговаривать я не собирался.
Когда-то в Шэньси я уже сделал выбор: показать Ёнпуну, насколько велик мир, и самому остаться соперником, которого он пока не может превзойти.
Это решение не изменилось.
Пытайся.
Я по-прежнему смотрел на него именно так.
Когда Ёнпун отошёл, взгляд задержался на его спине.
Он стал сильнее.
Намного сильнее, чем несколько месяцев назад.
Достиг ли Сферы Преображения?
Неясно.
Не потому, что я совсем ничего не видел. Скорее граница стала слишком тонкой, и определить точно не получалось.
Я перевёл глаза в сторону.
— Эй.
— М-м?
Бонсуни, прислонившаяся к шесту и успевшая задремать, подняла голову.
По подбородку тянулась полоска слюны.
Вот смотришь на неё — вроде красавица.
Потом видишь это, и вся симпатия дохнет на месте.
— Ну как?
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...