— Ценность истории зависит от того, кто её слушает.
Линь Юэ продолжил:
— Я никогда не помышлял о том, чтобы отправить тебя под суд. Роль бизнесмена мне куда ближе, чем значок полицейского. Я предпочитаю восстанавливать справедливость с помощью осязаемого богатства.
— О? — Господин Янь явно заинтересовался.
— Чтобы наказать человека по закону, нужны мотив, улики, показания и соответствующие статьи кодекса. Но чтобы рассказать историю, ничего этого не требуется. В том ноутбуке за дверью – записи о подозрительном движении средств в твоих активах за последние годы. Любой, у кого IQ выше комнатной температуры, поймёт, что дело нечисто. У меня также есть видеозапись разговора Сонпата с твоими подручными и их собственные показания. Если я предам эти косвенные улики огласке, приправив их своими комментариями, как думаешь, люди поверят?
— Конечно, это не нанесёт тебе смертельного удара, — продолжал Линь Юэ. — Максимум – спровоцирует проверки, которые господин Янь вполне способен замять. Но что подумают твои подручные? Что решат сильные мира сего, которые с тобой сотрудничают? Верность и кодекс чести важны для мелких сошек из криминального мира, а тузам нужны правила. Если ты сам их нарушаешь, то по какому праву носишь титул босса?
— Я, Тони – всего лишь мелкий коп, а вы, господин Янь – великий человек. Стоит ли моя жизнь того, чтобы ради неё выставить себя на посмешище и погубить репутацию? Как думаешь, кто выйдет победителем из такой сделки?
Господин Янь обернулся и посмотрел на него. Его глаза сузились, а лицо потемнело от гнева.
— В такой сделке победителей не бывает.
— Верно. Поэтому я предлагаю тебе вариант, в котором выиграем мы оба.
Линь Юэ озвучил условия:
— Миллион долларов и организация моего выезда из Таиланда. Взамен я гарантирую, что этот компромат никогда не увидит свет. Не слишком ли большая цена?
— И как мне поверить, что ты сдержишь слово?
— В данной ситуации у тебя просто нет выбора.
Линь Юэ достал телефон и включил аудиозапись разговора. Дождавшись окончания, он в упор посмотрел на господина Яня:
— Все данные и доказательства хранятся на зарубежных серверах, а копии находятся у моих друзей. Если я внезапно исчезну или со мной произойдёт «несчастный случай», материалы отправятся не только в прокуратуру, но и разлетятся по TT, UTB и FB. Так что в твоих интересах молиться на моё крепкое здоровье и долголетие.
Господин Янь глубоко вздохнул:
— Хорошо, я согласен.
Он-то рассчитывал найти беззащитную тряпку, козла отпущения, а напоролся на крепкий орешек. За семьдесят лет жизни он впервые так крупно сел в лужу, позволив какому-то мелкому полицейскому обвести себя вокруг пальца.
— Приятно иметь с вами дело, — улыбнулся Линь Юэ.
Лицо господина Яня немного расслабилось:
— Мне вот что любопытно: когда ты начал подозревать, что я причастен к краже золота?
— Помнишь, я говорил тебе о «кроте» в ювелирном магазине? На следующий день я отправился в Чайна-таун с проверкой. Оказалось, что во всех четырёх лавках всё шло своим чередом: никакой паники среди персонала, а менеджеры и вовсе с улыбкой предлагали мне чай. Тогда-то я и насторожился, почувствовав неладное.
По сюжету фильма, после встречи Тан Жэня с господином Янем, Тони быстро убрали. Это доказывало, что старик привык действовать решительно и быстро. Однако после того как Линь Юэ озвучил свои подозрения, в ограбленных лавках не произошло ни малейшего движения. Вспомнив о ночном нападении, он был вынужден готовиться к худшему.
Позже, когда Бэй-гэ и его банда упомянули, что за всем стоит Метис, интуиция подсказала ему: всё может быть куда серьёзнее. Линь Юэ проявил осторожность, просидел в участке до поздней ночи, изучая архивы и состояние активов господина Яня, пока в его голове не сложилась общая картина заговора.
Кто бы мог подумать, что господин Янь, номинальный владелец золота, сам же и спланировал это великое похищение.
Впрочем, борьба за власть и богатство всегда полна смертельных ловушек и немыслимых интриг.
— Зная методы работы полиции Чайна-тауна, завтра за мной придут, — подытожил Линь Юэ. — Так что подготовь миллион долларов и судно для побега. Я свяжусь с тобой завтра утром.
Он направился к выходу и, открывая дверь, добавил:
— Теперь мы с тобой в одной лодке.
Господин Янь смотрел ему в спину. В его взгляде, помимо раздражения, промелькнула тень невольного восхищения.
...
Выйдя во двор, Линь Юэ посмотрел на плывущие в небе облака и с облегчением выдохнул.
То, что он хладнокровно пристрелил троих подручных, не давало ему никаких рычагов давления на господина Яня. На самом деле он блефовал, ставя всё на то, что старик не рискнёт связываться с ним напрямую.
Как говорится, голому разбой не страшен. У Линь Юэ хватило смелости пойти на риск, а у его оппонента в этом не было необходимости. Миллион долларов – огромная сумма для обычного человека, но для господина Яня это лишь капля в море.
Бип-бип.
У обочины притормозило такси. Линь Юэ сел в машину и велел ехать в больницу Загава.
Бородатый водитель мазнул по нему взглядом в зеркало заднего вида и направил автомобиль к центру города.
Через полчаса Линь Юэ вышел из машины и направился прямиком к палате Сино.
Из-за того что вчера её приёмный отец Ли разбил окно, врач перевёл девочку в одноместную палату в самом конце коридора.
— Вы кто?
Она не узнала Линь Юэ, хотя лицо показалось ей знакомым.
Они действительно пересекались: когда Линь Юэ приходил прощупать почву насчёт Ли, они разминулись в коридоре. Вчера он тоже был в больнице, но держался позади толпы, и из-за невысокого роста у него не было шанса попасться Сино на глаза.
— Я из полиции.
— О, вы пришли расспросить меня о приёмном отце?
Он лишь улыбнулся, оставив её вопрос без ответа.
— Цинь Фэн уже заходил?
— Вы про того маленького детектива? — Сино отложила «Сказки братьев Гримм». — Он ушёл совсем недавно. Если хотите его догнать, советую поторопиться, а то его самолёт улетит без него.
— Он мне не нужен. Я пришёл к тебе.
Линь Юэ заметил на полу лист белой бумаги с чёткой линией сгиба посередине.
— Значит, он уже рассказал тебе, что Сонпат был гомосексуалом?
Лицо Сино не изменилось: ни тени тревоги или раздражения, лишь её фирменная улыбка на губах. Она мягко произнесла:
— Господин полицейский, вы прямо как Цинь Фэн – тоже любите строить всякие догадки.
— Догадки?
Линь Юэ подошёл ближе:
— И как тебе история, которую он только что поведал? Впечатляет? Или, может, удивила?
— Он и вам её рассказал?
— Да, мне тоже. Хочешь знать, что я ему ответил?
Сино покачала головой, сохраняя вид послушной девочки:
— Не знаю.
— Я сказал, что в его истории есть один изъян. И этот изъян может стать ключом к раскрытию дела.
— Изъян?
Лицо Сино сделалось неестественным. С той самой секунды, как этот мужчина переступил порог палаты, её не покидало острое чувство опасности. Воздух вокруг словно застыл, и теперь каждый взгляд, каждое движение давались ей с колоссальным трудом.
— В той истории был мальчик, который бесследно исчез, — начал Линь Юэ. — Его отец заподозрил в убийстве одноклассницу сына и начал слежку. Девочка поняла это и, желая избавиться от «бомбы замедленного действия», выдумала историю о собственном изнасиловании. Она записала это в дневник и намеренно подсунула его на глаза отчиму, который питал к ней нездоровую страсть. Ослеплённый жаждой мести, тот пробрался в дом к мальчику и, в точности следуя записям в дневнике, расправился с мужчиной, который преследовал его падчерицу.
— Цинь Фэн ведь именно так всё изложил, верно?
Сино едва заметно кивнула, не отрывая от него пристального взгляда.
— Знаешь, в чём загвоздка? Чтобы войти в систему компьютера в мастерской Сонпата, нужен пароль. После убийства полиция просто изъяла жесткий диск, не утруждая себя взломом. Каковы шансы, что обычный рабочий автосервиса смог бы подобрать шифр? И если он не мог войти в систему, откуда ему было знать, что записи видеонаблюдения в мастерской перезаписываются каждые семь дней? Ответ один: он узнал это из дневника. Но вот вопрос – откуда об этом знала девочка, написавшая тот дневник?
Выражение лица Сино мгновенно изменилось: от былой сосредоточенности не осталось и следа, её сковал явный страх.
— Давай предположим, — продолжал Линь Юэ. — Отчим девочки был педофилом и мерзавцем. Мог ли отец мальчика, будучи гомосексуалом, оказаться таким же ничтожеством? Если так, то у мальчика и девочки, товарищей по несчастью, наверняка нашлось бы немало общих тем.
Он не останавливался:
— Судя по тому, как ловко девочка использовала юного детектива, чтобы упечь отчима за решётку, она отчаянно жаждала свободы. А что насчёт мальчика? Разве он не мечтал о том же? Давай предположим ещё раз: мальчик наконец находит способ избавиться от отца, но внезапно понимает, что этот человек, словно злой дух, начал преследовать его любимую подругу. Как бы он поступил в такой ситуации?
Договорив, Линь Юэ замолчал. Он подошёл к кровати, взял лежавшие на тумбочке «Сказки братьев Гримм» и, раскрыв книгу, положил её на стол перед девочкой.
— Говорят, изначально «Сказки братьев Гримм» писались для взрослых и в них полно кровавых подробностей. Хм, я как-то читал книгу под названием «Ее прогулки под полуночным солнцем». Главным желанием её героя было просто идти за руку со своей любимой под ярким солнцем. Будет время – обязательно почитай.
Сино, борясь с внутренним напряжением, выдавила подобие улыбки:
— Спасибо. Ваша история оказалась даже интереснее той, что рассказал Цинь Фэн.
— Согласен, — кивнул Линь Юэ. — Детективы любят травить байки. Но я другой. Я – полицейский.
Последняя тень улыбки на лице Сино мгновенно растаяла.
— Что ещё вам известно?
— На досуге я кое-что проверил, — ответил Линь Юэ. — Девять лет назад Сонпат развёлся с женой и переехал с сыном Данем из провинции Лейкхам в Бангкок. Через год его бывшая снова вышла замуж, а Сонпат так и остался один. Два года назад нынешний муж его бывшей жены погиб в результате несчастного случая. Она получила приличное наследство и за несколько месяцев до исчезновения Даня купила билет на автобус до Бангкока. С тех пор в Лейкхам она не возвращалась.
Линь Юэ придвинул стул и сел рядом с девочкой.
— Как думаешь, мне стоит вцепиться в эту ниточку с бывшей женой Сонпата или лучше сделать вид, что ничего не произошло?
Сино судорожно сжала одеяло. Её бледное лицо стало мертвенно-белым. Она была уверена, что её план безупречен, а все улики уничтожены, но даже в самом идеальном расчёте нашлась брешь, которую и отыскала полиция.
— Что, страшно? — Линь Юэ похлопал её по плечу. — Не бойся, тебе повезло. Мне как полицейскому осталось ходить в этой форме всего пару дней.
Сино подняла голову, глядя на него с недоверием и тревогой:
— Почему?
Линь Юэ не ответил. Он поднялся и направился к выходу.
— Ты ведь ещё не знаешь? Ли забрал карту памяти из фотоаппарата в мастерской Сонпата. Там есть ваше общее фото с Данем.
Дверь открылась.
Дверь закрылась.
И лишь в закрывающуюся щель просочился последний вопрос:
— Как думаешь, что он имел в виду, когда перед прыжком с крыши сказал: «Ты не знаешь»?
Сино медленно перевела взгляд на окно. Там, в лучах яркого солнца, буйно цвели цветы.

Комментарии

Загрузка...