Глава 29: Глава 1: «Морская змея (4)»

Ганн втянул голову в плечи, виновато показал язык и послушно поплелся обратно.

Айла сделала за ним еще пару шагов, но вдруг остановилась, обернулась и промолвила: ─ Эм... спасибо.

Она хотела всего лишь поблагодарить его по-простой человеческой привычке. Кто же знал, что Хастейн услышит голос Айлы, обернется, осыплет ее долгим взглядом с ног до головы, да при этом еще и нахмурится так, будто тучи сгущаются. Девушка испугалась его выражения лица, торопливо подражая Ганну, вжала голову в плечи и со всех ног бросилась назад в лагерь, наотрез отказавшись вымолвить хоть еще слово.

─ Эми, скажи мне, что вообще за человек этот Хастейн?

Айла подперла щеку кулачком, глядя на пустой потолок взглядом, полным девичьих надежд и грез. Увидев ее в таком амплуа, Эми шумно фыркнула и выплюнула изо рта глоток воды:

─ Кхм, кхм-кхм, простите, василисса. В прошлый раз, когда вы вот так о ком-то спрашивали, тот человек был молодым и чертовски привлекательным рыцарем. Если сравнивать, то Хастейн по возрасту годится вам в...

─ Да я вовсе не об этом! Да он мне в отцы годится! ─ Айла покраснела и яростно топнула ногой. ─ Я хотела спросить: ты провела в лагере Хастейна столько дней, чем, по-твоему, он отличается от того, что о нем болтают в слухах?

─ По-моему, он точно такой же извращенец, как в слухах! Я собственными глазами видела: к нему в шатер каждый день отправляют пленницу. Каждый день! И ни единого повторения! Если бы василисса до сих пор числилась в пленницах, то сейчас наверняка уже... А потом, под воздействием его раздутого

эго, он точно переключился бы и на меня! Послушай: «Переживаешь за василиссу – так подмени ее!»... Господи... Ради василиссы я ведь ни за что не смогу отказаться, верно? Как же это раздражает! Он такой огромный, такой грубый... Ваше величество... неужели я умру?

─ Но ведь этот человек спас меня уже трижды, а я до сих пор цела и невредима. Мне думается, быть может, он не так уж плох, как о нем трезвонят...

─ Брось свои глупые мысли. Главарь в точности такой, как в слухах. Женщине не стоит крутиться возле него слишком часто, ни к чему хорошему это не приведет для нас обоих, ─ промолвил вошедший Дан, у которого под глазами залегли темные круги.

Весь этот месяц Дан ежедневно прочесывал чудом сохранившиеся в памяти Айлы алхимические трактаты, пытаясь выведать тайну Философского камня. Чем глубже он погружался в чужие воспоминания, тем сильнее его охватывало безумное влечение к познаниям девушки. Впрочем, со стороны результаты месячной учебы выглядели так, будто Дан просто решил разнообразить палитру собственных волос.

─ Я слышал, тебя вытаскивал Ганн. Держись от него впредь подальше! Он носит благословение Гермеса, но в нем нет ни капли тяги к размышлениям и учебе. Ему не дано постичь твою ценность – здесь никто, кроме меня, не способен ее оценить!

─ Он затащил меня на лодку, а потом, сам не знаю с чего, принялся кромсать морскую змею... Страшную, кошмарную змею, какой я отроду не видывала и даже названий таких не слыхала.

─ Ты говоришь о басилиске, не так ли? Эта тварь водится исключительно в Северном море, а в здешних глухих водах промышляют разве что пираты да северные племена. Жителям Империи Семнадцати Холмов, что раскинулась в самом сердце материка, о ней, конечно, неведомо. Впрочем, некий поэт из Крофона по имени Никандр Колофонский упоминал о подобных змеях в своей книге путешествий «Териака». Жаль только, что на берегах Средиземного моря это сочинение принято считать плодом литературной фантазии.

Дан опустил ладони на лоб Айлы, что означало начало их ежедневных занятий. Если кто-то смел издать хоть звучок во время чтения чужих воспоминаний, он впадал в поистине звериную ярость, а потому Эми предусмотрительно забилась в дальний угол.

«„Териака“ Никандра Колофонского? В королевской библиотеке вроде бы хранилось такое издание», – промелькнуло в мыслях у Айлы. Ганн копался в ее памяти: поначалу это доставляло немалый дискомфорт, но месяц спустя она привыкла и теперь отчаянно скучала от безделья. Закрыв глаза, девушка принялась шарить по уголкам памяти в поисках той самой книги.

Королевская библиотека. С малых лет две трети своей жизни она проводила именно там, а порой и вовсе оставалась ночевать среди стеллажей. Неизвестно с какого возраста образ этого хранилища знаний отпечатался в ее голове с поразительной четкостью. И вот теперь стоило ей лишь слегка пожелать, как библиотека возникала перед ней во всех подробностях – вплоть до каждого узора на каменной кладке.

Сейчас она мысленно прогуливалась по тем самым залам: бесконечные ряды книжных шкафов, корешки томов, к которым можно было прикоснуться. Она сфокусировала воспоминания на пометочках сбоку шкафов и принялась ряд за рядом перебирать их, словно взаправду шагая по проходам. Вскоре нужный указатель со словом «Путешествия» нашелся. Она перевела взгляд на таблички с именами авторов на корешках полок: Лука, Плиний, Исидор... Наконец, в самом темном углу обнаружилось имя Никандра Колофонского. Из путевых заметок этого автора в собрании имелась лишь одна книга – та самая «Териака».

В мыслях она извлекла фолиант с полки. Переплет оказался обернут кожей, а страницы пожелтели, точно опавшая листва. Перевернув ее в воображении, она добралась до оглавления и среди длинного перечня отыскала искомую строчку: морская змея басилиск, страница триста девяносто шестая.

Айла восстановила в памяти текст со страницы 396: «Басилиск – смертоносная морская змея, обитающая на севере. Из-за гребня на макушке местные жители зовут ее петухозмеем. Согласно преданиям, в дни творения змеи обладали крыльями, но за грехи лишились их по воле богов и теперь ползают на брюхе, прерываемая небом. Порождена она соитием земной змеи с петухом, а поскольку пернатые и змеи – заклятые враги, подобное противоестественно для природы, а потому тварь отвергнута и землей. Лишенная приюта и на небесах, и в дольних краях, она может жить лишь в пучине морской. От лучей солнца басилиск в мгновение ока обращается в кровяную жижу. Желчь сей твари настолько ядовита, что проедает дерево и металл, но яд ее мгновенно расщепляется от света и тепла. По этой причине змея, при всей ее смертоносности, не несет великой беды. Мясо же и яд басилиска служат ценным сырьем для алхимиков племени Тепуи».

«Философский камень?» ─ внезапная догадка вновь разбудила любопытство Айлы. Она мысленно оставила стеллаж с путешествиями, заставив сознание блуждать по извилистым лабиринтам королевской библиотеки, пока не очутилась перед огромной железной дверью на восемнадцати замках. Там хранилось тайное хранилище монаршей семьи, где были собраны все трактаты по алхимии. Она перенеслась внутрь, прямиком в просторный зал, где покоились фолианты...

В этот момент Дан испустил пронзительный, душу раздирающий вопль! Словно пораженный разрядом молнии, он отдернул руки от головы девушки, рухнул на пол и закатался по земле в приступе дикой боли!