Континент Доуло, Город Боевых Душ.
Первые лучи восходящего солнца гнали по улицам освежающий утренний бриз.
Приют, притаившийся за Центральной Божественной Горой, исторг из своих недер полтора десятка черных точек – детей, собиравшихся в условленном месте. Е Тянь неспешно шел в общем строю. Он удовлетворенно рыгнул – завтрак явно удался, – а в глазах его застыло предвкушение.
Столько ожиданий... Наконец-то настало время пробуждения боевого духа! Станет ли он в этой жизни драконом или останется жалким червем – всё решится в это единственное мгновение.
В прошлой жизни Е Тянь был студентом с легким налетом безумства, целиком и полностью поглощенным искусством Ци-Хуан. От первых робких попыток алхимии до настоящей страсти к созданию эликсиров. В итоге – испытание снадобья на себе, скоропостижная кончина и почетное место в истории университета. Какая величественная судьба!
Е Тянь пристально смотрел на дорогу перед собой. Прошлое осталось в прошлом, и в этой жизни он твердо решил: осторожность и еще раз осторожность! Вот только неизвестно, какой именно боевой дух пробудится в нем через несколько минут.
Матушка Ван говорила, что в его документах нет ни слова о родителях. Его нашли еще слепым младенцем: мастера духа из Храма Боевых Душ подобрали его прямо в алхимическом котле на свалке. Что тут скажешь – чертовски тесная связь с печами!
В общем и целом, сейчас у него было лишь одно желание: пробудить боевой дух помощнее. А если не выйдет – придется полагаться на трех «перспективных» товарищей из приюта.
Отогнав лишние мысли, Е Тянь мысленно поздравил себя с днем рождения и медленно направился к Залу Пробуждения Боевых Душ.
...
Пробуждение духа в таком месте, как Город Боевых Душ, давно стало делом привычным, происходящим здесь изо дня в день. Но сегодня всё было иначе: на площади царило необычайное оживление.
Раз в месяц Город Боевых Душ собирал всех детей подходящего возраста, чтобы они пробудили свои силы под взором самого Верховного Понтифика. Так подчеркивалась важность, которую Храм придавал воспитанию нового поколения.
Утренняя заря едва успела погаснуть. У подножия Центральной Божественной Горы, прямо перед Залом Пробуждения, выстроились ряды кресел, и свободных мест среди них не осталось. На главном возвышении восседал человек с золотыми волосами и глазами того же цвета. В его торжественном облике, увенчанном золотой короной, таилось нечто мрачное, скрытое от посторонних глаз. Это был Верховный Понтифик Храма Боевых Душ – Цянь Сюньцзи.
— Сигма, начинай, — властно приказал он.
— Слушаюсь, Ваше Величество! — Кардинал по имени Сигма немедленно склонил голову и вышел вперед, открывая церемонию.
В первых рядах стояло немало отпрысков высокопоставленных чинов Храма. Каждый из них мечтал отличиться перед Понтификом. Если бы Его Величество запомнил их имена – это стало бы величайшей честью! Поэтому церемония началась с тех, кто знал правила приличия, и обошлась без лишней суеты.
Грубый голос Сигмы рокотал подобно грому:
— Боевой дух – Посох с головой дракона! Врожденная духовная сила – шестой уровень. Неплохо. Следующий!
— Боевой дух – Защитное зеркало сердца! Врожденная духовная сила – пятый уровень. Следующий!
— ...
Е Тянь стоял в очереди, спокойно слушая эти раскаты. Здесь, в Городе Боевых Душ, мастерами духа были почти все, кроме детей, еще не прошедших обряд. Качество боевых духов здесь всегда было на высоте, так что удивляться было нечему.
Рассматривая пестрое многообразие пробужденных сил, Е Тянь перевел взгляд на Понтифика Цянь Сюньцзи. Но его внимание тут же приковала женщина, стоявшая подле него. Не из-за красоты, а из-за леденящей душу жажды крови, что исходила от нее даже на таком расстоянии.
Длинные винно-красные волосы, бледное изящное лицо, безупречная, стройная фигура. Ее фиолетовые глаза смотрели с полным безразличием, в котором сквозило явное отвращение к происходящему. Временами она бросала на Понтифика взгляды, полные яда.
«Уже побывала в Городе Убийц?» – пронеслось в голове у Е Тяня.
Он прекрасно знал, кто она такая: Святая Дева Храма Боевых Душ, Биби Дун. И причина ее ненависти тоже не была для него секретом. Ведь он видел ту несчастную девочку, что была чуть старше его... Должно быть, та уже пробудила своего Шестикрылого Серафима.
Е Тянь отвел взгляд, как раз вовремя, чтобы не встретиться с Биби Дун глазами.
Обряд не занимал много времени, и вскоре Е Тяня от гексаграммы пробуждения отделяло лишь несколько человек – его товарищей по приюту.
— Боевой дух – Утконос! Врожденная духовная сила – третий уровень. Следующий!
— ...
— Боевой дух – Железный петух! Врожденная духовная сила – четвертый уровень. Следующий!
— Боевой дух – Сине-серебряная трава? Хм... — завидев в руках ребенка скромный росток, Сигма нахмурил густые брови и протянул кристальный шар. — Духовной силы нет! Следующий...
Глядя, как понуро уходит его предшественник, Е Тянь глубоко вздохнул и по команде спокойно шагнул в центр гексаграммы пробуждения. Под воздействием силы кардинала на него пролился золотой свет. Кровь в жилах закипела, словно нечто рвалось наружу. С поверхности кожи начали срываться молочно-белые нити.
Е Тянь невольно протянул правую руку, глядя, как в ладони собирается белое сияние. Внезапно воздух вокруг наполнился тонким лекарственным ароматом.
— Что происходит?!
Внезапная перемена мгновенно привлекла внимание толпы. В глазах Понтифика Цянь Сюньцзи, а также Цзюй и Гуя мелькнул интерес. Биби Дун замерла. Вдохнув аромат, она почувствовала странную прохладу, и в ее глазах, устремленных на Е Тяня, вспыхнул странный огонек. Сигма и вовсе уставился на мальчика во все глаза. Стоя ближе всех, он даже почувствовал иллюзию того, что его собственная духовная сила потекла быстрее.
Е Тянь же забыл обо всем на свете. Уголки его губ подрагивали, готовые расплыться в улыбке.
Вспышка!
Белая энергия уплотнилась в ладони Е Тяня, превратившись в прозрачную пилюлю, окруженную густым туманом, похожим на священное облако. Как только боевой дух явился миру, пространство вокруг мальчика заволокло легкой белесой дымкой.
Сигма наклонился ниже, непонимающе пробормотав:
— Это же...
— Пилюля?! — Изумился Е Тянь. В его черных зрачках отразился молочно-белый блеск. Уголки губ странно дернулись:
— Да уж, чертовски тесная связь!
— О? Неужели и впрямь пилюля? — Сигма кивнул, сразу смекнув, что этот дух непрост. Несмотря на свирепый вид и огромные, как у быка, глаза, кардинал постарался выглядеть дружелюбно. Он наклонился и улыбнулся, как матерый разбойник, даже попытавшись смягчить свой громовой бас:
— Малыш, как тебя зовут?
Е Тянь посмотрел на его щетину, похожую на стальные иглы, подавил желание ее сбрить и спокойно ответил:
— Е Тянь.
— Е Тянь? Хм... Хорошее имя, только жажды крови маловато, — Сигма снова кивнул и с «добрейшей» улыбкой протянул шар:
— Ну что же, Е Тянь, давай проверим твою духовную силу!
Мальчик кивнул и протянул руку. Тревоги больше не было. Дух системы исцеления с таким аномальным явлением просто не мог иметь низкую силу. В мгновение ока кристальный шар превратился в ослепительный, сияющий драгоценный камень.
Даже Е Тянь, старавшийся сохранять спокойствие, просиял от восторга – его талант оказался поистине выдающимся!
— Врожденная полная духовная сила! — Сигма вытаращил глаза, не веря увиденному.

Комментарии

Загрузка...