— Да! Готова! Все такие добрые, так хорошо всему учат.
В эти несколько дней лицо Джинджер постоянно сияло, словно солнце. Она была человеком, чья цель в жизни — деньги, так что, должно быть, она была в полном восторге, что получает деньги и от Кайроса, и от меня за работу, которая даже не была сложной.
— Это замечательно. Надеюсь, ты проработаешь здесь долго.
Лицо Джинджер покраснело, и я удивилась, вспомнив, какова её истинная натура.
— Можете звать меня просто Джинджер, госпожа!
— Правда можно? Спасибо, Джинджер.
— Да не за что, госпожа!
Что ж, пора переходить к главному. Времени, чтобы переманить Джинджер на свою сторону, оставалось всё меньше. На уговоры у меня было в запасе всего несколько дней — ведь Ноа мог покончить со мной уже завтра.
— Так вот, дело в том, — сложив пальцы вместе и опершись на них подбородком, я взглянула на Джинджер, которая стояла навытяжку.
— Да?
— Я тут подумала, можно ли мне с этого момента поручить тебе одно дело, Джинджер. Ты не против?
— Да, скажите что угодно!
— Я знаю, что у тебя большой талант.
— Ахаха, спасибо, что так высоко меня цените.
— Могу я перед этим кое-что спросить?
— Да! Спрашивайте о чём угодно!
— Сколько тебе заплатил Кайрос Хадид за эту работу?
Спросив это, я покрутила в руках перо.
Джинджер Периан, широко распахнув глаза, склонила голову набок. Казалось, будто она обдумывает мои слова, моргая своими невинными на вид зелёными глазами, так что через некоторое время я решила окликнуть её по имени.
— Джинджер?
— Простите, госпожа. Я не поняла, о чём вы!
Ах, ну что ж, вполне возможно.
Я решила объяснить ещё раз, спокойно.
— О, правда? Позволь спросить ещё раз. Сколько ты получила за это задание от Кайроса Хадида? Как долго ты уже работаешь на него?
— Не понимаю, о чём вы. Кайрос... Хадид? Кто это? Если нужно, я сейчас же пойду и всё выясню!
Джинджер продолжала ёрзать, используя своё невинное личико как оружие.
— Выяснять ничего не нужно.
Я отложила перо и поднялась со стула, встав лицом к лицу с Джинджер. Увидев это, она вздрогнула, плечи её затряслись, но она осталась стоять на месте, словно понимала, что сбежать было бы подозрительно.
Я подошла к ней вплотную, на расстояние вытянутой руки. Стоило мне протянуть руку, как Джинджер попыталась отступить назад.
— А?
Джинджер, будто приросшая ногами к полу и неспособная сдвинуться с места, взглянула на меня снизу вверх удивлёнными глазами.
Обычно я не пользовалась магией без крайней необходимости. Как бы хорошо я ни могла её контролировать, магия манипуляции разумом по своей сути была основана на тёмной магии, поэтому я почти никогда не применяла её к своим людям. Разумеется, это касалось и моих сотрудников.
Джинджер стала исключением, поскольку было неясно, можно ли вообще считать её «моим человеком».
Когда я улыбнулась и протянула руку к её шее, Джинджер схватилась за своё ожерелье и выставила его мне навстречу.
Это была подвеска с камнем в форме креста, сверкавшим, словно опал.
Работа у неё была совсем не такая, чтобы отгонять злых духов... так почему же оно было такой формы? В смысле, она ведь не сражалась с демонами или чем-то в этом роде... зачем ему вообще было выглядеть именно так? Маг-манипулятор разумом — и вдруг демон?
Насколько я знала, Джинджер Периан к тому же была атеисткой...
С губ Джинджер сорвался вздох.
Когда я влила в ожерелье немного своей маны, оно вспыхнуло, отразив мою магию обратно. Это был элементальный камень, реагирующий на тёмную магию. Когда я добавила ещё немного маны, камень с треском раскололся пополам.
— Тебе разве никто не сказал, что на меня это не подействует?
У Джинджер на шее был элементальный камень, служивший защитой от магии контроля над разумом. Должно быть, Кайрос рассказал ей, что я умею манипулировать сознанием, и она подготовилась заранее.
Однако ей не стоило думать, что подобная вещь на меня подействует.
В своё время я читала о Хейзел Лав — вечно занятой, неспособной отказать ни в одной просьбе. Я думала, что она была лишь бессильным второстепенным персонажем, который просто много работал. Однако, испытав ее способности на собственном опыте, я поняла, что в полную силу она применяла свои умения только в боях и при усмирении тварей, а на подобные поручения толком их не тратила.
Хотя её навыки были высочайшего уровня и обычные элементальные камни не могли её остановить, я поняла, что у неё было сильное стремление к обучению и следы того, что она изучала и другие виды магии, пусть и не слишком в них преуспела.
Разумеется, она не могла овладеть всеми четырьмя стихиями сразу, поскольку её тело и так уже было переполнено энергией элементальной магии.
Сила мощного манипулятора разумом также действовала против чёрных магов, использующих ту же фундаментальную силу. Поэтому в этом мире я ничего не боялась... но мне очень хотелось по возможности избегать злодея, Кайроса Хадида, после того как я поняла, что моя магия на него совершенно не действует.
Впрочем, это у меня с треском провалилось.
Протянув ожерелье, Джинджер избегала смотреть мне в глаза — она тут же опустила голову, закрыла лицо руками и пробормотала.
— Ух... почему вы вдруг так, госпожа?
— Хм?
Между её ладонями полились слёзы. За мгновение несколько капель упали на форменные брюки Джинджер.
Она что, сейчас плачет?..
Я изумлённо уставилась на Джинджер.
— Это фамильная реликвия твоих родителей?
Джинджер яростно закивала.
— Да, это единственная вещь, которую оставили мне родители, когда я была маленькой. — Она всхлипнула. — Пусть вы и госпожа, но нельзя же обращаться с этим так грубо! Не знаю, что я сделала не так, но если бы вы сказали мне, — снова всхлип, — я бы всё исправила!
Я какое-то время смотрела на Джинджер, держащую сломанное ожерелье. Она вытерла слёзы тыльной стороной ладони — нос и глаза у неё уже покраснели. Лицо было полно горя, несправедливости и удивления.
Хм, доводить её до слёз я не собиралась.
— Джинджер... для начала попробуй успокоиться.
— Ху-ху, вы слишком жестоки, госпожа! Что я сделала не так? Если скажете, я всё исправлю! Пожалуйста, пожалуйста, верните его. Оно правда, правда очень дорого мне...
Мне не оставалось ничего, кроме как заговорить прямо.
— Джинджер, прости. Для начала, пожалуйста, перестань плакать.
— ...Всхлип.
— Постараешься успокоиться сейчас?
— Да, постараюсь.
— Перестань плакать. Твои родители ведь живы и здоровы, верно?
— А...? Что вы имеете в виду, — из моргающих глаз Джинджер скатилась слеза.
— Отец — Легос Периан, мать — Джули Периан. Сейчас они держат большую таверну в одной из деревень западного региона Касталт. Случайно, не «Ночь без воспоминаний» называется эта таверна?
Я процитировала короткую справку, которую помнила из оригинальной истории.
— Ч-что?
Её глаза бешено забегали.
— Ты сбежала из дома несколько лет назад из-за семейных раздоров, ведь так? После того как твоего отца несколько раз ловили на присвоении твоей личности и это вызвало крупную ссору, у твоих родителей скопилось несколько случаев мошенничества, и в итоге они оказались в Касталте. У тебя ведь тоже были кое-какие скрытые долги, о которых ты даже не подозревала, разве нет?
— Нет, погодите...
— А потом, после примирения, я слышала, ты стала навещать их раз-два в год. Разве не так?
Джинджер закрыла рот. Лицо у неё всё ещё было мокрым от слёз, но плакать она внезапно перестала.
— Ты используешь настоящее имя, так что, полагаю, даже не думала меня обмануть. А! Ты, наверное, решила, что я никак не могу знать, кто такие Легос Периан или Джули Периан, раз уж они не знамениты.
Я подняла сломанное ожерелье, покачивая им туда-сюда. Улыбаясь, я указала на нижнюю часть разбитой подвески и добавила:
— А вот здесь, внизу, подпись мастера. Линн Картер. Изготовлено в январе этого года. Совсем новое, даже не подержанное, — готова спорить, ты потратила на него немало денег.
— ...
— Так что там за «фамильная реликвия»? — спросила я с недоверием.
На мгновение повисло молчание. Её рот, до этого приоткрытый от потрясения, наконец закрылся. Она нахмурилась и воскликнула:
— Чёрт возьми.
— Хм...?
— Он велел мне следить за вами, но ничего не говорил о том, насколько вы опасны... Твою ж...
Она осеклась, бормоча ругательство себе под нос.
Я приподняла бровь.
— Я не опасна.
Тогда Джинджер Периан перевела взгляд с разбитого ожерелья на меня и обратно, а затем уставилась на меня исподлобья.
— Как вы узнали?
Её взгляд был вызывающим. Хотя мне этого совсем не хотелось, если Джинджер собиралась и дальше хранить верность Кайросу, я вполне могла стереть ей память об этом дне и отправить обратно, либо лишить ее рассудка.
— Говори повежливее. Или хочешь, чтобы я превратила тебя в дурочку?
— Хорошо.
Удовлетворившись, я надела ожерелье обратно на Джинджер.
— Забудь об этом, лучше скажи, сколько платит тебе Кайрос. Ты ведь работаешь там не так уж долго, верно? Просто хочу кое-что прикинуть.
— 50 000 золотых в месяц, — Джинджер послушно назвала сумму.
— Ого.
У меня была примерная догадка о сумме, но, похоже, я сильно просчиталась — оказалось намного больше. Как и следовало ожидать, Кайрос Хадид покупал верность своих подчинённых деньгами.
— 50 000 золотых?
Я была поражена.
Такие огромные деньги?
Сколько бы это ни было, это было слишком много! Такую сумму было трудно даже представить в качестве зарплаты за подобную работу. Это было даже больше базового жалованья, которое я получала, будучи старшим рыцарем!
Конечно, я ещё получала дополнительные надбавки, так что в итоге выходило намного больше, — но получить их можно было лишь усердно работая сверхурочно, в ночные смены и в походах. К тому же это было жалованье старшего рыцаря!
Помните, сколько золота было у меня в кошельке, когда я собиралась открыть гильдию наёмников?
У меня было всего около 400 000 золотых. Даже сейчас, оглядываясь назад, это была довольно сомнительная сумма для старшего рыцаря, но так или иначе, пока гильдия наёмников ещё не расцвела так, как сейчас, заработать 100 000 золотых за месяц было очень трудно.
Что ж, Нигелла, должно быть, получает куда больше — вот почему она так предана.
Я размышляла, пытаясь понять логику Джинджер.
После недолгих колебаний я подошла к сейфу за своим столом и достала небольшой золотой слиток. Затем, тряхнув мешочком, набитым монетами на два миллиона золотых, достала оттуда ещё и большой золотой слиток.
Джинджер уставилась на меня, когда я с грохотом положила золотые слитки на стол, — шея её напряглась, а рот приоткрылся так, будто глаза вот-вот выскочат из орбит.
Наконец, у неё изо рта закапала слюна, и она поспешно захлопнула рот.
— И еще аванс в размере двух миллионов золотых монет.
Произнесла я, встряхивая тяжёлый мешочек.
Горло Джинджер снова издало сглатывающий звук, пока она наблюдала, как я трясу мешок с монетами. Взгляд её был прикован уже больше к слиткам, чем к мешку с золотом. Затем её рот снова приоткрылся.
Ну надо же, полюбуйтесь на неё...

Комментарии

Загрузка...