— А, учительница!
Ынха вскочила и побежала навстречу незнакомой женщине.
Если честно, когда я впервые услышал прозвище «Учёный», перед глазами сразу возникли Пэк Сольа и Кощей.
Просто других учёных, которые настолько сильно повлияли на мою жизнь, почти не было.
Поэтому в голове успел сложиться определённый образ.
Невероятно умная, способная, помешанная на исследованиях женщина.
В моём воображении — взрослая, уверенная, едва ли не соблазнительная.
Ну или хотя бы похожая на какого-нибудь классического мага.
Тилия оказалась совсем другой.
На вид она была почти девчонкой.
Даже ниже Ынхи: когда ученица с разбега обняла её, Тилия тихо охнула и слегка подалась назад.
Никакого величия архимага в её облике не чувствовалось.
Зато одета она была именно так, как и полагается человеку с прозвищем Учёный.
Тёмно-зелёные волосы собраны в длинную косу и переброшены через плечо. Чёрная рубашка. Белый лабораторный халат.
Этой хрупкой девушке, если верить рассказам, было около двух тысяч лет.
Архимаг.
Одна из всего четырёх авантюристов ранга мастера.
И ветеран, способный при необходимости занять любую из трёх ролей в группе.
Я оценивающе посмотрел на Тилию и поднялся из-за стола.
Она тем временем спокойно заговорила с Ынхой.
— Ынха. Слышала, ты подралась.
— Да мы не дрались… Просто обычная ссора между сёстрами.
— А ссора между сёстрами теперь не считается ссорой?
— По-моему, нет! Правда ведь, сестрёнка?
Ынха улыбнулась так сладко, будто из голоса вот-вот потечёт мёд.
Но лёгкая враждебность никуда не делась.
— Для меня честь познакомиться. Маривела Мортифера Джориника Эт-Ноктавиэр Ро Малефис, глава рода Кровных.
Мари, разумеется, полностью проигнорировала вопрос Ынхи.
Когда их взгляды встретились, уголок глаза у неё слегка дёрнулся, но она сдержалась.
Больше не пыталась ни наброситься, ни сказать что-нибудь особенно едкое.
То ли успокоилась, то ли просто решила, что необходимости уже нет.
— Мы приехали за снаряжением моего отца. Всё остальное, что произошло по дороге… случайность.
Мари холодно опустила взгляд на Ынху.
Та, продолжая обнимать Тилию, лишь прищурилась и улыбнулась.
Дышать рядом с ними становилось трудно.
Мне очень хотелось отойти куда-нибудь подальше.
За всю мою долгую жизнь опыта общения с двумя ревнивыми дочерьми у меня, как ни странно, почти не накопилось.
Но отдавать им инициативу окончательно я не собирался.
— Ха Джину. Хотя ты, скорее всего, уже знаешь. Отец Ынхи. И отец Мари.
Я протянул руку.
Тилия, всё ещё выдерживая объятия ученицы, встретилась со мной спокойным, почти бесстрастным взглядом.
— И Воплощение Тьмы.
Играть в недомолвки насчёт того, что всем и так известно, мне не нравилось.
В глазах Тилии впервые мелькнул настоящий интерес.
— Прямо в лоб. Ынха рассказала?
Я кивнул.
Как именно окружающие распознают во мне Воплощение, я до сих пор понимал плохо.
Когда я спросил об этом Реше, она ответила: «Коснёшься Тьмы — поймёшь».
Что это означает буквально — неизвестно.
Но догадаться можно.
Наверное, достаточно сильное благословение Тьмы или долгое прямое воздействие её силы позволяет почувствовать подобные вещи.
По крайней мере, трудно поверить, что Тилия — ветеран такого уровня — могла ничего не заметить.
Даже Церковь Света сумела вычислить, что в одной из криокапсул находится Воплощение Тьмы.
Тилия несколько секунд молча разглядывала меня.
— Тилия. Учёный, маг и хозяйка этого музея.
Она пожала мне руку, потом поочерёдно посмотрела на Мари и Бертеа.
— Говорите, пришли за снаряжением?
— Да. И заплатить готовы.
— … Тогда идите за мной.
Тилия наконец выбралась из объятий Ынхи и направилась к выходу. Ученица тут же пристроилась рядом и послушно пошла следом.
Я знал свою дочь меньше часа, но уже начинал представлять, какой была её жизнь.
И это, пожалуй, радовало.
Мари слишком рано пришлось стать взрослой и вести себя как глава рода. Настолько рано, что она сама не замечала, насколько ей не хватает обычной родительской любви.
Ынха была другой.
Она прекрасно понимала, что хочет любви и хочет, чтобы её любили.
Выросла общительной, ласковой, умеющей ладить с людьми.
В этом смысле Мари ей уступала, хотя выдержки и взрослости у Мари было гораздо больше.
Почему они при этом с первой встречи готовы друг друга уничтожить — понятия не имею.
Впрочем, говорят, братья и сёстры для этого и существуют.
Оставалось смириться.
Мы вышли из библиотеки, поднялись на лифте на шестой этаж и оказались среди офисов, небольшого театра и выставочных залов в восточной части здания.
— Кстати, — сказала Тилия. — У меня как раз есть кое-что для Воплощения.
— А! Точно. Я тоже хотела отдать это папе.
Что ещё?
Тилия вошла в свой кабинет — по беспорядку трудно было понять, то ли здесь просто не убирались, то ли работы действительно было слишком много, — и достала вещь, которую я меньше всего ожидал увидеть в этом мире.
— Полагаю, это ваше, Воплощение?
— Откуда?.. И как вы вообще поняли, что оно моё?
Прямоугольный корпус удобно лёг в ладонь.
Когда-то этот аппарат столько раз переделывали, что от первоначального вида почти ничего не осталось.
И всё же я узнал его мгновенно.
Мой смартфон.
По моим ощущениям, я держал его в руках меньше месяца назад.
Стоило сжать корпус, и пальцы сами вспомнили привычный вес.
Правда, знакомых царапин на нём не было. Наверное, Тилия успела привести устройство в порядок.
С неожиданным волнением я направил электричество из тела в ладонь, надеясь хотя бы зарядить аппарат.
ТРЕСК!
Экран остался чёрным.
— … Не включается.
Сколько именно времени прошло, я не знал, но ожидать, что смартфон переживёт тысячелетия и просто заработает, было бы слишком наивно.
Пока не найдутся совместимые детали, включить его, скорее всего, не получится.
Я всё равно не сумел скрыть разочарования.
Тилия заметила.
— Если хотите, могу починить.
— Сможешь?
— Если плата будет достойной.
Сказано это было без тени сомнения.
Я ещё не успел ничего ответить, когда Ынха встала рядом с учительницей.
— Все знали, как папа дорожил этим телефоном. Я его нашла и всё это время хранила. А уж учительница точно сможет отремонтировать.
Она улыбнулась так довольно, что я на несколько секунд потерял дар речи.
Потом Ынха шагнула ближе.
— Я молодец?
— Молодец. Спасибо.
Глаза у неё довольно сощурились, и она сразу потянулась ко мне за объятием.
Но Мари с недовольным лицом шагнула вперёд и мягко, однако весьма решительно оттеснила её в сторону.
И тут я наконец заметил кое-что ещё.
В полуопущенных глазах Ынхи мелькало плохо скрытое удовольствие.
Соревновательный азарт.
Мышцы слегка напряжены. За спиной — Тилия, которой она доверяет. Перед ней — я.
И сама поза говорила: если Мари нападёт, Ынха уверена, что сумеет ответить.
Она откровенно её провоцировала.
Ни у Сольа, ни у меня такой черты не было.
Это принадлежало только Ынхе.
Я несколько раз моргнул.
Странное чувство.
Наверное, так и выглядит момент, когда внезапно замечаешь в собственном ребёнке самостоятельного человека.
Пусть я её и не растил, ощущение всё равно было новым.
— Отец, не потакайте ей слишком сильно.
— Ну, всё-таки…
— Это низшее существо — информатор. Причём довольно известный.
Мари нахмурилась, глядя на Ынху, которая уже отступила и снова мило улыбалась.
— Не думайте, что из её рта выходит одна правда. Если информация не продаётся за деньги, почти всё остальное можете считать ложью.
Тон был слишком колким.
И в этот момент меня впервые посетило отчётливое ощущение, что эти двое встречаются далеко не впервые.
— Вы знакомы?
Красные и белые глаза одновременно повернулись ко мне.
— Как продавец и клиент!
— Как мошенница и пострадавшая сторона.
Мари отрезала это совершенно холодно.
Ынха прикрыла рот ладонью и рассмеялась.
— Ну почему? Я дала ровно столько информации, сколько стоила плата.
— Она вся оказалась ложью.
— А ты хотела бесплатно получить точное место, где лежит криокапсула с Воплощением? Какая хитрая. Вот поэтому я вампиров и не люблю.
Ынха весело хихикала.
Мари уже сжимала кулак.
Разница в физической силе между ними была огромной.
Даже я всё ещё уступал Мари, несмотря на благословения и всё остальное.
Ынха это прекрасно понимала.
И всё равно продолжала поддевать её.
Значит, была уверена в собственных силах.
Я всё яснее понимал, что эта дочь пока рассказала мне далеко не всё.
— Мари.
— Отец.
— Ты ведь всё-таки нашла меня. Значит, результат получила. И потом… вы обе, похоже, считали друг друга самозванками.
Они посмотрели друг на друга.
Если поставить рядом и приглядеться, сходство действительно было.
Похожий разрез глаз.
Похожие выражения лиц.
Даже фигуры чем-то напоминали друг друга.
Но с первого взгляда этого почти не заметишь.
Наверное, дело в том, что половина генов у обеих — мои.
Мне, как отцу, сходство бросалось в глаза сильнее.
— Если каждая уверена, что именно она настоящая дочь, логично было принять вторую за мошенницу. Такое бывает.
— Умеете же вы красиво объяснять, — буркнула Мари.
Она отвернулась и скрестила руки на груди.
Ынха, наоборот, продолжала внимательно меня изучать.
Теперь, когда я знал, что она торгует информацией, некоторые вещи стали очевиднее.
Её приветливость, мягкость и почти приторная ласковость отчасти были маской.
Маской настолько привычной, что её уже вполне можно считать частью характера.
Но внутри Ынха была куда хитрее.
Для отца это, наверное, даже лучше, чем если бы дочь была доверчивой простушкой.
Правда, сейчас она явно изучала меня — реакции, привычки, характер.
— Вот видишь. Папа и правда потрясающий.
Совсем не похожа на Мари.
Мари прямолинейна. Не всегда честна, но очень дорожит достоинством и ведёт себя как рыцарь. При этом нехватку любви скрывать у неё получается плохо.
Ынха куда искуснее общается с людьми и отлично понимает, кому и что стоит говорить.
Я посмотрел на обеих дочерей.
— Поэтому хватит ссориться. Мне не нравится, когда семья грызётся между собой.
— Если эта мошенница перестанет меня провоцировать, я не стану ничего делать.
— Провоцировать? Сестрёнка, я совершенно не понимаю, о чём ты.
Ынха тихо рассмеялась.
У Мари снова дёрнулся уголок глаза.
Но, видимо, мои слова всё-таки подействовали: на этот раз она не стала распускать руки.
Учитывая, что её обычная пощёчина способна разнести человеку голову, это меня вполне устраивало.
— Я вообще за то, чтобы семья жила дружно.
Напряжение немного спало.
Мари всё ещё смотрела раздражённо, но, кажется, хотя бы понимала, чего я хочу.
Ынха же продолжала разглядывать меня с нескрываемым интересом.
Главное — прямо сейчас они не собирались драться насмерть.
Этого мне хватало.
Я с облегчением повернулся к Тилии.
Она всё это время оставалась в стороне, и я уже начал гадать, не раздражает ли её семейная сцена.
— … Уже всё? А было интересно.
Похоже, зря переживал.
— Можете продолжать. Очень занимательно. Теперь хоть понимаю, что люди находили в этих ваших драмах.
— Нет уж. Я не собираюсь устраивать семейный скандал ради чужого развлечения.
— Правда? Жаль.
Странная женщина.
Сильная, невероятно старая — и при этом спокойно наблюдает за моими семейными проблемами как за сериалом.
Тилия будто прочитала мои мысли и перешла к делу:
— Так или иначе, вам нужно снаряжение. Если заплатите, дам всё, что потребуется. Ремонт вашего устройства тоже включим.
Она уже поднялась.
— Плата — материалы, которые понадобятся на изготовление снаряжения, и технологии, которые меня заинтересуют… Впрочем, большую часть я уже получила.
— Когда?
— Вон ваша спутница принесла.
Я перевёл взгляд.
Бертеа подняла большой палец.
Её прежде раздутый рюкзак заметно похудел.
— Это создание по собственной инициативе передало осколки брони и винтовку фальшивого хозяина.
— Система Metal Storm, экзоскелет, композитные углеродные конструкции… Всё это как раз из областей, которые мне интересны, — сказала Тилия. — И кое-что я давно хотела испытать на практике. Так что сделаю вам скидку.
— Это создание также желает получить похвалу за хорошо выполненную работу.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...