Спохватившись, я поспешно продолжил:
— И как только свяжемся, я собираюсь рассказать о вакцине. Если они узнают, что есть шанс на излечение, ситуация наверняка изменится…
Послышался топот армейских ботинок по крыше.
Вместо того чтобы готовиться к схватке, я повернул голову и посмотрел вниз на стальной настил.
Метра три, не меньше.
Прыгать было опасно, можно было сильно пораниться, но драка с Ли Догоном тоже не сулила ничего хорошего.
Я уже было суетливо пригнулся, собираясь ухватиться за край крыши, как Ли Догон схватил меня за руку.
— … Я помогу вам.
Его лицо по-прежнему оставалось каменным, но вблизи я заметил, что он вовсе не выглядит злым.
В его глазах читалась глубокая задумчивость, словно он был чем-то потрясен.
— Вы не сможете спуститься тем же путем, что мы поднялись. Я опущу вас как можно ниже, а там постарайтесь приземлиться удачно.
Я машинально кивнул в ответ на слова Ли Догона.
Меня озадачила такая резкая перемена в его поведении.
Ли Догон зацепился ногами за выступающую конструкцию и, лежа на краю крыши, начал опускать меня вниз.
Вися в его руках, я смотрел, как пол приближается все ближе.
Когда до настила оставался примерно метр, сверху раздался голос Ли Догона:
— Я не считаю, что поступил неправильно. Но…
Я поднял голову и посмотрел на него.
Его глаза, глубоко запавшие в тени, встретились с моими.
— То Джихёк, вы правы.
И прежде чем я успел что-то ответить, он резко повернул голову в сторону.
Только я собрался последовать его примеру, как до ушей донесся дикий вопль Зараженного.
Хватка на моих руках мгновенно ослабла.
Я сжался, ощущая, как тело теряет опору и зависает в воздухе.
Приземление вышло не самым удачным, но расстояние до настила было небольшим, так что удар оказался несильным.
Пятеро или шестеро Зараженных, бежавших ко мне, за пару шагов до цели задрали головы и переключили внимание на крышу.
Однако Ли Догон уже скрылся за краем крыши.
Зараженные, похоже, не собирались сдаваться: они с грохотом топали по настилу и скребли когтями по окрашенному металлу.
Я поднялся, оттолкнул их и направился к мостику.
Ли Догон опустил меня недалеко от двери, ведущей в коридор верхней палубы.
Поскольку я уже проходил здесь, найти дорогу было несложно.
Миновав дверь, в которую мы заходили ранее, я через проход, соединенный с мостиком, выбрался на наружную галерею перед панорамными окнами.
Там все еще бродили десятки Зараженных, заполняя узкий проход, словно призраки.
Похоже, они поняли, что на мостике никого нет, поэтому больше не прижимались к стеклам.
Перила наружной галереи были густо залиты кровью, словно доказывая, сколько Зараженных было сброшено за борт в этой давке.
Стараясь никого не столкнуть, я осторожно пробирался сквозь толпу Зараженных.
Вскоре все панорамное окно предстало передо мной.
Только тогда я понял, почему тот унтер-офицер покинул мостик, не захватив ни рацию, ни карту.
Все огромное стекло было покрыто сетью белых трещин, словно туманом.
Внутри мостика почти ничего не было видно.
Казалось, они эвакуировались в последний момент, прямо перед тем, как стекло должно было разлететься под натиском Зараженных.
Теперь я понимал, какой ужас звучал в голосе начальника отдела во время нашего разговора.
Зараженные склоняли головы, когда я проходил мимо, словно замечая, что мои шаги звучат иначе, но никакой другой реакции не проявляли.
Так, не спеша, я пересек наружную галерею и добрался до цели.
Как и говорил унтер-офицер, на внешней стене, недалеко от конца галереи и окон, виднелись различные механизмы и антенна.
Найти поврежденную антенну тоже не составило труда.
Она вылетела из гнезда от удара и теперь болталась на кабеле вдоль стены.
Проблема была в том, что антенна находилась слишком высоко, чтобы я мог до нее дотянуться.
Для Зараженных, карабкавшихся по стеклам, это было бы легко, но мне, стоя на настиле, сколько ни тянись, было не достать.
Можно было попробовать встать на перила, но балансировать на узкой перекладине на одной ноге было невозможно.
Я нахмурился и осмотрел пространство вокруг антенны.
Вдруг я заметил рабочие кольца, закрепленные на внешней стене вдоль механизмов.
Кольца были довольно крупными, видимо, рассчитанными на толстые канаты.
Судя по тому, что они были намертво приварены к стене, мой вес они должны были выдержать без проблем.
Я протянул руку, крепко ухватился за кольцо и встал на перила.
Пусть поза была неустойчивой, зато высоты теперь хватало.
Я потянулся к антенне, раскачивающейся на ветру.
Острый металлический стержень едва коснулся кончиков моих пальцев.
Я пытался сосредоточиться на антенне, но мой взгляд невольно упал на палубу внизу.
Зараженные, упавшие с галереи, ползали по палубе, волоча сломанные конечности.
Кровавые следы, оставленные их падением, расползались все шире вслед за движущимися телами.
Глядя на эти жуткие багровые пятна, я чуть было сам не рухнул на палубу.
Пошатнувшись, я прижался к стене и изо всех сил вцепился в кольцо.
Хорошо хоть, что теперь, как бы я ни нервничал, руки не потели.
Сухая ладонь не соскользнула с кольца, и ухватить антенну тоже удалось без труда.
Найдя место крепления кабеля, я вставил антенну обратно.
Однако, видимо, от удара что-то деформировалось, и антенна не зафиксировалась — стоило мне отпустить ее, как она снова выпадала.
Я зубами оторвал кусок изоленты, которую принес с собой.
Обмотал нижнюю часть болтающейся антенны лентой, стараясь сделать это как можно плотнее.
Одной рукой это было делать непросто, но после половины рулона толщина стала подходящей.
Я снова с силой втиснул обмотанную лентой антенну в гнездо.
Антенна вошла туго и закрепилась на месте.
Это была временная мера, но на какое-то время должно было хватить.
Только я выдохнул с облегчением, как один из Зараженных, заполнявших проход, пошатнулся и задел мой носок, свисавший с перил.
— …!
В тот же миг все мое тело соскользнуло с перил, и весь вес навалился на руку, державшуюся за кольцо.
Я поспешно отпустил антенну и вцепился в кольцо обеими руками.
Усталые мышцы свело судорогой, но, к счастью, мне удалось продержаться достаточно долго, чтобы снова закинуть ногу на перила и встать.
Чуть было не сорвался с трехметровой высоты, и все мои усилия по спуску с крыши пошли бы прахом.
Встав на настил галереи, я перевел дух и мельком взглянул на залитую кровью палубу.
Подумал, что хорошо, что я не добавил к этой луже свою кровь, и поспешил дальше.
Хоть антенна и казалась закрепленной надежно, я не мог быть уверен, сколько она продержится.
Снова пробираясь сквозь толпу Зараженных, я подошел к двери мостика.
Приложил пропуск начальника отдела, и дверь открылась.
Зараженные, услышав электронный сигнал, потянулись ко мне, но, поняв, что внутри никого нет, не стали преграждать путь.
Я вошел на мостик, а следом за мной, шатаясь, потянулись Зараженные.
Внутри царил хаос, свидетельствовавший о поспешности эвакуации.
На мониторах оборудования, расставленного рядами, что-то светилось, издавая непонятные звуки, а пол и приборы были завалены разбросанными бумагами.
Я стоял посреди этого пространства, где люди словно испарились в одно мгновение, и оглядывался по сторонам.
Зараженные бродили по проходам, а через треснувшее панорамное окно пробивался бледный солнечный свет.
Вскоре я нашел кейс с рацией в том месте, о котором говорил унтер-офицер.
На нем не было никаких опознавательных знаков, кроме трех букв [VHF], выгравированных угловатым шрифтом.
Я поспешно подошел, вытащил кейс из держателя.
Когда я, прижимая к себе тяжелый металлический кейс, повернулся к выходу, то через уцелевший фрагмент стекла встретился взглядом с Зараженным.
Зараженный не смог толком разглядеть, кто я такой, через стекло.
Он просто отреагировал на мое движение, поднял руку и ударил по стеклу.
И в тот момент, когда кулак Зараженного коснулся стекла, закаленное стекло, едва державшееся, окончательно рухнуло.
Раздался оглушительный грохот, и сверху на меня посыпались осколки, тяжелые, как булыжники.
Я зажмурился, прикрыл голову и пригнулся, спасаясь от стеклянной пыли.
Затем последовал удар, словно что-то тяжелое обрушилось на голову.
Сколько прошло времени?
Услышав звук, похожий на хруст песка под армейскими ботинками, я открыл глаза.
Ощущение было такое, будто меня придавило огромной стальной плитой.
Я сделал короткий вдох и открыл глаза.
Мою спину придавило куском стекла размером с человека.
Вокруг продолжал раздаваться хруст чего-то ломающегося.
Я уперся руками в пол, приподнялся на локтях и сбросил с себя осколки.
Они были тяжелыми, но, к счастью, вскоре с треском разломились пополам и упали в стороны.
Глубоко вдохнув, я поднялся.
На коже в разных местах виднелись мелкие осколки, но зрение было в порядке.
Встав на ноги, я понял, что левая нога тоже вполне слушается.
С руками, похоже, тоже все было в порядке.
Судя по тому, что через полностью выбитое окно мостика виднелось ярко-синее небо, прошло не так уж много времени.
При каждом движении с меня сыпались осколки стекла.
Я видел, как Зараженные бродят вокруг, раздавливая ботинками стекло на полу.
Звук песка, который я слышал, издавали они.
Видимо, из-за грохота разбитого стекла мостик оказался полон Зараженных.
Зато снаружи их стало меньше, так что, если подумать о возвращении, это даже к лучшему.
Я поднял кейс с рацией, который тоже лежал под грудой стекла.
Прихрамывая, я направился к выходу с мостика, стараясь вести себя так, будто ничего не произошло.
Вдруг воздух прорезал резкий звук выстрела.
Для звука с нижней палубы он был слишком отчетливым.
Я повернул голову к дальнему концу мостика, к двери, ведущей в коридор верхней палубы.
Выстрел раздался именно оттуда, где остались тимлидер Пэк, Чо и солдаты.
В одурманенной голове возник усталый вопрос.
Что теперь…?

Комментарии

Загрузка...