Людям, которые не умеют пить, тяжело выживать в компании, помешанной на алкоголе, но постепенно появляются разные уловки. Или же к ним приходят гастрит и психические расстройства одновременно. Я, так или иначе, пил средства для защиты печени или быстрого избавления от похмелья как до, так и после пьянки. Эффекта не было никакого. Честно говоря, было намного проще просто избавиться от всего этого через рвоту или диарею. Тот факт, что старшие сотрудники выживали в этой компании годами, означал, что у них были свои хитрости.
Управляющий и заместитель управляющего уже больше двадцати лет жили в обнимку со спиртным, превратившись в ходячие бутылки. Они абсолютно никогда не пьянели легко. А если и пьянели, то никогда не напивались в одиночку — обязательно спаивали парочку сотрудников до полной отключки. Если сидеть с ними за одним столом, то в тот день печень и психика были обречены. Заместитель управляющего Ким Чондо, торгуя американскими акциями, проверял биржевые котировки в пьяном состоянии, ронял телефон и поэтому уже несколько раз менял его или чинил экран.
Директор Ку Джихе была верна соджу. Она наливала соджу в рюмку, опускала руку под стол и выливала его на свой тонкий хлопковый кардиган, который лежал у неё на коленях. Или выливала на сиденье в ресторане, а иногда даже на шторы на стенах, затем подносила пустую рюмку к губам и делала вид, что пьёт. Она делала это настолько ловко и естественно, что я каждый раз, когда она брала рюмку, думал, что она пьёт залпом. Однажды, когда я проверял стол в поисках забытых вещей и нашёл кардиган, пропитанный соджу, я хотел отдать его директору Ку, но она сказала, что выбросила этот дешёвую вещь. Казалось, она выпивала половину, а половину выливала, но делала это невероятно быстро. С такой ловкостью она могла бы стать шулером в карточном мире. Сколько же кардиганов она принесла в жертву, чтобы дослужиться до должности директора?
Начальница Хон Хигён активно эксплуатировала сотрудников, стоявших ниже неё по рангу. Сначала она просила дополнительный стакан воды или просто забирала стакан менеджера Бу Хаюн и прятала его на полу под столом. Затем, когда ей наливали соджу, она незаметно (или так, чтобы видели только сидящие за её столом) выливала его. Поэтому начальница Хон всегда старалась сидеть за одним столом с женщинами ниже её по должности или за столами, где не было заместителя или управляющего. Она не хотела, чтобы её проделки стали известны, и ожидала, что женщины ниже неё будут либо пить из её рюмки, либо сами догадаются тактично опустошать её. Если они не могли или не хотели этого делать, она начинала мучить их на работе на следующий же день.
— У менеджера Бу абсолютный нет такта. Абсолютный ноль. Понятия не имею, как она рассчитывает выжить в корпоративной среде с таким подходом. От одного взгляда на то, как она работает, у меня закипает кровь.
— А что ещё натворила менеджер Бу?
— У неё нет чутья в работе, она не умеет быть милой и обходительной, и сегодня она не выполнила ни одного показателя. Безнадёжный сотрудник. Безнадёжный.
Менеджер Бу Хаюн была обычной двадцатилетней девушкой, которая только начала работать, иногда она совершала ошибки из-за неопытности, но была добросердечной и быстрой в работе. Иногда начальница Хон буквально искала чужие ошибки с красными глазами, и одной из главных жертв была менеджер Бу. Хотя мы с помощницей Пэ учили её, Бу Хаюн совершала обычные ошибки новичков, но по сравнению с моими ошибками, когда я только начинал работать, её ошибки были просто детским лепетом. Если бы Бу Хаюн перевели в филиал «Хвапён», её бы хвалили как умную и быструю новенькую, и она бы наслаждалась счастливой жизнью.
Но из уст начальницы Хон и начальника Хван Джэика малейшая ошибка Бу Хаюн раздувалась до размеров снежного кома. Например, если она не слышала, что её зовёт начальница Хон, потому что разговаривала с клиентом, или когда она была занята с клиентом и не могла сразу выполнить срочное поручение, это расценивалось как намеренное игнорирование. Они говорили, что нынешняя молодёжь, мол, даже не имеет должности, а уже такая наглая.
И ещё Бу Хаюн носила очки с самого первого дня в филиале. Начальник Сон Бёнджун, иногда сам надевающий очки для проверки документов, говорил: «Женщина в очках на работе? Это ненормально». В его словах было столько противоречий. «Начальник Сон, а ты сам? Ты же тоже носишь очки».
Я не понимаю, почему он так зациклен на женщинах в очках. Важна же работа, какое отношение имеют очки? Если очки помогают работать лучше, разве это не хорошо? Директор Ли Тэбон, заместитель Ким Чондо и сам начальник Сон Бёнджун — все они удобно устроились, игнорируя тот факт, что сами носят очки, но при этом несли абсолютную чушь по поводу того, что менеджер Бу носит свои. Начальница Хон, судя по всему, тоже давила на нее, заставляя их снять. Не знаю, что там произошло, но со второго месяца работы Бу Хаюн перешла на линзы.
После праздников начальница Хон подошла к столу Бу Хаюн, которая пришла в линзах, сказала, что футляр для очков теперь не нужен, и выбросила его в мусорку. Затем она посмотрела на Бу Хаюн с довольным видом и сказала:
— В линзах тебе гораздо лучше. Вот видишь, женщина не должна носить очки. Посмотри в зеркало, менеджер Бу. Ты же справишься, правда?
— А, правда? Начальница, наверное, линзы мне больше идут.
Менеджер Бу, дрожа как мышь перед котом, неуклюже улыбнулась. Слушая этот бред на фоне работы, у меня разболелась голова. Сумасшедший филиал. Хочу поскорее уйти домой и отдохнуть.
Иногда Бу Хаюн приходилось пить за начальницу Хон или выливать её алкоголь, и когда её ловили на этом другие руководители, она выслушивала всевозможные оскорбления: «Как ты смеешь выливать дорогой алкоголь?» Начальница Хон, вместо того чтобы защитить Бу Хаюн, делала вид, что это её не касается. Она качала головой и говорила:
— Бу Хаюн всё время выливает мой соджу... Нынешняя молодежь меня доконает, честное слово.
И она делала вид, что не замечает, как менеджер Бу подвергалась жестоким нападкам за отсутствие манер и сообразительности. К тому же, стоило менеджер Бу захмелеть, как ее лицо покрывалось алыми пятнами и она начинала засыпать прямо за столом. Наверное, это была её особенность опьянения, но стоило её глазам закрыться перед начальником Хван Джэиком, приходилось выслушивать немало упрёков о том, что она спит на рабочем месте.
Директор Ли Тэбон пил всё, что ему наливали, но иногда пил по полрюмки, за что получал нагоняй от заместителя. «Ты что, не допиваешь?» — и его заставляли пить залпом. Но он не умел использовать уловки, как другие. У него были медленные руки, он не мог быстро и ловко избавиться от алкоголя, поэтому пил и пьянел. А когда напивался, начинал дико танцевать.
Начальник Сон Бёнджун мог не ходить на корпоративы по своему желанию. И пил то, что хотел. Он любил свою работу — потребительские и корпоративные кредиты. Когда я спросил, почему ему нравится заниматься кредитами, он ответил, что обожает, когда когда отчаянные клиенты приходят к нему в слезах, умоляя о продлении кредита. Он наслаждался этим. Ничтожный человек.
На корпоративах он пил только колу зеро. Иногда он пил алкоголь, но говорил, что бережёт здоровье. Управляющий и заместитель ни разу не сказали ему ни слова за то, что он пьёт газировку. Но когда я заказал себе фанту, заместитель обругал меня по полной: «Что ты пьёшь газировку на пьянке?»
«Но начальник Сон тоже пьёт газировку!» — чуть не вырвалось у меня, но я промолчал. Даже если бы я уцепился за начальника Сона, как утопающий, меня бы никогда не стали уравнивать с ним. Проблема была в том, что Бу Хаюн всё таки заговорила:
— Начальник Сон пьёт газировку, а почему менеджер Ын не может?
Спасибо, что заступилась, но...
Начальник Сон усмехнулся, будто услышал полный бред, и сказал:
— А~ Ты что, равняешь меня с ним? Мы с ним по-твоему одного уровня?
— Нет, я не то...
— Похоже, у менеджера Бу нет глаз, чтобы видеть должности. Я, взрослый человек, такого отношения к себе ещё не видел. Раз менеджер Ын хочет пить фанту, я ему закажу. Может я, как глава семьи, вообще всё должен отдать ему. У меня нет права отказать.
— У менеджера Бу совсем нет ни уважения к должностям, ни страха в глазах, да? Ха. Чего только не доведётся услышать в этой жизни! Менеджера Ын. Хочешь выпить Фанты? Пей. Я закажу. Раз менеджер Ын так сильно хочет фанты, я, как начальник отдела, тут же должен поднести её. Разве у меня есть право отказаться?
Управляющий фыркнул и сказал:
— Нынешняя молодёжь не знает своего места.
Бу Хаюн хотела помочь мне, но из-за этих моральных уродов мы оба оказались мишенями для них. Я мог бы просто получить взбучку один, но следующие тридцать минут нас с Бу Хаюн поливали грязью, и мы выслушали кучу бреда. Начиная с того, что мы вообще забыли в банке, что с нынешними новичками невозможно работать, что у нас нет манер, что у нас нет мозгов, что если мы хотим пить фанту, мы должны выпить всю мировую фанту, и что за домашнее воспитание у нас такое — бред доходил до абсурда. Я просто хотел выпить фанту, а выслушал такое. Увидев моё положение, менеджер Ким Джинджу при руководстве даже не заикалась ни о какой газировке.
Начальник Хван Джэик пил всё, что ему наливали. Он никогда не отказывался от рюмки и любил пить и пьянеть. «Когда ещё я так попью?» — оправдывался он. Он любил петь, танцевать и веселиться — типичный мужчина-банкир. Иногда ему звонили из дома, и я слышал обрывки разговоров:
— Болеет и что? Ты его родила, ты и ухаживай. Что ты мне звонишь? Я занят работой. Отбой! Ах, твою... Настроение испортили.
Глядя на начальника Хвана, я думал, что начальница Хон — просто ангел. У неё было двое сыновей, которые звонили ей каждые тридцать минут на мобильный. Если она не брала трубку, они звонили на рабочий телефон. Начальница Хон, одновременно ругаясь в мессенджере на Бу Хаюн, требуя, чтобы та уговорила клиента оформить кредитную карту, и разговаривая со своим клиентом, умудрялась отвечать на звонки своего десятилетнего сына.
— Да, сынок, мама занята. Если не срочно, перезвони через пол часа.
Затем она отправила Бу Хаюн сообщение, но по ошибке скинула его мне. В нём было написано, что даже если клиент отказывается, нужно его продавить, и если я не смогу оформить кредитную карту клиенту с зарплатным счётом, то я «слабый банковский служащий» и чтобы я никому не говорил, что она меня учила. Я ответил, что она, наверное, ошиблась адресатом. Тогда начальница Хон улыбнулась, сказав, чтобы я «отнёсся к этому с пониманием», и велела сделать вид, что я ничего не видел.

Комментарии

Загрузка...