Том 1
Том 1
Глава 180: Он Всё Же Поднялся, Несмотря Ни На Что
Глава 180: Он Всё Же Поднялся, Несмотря Ни На Что
Перевод: kedaxx
Перевод: kedaxx
☆
☆
Стоя на вершине исполинской горы, Юнь Мубай наблюдал, как поисковые отряды один за другим отступают, словно отливающая морская волна. Лишь тогда он облегчённо вздохнул. Внезапный приступ кашля сотряс его тело — кровь и ци разрывали грудь и живот. Он попытался сдержать рвущийся поток, но алый сгусток всё же вырвался наружу. Впервые за последние десять лет он получил настолько тяжёлое ранение — его сердечный меридиан был почти уничтожен. Бледнея на глазах, он сжал рану, едва держась на ногах.
Стоя на вершине исполинской горы, Юнь Мубай наблюдал, как поисковые отряды один за другим отступают, словно отливающая морская волна. Лишь тогда он облегчённо вздохнул. Внезапный приступ кашля сотряс его тело — кровь и ци разрывали грудь и живот. Он попытался сдержать рвущийся поток, но алый сгусток всё же вырвался наружу. Впервые за последние десять лет он получил настолько тяжёлое ранение — его сердечный меридиан был почти уничтожен. Бледнея на глазах, он сжал рану, едва держась на ногах.
Весть уже достигла Леса Туманного Облака. Говорят, Юэ Цин и остальные сумели вырваться, но что будет дальше?
Весть уже достигла Леса Туманного Облака. Говорят, Юэ Цин и остальные сумели вырваться, но что будет дальше?
Даже древние леса и дикие горы пришли в движение. Нетрудно представить, какой переполох царит сейчас в Северном Регионе. Не только Восемь Сект и Пять Королей — даже сторонние силы уже начали стекаться в Древний Город Грома.
Даже древние леса и дикие горы пришли в движение. Нетрудно представить, какой переполох царит сейчас в Северном Регионе. Не только Восемь Сект и Пять Королей — даже сторонние силы уже начали стекаться в Древний Город Грома.
Можно было представить эту сцену, даже не видя её своими глазами.
Можно было представить эту сцену, даже не видя её своими глазами.
Кто осмелится выступить против могуществ Северного Региона? Кто сумеет разорвать этот смертельный узел?
Кто осмелится выступить против могуществ Северного Региона? Кто сумеет разорвать этот смертельный узел?
Действительно ли у Цинь Мина есть план? Или он просто воспользовался хаосом, чтобы скрыться?
Действительно ли у Цинь Мина есть план? Или он просто воспользовался хаосом, чтобы скрыться?
— Наблюдательный Берег... Наблюдательный Берег...
— Наблюдательный Берег... Наблюдательный Берег...
Старейшина Мубай прошептал себе под нос. Не скрываются ли там ещё какие-то тайны? Хоть он и воспитывал Цинь Мина с детства, всё внимание он уделял Юэ Цин и почти не следил за юношей. Ему никогда не хотелось вмешиваться в дела секты. Если бы не Юэ Цин, он покинул бы Секту Лазурного Облака ещё много лет назад и отправился бы странствовать по миру.
Старейшина Мубай прошептал себе под нос. Не скрываются ли там ещё какие-то тайны? Хоть он и воспитывал Цинь Мина с детства, всё внимание он уделял Юэ Цин и почти не следил за юношей. Ему никогда не хотелось вмешиваться в дела секты. Если бы не Юэ Цин, он покинул бы Секту Лазурного Облака ещё много лет назад и отправился бы странствовать по миру.
— Что ж.... я отправляюсь в Древний Город Гром.
— Что ж.... я отправляюсь в Древний Город Гром.
Мубай наконец принял решение. Что бы ни случилось дальше, он сделает всё, чтобы спасти Юэ Цин.
Мубай наконец принял решение. Что бы ни случилось дальше, он сделает всё, чтобы спасти Юэ Цин.
Она была его первой и единственной ученицей. Он не мог позволить ей погибнуть в этом хаосе.
Она была его первой и единственной ученицей. Он не мог позволить ей погибнуть в этом хаосе.
Тем временем Северный Регион продолжал бурлить, и всё больше мастеров высокого уровня стекались в Древний Город Гром.
Тем временем Северный Регион продолжал бурлить, и всё больше мастеров высокого уровня стекались в Древний Город Гром.
Поначалу это были в основном боевые культиваторы из окрестных городов и организаций. Но уже во вторую ночь после распространения слухов группа могущественных боевых мастеров прокралась в город, беззвучно промчалась по тёмным улицам — и ринулась к особняку городского лорда.
Поначалу это были в основном боевые культиваторы из окрестных городов и организаций. Но уже во вторую ночь после распространения слухов группа могущественных боевых мастеров прокралась в город, беззвучно промчалась по тёмным улицам — и ринулась к особняку городского лорда.
Но...
Но...
Глава Секты Лазурного Облака уже пробудился. Его божественное чувство охватывало весь особняк. Едва незваные гости приблизились, как в небо взметнулись ярчайшие лучи света, словно морские драконы, вырывающиеся из водной пучины. Сверкающие потоки энергии с грохотом обрушились с небес, и один за другим уничтожили всех вторженцев. Пока семья Цинь ещё только осознавала происходящее, тела неудачников уже валялись перед воротами особняка.
Глава Секты Лазурного Облака уже пробудился. Его божественное чувство охватывало весь особняк. Едва незваные гости приблизились, как в небо взметнулись ярчайшие лучи света, словно морские драконы, вырывающиеся из водной пучины. Сверкающие потоки энергии с грохотом обрушились с небес, и один за другим уничтожили всех вторженцев. Пока семья Цинь ещё только осознавала происходящее, тела неудачников уже валялись перед воротами особняка.
Ту Вэй и другие были потрясены. Он поистине достоин звания повелителя Северного Региона — даже в израненном состоянии его святое могущество оставалось устрашающим.
Ту Вэй и другие были потрясены. Он поистине достоин звания повелителя Северного Региона — даже в израненном состоянии его святое могущество оставалось устрашающим.
Ли Линдай немедленно распорядилась собрать все доступные лекарственные ресурсы и отправить их главе секты. Нравился он им или нет — но именно он мог защитить клан Цинь. Чем быстрее он восстановится, тем выше будут их шансы на выживание.
Ли Линдай немедленно распорядилась собрать все доступные лекарственные ресурсы и отправить их главе секты. Нравился он им или нет — но именно он мог защитить клан Цинь. Чем быстрее он восстановится, тем выше будут их шансы на выживание.
Но сам Глава Секты не нуждался в их лекарствах. Вода Жизни уже помогла ему преодолеть самую тяжёлую фазу. Теперь он мог восстанавливаться самостоятельно.
Но сам Глава Секты не нуждался в их лекарствах. Вода Жизни уже помогла ему преодолеть самую тяжёлую фазу. Теперь он мог восстанавливаться самостоятельно.
Глубокой ночью он вновь высвободил своё святое могущество. Из глубин особняка в небо устремились восемь сияющих потоков энергии — будто водопад, взметнувшийся вверх, или ураган, пробуждённый небесами. Громовые раскаты сотрясали город, свет озарил весь небосвод.
Глубокой ночью он вновь высвободил своё святое могущество. Из глубин особняка в небо устремились восемь сияющих потоков энергии — будто водопад, взметнувшийся вверх, или ураган, пробуждённый небесами. Громовые раскаты сотрясали город, свет озарил весь небосвод.
Эти восемь потоков не только отпугнули мародёров, но и успокоили сердца простых жителей. Они же поглощали духовную энергию мира, помогая Главе Секты залечивать раны.
Эти восемь потоков не только отпугнули мародёров, но и успокоили сердца простых жителей. Они же поглощали духовную энергию мира, помогая Главе Секты залечивать раны.
В Городе Гром собиралось всё больше народу, но никто не осмеливался подойти ближе. Все затаились в окрестных лесах, внимательно наблюдая за происходящим.
В Городе Гром собиралось всё больше народу, но никто не осмеливался подойти ближе. Все затаились в окрестных лесах, внимательно наблюдая за происходящим.
Ту Вэй и остальные испытали лёгкое облегчение, но тяжесть не спадала с их сердец. Всё только начиналось. Истинные властители ещё не явились. Никто не знал, какую беду принесёт этот шторм.
Ту Вэй и остальные испытали лёгкое облегчение, но тяжесть не спадала с их сердец. Всё только начиналось. Истинные властители ещё не явились. Никто не знал, какую беду принесёт этот шторм.
Оставалось лишь молиться.
Оставалось лишь молиться.
У могилы родителей Цинь Ин стояла на коленях, её лицо было залито слезами:
У могилы родителей Цинь Ин стояла на коленях, её лицо было залито слезами:
— Пожалуйста... пусть брат не возвращается... Пусть он спасётся... Мы... больше не хотим быть для него обузой...
— Пожалуйста... пусть брат не возвращается... Пусть он спасётся... Мы... больше не хотим быть для него обузой...
Тем временем на окраине Леса Туманного Облака, где новости о Северной буре ещё не дошли, развернулась иная сцена.
Тем временем на окраине Леса Туманного Облака, где новости о Северной буре ещё не дошли, развернулась иная сцена.
— Откройся! — с яростным ревом взорвался Цзян Бин, его душевная сила вскипела, формируя гигантского медведя, десятки метров в высоту. Чудовищный зверь с рёвом врезался в горный склон. Взрыв ударной волны обрушил часть горы. Чёрные пламёна охватили фигуру зверя, делая его неотличимым от настоящего духа-д*мона. Более десяти ударов подряд потрясли тело Цзян Бина, его кровь и ци пришли в бурление. Но в конце концов он пробил вершину в полкилометра высотой. Гора обрушилась с оглушительным грохотом, и густой пыльной волной накрыла окрестный лес. Каменные глыбы и вековые деревья катились вниз, сминая всё на своём пути.
— Откройся! — с яростным ревом взорвался Цзян Бин, его душевная сила вскипела, формируя гигантского медведя, десятки метров в высоту. Чудовищный зверь с рёвом врезался в горный склон. Взрыв ударной волны обрушил часть горы. Чёрные пламёна охватили фигуру зверя, делая его неотличимым от настоящего духа-д*мона. Более десяти ударов подряд потрясли тело Цзян Бина, его кровь и ци пришли в бурление. Но в конце концов он пробил вершину в полкилометра высотой. Гора обрушилась с оглушительным грохотом, и густой пыльной волной накрыла окрестный лес. Каменные глыбы и вековые деревья катились вниз, сминая всё на своём пути.
Цзян Бин управлял чёрным гигантским медведем, яростно прорубая путь сквозь обрушившуюся гору, вырывая проход шириной в сотни метров. Не давая себе передышки, он глотал духовные травы и плоды, восстанавливая утраченные силы, и вновь рвался вперёд — крушил лес, разбивал преграды.
Цзян Бин управлял чёрным гигантским медведем, яростно прорубая путь сквозь обрушившуюся гору, вырывая проход шириной в сотни метров. Не давая себе передышки, он глотал духовные травы и плоды, восстанавливая утраченные силы, и вновь рвался вперёд — крушил лес, разбивал преграды.
Позади него двигался Цинь Мин. Его мускулы были натянуты до предела, каждая клетка, каждая связка тела хранила в себе невообразимую мощь. Его духовная энергия взрывалась, превращаясь в раскалённую молнию, что охватывала всё тело. Он мчался вперёд, не останавливаясь ни на миг, волоча за собой огромную и тяжеленную статую — Гордое Солнце.
Позади него двигался Цинь Мин. Его мускулы были натянуты до предела, каждая клетка, каждая связка тела хранила в себе невообразимую мощь. Его духовная энергия взрывалась, превращаясь в раскалённую молнию, что охватывала всё тело. Он мчался вперёд, не останавливаясь ни на миг, волоча за собой огромную и тяжеленную статую — Гордое Солнце.
Каждый его шаг раскалывал землю, ноги глубоко врезались в почву, оставляя за собой борозду. Статуя, что весила как гора, продвигалась вперёд с каждым его рывком, а позади тянулась глубокая борозда, уходящая в горизонт.
Каждый его шаг раскалывал землю, ноги глубоко врезались в почву, оставляя за собой борозду. Статуя, что весила как гора, продвигалась вперёд с каждым его рывком, а позади тянулась глубокая борозда, уходящая в горизонт.
Зрелище было настолько поразительным, что находившиеся поблизости наёмники и духи-д*моны оцепенели.
Зрелище было настолько поразительным, что находившиеся поблизости наёмники и духи-д*моны оцепенели.
Что здесь происходит?
Что здесь происходит?
Это человек тащит за собой Гордое Солнце, или Гордое Солнце управляет человеком?
Это человек тащит за собой Гордое Солнце, или Гордое Солнце управляет человеком?
Цинь Мин был окутан молниями. Его лицо оставалось открытым, но он шёл, низко опустив голову, а за спиной звенели тяжёлые цепи, скрывая его облик. Казалось, невозможно было понять, кто он такой. Позади него тянулось Гордое Солнце — исполинская статуя, источающая ужасающую духовную энергию. Её вес казался чудовищным, а каждая пульсация этой силы будто сотрясала воздух вокруг.
Цинь Мин был окутан молниями. Его лицо оставалось открытым, но он шёл, низко опустив голову, а за спиной звенели тяжёлые цепи, скрывая его облик. Казалось, невозможно было понять, кто он такой. Позади него тянулось Гордое Солнце — исполинская статуя, источающая ужасающую духовную энергию. Её вес казался чудовищным, а каждая пульсация этой силы будто сотрясала воздух вокруг.
Кто он? Что он тащит? Что скрыто в этом слепящем свете?
Кто он? Что он тащит? Что скрыто в этом слепящем свете?
Вопросы застыли в воздухе, как комья льда. И сердца всех охватило смятение.
Вопросы застыли в воздухе, как комья льда. И сердца всех охватило смятение.
Цинь Мин высвобождал нечеловеческую силу. Техника Разрыва Жизни и Золотая Кровь питали его тело нескончаемым потоком энергии. Он исполнял путь Дао Исконного Хаоса Ваджры, оттачивая его с каждой секундой, безумно волоча за собой восемнадцать статуй Королей. Он заставлял себя ускоряться, вновь и вновь. Вся стойкость, что он вырабатывал восемь лет, подвергалась ныне страшному испытанию. Каждый шаг сопровождался болью, будто всё его тело разрывалось изнутри. Вены вздулись по всему телу, и он, хрипло рыча, напоминал бешеного зверя.
Цинь Мин высвобождал нечеловеческую силу. Техника Разрыва Жизни и Золотая Кровь питали его тело нескончаемым потоком энергии. Он исполнял путь Дао Исконного Хаоса Ваджры, оттачивая его с каждой секундой, безумно волоча за собой восемнадцать статуй Королей. Он заставлял себя ускоряться, вновь и вновь. Вся стойкость, что он вырабатывал восемь лет, подвергалась ныне страшному испытанию. Каждый шаг сопровождался болью, будто всё его тело разрывалось изнутри. Вены вздулись по всему телу, и он, хрипло рыча, напоминал бешеного зверя.
Это было поистине устрашающее зрелище!
Это было поистине устрашающее зрелище!
Мощная хищная птица сорвалась с небес, стремительно пикируя вниз — она пыталась разорвать сияние, чтобы разглядеть, что скрывается внутри. Но не успела она приблизиться, как из глубин Гордого Солнца вырвалась волна мечного ци и в одно мгновение разнесла её в клочья прямо в небе. Душа птицы была уничтожена до того, как она успела издать хоть звук, и безжизненное тело рухнуло вниз.
Мощная хищная птица сорвалась с небес, стремительно пикируя вниз — она пыталась разорвать сияние, чтобы разглядеть, что скрывается внутри. Но не успела она приблизиться, как из глубин Гордого Солнца вырвалась волна мечного ци и в одно мгновение разнесла её в клочья прямо в небе. Душа птицы была уничтожена до того, как она успела издать хоть звук, и безжизненное тело рухнуло вниз.
Некоторые мастера высокого уровня также пытались подобраться ближе, надеясь узнать, что же скрывается в этом слепящем сиянии. Но издалека ничего не было видно, а стоило приблизиться — их тут же ждала смерть.
Некоторые мастера высокого уровня также пытались подобраться ближе, надеясь узнать, что же скрывается в этом слепящем сиянии. Но издалека ничего не было видно, а стоило приблизиться — их тут же ждала смерть.
Наёмники потянулись за ним. Все хотели увидеть — кто же этот зверь в человеческом обличье, и куда он тащит Гордое Солнце?
Наёмники потянулись за ним. Все хотели увидеть — кто же этот зверь в человеческом обличье, и куда он тащит Гордое Солнце?
Даже команда Святого Зала, исследовавшая подводные глубины, пришла в замешательство. Они взобрались на высокую гору и оттуда наблюдали за происходящим.
Даже команда Святого Зала, исследовавшая подводные глубины, пришла в замешательство. Они взобрались на высокую гору и оттуда наблюдали за происходящим.
— Старейшина, что находится внутри? — ученики Святого Зала считали себя бывалым народом, но с таким зрелищем сталкивались впервые.
— Старейшина, что находится внутри? — ученики Святого Зала считали себя бывалым народом, но с таким зрелищем сталкивались впервые.
— Не вижу... — трое старейшин покачали головами. Золотопламенный Священный Лев под ними нервно зарычал и втянул голову, будто почуяв угрозу.
— Не вижу... — трое старейшин покачали головами. Золотопламенный Священный Лев под ними нервно зарычал и втянул голову, будто почуяв угрозу.
— Северный Регион и правда не прост. Здесь слишком много странностей... — ученики Святого Зала больше не осмеливались смотреть на Северный Регион свысока.
— Северный Регион и правда не прост. Здесь слишком много странностей... — ученики Святого Зала больше не осмеливались смотреть на Северный Регион свысока.
— А кто этот человек, что рушит горы и заполняет реки впереди? — другие ученики с тревогой указали на монстра, прорывавшего путь. Его ярость, его давление... всё это напоминало дикого зверя, способного тащить за собой Гордое Солнце.
— А кто этот человек, что рушит горы и заполняет реки впереди? — другие ученики с тревогой указали на монстра, прорывавшего путь. Его ярость, его давление... всё это напоминало дикого зверя, способного тащить за собой Гордое Солнце.
Цинь Мин был полностью объят молниями. Цепи звенели за спиной, а тяжеловесные статуи тянулись позади. Он шагал уверенно, не отвлекаясь, сражаясь с болью, разрывающей тело. Хрипло кашляя кровью, он стиснул зубы, рыча, как зверь. Это была не просто борьба за выживание — это был вызов. Вызов силе, воле, вере. Он доказывал Королям свою правоту, завоёвывал их признание.
Цинь Мин был полностью объят молниями. Цепи звенели за спиной, а тяжеловесные статуи тянулись позади. Он шагал уверенно, не отвлекаясь, сражаясь с болью, разрывающей тело. Хрипло кашляя кровью, он стиснул зубы, рыча, как зверь. Это была не просто борьба за выживание — это был вызов. Вызов силе, воле, вере. Он доказывал Королям свою правоту, завоёвывал их признание.
Эти величественные, горделивые статуи не признают кого попало. Но раз уж они дали шанс — Цинь Мин не имел права отступать.
Эти величественные, горделивые статуи не признают кого попало. Но раз уж они дали шанс — Цинь Мин не имел права отступать.
— Десять тысяч один шаг... десять тысяч два...
— Десять тысяч один шаг... десять тысяч два...
Он рычал про себя, считая шаги. И молился. Пусть Древний Город Гром продержится. Тётя, сестра... семья... подождите... дождитесь меня...
Он рычал про себя, считая шаги. И молился. Пусть Древний Город Гром продержится. Тётя, сестра... семья... подождите... дождитесь меня...
Через несколько дней весть о «Наследии Королей» распространилась по всему Лесу Туманного Облака — в том числе и в том районе, где находился Цинь Мин. Все были потрясены. Один за другим они начали отступать. Всё внимание переместилось к Древнему Городу Гром и восстанию в Секте Лазурного Облака — именно эти события стали главным потрясением года для Северного Региона.
Через несколько дней весть о «Наследии Королей» распространилась по всему Лесу Туманного Облака — в том числе и в том районе, где находился Цинь Мин. Все были потрясены. Один за другим они начали отступать. Всё внимание переместилось к Древнему Городу Гром и восстанию в Секте Лазурного Облака — именно эти события стали главным потрясением года для Северного Региона.
— Вот он какой, Цинь Мин... Неудивительно, что он смог победить наших учеников. Пора! Вперёд! В Древний Город Гром! — команда Святого Зала поспешно ретировалась. Они прибыли в Северный Регион ради Подводного Королевства и раскрыть глубинные тайны. Но теперь, когда секрет раскрыт и находится в Древнем Городе Громе, задерживаться в Облачном Лесу больше не было смысла.
— Вот он какой, Цинь Мин... Неудивительно, что он смог победить наших учеников. Пора! Вперёд! В Древний Город Гром! — команда Святого Зала поспешно ретировалась. Они прибыли в Северный Регион ради Подводного Королевства и раскрыть глубинные тайны. Но теперь, когда секрет раскрыт и находится в Древнем Городе Громе, задерживаться в Облачном Лесу больше не было смысла.
— Молодой господин... они все ушли... — Цзян Бин едва держался на ногах, весь в поту, с затуманенным взглядом. Новости распространились. Весь Северный Регион уже в курсе. Возможно, в этот момент в Городе Грома собрались все силы Восьми Сект и Пяти Королей. Смогут ли они добраться туда вовремя? Будет ли там ещё кого спасать?
— Молодой господин... они все ушли... — Цзян Бин едва держался на ногах, весь в поту, с затуманенным взглядом. Новости распространились. Весь Северный Регион уже в курсе. Возможно, в этот момент в Городе Грома собрались все силы Восьми Сект и Пяти Королей. Смогут ли они добраться туда вовремя? Будет ли там ещё кого спасать?
— А-а-а!!!
— А-а-а!!!
Из-за молний позади прорвался хриплый рёв — в нём смешались тревога, отчаяние, безумие... и решимость.
Из-за молний позади прорвался хриплый рёв — в нём смешались тревога, отчаяние, безумие... и решимость.
Глаза Цинь Мина налились кровью, губы были искусаны до крови. Он с безумной яростью шагал вперёд:
Глаза Цинь Мина налились кровью, губы были искусаны до крови. Он с безумной яростью шагал вперёд:
— Даже если на животе... я доползу... Дядя Цзян, расчищай путь... расчищай путь! Ва-а-а!
— Даже если на животе... я доползу... Дядя Цзян, расчищай путь... расчищай путь! Ва-а-а!
— Молодой господин... — Цзян Бин повернулся, слёзы застилали ему взор. — Откажитесь... мы...
— Молодой господин... — Цзян Бин повернулся, слёзы застилали ему взор. — Откажитесь... мы...
— Проруби путь! — взревел Цинь Мин. Его глаза были налиты кровью, но по щекам текли слёзы. Вернуться... я должен вернуться... ждите... все вы, ждите...
— Проруби путь! — взревел Цинь Мин. Его глаза были налиты кровью, но по щекам текли слёзы. Вернуться... я должен вернуться... ждите... все вы, ждите...
Цзян Бин стиснул зубы, ударил себя по лицу — дважды. Очнись! Не думай! Назад! Назад! Он сорвал с себя верхнюю одежду, выпустил всех пять боевых душ: Орёл, Крокодил, Медведь, Тигр, Питон. Пять гигантских зверей поднялись в небо, их аура взметнулась до небес, чёрное пламя окутало их фигуры. С ужасающим рёвом они бросились вперёд, сокрушая всё на своём пути.
Цзян Бин стиснул зубы, ударил себя по лицу — дважды. Очнись! Не думай! Назад! Назад! Он сорвал с себя верхнюю одежду, выпустил всех пять боевых душ: Орёл, Крокодил, Медведь, Тигр, Питон. Пять гигантских зверей поднялись в небо, их аура взметнулась до небес, чёрное пламя окутало их фигуры. С ужасающим рёвом они бросились вперёд, сокрушая всё на своём пути.
Пятисотметровая гора была разорвана в клочья и растоптана мощью пяти зверей. Проход был расчищен.
Пятисотметровая гора была разорвана в клочья и растоптана мощью пяти зверей. Проход был расчищен.

Комментарии

Загрузка...