Пак произнес это спокойным тоном.
— Вероятно, связь снова оборвалась. Хорошо, что хотя бы до вчерашнего дня она работала. Иначе пришлось бы, как и договаривались, забирать вас только утром.
Приняв отвертку, Пак начал откручивать переднюю панель киоска и, не закончив, посмотрел на меня.
— Почему у тебя такое выражение лица? Неужели так жаль, что больше не удастся вкусить прелестей цивилизации?
Я покачал головой в ответ на его шутливый тон.
Я не решился произнести вслух, что было бы лучше, если бы электричество и связь отключились еще раньше.
Если бы только заместитель начальника Чон изначально не получила то сообщение от сына.
И если бы сообщение от Сон Ёнгука не дошло до нее.
Смесь чувства предательства, жалости, скорби и горечи самобичевания, которую я испытывал к заместителю начальника Чон, лишила меня дара речи.
Я посмотрел на машину скорой помощи, крыша которой была испещрена множеством беспорядочных следов от ног.
Мысли о сообщении заместителя начальника Чон вновь навели меня на решение, о котором я старался не думать.
Лучше бы я сразу поехал туда, где находилась заместитель начальника Чон.
Если бы я, подобно тому как Чо застрелил державшего меня Ё Ынчана, сосредоточился только на тех, кого хотел спасти, словно тех людей, что пали там, вовсе не существовало.
Я слишком хорошо знал отчаяние после потери семьи, поэтому мне так хотелось спасти заместителя начальника Чон.
Все события, связанные с ней, заставляли болезненно ярко всплывать воспоминания из прошлого.
Последний образ заместителя начальника Чон, которая так нелепо погибла в тот самый момент, когда решила, что будет жить, угнетал меня.
— Ты правда в порядке? Разочарован, что человек, которого ты там встретил, оказался не Иммунным?
Не дождавшись от меня ответа, Пак отложил инструменты и полностью повернулся в мою сторону.
Только тогда я с трудом вырвался из плена своих мыслей и перевел тему.
— Нет. Просто я-то телефоном не пользуюсь, но подумал, что другие будут волноваться.
— Ну, телефон То Джихёка ведь в другом месте, верно?
Пак ответил небрежно.
Снова повернувшись к бензоколонке, Пак подключил провода к генератору и включил его.
Раздался шум работающего генератора.
Пак поднялся, отряхнулся и вставил заправочный пистолет в бак грузовика.
Наблюдая за этим, я вспомнил, как в Каннаме он вскрыл приборную панель автомобиля, чтобы завести его.
— Откуда вы всё это знаете?
Пак, слушавший, как топливо льется в бак, снова посмотрел на меня.
Он мельком взглянул на разобранную колонку, немного подумал и ответил:
— Мои родители держали свалку автомобилей. Так что я научился почти всему, что с ними связано.
Я был ошеломлен тем, что человек, даже не назвавший своего имени, вдруг заговорил о семье, и не нашелся, что ответить.
Заметив мое замешательство, он едва заметно улыбнулся.
— Ну, раз их сейчас нет, я и говорю. Даже если захочешь найти их позже, вряд ли это будет легко.
Его шутливое замечание напомнило мне слова, сказанные Ли внутри линии оцепления:
«Разве найдется человек, который в такой ситуации не захотел бы увидеть лица своих родных перед смертью?»
Если это правило применимо не только к нам, но и ко всем, кто оказался здесь...
В этот момент со стороны туалета вернулся Чо вместе с тремя другими людьми.
Чо мельком взглянул на бензоколонку, к которой был подключен генератор, но не стал придираться и вернулся в кузов.
Ким Джихо подошел с любопытством.
Услышав звук работающей колонки и бульканье бензина, он с легким недовольством произнес:
— А это не считается кражей?
Пак посмотрел на Ким Джихо и ответил мягким, отеческим тоном:
— Сразу видно, что ты сын владельца магазина, где бы ни оказался.
— Но ведь они могут вернуться.
— Оптимистично, мне нравится. Тогда ты тоже собираешься потом вернуть все товары в хозяйственный магазин?
Пак насмешливо поддразнил Ким Джихо.
Ким Джихо, который, когда мы впервые покинули магазин и добрались до хозяйственного, от страха набрал кучу оружия, покраснел.
Наблюдая за тем, как Пак в шутку задирает Ким Джихо, я тоже вернулся в кузов.
Поскольку Кан Йера и Юн Субин все еще наблюдали за Паком и Ким Джихо, в кузове оставался только Чо, который закрыл глаза.
Казалось, он только сейчас решил поспать, так как не сомкнул глаз из-за ночной суматохи.
Увидев, что он спит, я тоже почувствовал сонливость.
Как только я забрался в кузов, выбрал место и прилег, раздался голос Чо:
— Теперь тебя уже не особо волнует, что я их убил?
В его голосе не было ни капли сонливости, словно он все это время просто лежал с закрытыми глазами.
Я ответил спокойно, не открывая глаз:
— Я по-прежнему считаю, что убивать их в тот момент не было необходимости. Но...
Я вспомнил ужас, который испытал, когда кто-то из людей, столпившихся на парковке, внезапно рухнул.
Раньше я лишь смутно понимал, почему они так беспокоятся, но, увидев все своими глазами, осознал, почему они так остро реагируют на тех, кого укусили.
К тому же...
—...это ведь Ли Догон застрелил мужа заместителя начальника Чон, верно?
—...
Раздался шорох — Чо приподнялся.
Я чувствовал на себе его тяжелый взгляд, но глаз не открыл.
— Я понял это, когда вы застрелили Ё Ынчана.
Ё Ынчан был застрелен с большего расстояния, чем Сон Ёнгук.
И все же, в отличие от Сон Ёнгука, который безвольно рухнул на землю, у Ё Ынчана голова дернулась, будто его ударили тяжелым предметом.
Они были застрелены из разного оружия.
Я не сомневался, думая, что у Ли Догона нет патронов, но, видимо, перед тем как добраться до больницы, он поделился ими с Паком.
— Ну, если бы он не выстрелил, это сделал бы я.
Чо ответил непривычно спокойным тоном.
— Не знаю, что он чувствовал во второй раз, но в первый я точно думал, что это инфицированный.
Это означало, что по реакции Сон Ёнгука после первого выстрела он понял: тот не инфицирован, он чувствует боль.
Знал ли об этом Ли Догон?
Однако у меня больше не было желания допытываться у него правды.
В конце концов, у него были те же цели, что и у Чо.
Человек, который должен доставить меня в лабораторию, даже если для этого придется лгать и скрывать правду.
Даже если он был внимательнее ко мне и заботился о моем комфорте, он мало чем отличался от Чо.
Я не чувствовал к нему особого предательства.
Скорее, это было разочарование в самом себе.
Меня поражало, что в такой ситуации я так легко доверился кому-то и думал, что с их помощью смогу кого-то защитить.
Я злился на Чо за то, что он не ценит чужую жизнь, но когда он убил Ё Ынчана, чтобы спасти меня, я не почувствовал ни капли гнева.
Даже по моим меркам это было двулично и бессмысленно.
К тому же, какая разница, кто убил Сон Ёнгука, если заместитель начальника Чон все равно погибла?
Чо все еще сидел на месте, наблюдая за мной — его дыхание доносилось сверху.
Но мне больше нечего было с ним обсуждать.
Как только я попытался отогнать мысли и уснуть, перед кузовом возникла тень.
— То Джихёк.
Это был голос Чхве, полный нескрываемой радости.
Я медленно открыл глаза, приподнялся и посмотрел на него.
Лицо Чхве раскраснелось — то ли от жары, то ли от счастья.
— Кан Тхэён пришел в себя.
Чо резко вскочил.
Я в замешательстве хлопал глазами, глядя на Чхве.
Увидев наше ошарашенное выражение лица, он усмехнулся и повторил:
— Кан Тхэён пришел в себя.
Услышав эту новость, остальные тоже поспешили к машине скорой помощи.
Состояние Кан Тхэёна, строго говоря, нельзя было назвать полным пробуждением.
Его расфокусированный взгляд метался из стороны в сторону, пытаясь осознать происходящее.
Некоторое время он что-то невнятно бормотал, но наконец посмотрел на Чхве и с трудом произнес связную фразу:
— Что стало с теми людьми?
Вероятно, он спрашивал о тех, кто напал на него, о чем Чхве рассказывал нам при встрече.
Чхве, который до этого радостно улыбался, радуясь самому факту пробуждения Кан Тхэёна, на мгновение смутился.
—... Я видел, как они пытались прорвать линию оцепления и попали к инфицированным. Думаю, они мертвы.
Кан Тхэён медленно моргнул, показывая, что понял.
Он выглядел подавленным, но не удивленным.
— Значит, они все еще в Каннаме?
Кан Тхэён пробормотал это скорее про себя, чем в виде вопроса, и оглядел нас.
Он задержал взгляд на незнакомых ему Мин Джаён и Юн Субин, но не стал с ними заговаривать.
— Нет. Линия оцепления пала. Мы в Сувоне.
Ли Догон, молча наблюдавший за разговором Чхве и Кан Тхэёна, бросил эту фразу.
Кан Тхэён в изумлении вытаращил глаза.
Ли Догон кивнул Чхве.
Чхве быстро поднялся и выпроводил Мин Джаён и остальных из машины скорой помощи.
— Что за манеры? Мы спасли человека, а вы выгоняете нас, чтобы мы даже не могли послушать!
Раздался резкий голос Мин Джаён, но когда вмешался Чо, она, видимо, поняла, что сопротивляться бесполезно, и звуки их голосов постепенно затихли вдали.
Через некоторое время в машине остались только я, Пак, Ли Догон и Кан Тхэён.
— Инфицированные вырвались из города, и сейчас ситуация, предположительно, распространилась на всю страну. Мы решили, что пытаться блокировать города бессмысленно, и сейчас направляемся в лабораторию, чтобы доставить То Джихёка, который, по-видимому, является Иммунным.
С каждым словом спокойного объяснения Ли Догона глаза Кан Тхэёна расширялись все больше.
Он посмотрел на Пака, словно проверяя факты, а затем резко повернулся ко мне.
Кан Тхэён, дрожащей рукой взъерошив волосы, спросил растерянным голосом:
— Сколько же времени прошло?

Комментарии

Загрузка...