В чайном киоске царил омерзительный хаос. Внезапный грохот выбитой двери застал находившихся внутри врасплох.
Ань Жун испуганно сжалась на полу, закрывая лицо руками. Ее посиневшее от холода тело мелко дрожало. Мужчина, решив показать свою удаль, вызывающе усмехнулся глядя на У Дао и с размаху влепил женщине пощечину. Ань Жун лишь сильнее затряслась, не издав ни звука.
Бородач хмуро посмотрел на вошедшего:
— Мы ведь тебя не трогали.
Глаза У Дао были налиты кровью, а от его фигуры веяло леденящей стужей. Покручивая в руках пистолет, он спокойно произнес:
— Ночью вы заставили ребенка смотреть на то, что ей видеть не положено. Либо ты убьешь его сам, либо я прикончу вас всех. У нас полная демократия, выбор за тобой.
Бородач оцепенел. Ужасающая аура смерти, исходившая от юноши, заставила его сердце сжаться. Взглянув на направленное на них оружие, он почувствовал, как его седеющая борода задрожала. Наглец же мгновенно растерял всю спесь. Он вовсе не хотел умирать, а лишь пытался позлить чужаков, но шутка зашла слишком далеко.
— Не наглей! — взревел он, отступая. — Я тебя пальцем не тронул! Какого черта ты приперся посреди ночи людей убивать? Ты больной на всю голову?!
У Дао не стал вступать в дискуссию и просто взвел курок. Бородач понял, что времени на раздумья ему не дадут. Повинуясь животному инстинкту выживания, он резко выхватил нож и вогнал его прямо в грудь своему подельнику.
Тот в недоумении уставился на рукоять ножа в своей груди, затем перевел взгляд на вожака, попытался что-то сказать, но захлебнулся кровью и замертво повалился на пол. Остальные мужчины из отряда бородача от страха едва не потеряли сознание. Даже не успев натянуть штаны, они послушно повалились на колени, стараясь слиться со стенами.
— Чтобы это было в последний раз, — холодно бросил У Дао.
Он развернулся, подошел к Лян Вэю, бережно забрал у него Шэнь Цинцин, стер слюнки с ее личика и уложил обратно под одеяло.
Разбуженный посреди ночи ребенок обычно засыпает долго. Шэнь Цинцин сонно ковырялась пальчиком в нитках на одеяле, но вела себя тихо. Зато весь супермаркет до самого утра не сомкнул глаз. Лю Цайся, наблюдавшая за сценой из темноты, дрожала от мысли, что приютила настоящего демона, и теперь с нетерпением ждала рассвета, чтобы поскорее уйти. К счастью, больше никто шуметь не смел.
Утро в подвале было таким же мрачным, как и ночь, из-за чего легко можно было проспать. У Дао открыл глаза и повернулся. Шэнь Цинцин еще спала, закинув маленькую ножку ему на поясницу.
Инцзы уже вовсю хлопотала у плиты. Она приготовила нежное яичное суфле для девочки и теперь варила рисовую кашу на одолженных у Лю Цайся спиртовых горелках. Горячего завтрака должно было хватить на всех.
Остальные тоже постепенно поднимались. О ночном инциденте никто не вспоминал. Люди бородача сидели тише воды, ниже травы — в такое время жизнь дороже гордости, и никто не хотел лезть под пули. Тем не менее, уходить они не спешили, явно вынашивая свои планы.

Комментарии

Загрузка...