Сегодня торговый район Усагияма столкнулся с величайшим кризисом в своей истории!
Где-то на пустыре посреди торговых рядов...
Исполинские цветы бесстыдно извергали в небо густую желтую пыльцу.
Район пал. Взрослые, с застывшими на лицах глупо-блаженными улыбками, погрузились в грезы о некоей «Утопии».
Даже тот белый пони, местный любимец, и тот опустился на колени, отрешенно жуя пустоту мутными глазами.
— ...Какое уродство, — прокомментировал Фафнир. — Погрязли в фальшивом удовольствии, растеряв даже инстинкт самосохранения.
— А мне кажется, всё в порядке, — Джеттон присела на корточки и ткнула пони в щеку. — Мясо расслабленное, должно быть приятным на вкус.
— ...Не ешь его. Поглупеешь.
Мочидзо, надев магические очки и медицинскую маску, внимательно изучал огромное растение, продолжающее распылять желтую взвесь.
— Какое злобное создание.
— ...Не знаю названия, — подал голос Фафнир, — но по своей экологической нише эта штука – форменный «ликвидатор человеческой цивилизации».
— ...Оно поддерживает рост, поглощая дофамин из мозговых волн людей. На солнечном свету активность клеток возрастает, а твердость эпидермиса становится сопоставима с обшивкой космического корабля. Пыльца же обладает мощным нейропаралитическим и галлюциногенным эффектом. Если ничего не предпринять, то к закату, когда активность растения спадет, люди впадут в крайнее отчаяние из-за синдрома отмены.
Мочидзо извлек из пространственного кармана черный баллончик.
На этикетке скалился череп, а надпись гласила: «Сильнодействующий гербицид».
Но это не было обычное садовое средство.
Этот состав Мочидзо разработал, объединив современные реактивы и 【Основы магии проклятий】 – его личное творение, «Проклятый гербицид увядания».
— Прости уж. Хоть ты и цветешь пышным цветом, но здесь торговый район Усагияма, а не оранжерея.
Мочидзо нажал на курок распылителя.
Черный туман вырвался наружу и, подхваченный ветром, словно живое существо, обволок таинственный исполинский цветок.
Эффект проявился мгновенно.
Сочные зеленые лозы начали сохнуть с пугающей скоростью. Лепестки осыпались, на лету превращаясь в черную пыль.
— Грох!
Лишившись опоры, увядший стебель обмяк, словно куча грязи, и окончательно превратился в лужу зловонной черной жижи, которая впиталась в землю. Растение было мертво.
Со смертью цветка пыльца, окутывавшая улицы, начала рассеиваться.
— ...Готово, — Мочидзо убрал проклятый спрей в карман. — Эффект от гербицидов магического типа и впрямь поразительный.
К нему подплыл Маннен и ткнул веером в кучку сухой травы:
— Как жестоко, Мочидзо. Ты только что прикончил прекрасные сны всего торгового квартала.
— Сколько бы ни длился фальшивый сон, при пробуждении пустота в душе будет лишь горше.
Мочидзо развернулся:
— А теперь пора заняться виновниками торжества.
...
На улицах люди понемногу приходили в себя.
— ...М-м-м, — Киташиракава Мамедаи поднялся с земли и потер затылок. — Чего это я задремал?
— Какой дивный сон мне снился... — Ооджи Гохей прижимал к себе гитару с блаженным видом. — Будто я даю концерт в «Будокане», и тысячи людей скандируют моё имя...
— А мне... привиделось, будто я стал всемирно известным флористом... — Каору-сан прижал ладонь ко лбу.
Все видели необычайно прекрасные сны.
Чувство счастья было настолько осязаемым, что даже сейчас, ощущая жесткие плиты тротуара и прохладу вечернего ветра, люди хранили в сердцах тепло.
— ...Не знаю, что случилось, но на душе стало так легко.
— Это точно! Завтра будем работать с новыми силами!
...
Магазин «Ооджи-я», время суда.
Мочидзо восседал на стуле, сурово глядя сверху вниз на двух преступниц, стоявших на коленях.
Кирисаме Мариса и Джеттон.
— ...Т-того, Мочидзо-сама, — Мариса, обливаясь холодным потом, попыталась включить всё своё обаяние. — Я просто хотела вырастить домик-гриб... Откуда ж мне было знать, что вылезет этакая страхолюдина! Да-дзе!
— Молчать.
Мочидзо перевел взгляд на сестрицу Джеттон.
— Госпожа Джеттон.
Та подняла голову:
— Чего тебе? Подраться хочешь?
— Ты ведь знала, что это такое. Рассказывай.
— ...Декоративное растение сверхдревней цивилизации, — Джеттон отвела глаза. — Я думала, оно просто красивое...
— Красивое? — Мочидзо указал в окно на кучку пепла. — Эта штука едва не превратила всех жителей района в овощи. Если никто не будет работать, кто наделает моти? Кто будет жарить крокеты? Кто, в конце концов, привезет тебе твой любимый «Dr. Pepper»?
Джеттон замерла.
— Я... я как-то об этом не подумала.
— В качестве наказания, — Мочидзо выложил свой главный козырь. Он достал из кармана предмет, напоминающий коммуникатор. — Я прямо сейчас связываюсь с инопланетянином Баттом.
«Откуда ты о нем знаешь?!» – возопил внутренний голос Джеттон.
— Не надо! — взвыла она и бросилась Мочидзо в ноги. — Не говори папаше! Он же меня заберет обратно! Мои каникулы! Мои игры! Моя дыня!
— Тогда марш на уборку. — Мочидзо указал пальцем в сторону улицы. — Чтобы к утру весь пепел был выметен, а сломанные ограды починены. И ты, Мариса.
— Есть! — Вытянулась ведьма.
— На месяц остаешься без сладостей.
— НЕ-Е-Е-ЕТ!
...
Три часа дня.
Киташиракава Тамако сладко спала в своей постели, пустив во сне слюнку.
Пыльца Шиджелы на неё совершенно не подействовала – едва коснувшись девушки, она была очищена благословением «Сотни Ёкаев». Но видя, что все в округе счастливо спят, Тамако решила, что это какое-то новое коллективное мероприятие.
— Ну, тогда и я посплю! Хочу увидеть сон про Королевство Моти!
И она действительно уснула.
Ей снился сон.
Она оказалась в темно-синем мире. Повсюду текли волны, а над головой колыхались блики света. Это было морское дно.
Затем мир наполнился золотыми искрами. Сияющие частицы кружились вокруг, словно океан звезд. В глубине этого света парила девушка.
На ней было белое платье, переплетенное зелеными лозами и красными розами. Её длинные волосы плавно колыхались в «воде», а кожа была бледной и прозрачной.
— ...Дитя... Метрона... — голос девушки зазвучал прямо в голове Тамако, преисполненный бесконечной печали и одиночества.
— Ты кто? Принцесса-русалочка? — с любопытством спросила Тамако.
— ...Русалка? — Девушка не стала отрицать. — Если тебе так угодно... Меня зовут Эрика. Я... заблудшая душа.
— Мое тело... изменилось так, что пути назад нет... Я странствую в звездном море...
— У меня было сокровище... Последний подарок отца, когда я еще была человеком... Голубой свисток.
— Он потерялся во время перехода между измерениями... Канул где-то там, на темной суше. Это... единственное, что помогает мне помнить, кто я такая.
Девушка заплакала.
— Если ты поможешь мне найти его... я подарю тебе самую прекрасную розу этого звездного моря.
Тамако смотрела на печальную «принцессу-русалку».
Хоть она и не всё понимала, но видела: принцессе очень грустно, ведь она лишилась чего-то очень важного.
— Предоставь это мне! — Тамако во сне ударила себя кулачком в грудь. — В поисках вещей я мастер! К тому же, у меня есть Мочидзо!
— ...Мочидзо?
— Ага! Он для меня как Дораэмон! И самый сильный Герой на свете!
Девушка посмотрела на Тамако и призрачно улыбнулась: — ...Прошу тебя.
...
Тамако открыла глаза. Глянула в окно – уже вечерело.
— Ой-ой, проспала.
Она потянулась и потерла глаза, вспоминая сон.
— Это же был сон?
Тамако непроизвольно сжала правую руку.
— Хм?
Ладонь ощутила что-то мягкое. Девушка раскрыла руку.
Там лежал лепесток золотой розы. Он источал дивный аромат и мерцал в лучах заходящего солнца.
Через пару секунд лепесток рассыпался искрами, растворившись в воздухе, но запах всё еще оставался на кончиках пальцев.
Глаза Тамако округлились.
— ...Не сон!
Она вскочила с кровати и, даже не переодевшись из пижамы, топоча по лестнице, вылетела из дома и бросилась к стоящему напротив магазину «Ооджи-я».
Второй этаж «Ооджи-я».
Мочидзо, вооружившись красной ручкой, словно строгий учитель на экзамене, чертил жирные кресты в тетрадке Джеттон.
— Мочидзо-о-о! Гляди! У меня новое поручение!
Услышав крик, Мочидзо, следивший за тем, как Джеттон решает математику, высунулся в окно.
— Что еще случилось?
Тамако стояла внизу и, приложив ладони рупором к губам, вопила на всю улицу:
— Принцесса-русалка! Задание от принцессы-русалки!

Комментарии

Загрузка...