Глава 327

Дитя дурных кровей
Жизель и я заснули, прислонившись друг к другу. Нам требовался долгий отдых. Мы были настолько измотаны, что проспали больше половины дня, даже несмотря на тряску в машине.
Нам пришлось пройти через тяжелые времена, прежде чем мы добрались сюда.
У-у-у...
Скорость автомобиля постепенно снижалась.
Я медленно открыл глаза, долгое время пробыв в состоянии, похожем на гипноз. На краю горизонта виднелись искусственные огни.
Свет был тусклым, как на ночном рынке перед рассветом, повсюду суетились люди. Тут и там стояли разномастные машины кочевников. Среди них выделялись огромные жилые фургоны.
«Приехали».
Я глубоко вздохнул, возвращая разум в состояние бодрости. Суженное до того поле зрения расширилось, и мое восприятие вышло за пределы автомобиля.
Я почувствовал движение Барбары на водительском сиденье. Похоже, она тоже очнулась после долгого отдыха. Какое-то время она сидела неподвижно, словно труп.
Пшик.
Барбара ввела себе в затылок добавку на основе глюкозы.
— Фух.
Она выдохнула с облегчением, когда ее сознание окончательно прояснилось.
— Хм...
Жизель тоже затрепетала уставшими веками. Она только недавно очнулась от криосна. Поскольку процесс разморозки прошел не по правилам, она была сильно измотана, страдала от побочных эффектов, а ее тело слушалось с трудом.
Я понимал состояние Жизель лучше, чем кто-либо, ведь сам когда-то прошел через это. Ощущение реальности притуплено, а окружающий мир кажется зыбким маревом.
— Кочевники — это бродяги без единого центра, но у них есть своя информационная сеть и связи. Подобные стихийные рынки открываются довольно часто.
Барбара заговорила с Жизель, словно объясняя очевидное. Собираясь выйти из машины, она мельком взглянула на нас.
— Лука, присмотри за Жизель. Я пойду куплю все необходимое.
Барбара изменилась с тех пор, как к нам присоединилась Жизель.
Меня каждый раз поражали ее слова и поступки. Барбара доверяла Жизель.
«Барбара верит, что Жизель никогда ее не предаст».
Если бы Барбара ушла, мы с Жизель могли бы просто уехать вдвоем. Однако Барбара направилась к рынку кочевников в одиночку, будто такая возможность даже не приходила ей в голову.
— ...Что ты предложила этой сумасшедшей?
Спросил я, выбираясь из машины, чтобы размять затекшее тело.
Жизель осталась сидеть на заднем сиденье, наслаждаясь свежим воздухом. Ее каштановое каре колыхалось на ветру. Она выглядела хорошо, но я ловил себя на мысли, что немного скучаю по ее прежним темно-синим волосам.
— Все просто, если понять суть. Речь о том, чтобы остаться со мной. Барбара всегда этого хотела. Она кажется странной лишь потому, что уровень ее мышления отличается от нашего.
Кажется, я понимал, о чем говорит Жизель. Мне сразу вспомнился Мушир аль-Кашура.
«Сама структура их разума иная».
Радости и печали других рас были мне понятнее, чем мотивы Мушира аль-Кашуры или Барбары.
— Если Барбара похожа на Мушира аль-Кашуру, то она опасна. Однажды она попытается доказать свою любовь способом, который тебе совсем не понравится.
Присутствие Барбары вызывало у меня дискомфорт. Сказывался опыт общения с Муширом аль-Кашурой.
— ...Лука, а ты веришь Илаю Картике только потому, что он похож на тебя?
Неожиданный вопрос сорвался с губ Жизель. На него было трудно ответить.
— Это не так.
— Знаешь, почему я не стала сотрудничать с Илаем Картикой? Мне было стыдно. Для тебя Илай просто друг, но никто в здравом уме не станет доверять этому лису из семьи Картика.
В этом и заключалась причина их взаимного недоверия.
«И если бы Жизель попросила Илая о помощи, он наверняка использовал бы ее план и в своих интересах тоже».
Жизель с Барбарой под боком, я — с Илаем где-то неподалеку. По сути, разницы не было никакой.
Вскоре Барбара вернулась к машине с коробкой, полной всякой всячины.
— Мы въедем в город Беллато под видом кочевников, решивших осесть. Немного раньше срока, но все идет по плану. Так что не волнуйся, моя Жизель.
Сказала Барбара, протягивая Жизель комплект одежды и очки. Это была практичная экипировка, защищающая от песчаных бурь.
— План, о деталях которого я единственный не в курсе? Я ничего не слышал о том, что мы будем делать дальше.
Я прислонился плечом к машине и скрестил руки на груди.
— Я все объясню, просто подожди. И не показывай свое нетерпение.
Отрезала Барбара.
Жизель, переодевавшаяся в машине, пояснила вместо нее.
— Лука, часть денег, похищенных у «Г&Г Кибернетикс», лежит на подставном счету в городе Беллато. Мы также купили недвижимость на имя фиктивной компании, которую создала Барбара. Поскольку деньги отмывались через Пограничный Город, отследить их невозможно. Нам, скорее всего, не придется беспокоиться о средствах до конца жизни.
Жизель говорила о колоссальном хищении так буднично. Я прижал ладонь ко лбу.
— Так вот почему ты так бесчинствовала. Присвоила столько черного нала, что хватит на безбедную старость? Да ты можешь заработать на жизнь когда угодно!
Кажется, я впервые сорвался на крик с тех пор, как мы снова встретились.
— Я знаю, что совесть тебя не мучает. И мне жаль Гильду. Но я хотела предусмотреть все варианты.
Жизель, закончив переодеваться, достала старый терминал. Они с Барбарой обменивались через него информацией.
Бип-бип.
Жизель быстро просматривала экран, словно хладнокровная бизнес-леди, лишь ее зрачки двигались вверх-вниз.
Она продолжала говорить, не отрываясь от терминала.
— ...Я планировала разбудить тебя прямо перед началом войны. Когда начнется хаос, нас никто не станет искать. А если и станут, у них не хватит на это сил.
В ближайшем будущем планета Новас должна была превратиться в поле битвы. К этой войне готовились и ее ожидали все три государства.
Конфликт, который предвидели Жизель и Барбара, должен был вспыхнуть примерно через десять лет.
Жизель продолжала, глядя в терминал.
— При необходимости я бы использовала «Меч Империи», чтобы создать повод для войны. Если внутренний конфликт в Империи затянется, другие страны перейдут к действиям. И если война начнется, первым делом исчезнет Пограничный Город. Тогда пациентов криосна Лазаруса переведут в Орбитальный Госпиталь или город Беллато.
Жизель была готова развязать войну ради личной выгоды, даже ценой бесчисленных жизней. Конечно, война была неизбежным будущим и без ее вмешательства, но принять это эмоционально было трудно.
Та Жизель, которую я знал, была девушкой, не терпящей подобного зла.
«Сгорит этот мир или нет... я действую только ради своего будущего».
В одержимости Жизель сквозило безумие, ничуть не уступающее безумию Барбары. Возможно, работая вместе, они влияли друг на друга.
Вжик.
Я перевел взгляд на Барбару. Она почувствовала мой взор и посмотрела мне прямо в глаза.
Она приподняла пальцем уголок рта в явной усмешке.
Ее внутренний голос, казалось, телепатически достиг моего сознания. Я отчетливо прочитал ее мысли.
«Лука, ты думаешь, что сможешь теперь справиться с Жизель?»
Именно это она хотела сказать. Она была уверена в своей правоте.
***
Прошло около трех недель с момента инцидента с похищением на «Ханиспэйсе». Если быть точным, шел двадцатый день.
Каждый новый день казался мне непривычным. Вместо того чтобы бродить по ночным улицам, я просыпался и видел утреннее солнце.
Впрочем, иногда я просыпался еще в синих сумерках рассвета. Сегодня был как раз такой день.
...И когда я открывал глаза, первое, что я чувствовал, всегда был теплый запах живой плоти.
— Хм, Лука? Ты уже проснулся?
Жизель ворочалась на кровати, пытаясь взглянуть на меня. Я перехватил одеяло и натянул его ей на плечи.
— Ко мне вернулось много сил. Да и спать я стал меньше.
— Наверное. Я становлюсь сильнее с каждым днем. Но от этого только больше устаю.
Я негромко рассмеялся. Жизель потрогала мой живот, где еще виднелись синяки, и снова закрыла глаза, погружаясь в сон.
Шурх.
Я осторожно убрал руку Жизель, встал с постели и подошел к окну.
Вжик!
Я раздвинул шторы и увидел за окном синий рассвет.
«...Город Беллато».
Мы прибыли сюда две недели назад и поселились в многоквартирной вилле на окраине, подальше от центра.
Город Беллато был местом, где природа гармонично сочеталась с архитектурой. Даже из нашего окна виднелись зеленые зоны и парки.
На улицах уже были видны горожане, вышедшие на утреннюю пробежку.
С безопасностью в Беллато все было в порядке. Даже здесь, на окраине, редко можно было встретить бродяг или преступников. Повсюду царил стабильный мир.
«Как тихо».
Такое спокойствие и обилие зелени были для меня в новинку. Но это было приятно. Полезно для душевного равновесия.
Я безучастно смотрел в окно, наслаждаясь тишиной, пока синева рассвета не начала рассеиваться.
«Мир, который устроили для меня Жизель и Барбара».
Теперь меня никто не выследит. А если и попытаются, найти будет крайне сложно.
«Больше не нужно ходить по канату над темной пропастью».
Угон космического корабля «Ханиспэйс» и нападение на Орбитальный Госпиталь «Ньюзен» стали громкими событиями, но нигде не было ни моих портретов, ни фотографий Барбары. Даже если бы Барбару взломали, максимум, что у них могло быть — это фоторобот, составленный по показаниям.
Напротив, виновниками объявили какую-то странную пару, мужчину и женщину, которых уже арестовали.
«Если правительство и корпорации не поймают исполнителей теракта такого уровня, они потеряют лицо».
Изнанка города Беллато тоже была мрачной.
Но неофициально за нами все равно будут охотиться. Поэтому в ближайшее время лучше воздержаться от любой заметной деятельности.
Отойдя от окна, я вздрогнул, когда потянулся за стаканом воды.
В Беллато мне заменили протезы рук и ног.
— Хм.
Протезы, которые я использовал сейчас, были маломощными, предназначенными для повседневной жизни. Проведя всю жизнь с высокопроизводительной кибернетикой, я до сих пор испытывал странные ощущения.
Я сосредоточился, будто заглядывая под искусственную кожу, и взял стакан.
Глоть.
Я запил водой таблетки, лежавшие на столе. То, что я принимал ежедневно, было мощными транквилизаторами. Они были настолько сильными, что обычный человек от такой дозы впал бы в кому.
Я принимал препараты, чтобы максимально подавить нейротрансмиттеры, и использовал слабые протезы, чтобы минимизировать нагрузку на мозг. Это была неплохая временная мера.
Но, честно говоря, в последнее время я чувствовал себя идиотом. Это было неприятно. Казалось, я теряю самого себя.
И больше всего... меня беспокоили незавершенные дела. Даже подавляя Ачьес Виктима, я понимал, что еще ничего не кончено.
Илай и Кинуан...
Щелк.
В голове возникла резкая боль. Казалось, все подавленные мысли вот-вот прорвутся наружу, как вода через край плотины.
Если сосредоточиться на сложных проблемах, даже транквилизаторы не помогут их сдержать.
Поэтому я сознательно старался избегать любых новостей об Империи.
«Это та жизнь и тот покой, к которым я стремился. Лука, приди в себя».
Я нахмурился. Если бы мои руки сейчас работали на полную мощность, стол, в который я уперся, разлетелся бы в щепки.
Дребезг.
Я вышел из квартиры и направился к соседней двери. Она была распахнута настежь, будто приглашая грабителей. Войдя, я постучал по косяку.
Тук-тук.
В гостиной сидела девушка, окруженная мониторами и голограммами. Она тряхнула копной рыжих волос и посмотрела на меня.
Да, Барбара жила по соседству с нами.
— В чем дело, кузен моего соседа?
— Хотел узнать, все ли идет гладко.
— Я контролирую потоки информации, почти не сплю. Не волнуйся. Пока Жизель тебя любит... ты в безопасности.
Барбара постоянно мониторила различные сети, стирая наши следы и уничтожая малейшие зацепки, которые могли бы привести к нам.
— О, спасибо.
Я уставился на мониторы и голограммы. Из-за транквилизаторов я воспринимал информацию гораздо медленнее, чем обычно.
Заметив это, Барбара расхохоталась, широко раскрыв рот. Ее плечи и грудь механически сотрясались от смеха.
— Хи-хи-хи. Я так и знала, Лука. Ты — жестокий ублюдок. Даже если тебе подарить мир, ты тут же отбросишь его и побежишь навстречу разрушению.
Барбара щелкнула пальцами, будто только этого и ждала.
Пип.
Все мониторы и голограммы заполнились информацией об Империи. Произошедшие события были аккуратно систематизированы.
Щелк.
В голове что-то лопнуло. Нейропередатчики взбесились, словно рухнувшая дамба.
Данные мгновенно выстроились в логические цепочки и начали впечатываться в мой мозг, словно книги, расставляемые по полкам библиотеки.
— ...Кх-кх.
Я засунул палец в горло и выплюнул полурастворенную таблетку.
— Ты сейчас улыбаешься.
— Я сам знаю, ублюдок.
Я вытер рот.
Я снова обрел себя. Но я не отвергаю этот мир. Я просто собираюсь закончить дела.
Ради истинного покоя.

Комментарии

Загрузка...