В то мгновение, когда кровавая нить оборвалась, тело Лэй Чэня содрогнулось, и он выплюнул полный рот крови.
Шань Хэнь, отброшенный ударом ладони Нань Суна, побледнел. Коснувшись земли, он пошатнулся и отступил на несколько чжанов. Из уголков его губ сочилась кровь, а в выражении лица смешались боль и жгучее чувство вины. Казалось, он не смел смотреть на Нань Суна и потому низко опустил голову.
Всё произошло слишком быстро. В мгновение ока ситуация перевернулась, и Су Мин, в упор глядя на Шань Хэня, горько и хрипло рассмеялся.
Шань Хэнь стоял с мертвенно-бледным лицом, кровь продолжала течь из его рта. Внезапно он закинул голову и издал протяжный, полный скорби крик. Резко развернувшись, он больше не взглянул ни на Нань Суна, ни на Су Мина, а бросился в чащу леса. Спустя мгновение он скрылся среди деревьев, и лишь его полный боли рев постепенно затихал вдали.
Тем временем вождь племени Хэйшань злорадно усмехнулся — казалось, он предвидел подобный исход. Он бросился прямиком к Нань Суну. Тот самый человек в чёрном, который прежде сражался со стариком, тоже, несмотря на раны, рванулся вперёд, целясь кулаком в Нань Суна.
Лицо Нань Суна выражало глубокую печаль. Оно было совершенно бескровным, а тело усохло так сильно, что напоминало обтянутый кожей скелет. В его спину глубоко вошёл изогнутый клинок, из раны непрерывно текла кровь.
В тот миг, когда вождь Хэйшань и здоровяк в чёрном приблизились, Нань Сун внезапно рассмеялся. Его смех звучал пустынно и трагично. Тело старика резко вздрогнуло, в центре лба открылась длинная трещина, и оттуда стремительно вырвался тусклый синий призрачный силуэт, устремившийся навстречу врагам.
Как только синий призрак приблизился к нападавшим, он с грохотом взорвался. Во все стороны разошлась мощная ударная волна. Человек в чёрном и без того был ранен, а этого удара его тело выдержать не смогло: его незащищенные глаза лопнули, и он с истошным криком отлетел назад.
Что касается вождя Хэйшань, он тоже не ожидал, что Нань Сун, будучи столь тяжело раненным, сохранил силы для подобной техники. Он знал, что вонзившийся в спину старика клинок был смазан особым ядом, который заставляет кровь застывать и предотвращает самовзрыв кровавых вен у сильных мастеров. Именно поэтому он осмелился подойти так близко.
Этот клинок племя Хэйшань готовило для старейшины Ушань, но по стечению обстоятельств он был использован против Нань Суна.
Вождь Хэйшань выплюнул кровь. Раны, полученные им во время преследования, больше невозможно было сдерживать. Его аура резко ослабла, он отлетел на несколько десятков чжанов и замер с выражением крайнего ужаса на лице.
В тот самый момент, когда синий призрак взорвался, глаза неподвижно стоявшего Нань Суна внезапно вспыхнули ярким светом, словно все его раны мгновенно исцелились. Он сделал шаг вперёд и в мгновение ока оказался перед тяжело раненным человеком в чёрном. Не давая тому уклониться, старик нанёс сокрушительный удар кулаком прямо в грудь врага.
Раздался глухой хлопок. Тело здоровяка содрогнулось, его грудная клетка превратилась в кровавое месиво, глаза потускнели, и он испустил дух.
Нань Сун не остановился. Он резко перевёл взгляд на вождя Хэйшань, стоявшего неподалёку. С абсолютно спокойным лицом он рванулся к нему. Вождь в ужасе закричал и бросился назад, к пяти оставшимся соплеменникам. Видя, что Нань Сун уже близко, он, не колеблясь, схватил одного из своих людей, влил в него силу и с силой швырнул в сторону старика.
Предсмертный крик соплеменника Хэйшань захлебнулся в звуке взрыва собственного тела. В воздухе разлилось густое облако кровавого тумана, а вождь Хэйшань, охваченный паникой, проревел:
— Отступаем!!!
Под защитой оставшихся четверых воинов он, не оглядываясь, бросился в джунгли. Им овладел первобытный страх; невероятная мощь Нань Суна казалась ему чем-то немыслимым.
Для вождя Хэйшань собственная жизнь была превыше всего, он не собирался умирать здесь. К тому же он знал, что следующая группа подкрепления Хэйшань уже в пути. Стоит им объединиться, и он будет в безопасности.
— Вздумали уйти! — Нань Сун даже не взглянул на кровавый туман от самовзрыва. Он взмахнул правой рукой, разгоняя марево, и, приземлившись, с силой прижал ладони к земле.
В тот же миг почва под ногами пятерых беглецов содрогнулась. Огромная рука из грязи и камня с грохотом вырвалась из-под земли, пытаясь схватить вождя. В безумном порыве тот снова толкнул под удар одного из своих людей, спасая свою шкуру, но его мужество было окончательно сломлено. Не оборачиваясь, он вместе с тремя оставшимися воинами скрылся в лесу, спасаясь позорным бегством.
— Племя Хэйшань, утратившее свою честь, прочь отсюда!!! — Нань Сун не стал их преследовать. Он стоял на месте, и его громоподобный рев эхом разнесся по джунглям.
Всё это произошло в считанные секунды. Су Мин быстро подбежал к Нань Суну и увидел, как тело старика, едва враги скрылись, начало стремительно слабеть прямо на глазах.
— Племя... теперь должно быть в безопасности... — прохрипел Нань Сун, всё ещё стоя в полный рост. Трещина на его лбу излучала серый, мертвенный свет. — Следующая волна Хэйшань придет не скоро... Они потеряли слишком многих, ими овладел страх. Я выполнил обещание, данное твоему дедушке... Вернул ему долг за спасение моей жизни тогда, много лет назад...
Нань Сун посмотрел на Су Мина, и на его лице появилась слабая улыбка.
— Дедушка Нань Сун... — тихо позвал Су Мин.
— На самом деле, даже если бы Шань Хэнь не ранил меня, я бы долго не продержался. Я планировал перед смертью использовать свою технику Зеленой Нити, чтобы исцелить ваши раны и восполнить ту часть жизненных сил, которую я забрал у Лэй Чэня... Но теперь я не смогу этого сделать.
Нань Сун вздохнул и поднял взгляд к небу. Вдалеке всё ещё клубился красный туман и слышался приглушенный грохот — старик знал, что это Мо Сан всё еще держит оборону.
— Если когда-нибудь снова встретишь Шань Хэня... спроси его за меня: почему?
Нань Сун заложил руки за спину и закрыл глаза. Он замер, не двигаясь, словно пустив корни в эту землю. Перед ним лежали тёмные джунгли, а за спиной остались следы, оставленные уходящим племенем Ушань.
В лунном свете его тень казалась бесконечно длинной... Су Мина захлестнуло чувство трагического величия. Видя, что жизнь окончательно покинула Нань Суна, он не стал трогать его тело, а отступил на несколько шагов, опустился на колени и трижды коснулся лбом земли.
— Су Мин... — Лэй Чэнь, превозмогая боль, поднялся и встал рядом с другом. Он тоже опустился на колени с выражением глубокой скорби. Сейчас он больше не выглядел подростком — он казался постаревшим, словно ему было уже за сорок.
Прошло немало времени. Подул легкий ветерок, колыша снег на земле и пряди волос на застывшей, величественной фигуре Нань Суна. Этот ветер коснулся сердец Су Мина и Лэй Чэня.
— Племя должно быть в безопасности... Лэй Чэнь, возвращайся к остальным, — Су Мин молча поднялся. В его глазах вспыхнул холодный блеск, когда он посмотрел на чернеющую впереди чащу.
Лэй Чэнь коснулся своего правого глаза — он был ослеплен. Помолчав немного, он покачал головой.
— Я не вернусь.
— Я пойду искать силу, которая сделает меня по-настоящему могущественным... Только став сильным, можно избежать унижений, защитить свой дом и свой народ. Я слышал, что на другом конце равнины, за высокими горами, есть другое племя. Оно очень далеко, но оно гораздо величественнее и сильнее Фэн Чжэнь... Я доберусь туда. Чего бы мне это ни стоило, я стану сильным!! Даже если мне придется стать Злым Берсерком, я готов на это!!
Лицо Лэй Чэня выражало непоколебимую решимость, граничащую с безумием, которое он старался скрыть глубоко во взгляде.
— Су Мин, мы с тобой разные. Когда ты вернешься в Фэн Чжэнь, тебя ждет лучшее будущее. Но мы братья... братья на всю жизнь... Жди меня. Настанет день, когда я стану великим мастером и вернусь!
Лэй Чэнь закрыл глаза и прошептал эти слова, после чего крепко обнял Су Мина. Они стояли так в тишине долгое время. Затем Лэй Чэнь внезапно рассмеялся и, развернувшись, пошел прочь. Его сутулая, постаревшая спина постепенно удалялась в сторону его мечты и упорства, пока он окончательно не исчез из виду.
Су Мин смотрел ему вслед, не пытаясь отговорить. Он не знал, увидятся ли они когда-нибудь снова. Перед лицом будущего Су Мин на миг почувствовал растерянность.
Вскоре он тряхнул головой. Под светом полной луны его смятение сменилось жаждой убийства. Глядя на притаившийся во тьме лес, Су Мин глубоко вдохнул.
— Теперь пришла моя очередь охотиться на вас! И Шань Хэнь...
Су Мин оглянулся в сторону Фэн Чжэнь — там, в пути, скрывались его соплеменники. Возможно, Бай Лин всё еще была в Фэн Чжэнь.
— Обещание... — Су Мин горько усмехнулся и закрыл глаза. Когда он открыл их снова, в них царило пугающее спокойствие. Он резко рванулся вперед. Окутанный лунным светом, он, словно тень, несущая смерть, скрылся в джунглях, начиная кровавое преследование.
Теперь, когда преследователей не осталось, соплеменники благополучно доберутся до города Ниши. Су Мин был в этом уверен. Он понимал, что в этом великом переселении от него больше не требуется защищать народ.
Он сделал всё, что было в его силах. Но сейчас у него было дело поважнее. Он отчетливо помнил ту смутную мысль, что всплыла в его сознании в момент появления старейшины Хэйшань.
Эта мысль окончательно оформилась, когда он увидел своего дедушку, преследуемого гигантскими Лунными Крыльями. В тот миг ему показалось, будто он сам взмыл в небо, превратившись в Лунное Крыло, и заставил стаю изменить направление, чтобы атаковать старейшину Хэйшань.
«Техника Огненного Берсерка... Я практикую путь Огненного Берсерка, а Лунные Крылья — это переродившиеся воины того же племени. Значит, я могу подавлять их силой своей техники! А благодаря тройному наложению Пылающей Крови, в моих венах словно течет само пламя... Следовательно... я смогу помочь дедушке!»
В спокойных глазах Су Мина вспыхнули алые отблески кровавой луны, придавая его облику в ночной тишине зловещий вид. Его тело, подобно струйке дыма, стремительно неслось сквозь чащу.
«Но прежде я заставлю племя Хэйшань познать боль! Пусть они тоже почувствуют горечь утраты своих людей... Вождь Хэйшань тяжело ранен, а трое его спутников не представляют угрозы... И ещё Шань Хэнь!»
Су Мин сжал кулаки и, низко пригнувшись, исчез среди деревьев. Из жертвы он превратился в охотника. Су Мин сам не заметил, как сильно изменился за это время.

Комментарии

Загрузка...