Глава 297

Дитя дурных кровей
Бах!
Шоковый пистолет Руина взревел. Снаряд прочертил в воздухе ярко-голубую траекторию.
Энергия, заключенная в боеприпасе, сдетонировала, в щепки разнеся стену. Эквестианских наемников, укрывавшихся за ней, смело взрывной волной.
Гр-р-р...
В узком коридоре эхо разносилось повсюду.
Я использовал эхолокацию, визуализируя отраженные звуковые волны. В сознании топография местности и позиции врагов проступили в виде зыбких контуров.
Стоило мне открыть глаза, как объекты и противники, которых я уловил слухом, наложились на реальную картинку. Точнее, я видел их не совсем глазами — это была своего рода галлюцинация, порожденная адаптацией мозга.
Такое случалось впервые. Слуховое зрение и обычное зрение перекрывали друг друга.
Мозг не справлялся с разделением потоков. Это произошло из-за искусственной обработки аудиосигналов в зрительной зоне, пока мои глаза продолжали функционировать в нормальном режиме.
Визуальные и слуховые сигналы боролись за приоритет в одной и той же области коры. В моей нервной системе образовался настоящий затор.
«...Меня сейчас стошнит.»
Аномальные реакции мозга проявлялись то тут, то там.
До сих пор мой мозг часто компенсировал поврежденные участки, расширяя нейронную сеть на другие области.
Но даже этому пришел предел. Поддерживать функции всего органа становилось все труднее, несмотря на все компенсаторные механизмы.
Лишь благодаря нейрохимической обработке мозг все еще держался.
Я перевел дыхание, глядя на выживших эквестианцев.
«К вам я тоже не испытываю никакой личной неприязни.»
Я снова нажал на спуск Руины. Контузионный снаряд угодил прямо в торс наемника.
Бум!
Когда голубая вспышка угасла, взору предстало жуткое зрелище. Вся кожа и мышцы на передней части тела эквестианца буквально испарились.
Дзинь!
Я двинулся вперед, выбрасывая дымящуюся гильзу с хладагентом.
«Боян безоружен. Долго он не протянет.»
Приходилось полагаться на чувства, чтобы отыскать Бояна и Ишмаэля. Будь у меня карта аукционного дома, я бы просчитал их маршрут отхода заранее, но пока моими ориентирами служили эквестианцы и звуковые следы.
Бам! Тук!
Впереди послышались крики. Звуки выстрелов доносились с разных сторон.
Бум!
Грохот взрыва раскатился по коридору.
«Трое эквестианцев за углом. Один прикрывает тыл, двое других смотрят вперед. Пока воспользуюсь Руиной...»
Я замер, чтобы перезарядить оружие. Датчик перегрева Руины светился тревожным красным цветом. Температура достигла опасного предела.
«...Впервые я стрелял из нее столько раз подряд. Она изначально создавалась как оружие для скоротечного боя.»
Руина перегрелась из-за непрерывного использования еще со времени стычки на летном судне. Даже картриджи с хладагентом не справлялись с отводом такого количества тепла. Будь моя ладонь из плоти и крови, жар бы уже расплавил кожу.
Чтобы контузионная граната не рванула прямо в руке, Руину следовало убрать.
Я спрятал пистолет за пазуху и двинулся дальше. Ощущение было такое, словно я прижал к груди раскаленную грелку.
«Не хотелось бы перегружать мозг, но сейчас нужно действовать быстро.»
Я приготовился к высокоскоростным маневрам, выведя мощность систем тела на максимум.
Ву-у-ух!
Механические опоры впились в пол, и я сорвался с места, промчавшись по коридору подобно стреле.
Тук! Тук!
Я двигался по сложной траектории, перескакивая со стен на потолок.
Эквестианец, замыкавший группу, заметил меня и открыл огонь. Однако я уже ушел с линии обстрела, и пули лишь высекли искры из стены.
Хрясь!
Сблизившись, я ударил наемника коленом в лицо. Боевой шлем разлетелся вдребезги, а вместе с ним и череп существа. Удар был такой силы, что затылок буквально лопнул, забрызгав стену мозговым веществом и спинномозговой жидкостью.
Щелк!
Остальные двое эквестианцев начали разворачивать стволы в мою сторону.
Вжух!
Приземляясь, я нанес размашистый удар Крусисом.
Эквестианец, попавший под клинок, сложился, как тряпичная кукла, и отлетел в сторону.
Ух!
Его тело врезалось в напарника, из-за чего ствол пистолета того задрался к потолку.
Хрясь!
Я перехватил Крусис и резким движением снизу вверх вонзил его в живот наемнику, пока тот палил в потолок.
У-у-ух!
Лезвие, вошедшее в живот, вышло через лоб эквестианца. Кровь и внутренности хлынули наружу — зрелище, невыносимое для обычного человека.
Шорк.
Я повернул голову, подтверждая смерть противников.
«С кем же они тут сражались...»
Я резко отклонился назад, не успев закончить мысль.
Бах!
Пуля пронеслась у самого кончика моего носа.
— Я знаю, что вам не хватает боевого опыта, но почему бы сначала не посмотреть, а потом уже нажимать на спуск?
Произнес я, закатив глаза.
Из комнаты, в которую не могли прорваться эквестианцы, высунулась знакомая девчонка.
— Лука?
Противником наемников оказалась Янака Бондред. Пилот МАУ из Отдела Стратегических Вооружений. И, как я упоминал ранее, подруга Бояна.
— Боян и Ишмаэль здесь?
— Я не скажу. Я не уверена, что ты не охотишься за заместителем министра... Кхе, кхе!
Янака зашлась кашлем, сплевывая кровь. В руках она сжимала винтовку, отобранную у эквестианца.
— Это очевидно и без твоих слов. Раз ты охраняешь этот вход, значит, Ишмаэль пытается уйти через него.
— Стой! Ни с места!
Янака дрожащими руками наставила на меня оружие. В ее руках громоздкая винтовка пришельцев казалась тяжелым орудием.
— Веришь ты или нет, но я пришел спасти Ишмаэля. Ты хочешь и дальше тратить время впустую?
Игнорируя ее угрозу, я вошел в комнату. Внутри обнаружилась лестница, ведущая к старой черной двери.
«Тот взрыв, что я слышал раньше, прогремел здесь.»
Помещение превратилось в руины. Судя по всему, сработала граната. Мебель была разнесена в щепки, стены и потолок обуглились.
И Янака... она хоть и пережила взрыв, выглядела ужасно.
«Три пальца на левой руке оторваны, левая нога отсутствует ниже лодыжки. Ожоги по всей коже и... металлический осколок в животе.»
Я оценил ее состояние. Она умирала. С такими ранами и обильной кровопотерей шансов почти не было.
Я активировал коммуникатор.
— Ларс, я определил маршрут отхода цели. Выбивай окно или стену и двигайся к тыльной стороне здания аукциона. Перехвати Ишмаэля и кроулера, когда они выйдут, и обеспечь им защиту.
— Принято.
Ларс ответил без лишних слов.
Янака широко раскрытыми глазами наблюдала за моими действиями.
— Обещаю, я не лгу. Я здесь, чтобы защитить заместителя министра...
— Хватит болтать. Ложись, я окажу первую помощь.
— Я солдат. Я готова умереть. Сначала спаси заместителя министра!
Я достал жгут и перетянул ей левое запястье и лодыжку, останавливая кровь. Осколок из живота вытаскивать нельзя — она не проживет и минуты, если я это сделаю.
«Ты дрожишь.»
Ее конечности колотила крупная дрожь. Отчасти из-за потери крови, но скорее — от первобытного ужаса перед смертью.
— Ты не солдат. Ты просто ребенок.
— Я солдат... Уф!
Я отвесил ей щелбан по лбу. Раздался отчетливый звук удара, и ее голова откинулась назад.
— Как Боян мог бросить тебя здесь и уйти с Ишмаэлем? Я думал, он скорее умрет рядом с тобой, чем оставит одну...
— Потому что только Боян мог выломать запертые двери. Мы выбирались, пробивая себе путь силой.
Закончив с перевязкой, я внимательно посмотрел ей в лицо.
— И ты обещала Бояну, что выживешь, верно? Только поэтому он согласился оставить тебя.
Янака промолчала, не в силах отрицать очевидное.
— ...Раз дала обещание, изволь его выполнять. В руках еще есть силы? Тогда держись крепче. Донести тебя на спине — не велика задача.
С этими словами я взвалил Янаку себе на спину. Она обхватила меня за шею, больше не сопротивляясь.
«Она не из тех, кто готов к смерти. Просто заученная бравада.»
Я двинулся по проходу к черному выходу. Впереди показалась крутая железная лестница.
Ступени изъела ржавчина. Похоже, ими не пользовались годами. Вероятно, этот ход заблокировали во время расширения здания.
Дрожь в руках Янаки постепенно утихала. Кажется, она почувствовала себя в безопасности.
Тук! Тук!
Звук моих шагов по металлу отдавался гулким эхом.
Я спускался быстро, стараясь максимально амортизировать толчки ногами, чтобы не причинять Янаке лишней боли.
— Эй, мистер.
Янака подала голос.
— Если захочешь в туалет — делай прямо мне на спину. С менструацией тоже ничего не поделаешь, дело естественное.
Сказав это, я сам почувствовал, как по спине пробежал холодок. Казалось, Янака сейчас вонзит мне нож в шею.
— ...Ты совсем ненормальный?
— Раз огрызаешься, значит, еще поживешь.
Лестница закончилась коридором первого этажа.
На полу валялись сорванные цепи и искореженные замки. Работа Бояна.
Спустя некоторое время Янака снова заговорила.
— Я... я не хотела быть обузой. Я хотела стать достойным человеком, который справляется сам, без помощи других... особенно взрослых.
Вместе с телом слабел и ее разум. Несмотря на помощь, травмы оставались критическими, и сегодняшний день вполне мог стать для нее последним.
Я аккуратно опустил ее на ступени и поправил воротник ее формы.
— В этом мире нет никого, кто был бы достаточно силен, чтобы выжить без посторонней помощи. И неважно, ребенок ты или взрослый.
— Вам тоже нужна помощь других?
В глазах Янаки я, должно быть, казался всемогущим взрослым. Тем, кто знает ответы на все вопросы.
Точно так же я когда-то смотрел на Хайласа. Он казался мне совершенным.
— ...Мне помощь нужна постоянно. Даже сейчас.
Я уже собирался уходить, когда в коммуникаторе затрещало. Я прижал палец к уху.
— С охраной у черного хода покончено. Ишмаэль Ра и кроулер под контролем. Кроулер вел себя слишком агрессивно и постоянно атаковал, поэтому мне пришлось сломать ему по одной руке и ноге, чтобы вырубить.
Голос Ларса был спокоен.
— Отличная работа. Придется потерпеть, пока мы не уладим все с кроулером.
Я вздохнул с облегчением.
«Я справился только благодаря Ларсу.»
Я помог Янаке лишь потому, что мог доверить остальное ему.
Не будь Ларса рядом, бросил бы я умирающую девушку, чтобы погнаться за Ишмаэлем и Бояном?
«...Этого я и сам не знаю.»
***
Сейчас я — подданный Империи, исполняющий волю Императора.
Поэтому я не планировал открыто являться Ишмаэлю.
«Но обстоятельства всегда диктуют свое.»
Связь между нами была разорвана. Естественно, Ишмаэль сомневался в моих истинных намерениях. К тому же сейчас рядом со мной был Ларс — кадровый имперский солдат.
Я подошел к Ишмаэлю и Бояну, которых охранял Ларс.
— Так это и вправду был господин Лука.
Ишмаэль сидел на уличной скамье и пристально наблюдал за моим приближением.
— Сначала вызовите медиков. Янака Бондред в тяжелом состоянии.
Я осторожно уложил бледную Янаку на соседнюю скамью. Сознание уже почти покинуло ее.
— Помощь уже в пути. А значит, у нас не так много времени на разговор.
Я мельком глянул на бесчувственного Бояна и перевел взгляд на заместителя министра.
— Буду краток, господин Ишмаэль Ра.
Я вкратце обрисовал ситуацию с Сон Сокчжэ. Услышав о его смерти, Ишмаэль изумленно округлил глаза.
— ...Меня знатно подставили в этой подковерной борьбе. Я благодарен за спасение, но сейчас я не могу не задаться вопросом о ваших истинных целях и о том, на чьей вы стороне.
Ишмаэль смотрел на меня в упор. Он держался смело, хотя его жизнь была полностью в моей власти.
Плюх.
Я сел рядом с ним.
— Заместитель министра, я не собираюсь перебегать к Федерации. Мне плевать на разработки МАУ, которые вы считаете столь важными. «Имперский Меч» и прочая политика меня не волнуют. Противостояние Империи и Федерации — теперь не мое дело. Пусть шпионажем занимаются те, кому это интересно.
Мои слова поразили не только Ишмаэля. Ларс тоже вздрогнул и уставился на меня.
— Что это значит?
— Я спас вас. Спас Янаку Бондред, которая является ценным кадром Федерации. И Бояна, который ради вас пробудил в себе дикого зверя, хоть и валяется теперь без чувств.
— И что же вы хотите получить взамен? Какой-то обмен?
Я улыбнулся и покачал головой.
— Это не переговоры и уж точно не угроза. Это просто просьба. Вы — высокопоставленный чиновник Федерации... у вас есть и власть, и влияние. Теперь, когда Сон Сокчжэ мертв, вашему будущему ничто не угрожает.
Взгляд Ишмаэля дрогнул.
— Просьба? Неожиданно.
Я не стал распутывать клубок интересов. На это не было времени, да и Ишмаэль наверняка уже просчитывал в уме все выгоды и риски.
— У меня лишь одно условие. Используйте свои полномочия, чтобы защитить людей, связанных со мной.
Ишмаэль запрокинул голову и рассмеялся так, что его плечи затряслись.
— Если так, я готов пойти на эту сделку в благодарность за спасение. В таких вопросах я стараюсь быть честным.
— Если вы считаете это сделкой... Ваше Превосходительство, тогда я дам вам ровно столько, сколько стоит ваша жизнь. Будь это услугой, я бы сделал гораздо больше.
— Вы очень высокого мнения обо мне, господин Лука.
— Дело не в завышенной оценке. Просто я считаю, что заместитель министра во многом похож на меня.
С этими словами я поднялся со скамьи.
Мы — существа эмоциональные. В конечном счете нами движут не холодный расчет, а чувства.
В самые важные моменты моей жизни меня спасала цена услуги, а не цена сделки.
Так было и с Ангиз Реджиной. Маленькая услуга, которую она когда-то оказала Рагнате, вернулась к ней сторицей.
Конечно, бывают, что доброта оборачивается лезвием у горла. Когда-то я и сам этого боялся.
«Не нельзя доверять людям лишь из страха предательства.»
Помни: достаточно всего одной ошибки.

Комментарии

Загрузка...