Встретившись взглядом с суровыми глазами, я не смог скрыть растерянности в голосе и выпалил:
— Госпожа Ми... почему вы здесь?
Причем спросил я об этом не саму госпожу Ми, а Моён Хи-а.
Похоже, Моён Хи-а тоже не ожидала моего внезапного появления, так как смотрела на меня с куда большим удивлением, чем обычно.
— Гу... молодой господин, как вы здесь...
— ...Зашел по делам на минутку.
На самом деле никаких дел у меня не было, я просто хотел увидеть её, но в сложившейся ситуации сказать об этом было почему-то трудно.
На мой вопрос госпожа Ми не ответила и даже не шелохнулась, лишь продолжала неспешно попивать чай. Вероятно, они общались через передачу звука еще с самого входа.
«Госпожа Ми вряд ли могла ответить сама».
Она не была мастером боевых искусств, чтобы использовать передачу звука, для которой нужно преодолеть барьер. А значит...
Как только эта мысль пришла мне в голову, я перевел взгляд на стену позади госпожи Ми.
«Это он?»
Там ощущалось чье-то едва уловимое присутствие. Это было совсем не то чувство, что исходило от мастера, которого я встретил у входа.
Оно было слабее и размытее.
Похоже, этот человек — настоящий наемный убийца.
— Похоже, даже Ый-би заметил это.
Госпожа Ми, видимо, поняла, куда направлен мой взгляд.
— Ты и правда сильно изменился...
— Госпожа Ми.
— Не знаю, о чем ты беспокоился, но причина, по которой я пришла к молодой госпоже Моён, связана исключительно с делами.
— С делами, говорите?
— Да. Если уж вы собираетесь вести бизнес в Шаньси, я не могу просто закрывать на это глаза.
Звучало как вполне весомый предлог. Но я не мог избавиться от сомнений.
«Бизнес начали несколько месяцев назад. Почему только сейчас?»
Если бы клан Моён начал дела в Шаньси, торговый дом Пэкхва не мог об этом не знать. Одно дело, если бы они узнали об этом еще до начала строительства, но проявлять интерес спустя столько времени было странно.
«Что она задумала?»
Торговый дом Пэкхва, хотя о нем пока мало что известно, занимал довольно высокое положение в торговых кругах, а коммерческая ценность клана Моён была весьма велика.
Поэтому нет ничего удивительного в том, что они положили на них глаз. К тому же, Моён Хи-а, судя по всему, обладала значительными полномочиями в этой сфере.
Так что визит Ми Хёран, главы торгового дома, не выглядел чем-то из ряда вон выходящим.
«И все же, она гостья».
Должно быть, это довольно тягостная ситуация.
В тот момент, когда я собирался что-то сказать госпоже Ми, Моён Хи-а подала голос:
— Молодой господин.
— М?
— Ничего особенного не произошло, мы, как и сказала госпожа Ми, обсуждали рабочие вопросы. Не могли бы вы зайти позже?
В глазах Моён Хи-а читалось отчаянное желание, чтобы я поскорее ушел. Она так искренне просила не мешать, что я не смог больше проронить ни слова.
«...Похоже, они и правда обсуждали что-то важное?»
В конце концов, это я вломился без приглашения. Если разобраться, незваным гостем здесь был я, а не госпожа Ми.
— Прошу прощения, что отвлек вас.
— Ничего. Я понимаю.
Госпожа Ми закончила фразу, даже не взглянув в мою сторону, а я, бросив последний взгляд на Моён Хи-а, вышел из комнаты.
«Разговор о делах, значит».
Атмосфера была совсем не такой.
Мне даже показалось, что Моён Хи-а странно поглядывала на госпожу Ми, словно опасаясь её.
«Если речь идет о торговле или чем-то подобном, Моён Хи-а не должна была так нервничать».
Напротив, это клан Моён должен был просить их о сотрудничестве. Моён Хи-а здесь была в явном преимуществе.
«Ничего не понимаю».
Как бы то ни было.
Когда Моён Хи-а выйдет, нужно будет расспросить её обо всем.
***
Комната, где остались двое после ухода Гу Янчхона.
Моён Хи-а, оставив позади внезапное появление Гу Янчхона, вновь должна была напрячься.
«...Это неожиданно».
Появление главы торгового дома Пэкхва, хозяйки дома Гу, было неожиданным.
Как и её намерения.
«Что это?»
По сведениям Моён Хи-а... нет, по её наблюдениям, Ми Хёран была законной женой, а Гу Янчхон — сыном наложницы.
Более того, поговаривали, что их отношения оставляли желать лучшего.
Что же это за чувство?
Когда она впервые услышала, что к ней пришла гостья, Моён Хи-а испытала недоумение.
Ведь не было никаких причин, по которым та могла бы её искать.
Обычно, когда она останавливалась в других кланах или сектах, хозяйки этих домов искали её по одной причине.
В большинстве случаев они хотели сосватать её со своими сыновьями.
Это было вполне естественно.
Моён Хи-а прекрасно осознавала свою ценность. Будь то внешность, возраст или происхождение.
Моён Хи-а не была той, кто мог бы позволить кому-то смотреть на себя свысока.
И всё же, раз место рядом с такой женщиной пустовало, попытки как-то связать её со своим сыном были делом обыденным.
Это не было чем-то странным.
В самом деле, если взять в пример ту же Тан Соёль, у которой схожее происхождение, то на клан Тан наверняка обрушивается лавина предложений.
Однако.
«У госпожи Ми не должно быть сыновей».
Насколько ей было известно, у неё только две дочери.
Одна — та самая знаменитая «Меч-феникс», а другая — девица, которую нынче называют восходящей звездой.
Что же касается Гу Янчхона и его младшей сестры, детей другого главы клана, то их было сложно назвать её родными детьми.
Тогда.
«Почему у неё такой взгляд?»
Взгляд госпожи Ми был необычным.
Моён Хи-а уже несколько раз встречала подобные глаза.
В те времена, когда хоть краем уха заходили разговоры о помолвке с кланом Намгун.
Это был тот же взгляд, которым смотрел на неё глава клана Намгун.
«Взгляд, которым пытаются испытать меня, проверяя, гожусь ли я в пару её ребёнку».
Мало кто осмелится бросить такой взгляд на кровную родственницу клана Моён.
Разве что нынешний владыка Намгун, Император Меча, мог позволить себе смотреть на неё подобным образом.
Но сейчас госпожа Ми смотрела на неё именно так.
Стоило ли ей обижаться?
Моён Хи-а не могла себе этого позволить.
Ощущаемый взгляд и подавляющая аура этой женщины заставляли Моён Хи-а задыхаться даже сильнее, чем при встрече с Императором Меча.
— Прошу прощения, этот ребёнок допустил оплошность.
Услышав спокойный голос госпожи Ми, приносящей извинения, Моён Хи-а постаралась выдавить из себя улыбку.
— Нет, что вы. Вы пришли сюда из беспокойства обо мне, так что это вовсе не было невежливостью.
— Беспокойство, значит... Вы с этим ребёнком в таких отношениях, что беспокоитесь друг о друге?
Стоило один раз оговориться, как она обвила её, словно змея.
Моён Хи-а чувствовала, будто со всех сторон на неё направлены острия мечей. Однако её маска не треснула.
— Нет. Я лишь подумала, что вы пришли, потому что недопоняли ситуацию, ведь я гостья клана, и вы опасались, не случилось ли чего.
— Вот как.
Неизвестно, как она восприняла этот ответ, но Ми Хёран не стала продолжать разговор и просто сделала ещё один глоток чая.
Глядя на неё, Моён Хи-а не теряла своей мягкой улыбки.
Хотя внутри у неё всё переворачивалось от смятения.
«О чём мы говорили до этого?»
Дошло до того, что она даже не могла вспомнить суть беседы.
«А...»
Она вспомнила.
Они говорили о делах, которые клан Моён ведёт в Шаньси.
Она ответила на вопрос, по какой причине задержалась в клане Гу, используя заранее подготовленный ответ.
Какую еду она любит.
Каковы её хобби.
Хорошо ли она переносит духоту.
Есть ли у неё терпение...
«...Хм?»
Отвечать-то она отвечала, но, закончив, поняла, что диалог с госпожой Ми был каким-то странным.
Моён Хи-а молча смотрела на госпожу Ми.
Та выглядела такой же безупречной, как и в начале, но выражение её лица, обращённого к окну, казалось изменившимся.
«Неужели у них двоих плохие отношения?»
Из поколения в поколение отношения между законной женой и детьми наложницы изначально не могли быть хорошими.
Тем более, если вспомнить Гу Янчхона, которого называли «безумцем из Шаньси».
Могла ли она ненавидеть его ещё больше, чем свою дочь, «Меч-феникс»?
Что-то.
Что-то постоянно кололо Моён Хи-а в самое сердце.
У неё было хорошее чутьё.
Ещё ни разу это острое чувство, пронзающее её, не подводило.
Так было с самого начала. С того самого момента, как она впервые увидела госпожу Ми.
Моён Хи-а смутно чувствовала: если она сейчас совершит ошибку, ей конец.
Вот почему она отправила прочь Гу Янчхона, который пришёл, чтобы повидаться с ней.
Казалось, иначе было нельзя.
«Хоть и жаль...»
Она доверяла своей интуиции.
Пока Моён Хи-а осторожно наблюдала за госпожой Ми, та, спокойно смотревшая в окно, повернула голову и заговорила:
— Ребёнок тоже заходил. Скоро время обеда, так что я на этом закончу и пойду.
Это было внезапное заявление, но Моён Хи-а не стала выражать сомнений.
— А... в таком случае, может быть, мы пообедаем вместе...
— Я не могу позволить себе быть настолько невежливой по отношению к вам, к тому же после этого у меня назначена встреча с мужем.
Моён Хи-а соблюдала приличия, говоря слова, которые не шли от сердца, и госпожа Ми, мягко улыбнувшись, ответила тем же.
— Спасибо, что приняли мою дерзость. Надеюсь, в будущем у нас будет ещё такая возможность.
— Нет, что вы... Для меня тоже было честью провести время в беседе с госпожой Ми.
После слов Моён Хи-а госпожа Ми, продолжая улыбаться, вышла из покоев, а Моён Хи-а провожала её, до самого конца не ослабляя напряжения.
Моён Хи-а сохраняла невозмутимый вид, пока госпожа Ми не скрылась из виду, и лишь когда та окончательно исчезла, она наконец выдохнула.
Это испытание оказалось куда сложнее, чем она предполагала.
Моён Хи-а чувствовала, как тело и разум охватывает усталость, и ей хотелось немедленно опуститься на пол, чтобы перевести дух, но...
«Одежда, макияж...!»
Она ведь сама дала Гу Янчхону повод, сказав, что вскоре навестит его.
Отдыхать было некогда.
В конце концов, отдыхать можно было и рядом с ним. Пока Моён Хи-а вызывала служанку, чтобы та помогла ей с нарядом, Ми Хёран уже направлялась к выходу из покоев, где остановились члены клана Моён.
Шагая вперед ровной, размеренной походкой, Ми Хёран внезапно произнесла:
— Неплоха.
— Вы о дочери клана Моён, госпожа?
Голос, как и прежде, донесся из пустоты.
— Да.
— Не ожидал, что вы так положительно отзоветесь о ком-то, госпожа. Должно быть, она вам приглянулась.
Ми Хёран была женщиной, бесконечно суровой и холодной к окружающим. Если из уст такой женщины звучало «неплохо», это имело немалый вес.
— Она умеет постоянно следить за выражением лица собеседника и искусно скрывать свои истинные чувства.
Дочь клана Моён.
Сёльбон, кажется, ее так называли.
Насколько ей удалось разузнать, та провела на линии фронта бок о бок с Гу Янчхоном больше года. Говорили, что она сопровождала его из-за личных дел, но...
«И вправду».
У встреч, истинная цель которых скрыта, всегда есть причина. Не может быть иначе.
К тому же, когда она спрашивала свою дочь, Гу Хиби, о Сёльбон, та, что случается крайне редко, поморщилась и заявила, что Моён Хи-а — самая хитрая лисица из всех, кого она знает.
Добавив, что дочь клана Намгун хотя бы проста, а потому с ней проще.
«Впрочем, она говорила, что ей неприятны обе».
С точки зрения Ми Хёран, в женщине должна быть хоть капля хитрости. В конце концов, это одно из тех качеств, что помогают выжить в этом мире.
В любом случае, той девочке тоже пора бы поскорее повзрослеть.
К тому же.
Сёльбон, с которой она встретилась лично, оказалась куда лучше, чем она ожидала.
Конечно, взгляд Ми Хёран на людей отличался от взглядов остальных, но даже если судить менее строго, Сёльбон была достойной особой.
«Высокая самооценка, проницательность...»
Умение возвысить собеседника, не принижая при этом себя — редкий дар.
И при всем этом она не теряла собственного достоинства. Поистине, настоящая наследница великого клана.
Однако.
«А вот чувства скрыть не удалось».
Во всем остальном она была безупречна, но вот скрывать сердечную привязанность она еще не научилась.
Стоило взглянуть в глаза Моён Хи-а, когда появился Гу Янчхон, и все стало ясно.
Вчерашняя встреча с дочерью клана Намгун, а теперь вот дочь клана Моён.
«Похоже, отбоя от женщин у него не будет».
Не только внешностью, но и этим он пошел в отца.
— Если так, госпожа...
Когда они подошли к выходу, Муджин обратился к ней:
— Не хотите ли вы... сменить невесту молодого господина?
— Глупости говоришь. С какой стати мне это делать, какое у меня на то право?
— ...Тогда?
Зачем она вообще потрудилась прийти и посмотреть на них? Муджин не понимал намерений госпожи.
На вопрос Муджина Ми Хёран на мгновение остановилась и посмотрела на вход.
Там стоял Гу Янчхон.
— ...Причина, говоришь?
Глядя на него, Ми Хёран тихо прошептала — так тихо, чтобы Гу Янчхон не услышал:
— Просто захотелось взглянуть.
Та ли это девушка, что зовется невестой, или какая-то другая... способна ли она полюбить этого ребенка?
Ей было любопытно лишь это.
Ведь в человеческих отношениях есть вещи куда важнее, чем рациональная польза или ее отсутствие.
— Сестрица, у вас лепесток прилип.
Ми Хёран уже знала это по их прошлой встрече.
— Ты ждал меня?
— Простите? А, да...
Ми Хёран без колебаний направилась к Гу Янчхону.
— Беспокоишься о той, что осталась внутри?
— ...Не то чтобы беспокоюсь.
При ответе Гу Янчхона уголки губ Ми Хёран едва заметно дрогнули.
Ей было отрадно видеть, что ребенок научился за кого-то переживать, но в то же время сердце сжалось от мысли, что, пока он так менялся, она не сделала для него ровным счетом ничего.
— Не волнуйся, я не причинила Моён вреда.
— Я так и не думал.
— М?
— Госпожа Ми... я знаю, что вы не из тех, кто способен на подобное.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...