─ И подумать только, что под Пристанищным районом скрывается такое место... ─
Пещера отнюдь не казалась мертвой и безмолвной.
Стены поросли фосфоресцирующим мхом, под ногами лежала относительно ровная, пусть и слегка изрезанная горная порода.
По пути то и дело попадались огарьки сгоревших факелов и следы беспорядочных шагов, причем некоторые выглядели весьма давними.
И это, мягко говоря, не радовало.
─ ...Здесь кто-то ходил. ─
Хуже развития событий и придумать нельзя: раз уж кто-то пользовался этим путем, то вряд ли делал это единожды.
А значит, в конце туннеля и впрямь мог обнаружиться запасной выход наверх.
─ Слышна вода. ─ Припав ухом к стене и прислушиваясь к звукам некоторое время, Талия озвучила перспективу еще мрачнее.
А это означало высокую вероятность подземной реки или даже скрытого грузового канала.
Подобное предположение не выглядело слишком надуманным... чем дальше они продвигались, тем сильнее туннель походил на тайную контрабандистскую тропу.
─ Куда дальше? ─ подал голос Лиэн.
Продвинувшись вперед, отряд закономерно уткнулся в развилку.
Перед глазами расходились аж четыре коридора, и перебирать их методом тыка явно не имело смысла – кто знает, сколько ответвлений наплодит каждый из них в глубине.
Лари впопыхах крутила в руках «компас», с сомнением переводя взгляд на два крайних правых.
Судя по направлению, они выглядели самыми перспективными.
Но подземные коридоры петляли слишком причудливо, чтобы полагаться на столь грубые ориентиры – оставалось выбирать наугад? Ошибись они хоть на одном перекрестке, и затеряться в лабиринте не составит труда.
─ Самый левый. ─
Талия зажмурила глаза, указывая на туннель с левого края.
Навыки выслеживания, продемонстрированные ею до сих пор, уже превосходили арсенал заправского следопыта.
В этот момент перед ее внутренним взором, в пространстве закрытых глаз, возникли силуэты, сотканные из «частиц».
Дети выстраивались в ряд, вприпрыжку шествуя вперед, а возглавляла шествие высокая тощая монахиня.
[Неостановимая тихая жатва (способность души и разума серебряного ранга): зафиксировать цель по запаху крови, максимально точно воссоздать ее существование и прочувствовать каждую деталь.]
[Чем сильнее ваше желание испить ее крови, тем четче становится ее фантом, однако при долгом воздержании вы погружаетесь в пугающее состояние: тревогу, раздражительность, жар, наваждение, безумие... Стоит же жажде утоления увенчаться успехом, как вы обретете еще большую силу, но к следующему разу терпения останется всё меньше.]
Эта способность проистекала из ее базового расового дара – чутья на кровь, ставшего высшим выражением ее кровопролитного прошлого и смутно отражавшего ее тягу к саморазрушению.
Она никогда не была образцовым копом, но слыла превосходной убийцей.
Преследователи хвоста поступали абсолютно верно, избегая столкновения с ней: стоило попасться ей на мушку, и неизбежная погоня вела прямиком в могилу.
Однако теперь долгое использование способности вхолостую, без капли чужой крови, повергло ее в пучину острой тревоги и полубредового ступора.
Она сдерживала себя из последних сил, до крови обкусывая большой палец, но даже не замечала капающих капель.
─ ...Мне следовало обыскать приют. ─
─ С самого начала стоило относиться к ней с подозрением. ─
─ Во всем, что случилось с теми детьми, виновата я... ─ множество навязчивых мыслей терзало ее разум, в галлюцинациях ее окружали мертвецы с не закрытыми в смерти глазами.
Среди них, казалось, проступали и жертвы ее собственных прошлых грехов, карабкающиеся наверх.
Прошлая карма настигла ее именно сейчас? То возмездие за содеянное, ее личные кровавые долги...
─ Талия! ─ низкий мужской голос прогремел прямо над ухом.
─ Я... я в порядке, я еще держусь. ─ Затуманенный взгляд женщины-офицера вновь обрел фокус.
Сейчас было не время для слабости и самоедства... она больше не хладнокровный наемник, она – спасительница детей, и если карма и настигнет ее, то точно не сегодня.
Оклик Лиэна вернул ей рассудок, позволив отряду без колебаний ступить на верную тропу.
А вот банда работорговцев, сунувшаяся в пещеры раньше них, продвигалась далеко не столь гладко.
Обилие развилок заставило их со вздохом принять прагматичное решение: разделиться.
Пожалуй, в их глазах здесь не было ничего страшного – подумаешь, выслеживают злобного маньяка, способного резать обывателей лишь впотьмах... Крысы в клетке, далеко ли им бежать? Кто в Хуэйгуане способен бросить вызов работорговцам?
Стоило любому из их отрядов настигнуть беглецов, как те легко вернут пропавший мешок с сокровищами и заработают славу... конечно, припрятать для себя пару камешков крови героя тоже казалось делом само собой разумеющимся.
Вот только с самого начала они недооценили то, с чем им предстоит столкнуться.
Их добыча отнюдь не была слабой, да и числом не ограничивалась одной душой.
─ Что это? ─ перед многочисленными отрядами, забравшимися вглубь пещер едва ли не одновременно, материализовалось странное чудище.
Белоснежное создание, напоминающее гончую, преградило дорогу чужакам.
Оно появилось абсолютно беззвучно, молча глядя на незваных гостей.
...
─ Помочь мне – значит помочь себе, вы ведь не хотите погореть так быстро... ─
В глубине пещер располагалось уютное жилище.
Монахиня Мария перед зеркалом наводила макро и прическу, обращаясь к зеркальной глади на стене.
Позади нее, застыв в оцепенении, молча стояли недавние резвые детишки.
Зрачки их были пусты, сами они – словно полусонные.
В водной же глади отражался человек, облаченный в странный плащ и маску.
На маске, обнажавшей лишь глаза, красовался рисунок огромного ока, а два загнутых больших рога по бокам бросались в глаза пуще всего.
Черная ряса скрывала фигуру, но судя по очертаниям, человек не отличался ни ростом, ни плотным телосложением, напоминая согбенного старика.
Ее слова не вызвали ответа, собеседник в маске лишь безмолвно смотрел на нее, словно на покойника.
Ты – всего лишь подопытная образина, пешка на периферии, чего ради тебе даже думать о том, чтобы выболтать хоть что-то?
─ ...Поклонники древнего зверя, легендарный Орден Зверя. Если королевская семья узнает, что вы, вырезанные шестнадцать лет назад подчистую, недобитки, оказывается, уцелели, они будут искренне рады, ведь их награда за ваши головы так и не была снята, ─ в действительности она знала куда больше остальных.
Монахиня улыбалась; даже будучи, казалось бы, загнана в угол, она сохраняла мягкую, довольную улыбку.
Словно вела очередную полуночную беседу с детьми.
А собеседник с той стороны всё так же смотрел на нее взглядом мертвеца.
Выболтать? Кому выболтать? Властям прогнивших аристократических кругов этого города? Вздумай работорговцы меня прищучить, это равносильно попытке задеть вас...
Мария извлекла мешочек и легко встряхнула его, издав мелодичный звон.
Судя по звуку, увесистый кошель доверху набит самоцветами.
В этот миг она с удовлетворением заметила, как в глазах собеседника блеснула алчность.
─ По большому счету, разве не ради этого всё затевалось?.. Выведи меня отсюда, и всё это достанется вам. Иначе будете вылавливать сокровища из подземной реки и пещер до скончания веков. Кто знает, может, я кину их в стремнину, и если вы вернете хотя бы десятую часть, считайте себя везунчиками.
Собеседник на миг замолчал, после чего выдавил из себя несколько фраз:
─ Я разбудил «детенышей» в пещерах, воспользуйся «орденом», чтобы управлять ими. Через полчаса несколько рогатых сектантов прибудут из подземной реки, пойдешь с ними.─
С этими словами жрец в рогатой маске перевел взгляд на детей, стоявших за спиной монахини.
─ Вместимость лодок ограничена, собери этих «малых рогов» и захвати с собой, ─ его алчность тоже не знала преград.
Зверь полон милосердия, и больше всего на свете он любит столь невинных чад, особенно взлелеянных материнской заботой.
─ Но это же мои дети, они все зовутся матерью... ─ монахиня продолжала улыбаться.
─ Я организую тебе большую лодку за рубеж, покинешь королевство. И выдам денег на старость.
─ Ох, жестокая реальность порой так удручает, какая же короткая выдалась материнская любовь, ─ женщина улыбалась все так же мягко.
Силуэт в водном зеркале растаял, улыбка наконец сошла с ее лица, и монахиня Мария тяжело вздохнула.
Кошель с «драгоценностями» грохнулся на стол, издав глухой стук.
Стоило ему рассыпаться, как по столешнице раскатились осколки обычного стекла.
Верить «жрецу Большого Рога» нельзя, о билете на корабль нечего и мечтать, но сейчас их силами вполне можно воспользоваться, чтобы стряхнуть с хвоста преследователей.
Она бросила взгляд на притихших за спиной детей, и ее губы вновь тронула довольная улыбка.
─ Мамочка продала вас по весьма выгодной цене, ─ улыбаясь, монахиня двинулась навстречу своим «деткам».
В распахнутых ладонях: в одной – липкая черная жижа, в другой – короткий серп для жатвы.
Однако прежде чем она успела прийти в движение, ее внимание привлекла вибрация магического маячка на столе.
─ Так быстро? Псы работорговцев уже здесь... ─ сработавший защитный барьер сигнализировал, что лазутчики подобрались слишком близко.
Но обладая властью над «детенышами», она ни капли не боялась.
─ Пожалуй, стоит сперва заготовить побольше «рогов» и выручить за них побольше дорожных денег. ─ Трансцендентные создания ценились куда выше детей.
Да и культ, поклоняющийся «Зверю», не ограничивался «Большим Рогом» лишь в этом городе.
Перед уходом она бросила на детей прощальный взгляд, полный нежной заботы.
─ Погодите немного, детишки, мамочка скоро вернется и заберет вас из этого грязного, мерзкого мира... ─

Комментарии

Загрузка...