Ночь накрыла старый район Цзянчэна, словно пропитанная чернилами грязная тряпка.
В микрорайоне Синфу лампочки на лестничной клетке не работали уже два месяца, и Линь Ваньэр, спотыкаясь в темноте, всё ещё сыпала проклятиями, вспоминая свой путь на шестой этаж.
— Будь ты проклят, Цзян Чэ! И охрана эта! И этот жалкий лизоблюд-менеджер! Вот разбогатею — всех вас в порошок сотру!
Ей пришлось снять туфлю со сломанным каблуком и идти босиком по пыльным бетонным ступеням. Подошва теперь невыносимо ныла. Брендовое платье, купленное за бешеные деньги, измялось и липло к телу, напоминая скомканный кусок макулатуры.
Она с силой захлопнула дверь так, что с косяка посыпалась штукатурка.
В квартире стояла невыносимая духота. Воздух пропитался кислым запахом, напоминавшим смесь забродившего мусора и вони из канализации.
Она швырнула на тумбочку сумочку — ту самую, с которой даже походить толком не успела, но уже успела поцарапать. Привычка орать в пустоту всё ещё давала о себе знать. Каждое её слово эхом отскакивало от тесных стен:
— Цзян Чэ! Ты оглох?! Не слышишь, что я пришла?!
В ответ — тишина.
Не горел уютный жёлтый торшер, который всегда оставляли включённым к её приходу.
Только надрывно гудел старый холодильник, будто насмехаясь над её бессильной злобой.
На долю секунды Линь Ваньэр опешила, а затем реальность снова ударила её по голове.
Ах да.
Она же сама вышвырнула этого неудачника на улицу.
— Строит из себя невесть что. Покупатель элитной недвижимости, как же! Посмотрим, надолго ли тебя хватит!
Она снова с омерзением оглядела комнату в бледном свете потолочной лампы. От этого зрелища можно было задохнуться.
Гостиная выглядела так, будто здесь прошёл Мамай.
Журнальный столик утопал в пакетах из-под чипсов и коробках от доставки. В недопитом стакане с чаем разбухли шарики тапиоки, источая кислую вонь. На ковре, прямо поверх шелухи от семечек, словно мёртвые змеи, валялись её капроновые колготки, которые она скинула непонятно когда.
Диван вообще превратился в зону бедствия: юбки, блузки, нижнее бельё — всё перемешалось в грязную кучу, не оставив даже места, чтобы присесть.
— Цзян Чэ! Ублюдок! — её колотило от ярости при виде этого свинарника. Тыча пальцем в пустоту, она завизжала: — Раз уж решил свалить, почему не прибрался напоследок?! Специально оставил этот срач, чтобы меня позлить?! Какое же ты мерзкое ничтожество!
Раньше, как бы поздно она ни возвращалась с тусовок, какой бы хаос ни оставляла после себя — стоило ей переступить порог, как её встречали натёртые до блеска полы и аппетитный запах свежеприготовленной еды.
Тот мужчина всегда высовывался из кухни в фартуке и с улыбкой спрашивал: «Ваньэр, ты вернулась? Устала? Я уже набрал ванну, иди отдохни, ужин почти готов».
Тогда её это раздражало. Ей казалось, что он возится, как баба, и ведёт себя как прислуга, без капли мужского стержня.
Но теперь, глядя на эту заросшую грязью гостиную, она почувствовала, как её с головой накрывает волна беспомощности.
— Подумаешь, уборка! Что тут такого сложного?! Я и без тебя прекрасно проживу!
Она пнула пустую банку и попыталась найти, куда бы присесть. Но, посмотрев на груду грязной одежды на диване, так и не решилась опустить туда задницу.
Бесит.
Всё просто бесит.
Живот снова жалобно заурчал — протест против того, что с самого обеда в нём не было ни крошки.
— Сейчас с голоду умру...
Потирая живот, Линь Ваньэр подошла к кулеру.
Нажала на кран.
Воды не было.
Аппарат, в котором всегда был кипяток, теперь лишь насмешливо подмигивал ей красным индикатором пустого бака.
— А-а-а-а! Даже ты надо мной издеваешься!
В бешенстве она со всей силы пнула кулер ногой. Пальцы врезались в жёсткий пластик. От резкой боли у неё брызнули слёзы, и она запрыгала на одной ноге.
— Цзян Чэ! Я убью тебя!
Прихрамывая, она доковыляла до кухни в надежде найти хоть что-то съестное.
Распахнула холодильник.
Пустота.
На полке сиротливо лежали два засохших яйца и банка просроченного соуса чили.
Раньше Цзян Чэ каждое утро ходил на рынок за свежими овощами и фруктами, забивая холодильник до отказа. Но последнюю неделю он был в командировке, запасы давно закончились, и кроме пустых контейнеров от доставки здесь ничего не осталось.
— Даже пожрать нечего, как так можно жить!
Линь Ваньэр едва не расплакалась от обиды.
Она и подумать не могла, что её «никчёмный» муж незаметно для неё тащил на себе столько бытовых мелочей.
Заказать воду, купить продукты, приготовить еду, постирать, вымыть полы...
Всё это казалось ей само собой разумеющимся, даже унизительным трудом. Но стоило этому механизму остановиться, как её жизнь мгновенно парализовало.
— Нет, я не сдохну здесь от голода.
Она шмыгнула носом и вытащила из сумки телефон.
Аватарка Сяо Цзинъи показалась ей спасательным кругом.
Точно! У неё же есть Цзинъи!
Он так её любит, он ни за что не позволит ей страдать.
Линь Ваньэр набрала знакомый номер, и её голос тут же сменился на капризно-слезливый тон:
— Алло, Цзинъи...
На фоне играла громкая музыка и слышался женский смех.
Цзинъи ответил не сразу, в его голосе сквозило откровенное раздражение и нетерпение:
— Ваньэр? Чего тебе? Чего звонишь так поздно?
— Цзинъи, я ещё не ужинала, от голода аж желудок сводит.
В глазах Линь Ваньэр светилась надежда. Она кокетливо протянула:
— Дома шаром покати, может, приедешь и сводишь меня куда-нибудь? Так хочется в тот ресторанчик домашней кухни.
— А? Прямо сейчас? — Сяо Цзинъи запнулся, а затем поспешил отмазаться: — Не выйдет, Ваньэр, я никак не могу уйти. Мы тут с инвесторами проект обсуждаем, сама понимаешь — стартап только запускается, самый ответственный момент. Разве я могу всё бросить?
Проект?
В таком шумном месте?
Линь Ваньэр, конечно, была влюблена по уши, но не настолько глупа, чтобы не различить двусмысленную атмосферу на фоне.
Раньше она бы вцепилась в него мёртвой хваткой и устроила допрос с пристрастием. Но теперь, когда её только что «бросил» Цзян Чэ, она чувствовала себя уязвимой и до ужаса боялась потерять ещё и своего «хорошего мальчика».
— И... и когда вы закончите? Я подожду.
— Ой, сестрёнка, да кто ж его знает. Эти большие боссы такие капризные.
На фоне раздался заливистый женский смешок. Сяо Цзинъи, судя по всему, прикрыл динамик рукой и заговорил тише:
— Слушай, закажи себе доставку, а? Будь умницей. Как только я разберусь с делами, обязательно свожу тебя на шикарный ужин, договорились?
— Но...
— Всё, всё, босс зовёт тосты говорить, отключаюсь! Ложись спать и пей побольше горячей воды!
Пи-пи-пи.
Звонок оборвался.
В пустой кухне повисли короткие гудки.
Линь Ваньэр стояла как вкопанная, сжимая в руке телефон.
Горячей воды?!
Да в этом доме вообще никакой воды нет!
Такой обиды она не испытывала ещё никогда.
Раньше, если Цзян Чэ был в командировке или на важном совещании, стоило ей написать, что она проголодалась, как через полчаса курьер привозил ей горячую еду. Иногда муж даже нанимал курьера, чтобы ей доставили любимые десерты с другого конца города.
А этот парень, который на каждом шагу твердил, что больше жизни любит свою сестрёнку, не нашёл времени даже просто поужинать с ней.
— Все мужики — козлы! — сквозь зубы процедила она, сама не понимая, кому адресованы эти слова: Цзян Чэ или Сяо Цзинъи.
Она открыла приложение доставки, собираясь заказать дешёвый жареный рис, чтобы хоть как-то утолить голод.
Но когда на экране высветилась итоговая сумма с учётом доставки и упаковки, её палец замер.
Баланс WeChat: 182,50 юаней.
Кредитки: выпотрошены под ноль.
Кредитный лимит в приложениях: исчерпан.
Эти копейки — всё, на что ей предстояло выживать.
Если она закажет еду сейчас, что она будет есть завтра? А послезавтра?
До зарплаты ещё целых полмесяца.
Живот издал протяжный вой, прозвучавший в тишине кухни как приговор.
Линь Ваньэр перевела взгляд с экрана телефона на пустой холодильник, в котором не было даже мыши, и слёзы наконец хлынули из её глаз.
— Цзян Чэ... Ублюдок...
Она осела на пол, обхватила колени и разрыдалась, как брошенный всем миром ребёнок.
Только на этот раз никто не подойдёт, не поднимет её с заботой, не вытрет слёзы и не сварит ей миску горячей лапши.
Реальность наконец показала инфантильной дуре свой звериный оскал, влепив ей жестокую, отрезвляющую пощёчину.

Комментарии

Загрузка...