При текущем положении дел на Первой базе о разведении сельскохозяйственных культур нечего было и думать.
Во-первых, Ли Цинсуну требовался постоянный и надежный источник тепла, чтобы поддерживать внутри жилого объема стабильную температуру.
Во-вторых, требовался стабильный источник электроэнергии. На Лошэне, как известно, солнца нет, и растениям потребуется круглосуточная подсветка лампами дневного света.
А такие лампы – потребители прожорливые.
Подобные запросы реактору посадочного модуля были уже не по зубам: запасы делящегося топлива истончились, и стоило им исчерпаться, как взять было бы неоткуда.
Приходилось срочно искать способ добывать энергию прямо на Лошэне.
Двенадцать разумов Ли Цинсуна синхронно погрузились в раздумья.
─ Пожалуй, проще всего будет сгородить захудалую паровую турбину и крутить ею генератор. Заодно и сбросное тепло пустим в дело: пустим трубы в базу для отопления.
Два тела, оставшиеся на борту «Шэнькуна», тут же зарылись в справочники по паровым турбинам, а еще пара клонов зачастила между кораблем и поверхностью планеты, сбрасывая вниз все необходимые детали и расходники.
Остальные восемь клонов оседлали обе имевшиеся машины и вихрем понеслись по мрачной, отливающей багрянцем равнине.
Они занимались разведкой и сбором сырья, которое вскоре непременно понадобится.
Принцип паровой турбины донельзя прост: топливо горит, превращая воду в пар под высоким давлением, тот крутит турбину, а та приводит в движение генератор.
Но одно дело – теория, и совсем другое – практика. Оставшимся на грунте бедолагам пришлось попотеть, прежде чем они из подручного хлама кое-как сладили действующую пароустановку.
Машина состояла из двух контуров: внутренний вмещал топку и котел наподобие паровозных, а внешний образовывали две автономные камеры разморозки.
Каждая камера сообщалась с внешней средой через собственный загрузочный люк.
Пока шло строительство силовой установки, их товарищи не сидели сложа руки.
Они с энтузиазмом демонтировали генератор, прежде сопряженный с атомным реактором посадочного модуля, и через систему шестерен и ременных передач состыковали его с новоиспеченной паровой машиной.
Вдобавок из недр «Шэнькуна» приволокли несметное количество труб – резиновых, металлических, всяких.
Эти узкие трубки диаметром в пару сантиметров объединили в единую сеть и уложили по полу Первой базы наподобие системы теплых полов.
Их концы тоже завязали на паровик.
Когда с этим было покончено, вернулись и дальние добытчики.
Оба кузова доверху наполнились полупрозрачными, молочно-белыми, бурыми и голубоватыми минералами.
Стоило их выгрузить, как временный склад топлива заполнился до отказа.
─ Ну что же... Первый пуск, поехали! – торжественно произнес Ли Цинсун.
Два клона подхватили по глыбе – одна темно-красная, толиновая, вторая небесно-голубая, спрессованный кислород – и забросили в приемные горловины камер разморозки.
Тепло от реактора, поданное во вспомогательный контур, заставило смерзшиеся до звона монолиты оттаивать, переходя в газообразную фазу.
Как только плотность паров достигла нужного порога, обе смеси преодолели предохранительные затворы и хлынули в топку.
Стоило проскочить электрической искре, как горючая смесь взметнулась бушующим пламенем.
В котле замерзший в лед восток под напором жара начал оттаивать, превращаясь в живительную влагу, а затем и закипать.
Уловив легкую дрожь паровой турбины, чей котел принялся исправно выдавать пар, Ли Цинсун перевел дыхание от радости.
Вода бурлила, паровая мануфактура крепла, давление неуклонно ползло вверх.
Наконец напор сделался столь велик, что сдвинул с места тяжелый ротор. Тот нехотя, со скрипом завращался, передавая крутящий момент на генератор, и в проводах забрезжил долгожданный электрический ток.
Впереди погруженная во мрак Первая база, лишенная доселе питания, вспыхнула огнями, вновь возвращая свет на эту безлюдную планету.
Однако на этом преображение не закончилось.
По мере того как в топку забрасывали новые порции замороженного кислорода и толинов, отработавший на лопастях турбины, но все еще жутко горячий пар устремлялся по трубам прямо в подполье базы.
Простывший было пол Первой базы вновь начал прогреваться. Осевший ранее в виде снега кислород с азотом вновь зашевелился, закипая и устремляясь вверх.
Сморщившийся купол базы вновь раздулся, возвращая себе первозданный вид.
Остывший же пар возвращался по трубам обратно в турбину, где его ждал новый цикл нагрева, новая работа на роторе и очередной виток отопительного круга.
Созерцая слаженную работу этого самодельного механизма, Ли Цинсун ликовал.
С появлением паровика у него завелся надежный источник энергии.
За топливо можно было не переживать.
Миллиарды лет эволюции и накопления оставили на поверхности Лошэня колоссальные залежи толинов – счет шел на триллионы тонн, их бы хватило на века вперед.
Кислородных руд для роли окислителя здесь тоже хватало с избытком: черпай не хочу.
Правда, внутри базы пока держался легкий морозец – около нуля по Цельсию. Но это пустяки: Ли Цинсун прекрасно понимал, что турбина пока работает далеко не в полную силу.
Пока энергоемких потребителей не было, крутить ее на максимум не имело смысла – зачем попусту переводить добро?
Разобравшись с паровиком, клоны взялись за новое дело.
Они принялись челноками летать на посадочном модуле между «Шэнькуном» и Первой базой, выдирая из корабельных недр все оборудование для оранжереи и волоча его сюда.
Заодно притащили и дробильную установку.
Стоило запитать ее от паровой турбины, как та вышла на проектную мощность. Температура внутри базы поползла вверх, стабилизировавшись на отметке в тридцать градусов.
Мельница загудела, перетирая в муку доставленные Ли Цинсуном минералы, богатые калием, азотом и фосфором.
Десять клонов суетились на крошечном пятачке Первой базы, не покладая рук.

Комментарии

Загрузка...