Услышав слова Дин Сяому, люди снова занервничали. Их положение и без того было крайне тяжелым, а теперь над их головами будто занесли гильотину: стоило ей опуститься, как головы всех присутствующих покатились бы с плеч.
Линь Хуншэ всё сильнее терзали сомнения, что из-за её опрометчивости могут погибнуть все, и она произнесла:
— Вы ищите выход здесь, а я пойду проверю, чем занят этот Земной Демон Цилинь.
С этими словами она уже собралась сделать шаг вперед, но Дин Сяому тут же схватил её за руку.
— Какая еще глупость? Сейчас всем нам нужно держаться вместе. Разве у тебя в руках не автомат? Чего ты боишься этих демонов и нечисти? Давай лучше за работу.
Цин Янцзы сказал:
— Сяому прав. Мы не знаем здешней местности, и даже если Земной Демон Цилинь действительно отправился снимать печати с других свирепых божеств, мы всё равно ничего не сможем поделать. Вместо того чтобы оглядываться назад и сомневаться, лучше поскорее отыскать выход.
Все согласно закивали и снова принялись за так называемую поисковую операцию.
Спустя некоторое время они обошли почти каждый угол главного зала, но так и не обнаружили выхода, способного активировать перемещение.
Снова собравшись вместе, Дин Сяому произнес:
— Уважаемые, как вы думаете, есть ли вероятность, что в этом Зале Цилиня тоже где-то нарисованы красные крестики?
Саньмэй приподняла брови и спросила:
— Ты хочешь сказать, что тот человек, который оставил нам красный крест, мог оставить метку и в этом зале?
Лин Фэйфэн ответила:
— Верно, я считаю это весьма вероятным.
Цзо Вэньцзин поинтересовалась:
— Зачем этому человеку оставлять для нас такие метки?
Дин Сяому усмехнулся:
— Старшая мисс Цзо, о чем вы мечтаете? Думаю, он пометил место для себя, чтобы ему было удобно пользоваться этим пространством и путешествовать туда-обратно между двумя мирами. Посмотрите сами, в этом святилище нет других дверей — мы вошли через ту вон дверь. Тогда мы думали только о том, чтобы зажечь эти проклятые свечи, и совсем не обращали внимания на то, что вокруг. Пойдемте взглянем, нет ли там красного крестика.
Люди заинтересовались его догадкой и гурьбой последовав за Дин Сяому.
Вернувшись во внешний зал — туда, где они зажигали и тушили свечи, — Дин Сяому внимательно осмотрелся по сторонам и сразу заметил неподалеку большую дверь.
Разумеется, пока он не знал, куда именно она ведета.
В полумраке он отыскал тот самый подсвечник, который обладал свойством автоматически копироваться и вставляться. Место, где он появился по своим воспоминаниям, находилось на некотором расстоянии от этого подсвечника, поэтому он огляделся и тут же увидел ближайшую к нему колонну. Обойдя её кругом, он действительно обнаружил на ней красный крест.
Все неотступно следовали за Дин Сяому, так что они тоже увидели красную отметку. Это доказывало, что предположение Дин Сяому было верным: кто-то оставил в Зале Цилиня множество меток, и каждая из них служила точкой перехода, активирующей технику Секретного Сремища. Иными словами, больше не было нужды заниматься слепыми поисками наугад — стоило лишь отыскать красный крест, как можно было мгновенно покинуть это место.
Дин Сяому сказал:
— Следуйте за мной, пойдем искать другие такие красные кресты.
Все поспешно кивнули в знак согласия.
Дин Сяому толкнул дверь и вышел наружу. Оказалось, что за ней тянется длинный коридор. С левой стороны коридора находилось множество дверей, предположительно ведевших в различные святилища, а справа располагались широкие каменные ступени, внизу которых расстилалась огромная площадь со множеством каменных колонн.
Линь Хуншэ появилась позади Дин Сяому, затянулась сигаретой и произнесла:
— Внизу те самые каменные ступени, по которым можно идти вечно и так и не дойти до конца?
Дин Сяому забрал у неё сигарету, затянулся и ответил:
— Верно. Хочешь спуститься и попробовать пройтись, чтобы проверить, заставит ли тебя какая-нибудь магия идти бесконечно?
Линь Хуншэ выхватила сигарету обратно и укоризненно бросила:
— Ты что, принимаешь меня за дуру?
Дин Сяому больше не осмеливался ничего говорить, опасаясь, что Линь Хуншэ пинком сбросит его отсюда вниз.
Он поспешно подошел ко второй двери и осторожно толкнул её. Поднимая ствол, он автоматически снял штурмовую винтовку с предохранителя.
Линь Хуншэ заметила это движение и тут же спросила:
— Есть опасность?
Дин Сяому ответил:
— На всякий случай. Земного Демона Цилиня обнаружили в самом первом святилище, кто знает, что может оказаться здесь?
Линь Хуншэ сочла слова Дин Сяому весьма разумными и тоже перевела оружие в боеготовность.
Дин Сяому шагнул внутрь. Комната по-прежнему погружена в полумрак, но его глаза, казалось, уже привыкли к такому освещению, и сразу за порогом он заметил, что планировка здесь в точности повторяет соседний внешний зал.
Наученный горьким опытом с подсвечником, он просто проигнорировал его и быстрым шагом направился вглубь святилища. Ему хотелось посмотреть, как выглядят росписи и божество на жертвеннике. Если там снова окажется то же самое собакоголовое божество в мантии, это означало бы, что он опять попался.
Быстро проникнув во внутренний зал, он машинально глянул в тот угол, где прятался Земной Демон Цилинь, но тот угол оказался совершенно пустым — там не было ничего.
Дин Сяому облегченно выдохнул и, осторожно ступая вдоль стены, действительно отыскал подсвечник.
Он привычным движением достал зажигалку и зажег свечу на подсвечнике, после чего быстро зашагал вперед. Подсвечники один за другим вспыхивали, словно реагируя на звук, и озаряли всю стену целиком, выставляя на общее обозрение росписи.
Спутники быстрыми шагами направились к центру святилища, подняли головы и в один голос издали изумленные возгласы.
Дин Сяому прекратил свои изыскания в темноте и посмотрел на стену, уже освещенную свечами.
Строго говоря, общий стиль двух фресок был довольно близок: обе они служили для того, чтобы подчеркнуть божество, которому поклонялись в святилище.
Однако разница заключалась в том, что на первой фреске феи держали бесчисленные подсвечники, устилавшие всю стену, тогда здесь их место заняли злобные духи с синими лицами и клыками.
Божество в центре этой толпы духов тоже изменилось: вместо собакоголового бога перед ними предстала богиня с человеческой головой и змеиным телом. Увидев это, Дин Сяому тут же вспомнил о Нюйве из своего собственного мира.
Осторожно повернувшись к остальным, он спросил:
— В ваших мирах есть божества, похожие на это?
Лин Фэйфэн удивленно произнесла:
— Ты называешь это богом? Почему мне кажется, что это больше похоже на демона?
Саньмэй заметила:
— Судя по фреске, это действительно божество, причем богиня, перед которой трепещут даже злые духи. Вот только мне еще никогда не доводилось слышать о божествах с такой внешностью.
Дин Сяому развернулся и побежал к жертвеннику напротив. Как и ожидалось, там по-прежнему возвышались восемь гигантских свечей, которые автоматически зажглись при его приближении, осветив всё вокруг.
В самом центре жертвенника поклонялись как раз той самой богине с человеческой головой и змеиным телом, изображенной на фреске, однако по обе стороны от нее зияла пустота — никаких сопутствующих божеств рядом не было.
Указывая на жертвенник, Дин Сяому спросил:
— Даос, что всё это значит?
Цин Янцзы покачал головой и ответил:
— Не знаю. Все эти божества, которым поклоняются в Зале Цилиня, мне совершенно незнакомы, я никогда о них не слышал и не видел их. Сам толком не пойму, что здесь происходит. Давайте сначала поищем красный крестик, а если его не окажется, перейдем в следующее святилище. Полагаю, если осмотреть побольше таких мест, можно будет заметить какую-то закономерность.
Поскольку требовалось отыскать лишь приметную метку, эффективность группы значительно возросла, и они очень быстро обследовали святилище изнутри и снаружи.
Дин Сяому повел всех к третьему святилищу. Теперь он сильно заинтересовался божествами, которым здесь поклонялись, поэтому, переступив порог, сразу устремился вглубь зала.
На фресках здесь светильники точно так же поддерживали злобные духи с синими лицами и клыками, а божеством в центре на этот раз оказалась богиня с девятью хвостами.
Следом он зажег жертвенник: как и следовало ожидать, гигантская статуя в точности изображала девятивохстую богиню с фрески.
Люди по привычке обошли всё вокруг в поисках красного креста, но снова ничего не нашли.
Подавленные и разочарованные, они побрели к выходу, собираясь продолжить поиски красной метки в следующем зале.
Тогда Дин Сяому обратился к Цин Янцзы:
— Даос, кажется, я действительно уловил закономерность. Собакоголовое божество в первом святилище было мужчиной, поэтому его окружали сплошные феи, а в последующих двух святилищах поклоняются богиням, поэтому их окружают злые духи. Только вот интересно, с чем это связано?
Цин Янцзы немного подумал и произнес:
— Это довольно просто. Давай взглянем на следующее святилище: возможно, там окажется бог-мужчина, и это подтвердит твою догадку. Тогда мы и обсудим причины.
Полный надежд, Дин Сяому вышел за дверь святилища, но стоило ему ступить в коридор, как изпереди донеслись неестественные женские крики, после чего HK416 в руках Линь Хуншэ немедленно открыла огонь на поражение.

Комментарии

Загрузка...