На самом деле Бай Цзэминь никуда не уходил — он лишь разыграл маленький спектакль, чтобы обвести девушек вокруг пальца.
При колоссальной разнице в силе одурачить Цай Цзинъи и Наньгун Линсинь не составляло труда. Но вот с Кали этот фокус не прошел бы.
В отличие от 99.99% эволюционеров души, Кали полагалась вовсе не на зрение. К тому же среди всех, кого знал Бай Цзэминь, она обладала редкостным даром — видеть чужие души.
Мало того что Скрытность и большинство активных навыков Бай Цзэминя сейчас были заблокированы, даже в полную силу он не смог бы скрыться от существа, воспринимающего мир иначе, чем остальные. Разве что удалось бы прокачать способность до предела.
Бай Цзэминь присел на корточки и коснулся пальцами влажных капель алой крови.
Выждав пару секунд, он тяжело вздохнул, поднял голову и со смесью тревоги и тоски уставился на мерцающий узор.
В рунах и пространственных массивах Кали разбиралась в миллионы раз лучше него. Но нельзя было забывать главного: она оставалась ребенком, едва переступившим порог юности.
Благодаря вспыхнувшим воспоминаниям из иллюзии Карманных часов Коллекционера Бай Цзэминь теперь отлично ориентировался в самых разных областях.
Кали была настолько поглощена магическим кругом, что упустила из виду всё остальное. Рядом с порталом, служившим для входа и выхода из тайного убежища, затерялась единственная руна, которую Бай Цзэминь всё-таки узнал.
Это была руна временной задержки.
Эта руна служила для защиты того, что скрывалось за дверью: после истечения определенного времени защитная магия блокировалась, и чтобы отключить её, требовалось выждать еще столько же.
Молча простояв около получаса, Бай Цзэминь дождался первых перемен.
Сияющий золотой круг внезапно задрожал и замигал. С каждым новым толчком свет слабел, увядая на глазах.
Спустя несколько ударов сердца узор погас ровно наполовину.
Бай Цзэминь слегка нахмурился — такого поворота он не ожидал. Впрочем, тревога тут же испарилась. Если бы не вчерашний разговор с Пламенем Палящего Гнева, ему наверняка пришлось бы убираться отсюда ни с чем.
Но теперь...
Бай Цзэминь взмахнул левой рукой и хлестнул лезвием по правой ладони. Кровь брызнула тугим веером капель, с силой пулеметной очереди ударив во все узловые точки круга.
Оповещение Системы: Обнаружено два типа крови.
Бай Цзэминь инстинктивно отскочил назад, мгновенно окружив себя защитными барьерами. Холодный взгляд впился в мерцающий круг.
Голос исходил прямо оттуда.
Оповещение Системы: Родовая кровь Клана Бога Забвения успешно поглощена... Один из образцов не принадлежит Клану Лунного Бога, но несет в себе исток куда более древний, чем сами боги... Печать снята.
Грохот...
Почва под ногами заходила ходуном, и Бай Цзэминь едва удержал равновесие — тайная комната сотрясалась от мощных толчков.
Золотое сияние сменилось багровой вспышкой, а затем узор разом почернел, потеряв любые следы энергии. По мере того как руны гасли, дрожь в стенах утихла, возвращая всё в норму.
Убедившись, что всё успокоилось, Бай Цзэминь перевел дыхание. Только сейчас он почувствовал, как сильно вспотел.
На этот раз они сыграли с чересчур опасными вещами... Ошибся бы он в расчетах хоть на йоту, шанс погибнуть от защитных чар составлял не меньше 95%.
— Но я сорвал куш.
Не раздумывая больше ни секунды, Бай Цзэминь шагнул вперед и с глухим скрежетом сдвинул тяжелую каменную плиту.
Сначала в глаза бросилась лишь кромешная тьма. Присмотревшись, он заметил ниспадающую сверху прозрачную пелену, скрывающую всё, что находилось дальше. Эта магия была ему полностью незнакома, но интуиция подсказала её истинное назначение.
Шагнув вперед, он без труда преодолел темную пелену и наконец заглянул за таинственную дверь.
От увиденного Бай Цзэминь остолбенел.
Перед ним раскинулся бамбуковый лес диаметром в несколько километров. Чистейший, напоенный живительной свежестью воздух гулял среди стеблей, заставляя их тонкие высокие стволы мерно покачиваться в такт невидимому дыханию.
Высоко в выси сияло звездное, лишенное луны небо. Мириады разноцветных огней мерцали так живо, словно радовались новому гостю после долгих веков безмолвного одиночества.
Это место походило на миниатюрный затерянный мир, укрытый в глубинах земли.
Самое удивительное заключалось в том, что, очутившись здесь впервые, Бай Цзэминь зашагал вперед с твердой уверенностью, словно точно знал дорогу. Он шел без малейших сомнений, полностью отбросив всякую осторожность в незнакомом пространстве, которое почему-то дарило ему абсолютное, знакомое с детства тепло.
Лес простирался не так уж далеко. При желании Бай Цзэминь мог пересечь его от края до края в мгновение ока. И все же ему захотелось идти не спеша, словно обычному смертному.
Из-за этого неторопливого темпа он добрался до цели лишь спустя почти час.
Перед ним открылась круглая поляна диаметром около полукилометра. В самом ее центре синело чистое озеро окружностью не больше 100 метров, а в нескольких шагах от берега приютилась скромная бамбуковая хижина.
Глаза Бай Цзэминя заволокла влага — он был не в силах оторвать взгляд от крошечного домика.
Эта простая хижина явно строилась неумелой рукой и пестрила изъянами... Никаких драгоценных материалов, самый обычный грубый бамбук... Тогда почему же...
Сердце сдавило тяжелой свинцовой болью, и сам он не понимал причины.
Никогда прежде в жизни он не испытывал ничего подобного. Никогда.
Лишь однажды в прошлом промелькнуло нечто отдаленно похожее — в детские годы, когда Фэн Тянь У вместе с его тогдашним лучшим другом сыграли с ним злую шутку. Но даже то тяжелое потрясение не шло ни в какое сравнение с этой всепоглощающей тоской.
Обливаясь потом, с расширенными от напряжения зрачками, Бай Цзэминь приблизился к озеру и замер рядом с гладким камнем нефритового оттенка. Валун едва вмещал сидящего человека, а вокруг него ощущались тончайшие отзвуки чьей-то ауры.
Кто-то проводил здесь очень много времени. Более того, этот кто-то находился здесь всего несколько часов назад.
Словно превратившись в механическую куклу, Бай Цзэминь повернулся и направился к хижине. Одинокая слеза сорвалась с его ресниц и упала на нефритовый камень, но он даже не заметил этого.
После долгого колебания он дрожащими пальцами толкнул деревянную створку. Словно боясь выпустить наружу затаившуюся внутри хижины ауру, он тут же захлопнул дверь за спиной, даже не оглядевшись.
Внутри домик оказался ровно таким же крошечным, каким выглядел снаружи.
В комнатке, заменявшей гостиную, рядом лежали фиолетовый и красный коврики. Рядом стоял низкий деревянный столик, а на нем покоилась крошечная, потрепанная от времени книжонка в обложке из шкуры неизвестного зверя.
Немного помедлив, Бай Цзэминь поднял книжицу и с благоговейной осторожностью принялся перелистывать пожелтевшие страницы.
Это была самая настоящая детская книжка с картинками. Сразу бросалось в глаза, что рисунки набросал ребенок.
На страницах красовался отважный воин с длинными огненными волосами и копьем в руке, а рядом — принцесса в одеждах глубокого, почти черного фиолетового цвета. Изображался там и третий персонаж — мужчина в золотом облачении с такими же рыжими волосами, который словно отчитывал копьеносца. Тот же в ответ гордо показывал обидчику средний палец, после чего уводил принцессу прочь.
— Ха-ха... — Сам не зная почему, Бай Цзэминь почувствовал, как на сердце теплеет. Он с мягкой улыбкой рассматривал наивные, неуклюжие рисунки.
Аккуратно положив книжку на место, он оглядел две внутренние двери и сразу заметил прибитые к ним маленькие деревянные таблички.
На табличке первой двери изящным, благородным фиолетовым почерком красовалась безупречная надпись: «Комната Ло Ниншуан».
Что же до второй...
Ее явно оформлял сущий варвар: почерк оказался небрежным, да и утруждать себя полным именем этот лентяй не стал.
— Комната Лили, — тихо пробормотал он.

Комментарии

Загрузка...