Фан Цзе и Су Дацян занесли в деревянный дом новенький глиняный кувшин и бережно пристроили его в ровном углу.
Фан Цзе и Су Дацян занесли в деревянный дом новенький глиняный кувшин и бережно пристроили его в ровном углу.
Фан Цзе несколько раз сходил туда-обратно с ведром, пока по зеркальной глади воды в кувшине наконец не побежала мелкая рябь.
Фан Цзе несколько раз сходил туда-обратно с ведром, пока по зеркальной глади воды в кувшине наконец не побежала мелкая рябь.
Умывшись, все улеглись спать.
Умывшись, все улеглись спать.
Однако Фан Цзе лишь ворочался с боку на бок – сон не шел.
Однако Фан Цзе лишь ворочался с боку на бок – сон не шел.
Было еще рано, не исполнилось и восьми вечера. К тому же за последние два дня тяжелой работы почти не было, и усталости он не чувствовал.
Было еще рано, не исполнилось и восьми вечера. К тому же за последние два дня тяжелой работы почти не было, и усталости он не чувствовал.
В полузабытьи он вспомнил о книгах, что лежали в чемодане.
В полузабытьи он вспомнил о книгах, что лежали в чемодане.
Нащупав в темноте чемодан, он достал их оттуда.
Нащупав в темноте чемодан, он достал их оттуда.
«Эта точно пригодится! „Руководство по выживанию в дикой природе“! Тут собраны всякие полезные мелочи для выживания, а еще атлас животных и растений».
«Эта точно пригодится! „Руководство по выживанию в дикой природе“! Тут собраны всякие полезные мелочи для выживания, а еще атлас животных и растений».
Особенно его интересовал атлас растений, ведь в ботанике Фан Цзе разбирался слабо.
Особенно его интересовал атлас растений, ведь в ботанике Фан Цзе разбирался слабо.
В дикой природе росло множество целебных трав и съедобных диких плодов, которые он просто не умел отличать от ядовитых.
В дикой природе росло множество целебных трав и съедобных диких плодов, которые он просто не умел отличать от ядовитых.
Обложка книги уже сморщилась, а когда он раскрыл ее, со страниц с тихим шорохом посыпались сухие, пожелтевшие образцы папоротника.
Обложка книги уже сморщилась, а когда он раскрыл ее, со страниц с тихим шорохом посыпались сухие, пожелтевшие образцы папоротника.
— Надо же, эта трава называется портулак пильчатый, ее можно растереть и использовать вместо муки... — Фан Цзе придвинулся ближе к масляной лампе, ведя пальцем по нарисованным от руки иллюстрациям.
— Надо же, эта трава называется портулак пильчатый, ее можно растереть и использовать вместо муки... — Фан Цзе придвинулся ближе к масляной лампе, ведя пальцем по нарисованным от руки иллюстрациям.
Рядом с растением, похожим на одуванчик, красными чернилами было выведено слово «Смертельно ядовито», а у корня красовался набросок черепа с костями.
Рядом с растением, похожим на одуванчик, красными чернилами было выведено слово «Смертельно ядовито», а у корня красовался набросок черепа с костями.
— А это фиолетовая лоза, тоже ядовитая.
— А это фиолетовая лоза, тоже ядовитая.
Фан Цзе читал взахлеб, то и дело перелистывая страницы туда и обратно.
Фан Цзе читал взахлеб, то и дело перелистывая страницы туда и обратно.
Шорох бумаги потревожил лежащую рядом Вэнь Жучу.
Шорох бумаги потревожил лежащую рядом Вэнь Жучу.
Она сонная приоткрыла глаза:
Она сонная приоткрыла глаза:
— Ты почему еще не спишь?
— Ты почему еще не спишь?
Фан Цзе закрыл книгу и положил ее на край канжи:
Фан Цзе закрыл книгу и положил ее на край канжи:
— Уже ложусь, просто решил немного почитать. Завтра возьмем эту книгу с собой, по пути поизучаем разные растения. Вдруг найдем что-нибудь полезное для нас.
— Уже ложусь, просто решил немного почитать. Завтра возьмем эту книгу с собой, по пути поизучаем разные растения. Вдруг найдем что-нибудь полезное для нас.
Вэнь Жучу слегка покраснела и обеими руками с силой уложила Фан Цзе на постель.
Вэнь Жучу слегка покраснела и обеими руками с силой уложила Фан Цзе на постель.
— Тоже мне, нашелся ученый. Днем не учится, вечером не учится, а как спать ложиться – так сразу за ум хватается. Ну-ка ложись и спи.
— Тоже мне, нашелся ученый. Днем не учится, вечером не учится, а как спать ложиться – так сразу за ум хватается. Ну-ка ложись и спи.
Стоило Фан Цзе лечь, как Вэнь Жучу тут же юркнула к нему под бок.
Стоило Фан Цзе лечь, как Вэнь Жучу тут же юркнула к нему под бок.
Он усмехнулся и, посмотрев на нее сверху вниз, спросил:
Он усмехнулся и, посмотрев на нее сверху вниз, спросил:
— Неужели без меня под боком тебе совсем не спится?
— Неужели без меня под боком тебе совсем не спится?
Вэнь Жучу тихонько кивнула, прижавшись щекой к его груди:
Вэнь Жучу тихонько кивнула, прижавшись щекой к его груди:
— Угу, привыкла уже, что ты рядом. А без тебя как-то пусто на душе.
— Угу, привыкла уже, что ты рядом. А без тебя как-то пусто на душе.
От этих слов у Фан Цзе потеплело внутри. Он крепче обнял Вэнь Жучу, нежно поцеловал ее в лоб и прошептал:
От этих слов у Фан Цзе потеплело внутри. Он крепче обнял Вэнь Жучу, нежно поцеловал ее в лоб и прошептал:
— Тогда я всегда буду с тобой, чтобы тебе больше никогда не было пусто.
— Тогда я всегда буду с тобой, чтобы тебе больше никогда не было пусто.
На губах Вэнь Жучу заиграла улыбка, и она устроилась в его объятиях поудобнее.
На губах Вэнь Жучу заиграла улыбка, и она устроилась в его объятиях поудобнее.
Вскоре в тишине деревянного дома раздалось ее ровное, спокойное дыхание.
Вскоре в тишине деревянного дома раздалось ее ровное, спокойное дыхание.
Фан Цзе посмотрел на спящую Вэнь Жучу, затем перевел взгляд на лежащее рядом «Руководство по выживанию на необитаемом острове».
Фан Цзе посмотрел на спящую Вэнь Жучу, затем перевел взгляд на лежащее рядом «Руководство по выживанию на необитаемом острове».
Он закрыл глаза и медленно погрузился в царство снов.
Он закрыл глаза и медленно погрузился в царство снов.
Ранним утром следующего дня все вместе отправились вслед за Су Дацяном в лес. Шагнув под густой полог чащи, они пошли вглубь, и прелая листва шуршала под их ногами.
Ранним утром следующего дня все вместе отправились вслед за Су Дацяном в лес. Шагнув под густой полог чащи, они пошли вглубь, и прелая листва шуршала под их ногами.
Су Дацян привязал руку своей безумной матери к стволу дерева неподалеку, чтобы та не убежала, а сам повел троицу к месту вырубки.
Су Дацян привязал руку своей безумной матери к стволу дерева неподалеку, чтобы та не убежала, а сам повел троицу к месту вырубки.
Вэнь Жосюэ, приподнявшись на цыпочки, принялась пересчитывать поваленные стволы:
Вэнь Жосюэ, приподнявшись на цыпочки, принялась пересчитывать поваленные стволы:
— Двадцать... двадцать два ствола! Брат Су, ну ты силен! За один день в одиночку повалить больше десятка деревьев!
— Двадцать... двадцать два ствола! Брат Су, ну ты силен! За один день в одиночку повалить больше десятка деревьев!
— Эва, делов-то. Поначалу шло туго, а как приноровился к топору да силе удара, так дело и спорче пошло.
— Эва, делов-то. Поначалу шло туго, а как приноровился к топору да силе удара, так дело и спорче пошло.
Су Дацян ткнул грубым пальцем в сторону старой сосны, чья крона раскинулась подобно огромному зонту:
Су Дацян ткнул грубым пальцем в сторону старой сосны, чья крона раскинулась подобно огромному зонту:
— Вот оно, то самое дерево! Вчера только пару раз тюкнуть успел, как шишки сверху посыпались будто дождь!
— Вот оно, то самое дерево! Вчера только пару раз тюкнуть успел, как шишки сверху посыпались будто дождь!
Все задрали головы. Среди густого переплетения ветвей то и дело мелькал быстрый темный силуэт.
Все задрали головы. Среди густого переплетения ветвей то и дело мелькал быстрый темный силуэт.
Фан Цзе провел пальцами по свежим следам зубов на стволе. Там, где кора была ободрана, виднелись мелкие крошки от сосновых шишек.
Фан Цзе провел пальцами по свежим следам зубов на стволе. Там, где кора была ободрана, виднелись мелкие крошки от сосновых шишек.
— Кора погрызена, значит, ее дупло с запасами где-то наверху, — он повернулся к остальным. — Кто-нибудь из вас умеет лазить по деревьям?
— Кора погрызена, значит, ее дупло с запасами где-то наверху, — он повернулся к остальным. — Кто-нибудь из вас умеет лазить по деревьям?
Все дружно покачали головами.
Все дружно покачали головами.
— Ладно, тогда я сам, — Фан Цзе обвязал вокруг талии прочную лиану, а другой ее конец закрепил на толстом корне.
— Ладно, тогда я сам, — Фан Цзе обвязал вокруг талии прочную лиану, а другой ее конец закрепил на толстом корне.
— А вы страхуйте внизу. Если что-то пойдет не так, я дерну за веревку. И держитесь чуть поодаль, я буду сбрасывать добычу вниз.
— А вы страхуйте внизу. Если что-то пойдет не так, я дерну за веревку. И держитесь чуть поодаль, я буду сбрасывать добычу вниз.
Цепляясь руками и ногами за неровности коры, он быстро полез вверх.
Цепляясь руками и ногами за неровности коры, он быстро полез вверх.
С каждым шагом над головой все отчетливее слышался сердитый шорох и суета.
С каждым шагом над головой все отчетливее слышался сердитый шорох и суета.
Какая-то пара бдительных глаз пристально следила за каждым его движением.
Какая-то пара бдительных глаз пристально следила за каждым его движением.
Стоило ладони Фан Цзе коснуться крупного нароста на стволе, как пушистый ураган с резким свистом бросился на него.
Стоило ладони Фан Цзе коснуться крупного нароста на стволе, как пушистый ураган с резким свистом бросился на него.
Парень среагировал мгновенно: одной рукой перехватил пышный беличий хвост, а второй ловко сцапал зверька за загривок.
Парень среагировал мгновенно: одной рукой перехватил пышный беличий хвост, а второй ловко сцапал зверька за загривок.
Маленький разбойник истошно заверещал и принялся яростно брыкаться, пытаясь дотянуться острыми резцами до его запястья.
Маленький разбойник истошно заверещал и принялся яростно брыкаться, пытаясь дотянуться острыми резцами до его запястья.
— Ловите! Я спускаю ее, смотрите не упустите! — Фан Цзе, полуповиснув на ветке, осторожно опустил бьющуюся изо всех сил белку вниз головой.
— Ловите! Я спускаю ее, смотрите не упустите! — Фан Цзе, полуповиснув на ветке, осторожно опустил бьющуюся изо всех сил белку вниз головой.
Вэнь Жосюэ потянулась на цыпочках, перехватила зверька и тут же получила порцию беличьей слюны прямо в лицо.
Вэнь Жосюэ потянулась на цыпочках, перехватила зверька и тут же получила порцию беличьей слюны прямо в лицо.
Су Дацян подоспел вовремя: он схватил гибкий корешок и в пару движений связал брыкающиеся задние лапы пленницы.
Су Дацян подоспел вовремя: он схватил гибкий корешок и в пару движений связал брыкающиеся задние лапы пленницы.
Серого пушистика бесцеремонно швырнули в кучу сухой травы неподалеку. Обиженная белка сердито укрылась собственным хвостом, оставив снаружи только подергивающийся носик.
Серого пушистика бесцеремонно швырнули в кучу сухой травы неподалеку. Обиженная белка сердито укрылась собственным хвостом, оставив снаружи только подергивающийся носик.
Фан Цзе полез еще выше.
Фан Цзе полез еще выше.
Наконец в глубине кроны он нащупал шершавые края дупла.
Наконец в глубине кроны он нащупал шершавые края дупла.
Отодвинув слой нанесенного мха, он почувствовал, как в лицо пахнуло теплом, напоенным ароматом смолы и спелых орехов.
Отодвинув слой нанесенного мха, он почувствовал, как в лицо пахнуло теплом, напоенным ароматом смолы и спелых орехов.
Лещина, кедровые орехи, каштаны – все это лежало здесь плотными слоями.
Лещина, кедровые орехи, каштаны – все это лежало здесь плотными слоями.
А на самом дне пряталось несколько подернутых ледком диких яблок, заманчиво поблескивавших в полумраке дупла.
А на самом дне пряталось несколько подернутых ледком диких яблок, заманчиво поблескивавших в полумраке дупла.
Фан Цзе дернул за лиану, подавая сигнал.
Фан Цзе дернул за лиану, подавая сигнал.
И на землю градом посыпались орехи – лещина и шишки с шумом полетели вниз.
И на землю градом посыпались орехи – лещина и шишки с шумом полетели вниз.
Вэнь Жосюэ, держа наготове плетеную корзину, пыталась ловить их на лету. Получив увесистым каштаном прямо по макушке, она даже не поморщилась, а лишь восторженно воскликнула:
Вэнь Жосюэ, держа наготове плетеную корзину, пыталась ловить их на лету. Получив увесистым каштаном прямо по макушке, она даже не поморщилась, а лишь восторженно воскликнула:
— Ого! Какие крупные! Да они получше тех, что мы в лавках покупали. А у нашей белки хороший вкус!
— Ого! Какие крупные! Да они получше тех, что мы в лавках покупали. А у нашей белки хороший вкус!
Вэнь Жучу сидела на корточках, суетливо сгребая в кучу раскатывающиеся орехи и приговаривая: «Не убегать, не убегать».
Вэнь Жучу сидела на корточках, суетливо сгребая в кучу раскатывающиеся орехи и приговаривая: «Не убегать, не убегать».
Су Дацян стянул с себя куртку, приспособив ее под мешок, и заорал во всю глотку:
Су Дацян стянул с себя куртку, приспособив ее под мешок, и заорал во всю глотку:
— Сюда кидай! Сюда! Прямо сюда бросай!
— Сюда кидай! Сюда! Прямо сюда бросай!
Троица внизу крутилась как белки в колесе: орехи с глухим стуком сыпались в куртку, в корзину, а некоторые с шумом катились в густую траву.
Троица внизу крутилась как белки в колесе: орехи с глухим стуком сыпались в куртку, в корзину, а некоторые с шумом катились в густую траву.
Когда Фан Цзе, прижимая к груди гроздья дикого винограда, соскользнул на землю, у их ног уже высилась целая гора лесных богатств.
Когда Фан Цзе, прижимая к груди гроздья дикого винограда, соскользнул на землю, у их ног уже высилась целая гора лесных богатств.
Вэнь Жосюэ зачерпнула горсть кедровых орешков и подбросила их в воздух:
Вэнь Жосюэ зачерпнула горсть кедровых орешков и подбросила их в воздух:
— Ну всё, теперь зимой не пропадем! Будем жарить орехи и варить каштаны! Эх, сейчас бы еще телефон – сериалы смотреть!
— Ну всё, теперь зимой не пропадем! Будем жарить орехи и варить каштаны! Эх, сейчас бы еще телефон – сериалы смотреть!
Фан Цзе краем одежды тщательно вытер дикий виноград, выбрал самые спелые, крупные ягоды и осторожно протянул их к губам Вэнь Жучу и Вэнь Жосюэ:
Фан Цзе краем одежды тщательно вытер дикий виноград, выбрал самые спелые, крупные ягоды и осторожно протянул их к губам Вэнь Жучу и Вэнь Жосюэ:
— Попробуйте! Очень вкусный.
— Попробуйте! Очень вкусный.
Стоило ягодам оказаться во рту, как глаза сестер мгновенно округлились от удовольствия.
Стоило ягодам оказаться во рту, как глаза сестер мгновенно округлились от удовольствия.
— Вкуснотища! — Пробормотала Вэнь Жосюэ с набитым ртом. — Жаль только, мало его. Даже есть жалко!
— Вкуснотища! — Пробормотала Вэнь Жосюэ с набитым ртом. — Жаль только, мало его. Даже есть жалко!
Связанная белка тем временем в ярости каталась по земле, взбивая хвостом сухую траву и хрипло, отчаянно вереща.
Связанная белка тем временем в ярости каталась по земле, взбивая хвостом сухую траву и хрипло, отчаянно вереща.
Фан Цзе махнул рукой Су Дацяну:
Фан Цзе махнул рукой Су Дацяну:
— Развяжи ее, хватит мучить животину. Ты свою обиду выместил: она тебя побила, а мы ее обобрали. Мы квиты.
— Развяжи ее, хватит мучить животину. Ты свою обиду выместил: она тебя побила, а мы ее обобрали. Мы квиты.
Су Дацян присел на корточки и, развязывая путы, проворчал:
Су Дацян присел на корточки и, развязывая путы, проворчал:
— Может, оставим ей хоть немного? Мы же все подчистую выгребли, она зимой с голоду не помрет?
— Может, оставим ей хоть немного? Мы же все подчистую выгребли, она зимой с голоду не помрет?
— Не переживай, — Фан Цзе шутливо подбросил на ладони кедровый орех. — Белки – твари хитрые, они никогда не держат все припасы в одном месте. Наверняка у нее припрятано еще несколько кладовых, так что голодать не придется.
— Не переживай, — Фан Цзе шутливо подбросил на ладони кедровый орех. — Белки – твари хитрые, они никогда не держат все припасы в одном месте. Наверняка у нее припрятано еще несколько кладовых, так что голодать не придется.
Су Дацян хитро прищурился и потер ладони:
Су Дацян хитро прищурился и потер ладони:
— Может, тогда и остальные ее заначки обчистим?
— Может, тогда и остальные ее заначки обчистим?
Фан Цзе покачал головой и рассмеялся:
Фан Цзе покачал головой и рассмеялся:
— Ты о чем вообще думаешь? После сегодняшнего она от нас без оглядки бежать будет. Станешь за ней следить – она тебя по таким дебрям водить будет, что сам дорогу назад не найдешь, но к кладовым и близко не подпустит.
— Ты о чем вообще думаешь? После сегодняшнего она от нас без оглядки бежать будет. Станешь за ней следить – она тебя по таким дебрям водить будет, что сам дорогу назад не найдешь, но к кладовым и близко не подпустит.

Комментарии

Загрузка...