Вступление
Первая атака во второй половине за Сакаянаги.
В этот раз цель не класс Хорикиты, а класс Рьюена.
Конкретная стратегия против них не разрабатывалась перед специальным экзаменом. Было сочтено, что для этого нет необходимости — что это такой противник, которого можно победить любым способом.
Однако Сакаянаги учла полученные дополнительные сведения.
Накануне вечером ей позвонил одноклассник, Хашимото, с весьма дельным предложением.
Среди всего услышанного было и то, что зацепило Сакаянаги. Одно из предложений заключалось в том, чтобы устранить Шиину Хиёри и, возможно, исключить из школы. Сакаянаги не интересовало личное мнение Хашимото, но стоило ей услышать причину предложения, как она задумалась.
То, как Аянокоджи смотрел на Шиину, как держался рядом. Хашимото заключил, что с ней он вел себя иначе, чем с другими простыми учениками.
Вот это и заинтересовало Сакаянаги.
Проявит ли Аянокоджи эмоции, если удастся исключить Шиину?
— Впрочем, такой исход уже, похоже, недостижим.
В первой половине Ичиносе сражалась с большей решимостью, чем когда-либо прежде. В прошлом она бы колебалась с тем, чтобы избавиться от кого-то во вражеском классе Рьюена. Однако теперь Ичиносе не сомневалась. Только за первую половину выбыло уже четыре ученика: Ишизаки, Исояма, Яно и Морофуджи.
При этом она настроена защитить свой класс любой ценой. И поэтому не проявляет пощады ко всем остальным.
Даже если Сакаянаги нацелится на Шиину и сможет ее устранить, жертвой станет другой ученик. Так что стремиться ее исключить с малым шансом на успех — неэффективно.
Шиина до сих пор ошиблась лишь один раз. Добиться второго можно, если дать трудноразрешимое задание, но избавиться от защиты будет сложно. Непростая схватка.
— Интересно...
Экзамен к концу первой половины, в которой она удерживала первое место, успел наскучить. Теперь неплохо было бы развлечься.
Сакаянаги изменила мнение и посчитала, что было бы занимательно сосредоточиться на сложной цели. А преодолев серьезное препятствие, они, естественно, сохранят за собой первое место и победят.
Для этого нужно разработать стратегию и четкий план и за несколько минут до начала закрепить их.
И вот настал черед атаки в одиннадцатом раунде.
Однако...
Все пятеро выбранных Сакаянаги в одиннадцатом раунде получили защиту.
Трата двух очков, так еще и на защищенных без малейшей прорехи. Полностью обратный результат.
Однако ученики продолжали переговариваться. Незачем переживать за блестящую игру, — думали они. Но не Сакаянаги.
Всего один идеальный ход. Но она не считала, что ей просто не повезло вытащить короткую соломинку.
Мысленно она тут же отказалась от идеи с Шииной. Затем выбросила стратегию и теорию, положившись на случай. Другими словами, выбрала непрогнозируемые темы и учеников.
Итог — идеальная защита, как в одиннадцатом раунде. Два раза подряд происходило настоящее чудо.
Одноклассники, понятное дело, не могли скрыть растерянности от такого развития событий.
Заурядный человек, вероятно, подумает, что их одолевают прежде всего чтением стратегии, но Сакаянаги такая мысль даже в голову не пришла.
Кто-то вмешивается. За два раунда она убедилась в одном: «В этом классе есть предатель».
Закрытая информация определенно просачивается. В ином случае происходит что-то необъяснимое.
Сакаянаги решила молча наблюдать за учениками до следующего хода класса. Одни переглядывались, сетуя на удачу Рьюена. Другие с головой погрузились в телефоны, чтобы не оказаться выбывшим.
Тринадцатый раунд, атака.
Класс естественным образом погружается в тишину.
Сакаянаги молчала. Проходит тридцать секунд, затем минута, но учеников она не называет. Вовсе не из-за старательного обдумывания, как обойти защиту Рьюена. Молчание было ее бессловесным приказом одноклассникам. «Хватит играть с огнем», — таково было невысказанное предупреждение.
Когда время подходило к концу, Сакаянаги сообщила пятерых учеников Чабашире-сенсей.
Исход, тем не менее, остался прежним: идеальная защита.
— Жалко, — пробормотала Сакаянаги, ее улыбка к третьему подряд промаху спала.
Мало что можно сделать, если информация утекает в реальном времени.
Одна идея состоит в том, что о названых Сакаянаги учениках сообщается через чат или электронную почту. Использовать телефоны разрешается для поиска материала, поэтому набор текста не вызовет подозрений.
Другая идея — голосовая связь. Когда Сакаянаги называет имена учителю, об этом тут же становится известно другой стороне, к телефону при этом могут даже не прикасаться.
В качестве ответной меры можно спросить про возможность извещать учителя на бумаге. А если такой нет, то перейти на шепот, чтобы предотвратить утечку через голосовую связь.
Но...
Сакаянаги бросила взгляд на большой экран позади учителя.
Даже если перестать говорить вслух, нет гарантий, что проблема решится, ведь тогда можно воспользоваться камерой телефона.
Выходит, единственный возможный план действий — физически не дать послать информацию. То есть все должны отложить телефоны и планшеты. Имена будут сообщены учителю шепотом, а одноклассникам сказать повернуться спиной и молчать до тех пор, пока Рьюен не сделает выбор со своей стороны.
Если это сработает, значит, принятых мер будет достаточно.
Так они смогут остановить пошедшего в разнос Рьюена, отдав лишь пятнадцать очков.
Пока Сакаянаги думала, молчание нарушил другой человек.
— Имена сливаются, — бесстрастно пробормотала одноклассница Моришита Аи.
— Моришита-сан, думаю, права. Надо бы, наверное, всем отложить телефоны и проверить каждый. Здесь может быть замешан Рьюен-кун.
Санада, обратившись к Сакаянаги, после небольшой задержки согласился с мнением Моришиты.
Кито и Хашимото тут же встали.
— Не нужно ничего делать.
— Н-но!..
— Сейчас нам необходимо продолжить пользоваться телефонами, чтобы понять, от чего отталкиваться, и получить намек на то, как решить проблему.
Едва ли у них получится нормально сосредоточиться на учебе в условиях неразберихи. Лидер выступил с неожиданным распоряжением, не делая того, что сделать было нужно.
— Принцесса, ты уверена? Три идеальных защиты подряд меня тоже убедили. С какой стороны не посмотри, информация явно утекает, а с этим надо что-то...
— План остается без изменений. Продолжаем экзамен.
Инструкции не давали ученикам разузнать большего.
Ни у кого не было полномочий отменить указ. Следуя ему, каждый задумался: «Почему Сакаянаги не действует?».
Предать класс — дело нелегкое. Если противник явно угадывает с защитой, это лишь вопрос времени, когда выяснится, что имена сливаются в разгар экзамена.
Если предатель все осознает, но занимается этим, возникают опасения: достаточно ли просто убрать телефоны и закрыть обзор?
Что будет, если меры не предотвратят утечку?
Имена станут известны, одноклассники ожидаемо придут в замешательство.
Допустим, свидетельства удастся получить случайным образом — ставя себя на место предателя, Сакаянаги никогда бы не оставила их рядом, а положила бы в чей-то стол, сумку или в другое место в классе. Разразится бесконечный спор. Каждый будет перекладывать вину друг на друга: «да не я это сделал» и «не моих рук дело».
В нынешней ситуации, учитывая отсутствие веских доказательств, открыто назвать вероятного предателя — это просто риск.
Так или иначе, а переполох сейчас будет во вред.
Сакаянаги заключила, что приоритетом должно быть не занять первое место, а избежать последнего. Несмотря на то, что информация продолжит утекать, они все еще могут зарабатывать очки и защищаться.
Целью стало третье место, для которого нужно максимально держать оборону от атак Хорикиты, но вышло так себе. По ходу экзамена, наблюдаемому на экране, также было видно, что Ичиносе помогает Хориките.
Стратегия с предателем сделала свое дело и опустила их на последнее место. Двадцатый раунд завершился отставанием от третьего на шесть очков.
— Похоже, в этот раз я проиграла.
Занять последнее место в соревновании четырех классов — провал по всем фронтам. Предательство, из-за которого так вышло, не служит оправданием.
Сакаянаги тихо вздохнула.
У нее, как у лидера, была обязанность разобраться с последствиями.
— Поскольку мы проиграли, нужно выбрать, кто будет исключен.
На экзамене выбыли пять учеников: Камуро, Ямамура, Сугио, Тоба и Мачида.
— Строго говоря, решение должно зависеть от того, кто, сколько и какой вклад внес в класс, но обойдемся без этого. Причина проста: с моей точки зрения, все пятеро находятся на одном уровне.
Сакаянаги заявила, что уход любого из них не скажется на общей боеспособности класса.
— К-как же тогда это будет решаться?.. — встревоженно поинтересовался Мачида, один из выбывших.
— Может, жребием? Это хотя бы справедливо.
В ответ на вопиющее предложение выбывшие возмущенно воскликнули.
— Вам что-то не нравится? Разочарую, отсутствие одного из вас особо не причинит неудобств, — продолжила Сакаянаги, когда класс затих.
Выбывшие хотели бы выразить недовольство, но никто из них не желал вылететь из-за подпорченной репутации.
— Возражать бессмысленно. За лидером закреплено право выбрать, кого исключать.
— Но можно ли назвать это выбором лидера, если решаться будет жребием?
— Разумеется. Чтобы было легче понять, считайте, что ученик отвечает за свои низкие оценки в «ОИС» — так вот, я решила отнести невезучего в разряд наименее способного. Кроме того, если кто-то не захочет бросать жребий, будем считать, что он сдался, от него и откажемся.
Сакаянаги методично устраняла пути отхода, чтобы заставить их участвовать.
— Я все подготовила, — небрежно обратилась к Сакаянаги ученица, которая не прониклась явно тяжелой атмосферой в классе.
— Надо же, Моришита-сан, ты так быстро все подготовила. Еще и любезно раскрасила. Времени у нас не так много, поэтому давайте сделаем все быстро. Человек, вытянувший бумажку с цветной пометкой, к сожалению, будет вынужден уйти из школы.
Всего было заготовлено пять бумажек, четыре из них — спасительные. Так просто.
— Ну, кто первый? Говорю сразу, очередность никоим образом не влияет на вероятность.
Выбор был следующим: вытянуть, чтобы избежать исключения, или подождать, что кому-нибудь не повезет.
Подавив желание отказаться, Мачида решительно потянул жребий.
— Да-а-а-а-а!
Он вытащил белую бумажку и на радостях вскинул кулак вверх.
Вдохновленные, Сугио и Тоба последовали примеру. Каждый вытянул белую бумажку.
Осталось два человека. Камуро Масуми и Ямамура Мики.
У оставшихся были свои причины не тянуть: у первой — лень, вторая была напугана настолько, что не могла пошевелиться. Сакаянаги, несмотря на более тесное с ними взаимодействие, чем со спасшейся троицей, не изменилась в лице. Она выбрала справедливый жребий с равными шансами потому, что посчитала: не важно, кто в итоге уйдет.
— Можешь тянуть первой, — сказала Камуро Ямамуре, но та все еще жалась от ужаса.
Она не была морально готова к пятидесятипроцентной вероятности покинуть школу и тряслась от страха. Даже думать не могла о том, что будет, если ей не повезет. Она хотела пошевелиться, но что-то не давало.
— Я... я... я...
— Боже... Ну ладно, тогда я вытяну. Идет?
Не в силах произнести хоть слово, Ямамура согласно закивала.
Камуро подошла к Моришите, которая держала бумажки.
— Постой, — вмешалась Сакаянаги, когда та уже протянула руку. — Я говорила, что отказавшийся тянуть жребий исключается. Раз Ямамура-сан отказалась, значит она и уйдет из школы.
— Э?.. Н-но, э-э?..
— Возражений нет, так?
— Э-э... П-просто...
— Это еще что? Ты пытаешься меня выручить?
— Вовсе нет. Я говорю факты.
— Ладно. Если я и Ямамура вытянем одновременно, проблема решена. Не так ли?
Сакаянаги выступила с решением исключить человека, но Камуро ее остановила. Она невозмутимо отклонила возможность избежать собственного исключения.
— Ну давай, живее.
Камуро подошла к окаменевшей Ямамуре, схватила за руку и потянула за собой.
— Это первый и последний шанс узнать, кто из нас неудачливее, ты или я.
— Ты очень заботливая, Масуми-сан. Только так ли необходимо рисковать самой и помогать ей, когда уйти должна именно она?
— Нет. Просто мне так хочется.
— Вот, значит, как... Что же, тогда тяните одновременно.
Моришита вытянула две бумажки.
Ямамура не могла собраться, поэтому Камуро взяла ее левую руку, и та машинально коснулась одной бумажки. Затем Камуро указала на другую.
— Без обид, — неловко, но мягко обратилась она к Ямамуре, у которой не получалось успокоиться.
— Я отпускаю, — произнесла Моришита, медленно разжимая пальцы.
Две бумажки качнулись от дуновения ветерка.
Тот, кто вытянет лист с цветной пометкой, будет исключен из школы. Именно такую держала Камуро.
Ученики не могли сразу принять исход и молчали.
— Вот и решили. Повезло, Ямамура, ты спаслась.
— А-а...
Камуро легонько хлопнула девушку по плечу, пока та силилась осознать, кого исключили.
Класс A пребывал в тишине.
Нынешняя ситуация с лишением классных очков из-за проигрыша и выбором, кто уйдет, полностью отличалась от исключения Тоцуки.
Это буквально первый опыт краха класса A.
Но самым удивительным было то, что Камуро, единственная жертва, оставалась спокойной от начала и до конца. Она безучастно отмахнулась от взглядов одноклассников и прошла на свое место.
Сакаянаги перевела глаза с Камуро на Чабаширу-сенсей, побуждая ее продолжить.
— Итак... На этом специальный экзамен объявляю завершенным.
Вот и закончился кажущийся бесконечным «экзамен на выбывание».
Часть 1
(от лица Аянокоджи)
Итоговый результат:
1-е место: Класс D Рьюена, шестьдесят девять очков.
2-е место: Класс C Ичиносе, шестьдесят два очка.
3-е место: Класс B Хорикиты, пятьдесят девять очков.
4-е место: Класс A Сакаянаги, пятьдесят три очка.
***
За вторую половину Рьюен своей идеальной защитой во всех десяти раундах поднялся со дна и победил.
Итоговый рейтинг утвердился, и класс Рьюена зарабатывает сто классных очков. Классы на втором и третьем местах, к сожалению, теряют пятьдесят очков, а класс Сакаянаги — сто.
Такой исход был неожиданным, особенно учитывая, что первая половина прошла вроде как нормально.
Проигрыш — не то, что встречаешь радостно. Но недовольства среди одноклассников почти не наблюдалось, зато заметнее всего было облегчение — вероятно, от того, что удалось закончить третьим местом. Оно и понятно. Выбывшие до самого конца сидели как на иголках.
Чабашира-сенсей сказала, что про исключенного в классе A сообщат в начале следующей недели, а затем нас отпустили.
В разгар радостного возбуждения один из учеников зашел к нам в класс, резко распахнув дверь.
— Прости меня, Каруизава-сан!
— Э, И-Ичиносе-сан?!
Кей, которую, казалось, задело, что ее выбирали десять раундов подряд, окаменела при появлении Ичиносе. Сато встала перед ней, словно заслоняла.
Стоило Хориките, сидевшей в конце кабинета, увидеть это, как она немедленно встала.
— Успокойся, Каруизава-сан. Та странная череда указаний на тебя была своеобразной помощью Ичиносе-сан.
Ичиносе согласно кивнула на объяснение Хорикиты и еще раз извинилась.
— А? Что, не понимаю...
— В двух словах, она по-своему дала нам возможность получать очки. Правда же?
— Сперва я думала списаться или позвонить, но потом пришла к выводу, что само предложение помощи от нас могло показаться неестественным. Вот почему, чтобы мой явный намек был понят, я постоянно выбирала тебя. Когда Хорикита-сан догадалась, она сразу связалась со мной.
Контакт исходил от Хорикиты, а не Ичиносе. Она обозначила важность этого момента.
— Некоторых учеников мы защитили благодаря тому, что Ичиносе-сан заранее сообщала о том, кого выбрала.
— Но для чего это понадобилось?..
— Можно предположить, что для победы над классом A. Тем самым классы со второго места и ниже смогли дать казавшийся невозможным отпор.
— Это так. Мы все равно не могли противостоять никому другому, кроме как Сакаянаги-сан. Отчаянные времена требуют отчаянных мер.
А без помощи Ичиносе разрыв в шесть очков, вполне возможно, они бы преодолели.
— П-почему это должна была быть я?
— Каруизава-сан, ты центральная фигура со стороны женской части класса, и Хорикита-сан непременно захочет тебя защитить. Поэтому я и продолжала выбирать тебя. Но я понимала, что тебе это не понравится, вот и поспешила скорее прийти. Мне очень жаль, честно!
Выслушав доводы, а также прочитав посланные Хорикитой сообщения, Кей немного расслабилась.
Ичиносе еще несколько раз извинилась, а потом ушла к своим одноклассникам, чтобы не заставлять их ждать.
После этого ученики начали расходиться, не забывая поблагодарить Хорикиту, которая в это время внимательно изучала рейтинг.
Я также подошел к ней.
— В этот раз мы проиграли. Во второй половине, судя по всему, сыграла еще какая-то договоренность между классами Рьюен-куна и Ичиносе-сан... Правда, это лишь мои домыслы, ведь доказательств нет. Что-то вроде: он дает возможность классу Ичиносе заработать очки, никого не устраняя, и продвигает их на второе место.
— Возможно. Но не это важно.
Хорикита кивнула и встала со своего места.
— Если два класса работают сообща, они должны были как-то это показать еще в первой половине. Потому что только так обе стороны разделят выгоду от взаимопомощи. И я смогла вздохнуть с облегчением только тогда, когда поняла, что не увидела ни одного признака к концу первой половины.
— Не только ты не знала. Сакаянаги тоже едва ли могла себе такое представить.
Непонятно, в какой именно момент Рьюен и Ичиносе начали работать вместе, но договорились об этом они, скорее всего, после того, как объявили очередность на экзамен. И затем готовились тише воды, ниже травы.
— Но исходить нужно из того, что Рьюен предугадывал абсолютно все цели для атаки Сакаянаги.
— Кто-то снабжал его информацией по классу A... По-другому объяснить это я не могу.
— Похоже, так оно и было.
— И этот кто-то явно должен быть не в себе. Мне сложно представить, чтобы класс предавали так открыто. И ведь это произошло не в классе D или C. Они оставались классом A с самого поступления в школу. Что же за награда должна быть, чтобы так поступить?
— Предать за двадцать миллионов баллов. Вряд ли согласились бы на меньшее.
Хотя нет, сомневаюсь, что кто-либо в принципе предал бы.
Действительно, двадцать миллионов баллов — бессрочный билет в другой класс — представляют собой весьма существенную цель, но до выпуска остается еще больше года. Одно только перемещение такой большой суммы раскроет предателя: этого ученика возненавидит весь класс A, а другие классы начнут ему завидовать. Если в следующий раз или на других специальных экзаменах его попытаются исключить из школы, и он не справится, то будет вынужден потратить приватные баллы. И как только это произойдет, весь смысл в их получении теряется.
Другими словами, надо думать, что предатель хотел получить что-то отличное от обыденного или нечто совсем особенное.
— В любом случае мне это не нравится. Но жаловаться не на что. Жаль, что мы не заняли первое место, но обошлось малой кровью, ведь на последнем оказался класс A. И все же... осадок неприятный, — не сдерживаясь, искренне высказалась Хорикита, стоило ей выйти в коридор и убедиться, что внимание учеников не сосредоточено на ней.
— Помни об этом неприятном осадке до следующего специального экзамена.
— Да... Обязательно запомню.
— Я хочу сходить, проверить класс Рьюена. Ты как?
— На сегодня с меня хватит, я вернусь в общежитие... Не уверена, что смогу спокойно выслушать его язвительные насмешки.
Это точно, Рьюен, поддавшись настроению, может совсем уйти в отрыв.
Часть 2
Направляясь к классу D, я ожидал увидеть радостную атмосферу, но на пути заметил Хиёри. Она смотрела в окно, судя по всему, на то, что происходило снаружи внизу.
Необычным было увидеть не привычную мягкую улыбку, а серьезное выражение лица. Я подошел к ней и также посмотрел в окно.
Внизу виднелись Рьюен и несколько человек из его окружения. Больше всего среди них выделялся Ишизаки, он возбужденно подпрыгивал и махал руками. Еще там был Кацураги, который мирно шел в сторону торгового центра Кёяки, не обращая внимания на эту жизнерадостность. Судя по профилю, увиденному в одно мгновение, его лицо оставалось таким же непроницаемым, как всегда.
— Наверное, они идут праздновать победу.
Не удивлюсь, если сегодня они отлично проведут время в Кёяки.
— Так и есть, — буднично согласилась со мной Хиёри.
— Ты не присоединишься к ним?
— Меня позвали, но я отказалась.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...