Из тени навеса впереди показался силуэт. Тусклый желтый свет уличного фонаря отбрасывал длинную тень, которая тянулась к самым ногам Линь Юэ.
Тень едва заметно подергивалась. Это не свет мигал – человек в маске мерно постукивал стальной трубой по ладони.
«Явно не с добрыми намерениями...»
«Ограбление? Или месть?»
Не успела эта мысль промелькнуть в голове, как сзади раздался свист рассекаемого воздуха. Линь Юэ мгновенно среагировал: проследив за движением тени, он резко метнулся вправо. Раздался резкий свист – холодный поток воздуха коснулся левого уха, перед глазами блеснула сталь. Шею обдало холодом, а волосы на затылке встали дыбом.
Нож! Его хотели убить!
Времени выхватывать пистолет не было. Он перехватил запястье нападавшего, рванулся всем телом и с разворота ударил коленом снизу вверх.
Раздался глухой удар. Нападавший болезненно охнул, но нож не выпустил.
Линь Юэ хотел было повторить прием, но почувствовал, как сверху обрушивается новый удар. Медлить было нельзя. Он нырнул прямо в объятия человека с ножом, уходя от замаха первого противника.
Дзынь! Стальная труба с грохотом ударилась о землю, выбив пару искр из бетона. Удар был на редкость тяжелым.
В нос ударил слабый запах перегара – похоже, человек с ножом успел приложиться к бутылке перед делом.
Линь Юэ холодно хмыкнул. Упершись спиной и тазом в противника, он чуть присел, крепко сжал его запястья и, пустив импульс силы от самых стоп через поясницу, рванул врага на себя. Одним резким движением он перебросил мужчину через плечо и с силой впечатал его в бетон.
— Кха! — Из нападавшего выплеснулась желудочная кислота. Он скорчился на земле, чувствуя, как кости спины буквально рассыпаются.
Линь Юэ технично выполнил бросок, но не успел даже перевести дух – над головой снова взвизгнула труба. Ему пришлось отпустить руку первого врага и откатиться в сторону. Увернувшись от трубы, он тут же всем телом врезался во второго противника, повалил его и со всей силы впечатал кулак ему в лицо.
В лунном свете брызнули темные капли. Костяшки пальцев ощутили влажное тепло – кровь начала сочиться из разбитого носа бандита.
Только он выпрямился, готовясь продолжить атаку, как заметил движение под фонарным столбом справа. «Третий?» – эта мысль едва успела оформиться, как сердце сжала ледяная тревога. «Эта поза... Черт, у него пистолет!»
В мгновение ока, не раздумывая, он повалился на бок и несколько раз перекатился. Земля была холодной и неровной, каждый бугорок больно впивался в тело, но по сравнению с риском получить пулю это не имело значения.
Бах! Бах! Бах!
Бетонная крошка взлетала в воздух от попаданий. Пули с противным свистом рикошетили от дороги. Бандит с трубой в ужасе сжался в комок, обхватив голову руками, боясь даже шелохнуться.
Добравшись до мусорного бака, Линь Юэ вскочил и потянулся за пистолетом, но вдруг услышал шорох слева. Он резко качнулся вправо, но опоздал на долю секунды. Левое предплечье обожгло холодом, а следом пришла острая, колющая боль.
Времени осматривать рану не было – жизнь висела на волоске. Когда человек с ножом снова бросился в атаку, Линь Юэ, превозмогая боль в руке, выставил блок, ударив противника в сгиб локтя. Сверкающее лезвие прошло в дюйме от его лица, ветер от взмаха шевельнул волосы, заставив кожу онеметь. В тот же миг он перехватил правую руку врага и с силой толкнул её вперед. Раздалось влажное «чпок» – клинок глубоко вошел мужчине в плечо, чуть ниже ключицы. Послышался полный муки вопль.
Видя, что враг ранен и отступает, Линь Юэ шагнул вперед, решив не давать противнику пощады, но тут снова прогремели два выстрела. Пули со звоном ударили по металлическому баку, высекая искры.
Он быстро спрятался обратно, выхватил свой пистолет и, глубоко вздохнув, высунулся, чтобы открыть ответный огонь.
Бах! Бах! Бах!
Несколькими выстрелами он заставил стрелка пригнуть голову. Линь Юэ глянул вправо: бандиты с трубой и ножом уже успели отбежать к входу в переулок на противоположной стороне. Он перевел прицел и выстрелил дважды, но в темноте не попал. Стоило ему сменить позицию для следующего выстрела, как из-за фонаря снова ударили пули, загнав его обратно за бак.
В итоге двое нападавших скрылись в глубине переулка, а стрелок у фонаря поспешил за ними.
Линь Юэ выждал несколько мгновений и только потом осторожно выглянул из-за укрытия. Убедившись, что опасность миновала, он медленно встал, сплюнул на землю и при свете фонаря осмотрел ноющее левое предплечье. Крови было порядочно.
«А ведь было на волосок от смерти... Если бы я не переселился в тело Тони, который явно умеет постоять за себя, меня бы прикончили в два счета».
Сзади раздался какой-то шум и топот. Он резко обернулся, наводя пистолет на фигуру в начале переулка:
— Кто здесь?
— Тони? — Это был голос А-Сян.
Линь Юэ с облегчением выдохнул, напряжение начало спадать:
— А-Сян? Что ты здесь делаешь?
Он поставил пистолет на предохранитель, убрал его за пояс и направился к девушке.
— Я возвращалась к себе и услышала выстрелы. Испугалась за тебя и решила проверить, что случилось.
— Ты же слышала, что стреляют! Зачем высунулась? Жизнь не дорога?
А-Сян не ответила. В свете, падающем с главной улицы, она заметила кровь на его левом рукаве и побледнела:
— Ты ранен?
— Пустяки, царапина.
— Столько крови, а он говорит «пустяки»! Идем скорее, у меня в комнате есть бинты и лекарства. — А-Сян, не думая ни о чем, кроме раны, схватила Линь Юэ за руку и потащила к себе.
Вскоре они поднялись в её комнату. Она аккуратно разрезала рукав его рубашки ножницами, протерла кожу вокруг раны салфеткой, а затем в ванной тщательно смыла кровь и грязь. После этого она отвела его в дальнюю комнату и достала аптечку.
Йод, медицинский спирт, эритромициновая мазь, ватные шарики, марля, противовоспалительные средства, порошки от простуды... Домашняя аптечка была аккуратно укомплектована в бело-синем пластиковом боксе.
А-Сян сначала обработала рану йодом, затем пинцетом взяла ватный шарик, смочила его в спирте и протерла кожу вокруг. Её движения были мягкими, точными и на удивление уверенными.
— С-с...
— Потерпи.
— Часто тебе приходится людей перевязывать? Ловко у тебя получается.
— В юности я училась в медучилище, но быстро забросила. Уехала с мамой в Бангкок, и мы открыли здесь свое заведение.
— Понятно.
Нанося эритромициновую мазь, А-Сян как бы невзначай спросила:
— Так что там произошло?
— Если я не ошибаюсь, те, кто украл золото господина Яня, были сегодня среди посетителей бара.
А-Сян на мгновение замерла. Она не рассчитала силу нажатия, и Линь Юэ зашипел от боли.
— Полегче, больно же!
— Прости, задумалась. — Она убрала мазь в аптечку и достала марлевый бинт:
— Ты хочешь сказать, что у господина Яня завелся «крот»?

Комментарии

Загрузка...