До Нового года оставалось всего десять дней, и этот Новый год должен был стать для Цинь Лу двадцать четвёртым в этом мире.
Если не считать всё редеющих хлопушек и фейерверков, этот праздник ничем не отличался от предыдущих двадцати трёх: запереться дома, готовить в одиночестве, одному смотреть телевизор и ложиться спать тоже одному.
Возможно, перед сном он бы ещё побаловал себя тем, что «погоняет лысого», вот только его здоровье становилось всё хуже, и каждый раз после этого живот ещё долго пронзала резкая боль.
Он боялся, что у него какая-нибудь тяжёлая болезнь, но при этом никогда не смел показаться врачу.
Строго говоря, страшил не столько сам недуг, сколько баснословные счета за лечение.
У него не было денег.
Сотрудники отдела продаж компании выстроились в очередь у бухгалтерии, сжимая в руках листки с премиальными в ожидании выдачи годовых бонусов.
Хотя работа заставляла их жаловаться на жизнь, момент получения премий и отдыха был для них одним из немногих счастливых мгновений.
Цинь Лу посмотрел на цифру в своём листке и медленно вошёл в бухгалтерию.
На редкость уродливая женщина-бухгалтер даже не подняла век, расписалась на ведомости, а затем швырнула на стол две пачки купюр.
— Следующий.
— Погодите, сестра Ли, разве здесь не шестьдесят тысяч? — спросил Цинь Лу, глядя на деньги на столе: сумма разительно отличалась от того, на что он рассчитывал.
В этом году дела у компании шли из рук вон плохо, и бухгалтерия уже целых полгода задерживала зарплату Цинь Лу. По восемь тысяч в месяц — с учётом надбавок и компенсаций набегало по меньшей мере пятьдесят тысяч, а годовая премия Цинь Лу составляла десять тысяч, в сумме как раз выходило шестьдесят.
— Двадцать тысяч, берёшь или нет?
— Сначала выплатите мне долг по зарплате, ладно? — робко попросил Цинь Лу. — Мне действительно очень нужны эти деньги.
Обычно Цинь Лу никогда не опускался до такого раболепного тона перед этой старой и уродливой бухгалтершей.
Младшая сестра болела лейкемией, и если бы не помощь благотворительных организаций, она, пожалуй, уже давно умерла бы.
Больница требовала оплатить госпитализацию, компания задерживала зарплату за полгода, и теперь на банковской карте Цинь Лу оставалось всего 37 юаней и 32 фэня.
Не говоря уже о том, чтобы встретить Новый год, он даже не мог позволить себе оплатить поездку на такси до больницы.
— Всего двадцать тысяч, хочешь — бери, хочешь — нет, — Ли явно потеряла терпение.
— Быстрее давай, Цинь Лу, все ждут, когда им выдадут деньги, чтобы поехать домой встречать Новый год.
— Не задерживай всю фирму из-за одного себя.
— Чёрт побери, сам толком ни одного клиента не привлёк, а когда дело доходит до денег, такой принципиальный? С чего бы это в тебе проснулось столько упорства?
— Не тяни резину, поживее!
Цинь Лу вдруг показалось, что белые лампы в кабинете светят слишком ослепительно — так ярко, что он совершенно не мог открыть глаза, а зрение постепенно затуманивалось.
Он оглянулся на раздражённые лица коллег, и острая боль пронзила его мозг.
Он потерял сознание и рухнул прямо на пол бухгалтерии.
Старая карга, сидевшая за рабочим столом, лишь приподняла брови и рявкнула:
— Ишь удумал притворяться! А ну вставай!
Прошло немало времени, но Цинь Лу так и не шелохнулся.
Старуха закатила глаза и крикнула:
— Эй, подойдите кто-нибудь, вытащите его отсюда! Прямо перед Новым годом, какая же мерзость.
......
Цинь Лу очнулся среди ночи.
Его тело было мягким и бесформенным, как комок грязи, во рту не осталось ни капли слюны, а потрескавшиеся губы кровоточили.
В тусклом лунном свете, лившемся из окна, он разглядел висевшую рядом капельницу.
Лекарство в ней давно закончилось, и вся резиновая трубка была заполнена его собственной кровью.
Он торопливо выдернул иглу из вены, выругался: «Черт», — сел на постели и посмотрел на прикроватную тумбочку.
Никакой воды, лишь два пластиковых цветка, не говоря уже о корзине с фруктами.
Он тяжело вздохнул и нажал кнопку вызова медсестры, однако, сколько бы он ни давал на неё, ни одна сиделка не пришла.
— Что это за больница такая?
Тяжело дыша, Цинь Лу с трудом спустился с кровати.
Босыми ногами ступив на холодный пол, он медленно поплёлся к выходу из палаты.
— Слыхала? Тот парень из палаты 1208 подхватил эту болячку.
— Знаю. И что?
— Парня действительно жалко: мало того, что младшая сестра умирает от лейкемии и до сих пор лежит в Девятой больнице, так теперь и у него самого рак обнаружили. Из взрослых никого нет, какое же горе.
Цинь Лу, затаившийся за дверью, замер. Призрачный лунный свет упал на табличку у входа — это была та самая 1208-я палата!
Слова медсестры ударили по Цинь Лу с силой разорвавшейся бомбы, застигнув его врасплох.
В голове образовалась абсолютная пустота. Поддавшись какому-то безумному порыву, он бросился к кровати, сорвал наполненную кровью резиновую трубку с капельницы и, сжимая в обеих руках иглу, с истеричным криком вылетел в коридор.
Он сам не понимал, откуда в таком слабом теле вдруг взялось столько сил, но он нёсся вперёд с устрашающей решимостью.
Дежурные медсестры от неожиданности шарахнулись в стороны.
Среди ночи на них несся безумный пациент с перекошенным лицом, сжимающий в руке испачканную кровью трубку — тут и крепкий мужчина насмерть перепугается, что уж говорить о хрупких девушках?
Но они были обучены своему делу и, пока Цинь Лу не приблизился вплотную, успели нажать тревожную кнопку.
В следующий миг Цинь Лу схватил ту самую медсестру, которая болтала больше всех.
Младшая медсестра была довольно миловидной, но лицо её сейчас побелело от страха.
Её трясло так, будто она провалилась в ледяную прорубь, а вторая сиделка рухнула от ужаса на пол и не могла пошевелить ни единым членом.
— Говори! Что ты ещё знаешь?
— Я... я... я ничего не знаю... — расплакалась малышка.
— Не скажешь — изуродую лицо!
Смертельно испугавшись, медсестра выложила Цинь Лу всё, что ей было известно.
А сам Цинь Лу успел сбежать из больницы до того, как подоспела охрана.
Некоторые люди умирают в восемнадцать лет, а хоронят их только в восемьдесят.
Что до Цинь Лу, то он умер ещё три года назад, когда у его сестры диагностировали лейкемию. Его похоронили в этих бесконечных стальных джунглях, в этом лишённом всякого сострадания современном мегаполисе.
Он сидел на пустой автобусной остановке, невидящим взором уставившись вдаль.
— Есть подработка с ежедневной оплатой восемь тысяч, не хочешь послушать? — внезапно подсел к нему какой-то мужчина.
Цинь Лу бросил на него косой взгляд:
— У меня нет денег.
Наверняка очередной зелёный мошенник решил поживиться за чужой счёт. Три года назад, ещё не успев толком хлебнуть взрослой жизни, он вдоволь насмотрелся на подобные аферы, заманивающие наивную молодёжь баснословными заработками.
А потом, когда человек увязал в этом деле, с него под самыми разными предлогами начинали требовать бесконечные сборы.
— Работа эта, скажем так, не для брезгливых. Ты наверняка слышал: группа людей попадает в Игровой мир и устраивает там бойню на радость тем, кто стоит на вершине этого мира.
— За смерть платят миллион, а если выживешь — восемь тысяч в день, выплата ежедневно.
Мужчина даже не взглянул на Цинь Лу, продолжая ровным голосом:
— В общем, ты всё равно при смерти, так почему бы не воспользоваться этим миллионом, чтобы отправить сестру на лечение за границу?
— Откуда ты знаешь? — Цинь Лу изумлённо повернул голову и уставился на незнакомца.
— Верить или нет — твоё дело, — бросил мужчина и протянул Цинь Лу мобильный телефон. — Если согласен, зарплату за первый день могут перевести на карту прямо сейчас.
Это был собственный телефон Цинь Лу, купленный ещё на первом курсе, с экраном, покрытым паутиной трещин.
— Сначала переведи деньги, — потребовал Цинь Лу. Он не стал спрашивать, каким образом его телефон оказался у этого человека; сейчас ему были нужны только деньги! Пока у него есть деньги, сестра будет жить!
А он сам... ха, человек, стоящий одной ногой в могиле, может выручить за свою никчёмную жизнь целое состояние — это же невероятно выгодная сделка!
Мужчина слабо улыбнулся, и в тот же миг раздался мелодичный звонок.
На телефон пришло смс-сообщение от банка.
[Ваша дебетовая карта с окончанием номера на XXXX 31 января в 00:21 пополнилась на 50 000 юаней. Текущий баланс: 50 037,32 юаня.]
— Получил? — с улыбкой спросил мужчина.
Цинь Лу кивнул, а затем поинтересовался:
— Но почему пятьдесят тысяч?
— Нужно же показать нашу искренность, — ответил мужчина. — Ну что, отправляемся?
— Подожди, я хочу сначала перевести деньги сестре.
С этими словами он перевёл только что упавшие на счёт пятьдесят тысяч на её карту, затем открыл список контактов и долго-долго смотрел на её номер, но в конце концов так и не решился нажать кнопку вызова.
Небо почернело так, словно его залили масляной краской, и, казалось, кроме прячущейся за тучами луны, во Вселенной больше ничего не осталось.
В конце улицы уже приступили к работе дворники; откуда-то издалека подъехал электроскутер, и курьер поспешно нёс заказ в сторожку охраны больницы; в окне круглосуточного магазинчика за столиком сгорбились несколько измождённых мужчин, а у входа примостился продавец с сигаретой в зубах.
Сидевший на остановке парень был смертельно болен, но на его лице не гасла улыбка.
— Я умру мучительной смертью? — неожиданно спросил Цинь Лу.
— Может, и мучительной, а может, всё пройдёт безболезненно, — отозвался мужчина. — Не я решаю, что за игра там будет, я всего лишь наёмный работник.
Он по-прежнему смотрел на жёлтый свет уличного фонаря:
— Впрочем, ты по сути уже мёртв.
— Вернее сказать, не то чтобы мёртв... скорее, само твоё существование было стёрто этим миром.
— Вместо этого ты появишься в другом мире.
— Или, если выражаться проще: наш мир похож на компьютер, а твоё существование — это данные в нём. Но сейчас этот массив данных на компьютере по имени «Земля» вырезали и скопировали на другой ПК.
Цинь Лу кивнул. Он не был глуп и прекрасно понял мысль собеседника, однако лишь усмехнулся:
— Какую же хитрую мистику вы развели... Получается, Цинь Я больше не моя сестра?
— Может быть и так, — подтвердил мужчина. — Если сумеешь пройти достаточно уровней в игре, то заработанными очками сможешь выкупить своё возвращение. Правда, для этого нужно преодолеть хотя бы пять игровых кругов, но те, кого я приводил туда раньше, редко выдерживали больше трёх.
— Так что я всё же советую тебе погибнуть на первом же этапе — твоя сестра долго не протянет.
— Зачем ты мне помогаешь? — спросил Цинь Лу.
Мужчина улыбнулся:
— Это всего лишь выполнение плана. Мы платим деньги, вы — жизни.
Цинь Лу почесал засаленные волосы и протянул:
— Понятно. Кстати, у тебя сигареты не найдётся?
Мужчина молча протянул Цинь Лу пачку и зажигалку.
— Спасибо, — оскалившись в улыбке, Цинь Лу прикурил и зажал сигарету между пальцами.
Он не курил, но чувствовал, что в самом конце его жизненного пути обязательно должна быть сигарета. Он просто молча ждал, пока огонёк догорит до самого фильтра и не обожжёт ему пальцы.
Словно ничего не чувствуя, Цинь Лу позволил тлеющему окурку, уже наполовину сожгшему фильтр, докрасна раскалить кожу, а затем поднялся и сказал мужчине:
— Пойдём.
Они шагали плечом к плечу по ночной улице, словно старые добрые друзья.
— Слушай, раз ты просто наёмный работник, сколько тебе платят?
— Триста в день, сверхурочные оплачиваются отдельно.
— Ха-ха-ха, а у меня миллион в день! Негодная у тебя работа, братец. — Цинь Лу безумно рассмеялся.
— Ничего не поделаешь, жизнь нынче тяжёлая.
— И то верно, жизнь слишком тяжела.
Их силуэты постепенно истончались, пока окончательно не растворились в ночной тишине.
......
[Игровая сцена выбрана]
[Игровой режим: Командный]
[Цель игры: Побег]
[Игра скоро начнётся]
Цинь Лу не знал, сколько они шли: возможно, прошло всего несколько минут, а может, минули считанные секунды.
Он поднял взгляд на зловещую ферму, высившуюся перед ним.
Ворота сами собой распахнулись, спугнув сидевшую на них стаю ворон.
— Ступай, — произнёс мужчина.
Цинь Лу кивнул, низко поклонился спутнику и сказал:
— Спасибо тебе.

Комментарии

Загрузка...