— Это... — Микаэла, глядя вниз, с тревогой и изумлением проговорила: — Огненная рудная жила?
— Это... — Микаэла, глядя вниз, с тревогой и изумлением проговорила: — Огненная рудная жила?
— А что такое Огненная рудная жила? — спросила Цяо Сан.
— А что такое Огненная рудная жила? — спросила Цяо Сан.
На каждой планете — свои минералы и материалы. Перед прибытием на Пылающую Небесную Звезду она изучала только местных питомцев, а артефакты и ископаемые обошла вниманием.
На каждой планете — свои минералы и материалы. Перед прибытием на Пылающую Небесную Звезду она изучала только местных питомцев, а артефакты и ископаемые обошла вниманием.
Микаэла, не отрывая взгляда от открывшегося внизу зрелища, глубоко вздохнула и ответила:
Микаэла, не отрывая взгляда от открывшегося внизу зрелища, глубоко вздохнула и ответила:
— Это рудная жила, содержащая огромное количество Огненных кристаллов.
— Это рудная жила, содержащая огромное количество Огненных кристаллов.
Помедлив, пояснила:
Помедлив, пояснила:
— Огненный кристалл — полезное ископаемое, которое встречается только на Пылающей Небесной Звезде. Материал, по качеству соответствующий артефактам S-ранга огненного типа. Он чрезвычайно труден в плавке, но содержит чистую огненную энергию. Если огненный питомец усвоит его, его энергия возрастёт многократно. Если же...
— Огненный кристалл — полезное ископаемое, которое встречается только на Пылающей Небесной Звезде. Материал, по качеству соответствующий артефактам S-ранга огненного типа. Он чрезвычайно труден в плавке, но содержит чистую огненную энергию. Если огненный питомец усвоит его, его энергия возрастёт многократно. Если же...
Она замолчала.
Она замолчала.
— Если что? — не выдержала Цяо Сан.
— Если что? — не выдержала Цяо Сан.
Микаэла, понизив голос, продолжила:
Микаэла, понизив голос, продолжила:
— Огненные кристаллы содержат огромное количество чистой огненной энергии, но она крайне нестабильна. Если питомец усвоит кристалл неправильно или если внешнее воздействие на кристалл вызовет хоть малейшее возмущение — произойдёт мощный взрыв.
— Огненные кристаллы содержат огромное количество чистой огненной энергии, но она крайне нестабильна. Если питомец усвоит кристалл неправильно или если внешнее воздействие на кристалл вызовет хоть малейшее возмущение — произойдёт мощный взрыв.
— Я слышала историю: один летающий питомец пролетал над территорией какого-то клана и сбросил вниз Огненный кристалл. Что именно там произошло — неизвестно, но кристалл взорвался прямо посреди владений того клана и сровнял с землёй целую горную вершину.
— Я слышала историю: один летающий питомец пролетал над территорией какого-то клана и сбросил вниз Огненный кристалл. Что именно там произошло — неизвестно, но кристалл взорвался прямо посреди владений того клана и сровнял с землёй целую горную вершину.
«Один-единственный Огненный кристалл — и целая гора исчезла...» — сердце Цяо Сан сжалось от ужаса. «А если взорвётся целая жила, которую образуют тысячи таких кристаллов... разве она не уничтожит целую провинцию?»
«Один-единственный Огненный кристалл — и целая гора исчезла...» — сердце Цяо Сан сжалось от ужаса. «А если взорвётся целая жила, которую образуют тысячи таких кристаллов... разве она не уничтожит целую провинцию?»
— Ски-ски!
— Ски-ски!
Скиталец, услышав эти слова, от страха мгновенно переместился на несколько сотен метров вверх — так быстро, что воздух свистнул у него за спиной. Но, заметив, что его Повелительница, старший брат Я-Сокровище и даже его «младшие» не шелохнулись, он, сгорая от смущения, вернулся обратно, всем своим видом изображая, что ничего не произошло.
Скиталец, услышав эти слова, от страха мгновенно переместился на несколько сотен метров вверх — так быстро, что воздух свистнул у него за спиной. Но, заметив, что его Повелительница, старший брат Я-Сокровище и даже его «младшие» не шелохнулись, он, сгорая от смущения, вернулся обратно, всем своим видом изображая, что ничего не произошло.
— И что же, никто не обнаружил эту Огненную жилу? — спросила Цяо Сан.
— И что же, никто не обнаружил эту Огненную жилу? — спросила Цяо Сан.
Хотя Огненные кристаллы звучали опасно, они представляли колоссальную ценность: их можно было использовать как материал для артефактов S-ранга, а огненные питомцы с их помощью могли многократно увеличить энергию. Не могли же они просто лежать здесь, никому не нужные. К тому же эти кристаллы так густо усеивали поверхность, что их было видно невооружённым глазом. Не заметить их было просто невозможно.
Хотя Огненные кристаллы звучали опасно, они представляли колоссальную ценность: их можно было использовать как материал для артефактов S-ранга, а огненные питомцы с их помощью могли многократно увеличить энергию. Не могли же они просто лежать здесь, никому не нужные. К тому же эти кристаллы так густо усеивали поверхность, что их было видно невооружённым глазом. Не заметить их было просто невозможно.
Микаэла задумалась — она и сама не знала ответа.
Микаэла задумалась — она и сама не знала ответа.
— Ся-ся.
— Ся-ся.
В этот момент подала голос Сярара с разноцветными бутонами:
В этот момент подала голос Сярара с разноцветными бутонами:
— Если я не ошибаюсь, это раньше была помеченная территория Разделяющего.
— Если я не ошибаюсь, это раньше была помеченная территория Разделяющего.
— Сталь-сталь, — перевела Сталь-Сокровище в сознании Цяо Сан.
— Сталь-сталь, — перевела Сталь-Сокровище в сознании Цяо Сан.
Цяо Сан опешила:
Цяо Сан опешила:
— Помеченная территория Разделяющего?
— Помеченная территория Разделяющего?
— Ся-ся, — обладательница разноцветных бутонов кивнула.
— Ся-ся, — обладательница разноцветных бутонов кивнула.
Пэнцзямэй и Драконье Величество не взялись переводить сами, но Микаэла уловила смысл из слов ученицы и задумчиво произнесла:
Пэнцзямэй и Драконье Величество не взялись переводить сами, но Микаэла уловила смысл из слов ученицы и задумчиво произнесла:
— Огненные кристаллы — материал, который встречается только на Пылающей Небесной Звезде, но как именно они образуются — не знает никто. Неужели их происхождение связано с Разделяющим?
— Огненные кристаллы — материал, который встречается только на Пылающей Небесной Звезде, но как именно они образуются — не знает никто. Неужели их происхождение связано с Разделяющим?
Цяо Сан немедленно ухватилась за эту мысль — она показалась ей не только логичной, но и почти очевидной. В конце концов, и Кристалл Истинного Пламени, и Кристалл Пламени Разделения — всё это выделения самих питомцев. Почему бы и Огненным кристаллам не быть чем-то подобным?
Цяо Сан немедленно ухватилась за эту мысль — она показалась ей не только логичной, но и почти очевидной. В конце концов, и Кристалл Истинного Пламени, и Кристалл Пламени Разделения — всё это выделения самих питомцев. Почему бы и Огненным кристаллам не быть чем-то подобным?
— Ся-ся, — Сярара с разноцветными бутонами взглянула на Микаэлу, кивнула и продолжила: — Ты угадала. Огненные кристаллы — на самом деле слёзы Разделяющего. Он не хотел, чтобы люди и другие расы знали, что он плачет, поэтому специально обратился в Альянс Повелителей и запретил им распространять эту тайну. Так никто и не узнал правду.
— Ся-ся, — Сярара с разноцветными бутонами взглянула на Микаэлу, кивнула и продолжила: — Ты угадала. Огненные кристаллы — на самом деле слёзы Разделяющего. Он не хотел, чтобы люди и другие расы знали, что он плачет, поэтому специально обратился в Альянс Повелителей и запретил им распространять эту тайну. Так никто и не узнал правду.
— Мр-мр, — Драконье Величество покосился на свою Повелительницу: — Сярара наконец-то тебя похвалила. Рада?
— Мр-мр, — Драконье Величество покосился на свою Повелительницу: — Сярара наконец-то тебя похвалила. Рада?
Микаэла промолчала.
Микаэла промолчала.
— Сталь-сталь, — терпеливо перевела Сталь-Сокровище.
— Сталь-сталь, — терпеливо перевела Сталь-Сокровище.
«Огненные кристаллы — и вправду слёзы самого Разделяющего?» — Цяо Сан потрясённо перевела взгляд на багровые отблески, что сочились из земли. Её лицо исказилось изумлением. «Разделяющий, оказывается, такой плакса?! Совсем не похож!»
«Огненные кристаллы — и вправду слёзы самого Разделяющего?» — Цяо Сан потрясённо перевела взгляд на багровые отблески, что сочились из земли. Её лицо исказилось изумлением. «Разделяющий, оказывается, такой плакса?! Совсем не похож!»
Но тут же её осенило, и выражение лица стало сложным, почти болезненным.
Но тут же её осенило, и выражение лица стало сложным, почти болезненным.
«Когда Разделяющий узнал о своей судьбе и о судьбе Сярары, он, наверное, сдерживал слёзы изо всех сил — не хотел, чтобы мы видели его слабость. Он нарочно ушёл... чтобы плакать в одиночестве. А это место — то самое, где он выплакал эти слёзы».
«Когда Разделяющий узнал о своей судьбе и о судьбе Сярары, он, наверное, сдерживал слёзы изо всех сил — не хотел, чтобы мы видели его слабость. Он нарочно ушёл... чтобы плакать в одиночестве. А это место — то самое, где он выплакал эти слёзы».
— Ся-ся, — продолжала Сярара с разноцветными бутонами, словно читая её мысли: — Чтобы из пролитых слёз Разделяющего могли образоваться Огненные кристаллы, их нужно не менее трёх месяцев прожаривать под палящим солнцем. Потому я и сказала: это место когда-то было его помеченной территорией.
— Ся-ся, — продолжала Сярара с разноцветными бутонами, словно читая её мысли: — Чтобы из пролитых слёз Разделяющего могли образоваться Огненные кристаллы, их нужно не менее трёх месяцев прожаривать под палящим солнцем. Потому я и сказала: это место когда-то было его помеченной территорией.
Первая мысль Цяо Сан была будничной, почти циничной: «А, значит, он плакал не сегодня и не вчера».
Первая мысль Цяо Сан была будничной, почти циничной: «А, значит, он плакал не сегодня и не вчера».
Вторая мысль была куда более эмоциональной: «Ну и ну... как же он много плачет!»
Вторая мысль была куда более эмоциональной: «Ну и ну... как же он много плачет!»
— Что сказала Сярара? — Микаэла, видя, как меняется выражение лица ученицы, наконец не выдержала и спросила.
— Что сказала Сярара? — Микаэла, видя, как меняется выражение лица ученицы, наконец не выдержала и спросила.
Не дожидаясь, пока Пэнцзямэй переведёт, Цяо Сан сама пересказала:
Не дожидаясь, пока Пэнцзямэй переведёт, Цяо Сан сама пересказала:
— Она говорит, что Огненные кристаллы — это слёзы Разделяющего...
— Она говорит, что Огненные кристаллы — это слёзы Разделяющего...
И она пересказала всё, что они только что узнали — слово за словом, не упуская ни одной детали.
И она пересказала всё, что они только что узнали — слово за словом, не упуская ни одной детали.
Микаэле потребовалось добрых десять секунд, чтобы переварить эту новость — столько времени обычно требуется, чтобы осознать, что мир перевернулся.
Микаэле потребовалось добрых десять секунд, чтобы переварить эту новость — столько времени обычно требуется, чтобы осознать, что мир перевернулся.
В её представлении легендарные божественные питомцы были существами могучими, загадочными и всемогущими. Одним движением — едва заметным — они могли обрушить катастрофу на целый материк. Она никогда не думала, что божественные питомцы вообще могут плакать, а уж тем более — так много, так горько, так по-человечески.
В её представлении легендарные божественные питомцы были существами могучими, загадочными и всемогущими. Одним движением — едва заметным — они могли обрушить катастрофу на целый материк. Она никогда не думала, что божественные питомцы вообще могут плакать, а уж тем более — так много, так горько, так по-человечески.
Микаэла смотрела на багровые искры, что струились из земли внизу, и молчала. На душе у неё было смятение.
Микаэла смотрела на багровые искры, что струились из земли внизу, и молчала. На душе у неё было смятение.
«Теперь понятно, почему никто не разрабатывает эту Огненную жилу. Даже если позже Разделяющий покинул это место — ведь через три месяца здесь могли появиться новые кристаллы, — он, должно быть, запретил людям и питомцам приближаться к нему. И запрет действовал даже тогда, когда никто уже не знал, что кристаллы — это его слёзы».
«Теперь понятно, почему никто не разрабатывает эту Огненную жилу. Даже если позже Разделяющий покинул это место — ведь через три месяца здесь могли появиться новые кристаллы, — он, должно быть, запретил людям и питомцам приближаться к нему. И запрет действовал даже тогда, когда никто уже не знал, что кристаллы — это его слёзы».
— Я-я? — Я-Сокровище, слушавший весь этот разговор с растущим нетерпением, не проявлял ни малейшего интереса к Огненным кристаллам. Его заботило лишь одно. — Где же Разделяющий? Куда нам теперь за ним?
— Я-я? — Я-Сокровище, слушавший весь этот разговор с растущим нетерпением, не проявлял ни малейшего интереса к Огненным кристаллам. Его заботило лишь одно. — Где же Разделяющий? Куда нам теперь за ним?
— Ся-ся, — спокойно ответила обладательница разноцветных бутонов. — Не надо никуда гнаться. Он прямо здесь.
— Ся-ся, — спокойно ответила обладательница разноцветных бутонов. — Не надо никуда гнаться. Он прямо здесь.
С этими словами её глаза засветились зелёным.
С этими словами её глаза засветились зелёным.
В следующую секунду прямо под ними, у самой земли, проступила алая полусферическая преграда — плотная, почти осязаемая, мерцающая в ночи, словно глаз пробудившегося вулкана.
В следующую секунду прямо под ними, у самой земли, проступила алая полусферическая преграда — плотная, почти осязаемая, мерцающая в ночи, словно глаз пробудившегося вулкана.
Сквозь неё они отчётливо увидели Разделяющего. Он снял с себя лиственный плащ-маскировку — тот валялся рядом, уже увядший, — и, сидя на корточках прямо на голой земле, с методичной, почти ритуальной неторопливостью хрустел Огненными кристаллами. Вдруг он поднял голову, уставился на Сярару с разноцветными бутонами — и на его лице застыло красноречивое выражение: «Ну и зачем ты рассказала им всё это? Всё-то ты выболтала...»
Сквозь неё они отчётливо увидели Разделяющего. Он снял с себя лиственный плащ-маскировку — тот валялся рядом, уже увядший, — и, сидя на корточках прямо на голой земле, с методичной, почти ритуальной неторопливостью хрустел Огненными кристаллами. Вдруг он поднял голову, уставился на Сярару с разноцветными бутонами — и на его лице застыло красноречивое выражение: «Ну и зачем ты рассказала им всё это? Всё-то ты выболтала...»
«Разделяющий!» — глаза Цяо Сан засияли.
«Разделяющий!» — глаза Цяо Сан засияли.
Она никак не ожидала, что Разделяющий всё это время был у них прямо под носом — всего в нескольких десятках метров, укрытый своим нерушимым барьером.
Она никак не ожидала, что Разделяющий всё это время был у них прямо под носом — всего в нескольких десятках метров, укрытый своим нерушимым барьером.
«Легендарный божественный питомец — он и есть легендарный божественный питомец. Стоило ему поставить простую преграду — и ни Микаэла (S-ранг!), ни Пэнцзямэй (которая сама мастерица по части пространственных фокусов) ничего не почувствовали. Если бы не Сярара, я бы никогда его не нашла», — подумала Цяо Сан с искренним, почти благоговейным восхищением, остро ощутив пропасть между собой и этим существом.
«Легендарный божественный питомец — он и есть легендарный божественный питомец. Стоило ему поставить простую преграду — и ни Микаэла (S-ранг!), ни Пэнцзямэй (которая сама мастерица по части пространственных фокусов) ничего не почувствовали. Если бы не Сярара, я бы никогда его не нашла», — подумала Цяо Сан с искренним, почти благоговейным восхищением, остро ощутив пропасть между собой и этим существом.
Микаэла же внутренне похолодела.
Микаэла же внутренне похолодела.
С тех пор как она стала Повелителем S-ранга, с ней никогда не случалось такого, чтобы она не могла обнаружить чужую преграду — даже самую хитрую, самую искусную.
С тех пор как она стала Повелителем S-ранга, с ней никогда не случалось такого, чтобы она не могла обнаружить чужую преграду — даже самую хитрую, самую искусную.
«Вот она, сила божественного питомца...»
«Вот она, сила божественного питомца...»
— Я-я!
— Я-я!
Не успели Микаэла и остальные опомниться, как Я-Сокровище с радостным, почти ликующим криком устремился вниз, рассекая воздух, словно метеор.
Не успели Микаэла и остальные опомниться, как Я-Сокровище с радостным, почти ликующим криком устремился вниз, рассекая воздух, словно метеор.
Разделяющий продолжал хрустеть кристаллами — даже не взглянул в его сторону.
Разделяющий продолжал хрустеть кристаллами — даже не взглянул в его сторону.
— Я-я!
— Я-я!
Приземлившись (тяжело, с глухим стуком), Я-Сокровище, не чуя страха, подскочил к Разделяющему и с возмущением, которое плохо вязалось с разницей в их рангах, набросился на него с вопросом:
Приземлившись (тяжело, с глухим стуком), Я-Сокровище, не чуя страха, подскочил к Разделяющему и с возмущением, которое плохо вязалось с разницей в их рангах, набросился на него с вопросом:
— Почему ты тайком улизнул?
— Почему ты тайком улизнул?
— Ски-ски... — Скиталец, стоявший рядом, от испуга подскочил на месте и машинально вытер со лба несуществующий пот. «Братец Я-Сокровище! Это же божественный питомец! Одна его слезинка может уничтожить целый клан! Как ты смеешь так с ним разговаривать?..» Но, несмотря на эти мысли, его уважение к Я-Сокровищу возросло до заоблачных высот.
— Ски-ски... — Скиталец, стоявший рядом, от испуга подскочил на месте и машинально вытер со лба несуществующий пот. «Братец Я-Сокровище! Это же божественный питомец! Одна его слезинка может уничтожить целый клан! Как ты смеешь так с ним разговаривать?..» Но, несмотря на эти мысли, его уважение к Я-Сокровищу возросло до заоблачных высот.
Разделяющий, наконец, удостоил Я-Сокровище взглядом — коротким, как удар кинжала — и, не ответив ему, обратился к обладательнице разноцветных бутонов. В его голосе слышалась усталость и... что-то похожее на обиду.
Разделяющий, наконец, удостоил Я-Сокровище взглядом — коротким, как удар кинжала — и, не ответив ему, обратился к обладательнице разноцветных бутонов. В его голосе слышалась усталость и... что-то похожее на обиду.
— Ли-ли. — Три дня. Три дня ты преследовала меня! Неужели тебе больше нечем заняться? Нам скоро умирать — ты должна думать, как избежать смерти, а не бегать за мной по пятам, чтобы выбить для какого-то щенка мои кристаллы!
— Ли-ли. — Три дня. Три дня ты преследовала меня! Неужели тебе больше нечем заняться? Нам скоро умирать — ты должна думать, как избежать смерти, а не бегать за мной по пятам, чтобы выбить для какого-то щенка мои кристаллы!
— Жэли... — Благородница, сидевшая рядом с Лу-Сокровище, моментально навернула слёзы. Глаза её покраснели, и она, всхлипывая, закивала: — Вот-вот, именно!
— Жэли... — Благородница, сидевшая рядом с Лу-Сокровище, моментально навернула слёзы. Глаза её покраснели, и она, всхлипывая, закивала: — Вот-вот, именно!
— Ся-ся? — обладательница разноцветных бутонов, даже не взглянув на Благородницу, спокойно спросила Разделяющего: — Ну что, у тебя уже есть Кристалл Пламени Разделения?
— Ся-ся? — обладательница разноцветных бутонов, даже не взглянув на Благородницу, спокойно спросила Разделяющего: — Ну что, у тебя уже есть Кристалл Пламени Разделения?
Разделяющий помолчал. Его пасть сжалась, ноздри раздулись — казалось, он вот-вот откажется, выплюнет что-то грубое. Но потом он всё же разжал лапу.
Разделяющий помолчал. Его пасть сжалась, ноздри раздулись — казалось, он вот-вот откажется, выплюнет что-то грубое. Но потом он всё же разжал лапу.
На его широкой, тёмно-красной ладони лежал огромный, неправильной формы, грубо огранённый кристалл — оранжевый, как закатное солнце, и светящийся изнутри ровным, тёплым светом.
На его широкой, тёмно-красной ладони лежал огромный, неправильной формы, грубо огранённый кристалл — оранжевый, как закатное солнце, и светящийся изнутри ровным, тёплым светом.
«Неужели это... Кристалл Пламени Разделения?!» — Цяо Сан на секунду лишилась дара речи, а потом радостно выпалила: — У тебя наконец появились... ну... глазные выделения! То есть Кристалл!
«Неужели это... Кристалл Пламени Разделения?!» — Цяо Сан на секунду лишилась дара речи, а потом радостно выпалила: — У тебя наконец появились... ну... глазные выделения! То есть Кристалл!
Микаэла, увидев кристалл, тоже почувствовала, как тяжкий груз свалился с плеч.
Микаэла, увидев кристалл, тоже почувствовала, как тяжкий груз свалился с плеч.
Ради этого они и перенеслись на сто лет назад.
Ради этого они и перенеслись на сто лет назад.
— Я-я!
— Я-я!
Я-Сокровище сразу понял, о чём речь. Его хвост заметался из стороны в сторону с такой скоростью, что, казалось, вот-вот оторвётся. Глаза его сияли, как две маленькие звезды, и всем своим видом он взывал к Разделяющему: «Давай его сюда! Скорее давай! Я тут, я жду!»
Я-Сокровище сразу понял, о чём речь. Его хвост заметался из стороны в сторону с такой скоростью, что, казалось, вот-вот оторвётся. Глаза его сияли, как две маленькие звезды, и всем своим видом он взывал к Разделяющему: «Давай его сюда! Скорее давай! Я тут, я жду!»
— Ли-ли.
— Ли-ли.
Разделяющий скосил на него глаза — высокомерно, насмешливо — и, изогнув губы в ухмылке, холодно произнёс:
Разделяющий скосил на него глаза — высокомерно, насмешливо — и, изогнув губы в ухмылке, холодно произнёс:
— А почему я должен тебе его отдавать?
— А почему я должен тебе его отдавать?
Я-Сокровище опешил. Его хвост замер на полпути.
Я-Сокровище опешил. Его хвост замер на полпути.
«Разве мы не договорились? Сярара же просила... А если не отдаст...» — хвост Я-Сокровища перестал вилять, и он, не отрывая взгляда от оранжевого кристалла, принялся лихорадочно прикидывать, сможет ли он, рванув изо всех сил, выхватить его из лап и умчаться прочь, прежде чем Разделяющий успеет среагировать.
«Разве мы не договорились? Сярара же просила... А если не отдаст...» — хвост Я-Сокровища перестал вилять, и он, не отрывая взгляда от оранжевого кристалла, принялся лихорадочно прикидывать, сможет ли он, рванув изо всех сил, выхватить его из лап и умчаться прочь, прежде чем Разделяющий успеет среагировать.
«Мелкий... да он ещё и украсть пытается!» — в глазах Разделяющего мелькнуло что-то похожее на удивление — редкостное, почти драгоценное чувство. Он уже и не помнил, когда в последний раз кто-то осмеливался пытаться украсть у него что-то. Прямо из-под носа.
«Мелкий... да он ещё и украсть пытается!» — в глазах Разделяющего мелькнуло что-то похожее на удивление — редкостное, почти драгоценное чувство. Он уже и не помнил, когда в последний раз кто-то осмеливался пытаться украсть у него что-то. Прямо из-под носа.
— Ся-ся.
— Ся-ся.
Спокойный, холодный, как горный ручей, голос Сярары с разноцветными бутонами разрубил тишину, как меч.
Спокойный, холодный, как горный ручей, голос Сярары с разноцветными бутонами разрубил тишину, как меч.
Разделяющий вздрогнул, потом, борясь с собой, с гримасой крайнего неудовольствия, швырнул кристалл в сторону Я-Сокровища.
Разделяющий вздрогнул, потом, борясь с собой, с гримасой крайнего неудовольствия, швырнул кристалл в сторону Я-Сокровища.
— Ски-ски!
— Ски-ски!
Скиталец в один миг оказался рядом, словно его призвали из воздуха, поймал кристалл на лету — и бережно, почти с молитвой, прижал к груди.
Скиталец в один миг оказался рядом, словно его призвали из воздуха, поймал кристалл на лету — и бережно, почти с молитвой, прижал к груди.
— Я-я! — Глаза Я-Сокровища засияли, хвост снова заметался, как одержимый. — Смотри, не урони! Положи куда-нибудь надёжно!
— Я-я! — Глаза Я-Сокровища засияли, хвост снова заметался, как одержимый. — Смотри, не урони! Положи куда-нибудь надёжно!
— Ски-ски! — Скиталец, с серьёзным, почти похоронным выражением лица, кивнул: «Будет сделано». Он снял с лапы кольцо, открыл его, бережно — так, словно держал хрустальный шар, наполненный судьбой всего мира — уложил кристалл в маленькую шкатулку, обитую бархатом, и лишь после этого убрал её обратно в кольцо.
— Ски-ски! — Скиталец, с серьёзным, почти похоронным выражением лица, кивнул: «Будет сделано». Он снял с лапы кольцо, открыл его, бережно — так, словно держал хрустальный шар, наполненный судьбой всего мира — уложил кристалл в маленькую шкатулку, обитую бархатом, и лишь после этого убрал её обратно в кольцо.
«Кристалл Пламени Разделения... теперь он у нас». Цяо Сан вдруг почувствовала странную, почти сюрреалистическую нереальность происходящего. Она предполагала, что даже если они найдут Разделяющего, придётся потратить дни, а то и недели, уговаривая его, вымаливая, выменивая этот кристалл. А оказалось — всё произошло так просто, так буднично, что в это невозможно было поверить.
«Кристалл Пламени Разделения... теперь он у нас». Цяо Сан вдруг почувствовала странную, почти сюрреалистическую нереальность происходящего. Она предполагала, что даже если они найдут Разделяющего, придётся потратить дни, а то и недели, уговаривая его, вымаливая, выменивая этот кристалл. А оказалось — всё произошло так просто, так буднично, что в это невозможно было поверить.
Цяо Сан собралась с мыслями, взглянула на Разделяющего и, низко склонив голову, искренне и торжественно произнесла:
Цяо Сан собралась с мыслями, взглянула на Разделяющего и, низко склонив голову, искренне и торжественно произнесла:
— Спасибо.
— Спасибо.
Если бы Разделяющий не хотел отдавать Кристалл, он не стал бы его хранить — он бы раздавил его, сжёг, выбросил в пропасть. Но он сохранил. И показал.
Если бы Разделяющий не хотел отдавать Кристалл, он не стал бы его хранить — он бы раздавил его, сжёг, выбросил в пропасть. Но он сохранил. И показал.
— Я-я! — Я-Сокровище светился от счастья, как начищенный самовар. Его хвост выписывал в воздухе замысловатые вензеля.
— Я-я! — Я-Сокровище светился от счастья, как начищенный самовар. Его хвост выписывал в воздухе замысловатые вензеля.
— Ли-ли, — Разделяющий, не прекращая методично хрустеть Огненными кристаллами (хруст стоял такой, что, казалось, дрожала земля), небрежно бросил: — Я сделал это только из уважения к Сяраре. Раз вы получили, что хотели, проваливайте.
— Ли-ли, — Разделяющий, не прекращая методично хрустеть Огненными кристаллами (хруст стоял такой, что, казалось, дрожала земля), небрежно бросил: — Я сделал это только из уважения к Сяраре. Раз вы получили, что хотели, проваливайте.
— Сталь-сталь, — перевела Сталь-Сокровище.
— Сталь-сталь, — перевела Сталь-Сокровище.
Цяо Сан помолчала несколько долгих, тяжёлых секунд, потом нерешительно, запинаясь, сказала:
Цяо Сан помолчала несколько долгих, тяжёлых секунд, потом нерешительно, запинаясь, сказала:
— Но я не знаю, как нам вернуться обратно...
— Но я не знаю, как нам вернуться обратно...
Разделяющий застыл с кристаллом в лапе, уставился на неё — огромный, огненный, и в его глазах зажёгся огонь раздражения.
Разделяющий застыл с кристаллом в лапе, уставился на неё — огромный, огненный, и в его глазах зажёгся огонь раздражения.
— Нас сюда доставил Времявер, — пояснила Цяо Сан, чувствуя себя школьницей, которую вызвали к доске с невыученным уроком. — Но мы даже не знаем, где он сейчас.
— Нас сюда доставил Времявер, — пояснила Цяо Сан, чувствуя себя школьницей, которую вызвали к доске с невыученным уроком. — Но мы даже не знаем, где он сейчас.
— Ли-ли? — Разделяющий посмотрел на неё как на умалишённую: «Вы даже не оставили друг другу контактов? Телефонами обменяться не догадались?»
— Ли-ли? — Разделяющий посмотрел на неё как на умалишённую: «Вы даже не оставили друг другу контактов? Телефонами обменяться не догадались?»
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...