Том 1
Том 1
Глава 160: Вызов На Арену Боевых Искусств
Глава 160: Вызов На Арену Боевых Искусств
Перевод: kedaxx
Перевод: kedaxx
☆
☆
Лин Сюэ проводила Цинь Мина вниз с горы. По дороге она с серьёзным видом напомнила:
Лин Сюэ проводила Цинь Мина вниз с горы. По дороге она с серьёзным видом напомнила:
— Это решение Наставника и Главы Секты — лучшее, что могло тебе выпасть. Ты обязан ухватиться за этот шанс. Тебе всего лишь шестнадцать лет, а ты уже можешь стать Главой Секты — такой чести не удостаивался ни один ученик со времён основания Секты Лазурного Облака.
— Это решение Наставника и Главы Секты — лучшее, что могло тебе выпасть. Ты обязан ухватиться за этот шанс. Тебе всего лишь шестнадцать лет, а ты уже можешь стать Главой Секты — такой чести не удостаивался ни один ученик со времён основания Секты Лазурного Облака.
Она замялась, а затем с лёгким вздохом добавила:
Она замялась, а затем с лёгким вздохом добавила:
— Позволь сказать кое-что резкое. Предложение, конечно, заманчивое, но по сути — пустые слова. Кто знает, что произойдёт через десять лет?
— Позволь сказать кое-что резкое. Предложение, конечно, заманчивое, но по сути — пустые слова. Кто знает, что произойдёт через десять лет?
Яо’эр моментально оживилась, хитро улыбнулась и цепко вцепилась в руку Цинь Мина:
Яо’эр моментально оживилась, хитро улыбнулась и цепко вцепилась в руку Цинь Мина:
— Ха-ха! Так тебя всё же не удалось обвести вокруг пальца, да?
— Ха-ха! Так тебя всё же не удалось обвести вокруг пальца, да?
— Я, между прочим, не трёхлетний ребёнок, чтобы звать кого-то дядей за конфетку, — фыркнул Цинь Мин.
— Я, между прочим, не трёхлетний ребёнок, чтобы звать кого-то дядей за конфетку, — фыркнул Цинь Мин.
— Всё сильнее в тебя влюбляюсь. Что же мне теперь делать?
— Всё сильнее в тебя влюбляюсь. Что же мне теперь делать?
— Не будь такой навязчивой. Мы же ещё молоды, — отмахнулся он, с трудом выдерживая её навязчивую близость.
— Не будь такой навязчивой. Мы же ещё молоды, — отмахнулся он, с трудом выдерживая её навязчивую близость.
Лин Сюэ прикрыла лицо рукой — будто словила внутреннюю пощечину. Эти двое всерьёз решили флиртовать у неё на глазах?
Лин Сюэ прикрыла лицо рукой — будто словила внутреннюю пощечину. Эти двое всерьёз решили флиртовать у неё на глазах?
— Это не просто слова — это позиция Главы Секты и Наставника, — спокойно продолжила она. — Ты их недооцениваешь, у тебя предвзятое мнение. А я знаю их давно. Раз они открыто сказали это — значит, всё уже решено. Даже если не брать в расчёт предложение о Главе Секты, уже сейчас тебе предложено многое: охрана, защита Древнего Города Гром, ресурсы, условия... Наставник с Главой сделали шаг вперёд — теперь твоя очередь ответить.
— Это не просто слова — это позиция Главы Секты и Наставника, — спокойно продолжила она. — Ты их недооцениваешь, у тебя предвзятое мнение. А я знаю их давно. Раз они открыто сказали это — значит, всё уже решено. Даже если не брать в расчёт предложение о Главе Секты, уже сейчас тебе предложено многое: охрана, защита Древнего Города Гром, ресурсы, условия... Наставник с Главой сделали шаг вперёд — теперь твоя очередь ответить.
Цинь Мин усмехнулся:
Цинь Мин усмехнулся:
— Спокойно. Я не дурак. Упущу — не прощу себе. Поблагодари от меня Наставника и Главу. Если честно, я не ожидал от них такого великодушия... Я.... действительно тронут.
— Спокойно. Я не дурак. Упущу — не прощу себе. Поблагодари от меня Наставника и Главу. Если честно, я не ожидал от них такого великодушия... Я.... действительно тронут.
Он говорил от души. Ещё вчера он готовился к худшему: если на него надавят — пришлось бы уступить, ради защиты родных и Наследия Королей. Но... они этого не сделали. Вместо давления они выбрали добрую волю, не стали лезть с расспросами о Клинке Асуры.
Он говорил от души. Ещё вчера он готовился к худшему: если на него надавят — пришлось бы уступить, ради защиты родных и Наследия Королей. Но... они этого не сделали. Вместо давления они выбрали добрую волю, не стали лезть с расспросами о Клинке Асуры.
— Обдумай всё как следует, — добавила Лин Сюэ с тревогой. — Это не просто выгода — это шанс покончить с душой-остатком. Если ты станешь Главой Секты, ты не станешь ей вредить. Ты сам найдёшь способ примирить её с Сектой. Думаю, именно по этой причине Наставник пошёл на такое. Для него душа-остаток и Наследие Королей равнозначны. Эта душа... слишком страшна. Иначе зачем было бы отказываться от должности и двадцать лет охранять Медицинскую Гору?
— Обдумай всё как следует, — добавила Лин Сюэ с тревогой. — Это не просто выгода — это шанс покончить с душой-остатком. Если ты станешь Главой Секты, ты не станешь ей вредить. Ты сам найдёшь способ примирить её с Сектой. Думаю, именно по этой причине Наставник пошёл на такое. Для него душа-остаток и Наследие Королей равнозначны. Эта душа... слишком страшна. Иначе зачем было бы отказываться от должности и двадцать лет охранять Медицинскую Гору?
— Если ты пойдёшь в Секту Кровавого Зла, — влезла Яо’эр, — мой дедушка даст тебе условий куда круче.
— Если ты пойдёшь в Секту Кровавого Зла, — влезла Яо’эр, — мой дедушка даст тебе условий куда круче.
Цинь Мин рассмеялся:
Цинь Мин рассмеялся:
— Столько внимания к моей скромной персоне — даже неловко...
— Столько внимания к моей скромной персоне — даже неловко...
Обe девушки синхронно закатили глаза.
Обe девушки синхронно закатили глаза.
— Молодой господин! — Е Сяосяо и Цзян Бин ждали у подножия. Увидев Цинь Мина, сразу бросились к нему.
— Молодой господин! — Е Сяосяо и Цзян Бин ждали у подножия. Увидев Цинь Мина, сразу бросились к нему.
— Всё нормально, не волнуйтесь, — успокоил их он.
— Всё нормально, не волнуйтесь, — успокоил их он.
— А они хотят, чтобы он стал новым Главой Секты, — улыбнулась Яо’эр.
— А они хотят, чтобы он стал новым Главой Секты, — улыбнулась Яо’эр.
— Что?! — выдохнули в унисон Сяосяо и Цзян Бин.
— Что?! — выдохнули в унисон Сяосяо и Цзян Бин.
— Но он отказался.
— Но он отказался.
— Что?! — и снова в унисон.
— Что?! — и снова в унисон.
...
...
Пятая тренировочная площадка кипела — народ буквально лез на скалы, чтобы занять место получше. Даже опасные уступы на вершине горы были забиты до отказа.
Пятая тренировочная площадка кипела — народ буквально лез на скалы, чтобы занять место получше. Даже опасные уступы на вершине горы были забиты до отказа.
Пять старейшин, более сорока элитных учеников — весь цвет секты собрался ради одного сражения. Такая концентрация мощи и статуса — редкость.
Пять старейшин, более сорока элитных учеников — весь цвет секты собрался ради одного сражения. Такая концентрация мощи и статуса — редкость.
Му Чэн и остальные уже стояли на арене, молча и хмуро, будто вырезанные из камня. Они были уверены: Цинь Мин явится. Он обязан явиться.
Му Чэн и остальные уже стояли на арене, молча и хмуро, будто вырезанные из камня. Они были уверены: Цинь Мин явится. Он обязан явиться.
Но если старейшины могли ждать в тишине, то ученики — нет. Те пришли ещё на рассвете, а до полудня оставались считаные мгновения. А его всё не было!
Но если старейшины могли ждать в тишине, то ученики — нет. Те пришли ещё на рассвете, а до полудня оставались считаные мгновения. А его всё не было!
— Он что, всерьёз заставит нас ждать до заката?
— Он что, всерьёз заставит нас ждать до заката?
— Только Цинь Мин может так издеваться над четырьмя Золотыми Перьями!
— Только Цинь Мин может так издеваться над четырьмя Золотыми Перьями!
— Кто сказал — издеваться? Посмотрите на их лица! Ни одной тени раздражения с самого утра. Хе-хе... Первый раз вижу, чтобы Золотые Перья терпеливо ждали простого ученика.
— Кто сказал — издеваться? Посмотрите на их лица! Ни одной тени раздражения с самого утра. Хе-хе... Первый раз вижу, чтобы Золотые Перья терпеливо ждали простого ученика.
— Да не могу я больше ждать! Что за возможность ему выпала, что он так взлетел? Вот бы мне такую! Был бы знаменит на весь Северный Регион! Хотел бы — культивировал, хотел бы — вино и девушки!
— Да не могу я больше ждать! Что за возможность ему выпала, что он так взлетел? Вот бы мне такую! Был бы знаменит на весь Северный Регион! Хотел бы — культивировал, хотел бы — вино и девушки!
— Ли Нянь и остальные с самого Чайного Праздника Восьми Сект только и делали, что сдерживали в себе пылающую злость и обиду. Проиграть — не страшно, страшно уступить тому, кого ты считал ничтожеством! Цинь Мин ударил по их самолюбию, и сегодня они собирались ответить сполна!
— Ли Нянь и остальные с самого Чайного Праздника Восьми Сект только и делали, что сдерживали в себе пылающую злость и обиду. Проиграть — не страшно, страшно уступить тому, кого ты считал ничтожеством! Цинь Мин ударил по их самолюбию, и сегодня они собирались ответить сполна!
— Истории о нём после того Чайного Праздника Восьми Сект уже легендами стали. Насколько же силён этот паренёк? Где он там ходит? Специально интригу тянет?
— Истории о нём после того Чайного Праздника Восьми Сект уже легендами стали. Насколько же силён этот паренёк? Где он там ходит? Специально интригу тянет?
— У Ли Няня точно есть план. Сегодня будет настоящее зрелище.
— У Ли Няня точно есть план. Сегодня будет настоящее зрелище.
— Где он?! Где?! Он что — помер?! Ещё чуть-чуть — и начну про*линать!
— Где он?! Где?! Он что — помер?! Ещё чуть-чуть — и начну про*линать!
— Эй, ты поаккуратнее с языком. За глаза, конечно, можно и зубастым быть. А вот в лицо бы ты осмелился? Он бы тебе пасть порвал!
— Эй, ты поаккуратнее с языком. За глаза, конечно, можно и зубастым быть. А вот в лицо бы ты осмелился? Он бы тебе пасть порвал!
...
...
Тренировочная площадка гудела, словно улей. Люди устали ждать, и в некоторых уголках обстановка накалялась до предела — чуть было не вспыхнули потасовки.
Тренировочная площадка гудела, словно улей. Люди устали ждать, и в некоторых уголках обстановка накалялась до предела — чуть было не вспыхнули потасовки.
И вдруг...
И вдруг...
Наконец-то!
Наконец-то!
Громогласный крик разнёсся от входа на арену:
Громогласный крик разнёсся от входа на арену:
— Он идёт! Цинь Мин спускается с Медицинской Горы! С ним Яо’эр и Лин Сюэ! Они направляются прямо на тренировочную площадку!
— Он идёт! Цинь Мин спускается с Медицинской Горы! С ним Яо’эр и Лин Сюэ! Они направляются прямо на тренировочную площадку!
Толпа взорвалась, как разъярённый зверь. Наконец-то! Он пришёл!
Толпа взорвалась, как разъярённый зверь. Наконец-то! Он пришёл!
Му Чэн и трое остальных обменялись взглядами. Интересно... почему он первым делом направился на Медицинскую Гору? Он что, опасался получить травму и пригласил Лин Сюэ в качестве страхующего? Или... это ещё какая-то уловка?
Му Чэн и трое остальных обменялись взглядами. Интересно... почему он первым делом направился на Медицинскую Гору? Он что, опасался получить травму и пригласил Лин Сюэ в качестве страхующего? Или... это ещё какая-то уловка?
Все основные ученики тоже оживились. Если бы он не появился в ближайшее время, толпа бы просто разнесла арену на части. Хотя, по правде, они затаили на Цинь Мина лёгкую обиду. Вся секта его ждала, а он отправился... к Лин Сюэ. Давно уже шептались, что между ним и Лин Сюэ что-то намечается. Он туда пошёл флиртовать? Или просто хотел подлить масла в огонь и позлить Му Чэна с компанией?
Все основные ученики тоже оживились. Если бы он не появился в ближайшее время, толпа бы просто разнесла арену на части. Хотя, по правде, они затаили на Цинь Мина лёгкую обиду. Вся секта его ждала, а он отправился... к Лин Сюэ. Давно уже шептались, что между ним и Лин Сюэ что-то намечается. Он туда пошёл флиртовать? Или просто хотел подлить масла в огонь и позлить Му Чэна с компанией?
Му Цзысю стоял в толпе, его лицо полыхало от злости. Он, как и половина секты, был влюблён в Лин Сюэ. А этот ч*ртов Цинь Мин... мало того, что он публично унизил его и выставил посмешищем перед всей сектой, так теперь ещё и пошёл навстречу с девушкой его мечты! Это уже не просто унижение — это война!
Му Цзысю стоял в толпе, его лицо полыхало от злости. Он, как и половина секты, был влюблён в Лин Сюэ. А этот ч*ртов Цинь Мин... мало того, что он публично унизил его и выставил посмешищем перед всей сектой, так теперь ещё и пошёл навстречу с девушкой его мечты! Это уже не просто унижение — это война!
И вот... он появился.
И вот... он появился.
Цинь Мин, с гордо поднятой головой, шагал по арене. Слева — холодная и прекрасная Лин Сюэ. Справа — ослепительная, но опасная Яо’эр. Позади — два телохранителя. Тысячи учеников уставились, затаив дыхание.
Цинь Мин, с гордо поднятой головой, шагал по арене. Слева — холодная и прекрасная Лин Сюэ. Справа — ослепительная, но опасная Яо’эр. Позади — два телохранителя. Тысячи учеников уставились, затаив дыхание.
Это был уже не тот мальчишка-слуга, которого можно было не замечать. Это был победитель по жизни.
Это был уже не тот мальчишка-слуга, которого можно было не замечать. Это был победитель по жизни.
Многие увидели Яо’эр впервые. Да, она действительно была такой же чарующей, как ходили слухи. Но её алые глаза... заставили многих отвести взгляд. Ч*ртовски красивая... и ч*ртовски опасная.
Многие увидели Яо’эр впервые. Да, она действительно была такой же чарующей, как ходили слухи. Но её алые глаза... заставили многих отвести взгляд. Ч*ртовски красивая... и ч*ртовски опасная.
Лин Сюэ чуть пожалела, что пришла. Она хотела лишь посмотреть, как проявит себя Печать Ледяного Сердца в реальном бою — сможет ли она действительно сдерживать Цинь Мина. Но, судя по взглядам окружающих, всё поняли немного... не так. Тем не менее, она, как всегда, сохраняла холодное выражение лица, шагая рядом с Цинь Мином с невозмутимой грацией ледяной богини.
Лин Сюэ чуть пожалела, что пришла. Она хотела лишь посмотреть, как проявит себя Печать Ледяного Сердца в реальном бою — сможет ли она действительно сдерживать Цинь Мина. Но, судя по взглядам окружающих, всё поняли немного... не так. Тем не менее, она, как всегда, сохраняла холодное выражение лица, шагая рядом с Цинь Мином с невозмутимой грацией ледяной богини.
— Извините за ожидание, нужно было кое-что уладить, — сказал Цинь Мин Цинь Мин без лишних прелюдий вышел прямо на арену.
— Извините за ожидание, нужно было кое-что уладить, — сказал Цинь Мин Цинь Мин без лишних прелюдий вышел прямо на арену.
— Главное, что пришёл, — откликнулся кто-то из соперников.
— Главное, что пришёл, — откликнулся кто-то из соперников.
— Ну что, как будем сражаться? — он потянулся, разминая плечи. Он сам был не прочь проверить силу Печати Ледяного Сердца — и заодно потрепать нервишки тройке нападающих.
— Ну что, как будем сражаться? — он потянулся, разминая плечи. Он сам был не прочь проверить силу Печати Ледяного Сердца — и заодно потрепать нервишки тройке нападающих.
— Ты — Сын Асуры Северного Региона. Мы признаём: твоё нынешнее могущество выше нашего, — Чжан Лан с показным уважением приподнял авторитет Цинь Мина.
— Ты — Сын Асуры Северного Региона. Мы признаём: твоё нынешнее могущество выше нашего, — Чжан Лан с показным уважением приподнял авторитет Цинь Мина.
— Старший брат Чжан Лан слишком добр. Но между Духовной Боевой Сферой и Абсолютной — пропасть. Даже стили боевых искусств — разные. Только в бою и узнаем, кто на что способен, — парировал Цинь Мин с лёгкой улыбкой.
— Старший брат Чжан Лан слишком добр. Но между Духовной Боевой Сферой и Абсолютной — пропасть. Даже стили боевых искусств — разные. Только в бою и узнаем, кто на что способен, — парировал Цинь Мин с лёгкой улыбкой.
Ли Нянь шагнула вперёд:
Ли Нянь шагнула вперёд:
— Мы все хотим взглянуть на твою силу и технику. Дай нам возможность сразиться.
— Мы все хотим взглянуть на твою силу и технику. Дай нам возможность сразиться.
Как и ожидалось, — мысленно усмехнулся Цинь Мин. — Давят числом, но называют это «спаррингом».
Как и ожидалось, — мысленно усмехнулся Цинь Мин. — Давят числом, но называют это «спаррингом».
— Вместе или по очереди? — спросил он вслух, делая шаг вперёд.
— Вместе или по очереди? — спросил он вслух, делая шаг вперёд.
— Я начну, — не терпелось Ли Нянь. Таких случаев, чтобы сердце билось в предвкушении, у неё было немного. А вот этот парень — определённо попадал в список исключений.
— Я начну, — не терпелось Ли Нянь. Таких случаев, чтобы сердце билось в предвкушении, у неё было немного. А вот этот парень — определённо попадал в список исключений.
— А мы поддержим, — добавили Муронг Чон и Чжан Лан.
— А мы поддержим, — добавили Муронг Чон и Чжан Лан.
— А старший брат Му Чэн? — бросил Цинь Мин с лёгкой усмешкой.
— А старший брат Му Чэн? — бросил Цинь Мин с лёгкой усмешкой.
Му Чэн, прищурившись, холодно произнёс:
Му Чэн, прищурившись, холодно произнёс:
— Я уже на втором небе Абсолютной Боевой Сферы. Мне не с кем там драться. — холодно произнёс Му Чэн, глядя Цинь Мину прямо в глаза, словно говоря, что тот ему не конкурент. Если Ли Нянь удастся сдержать Цинь Мина с помощью Печати Ледяного Сердца, то безпокоиться о нём больше не придётся.
— Я уже на втором небе Абсолютной Боевой Сферы. Мне не с кем там драться. — холодно произнёс Му Чэн, глядя Цинь Мину прямо в глаза, словно говоря, что тот ему не конкурент. Если Ли Нянь удастся сдержать Цинь Мина с помощью Печати Ледяного Сердца, то безпокоиться о нём больше не придётся.
— Ну что ж, принимаю вызов! — Цинь Мин вытянул руку вперёд, приглашая на бой! Ни секунды колебания.
— Ну что ж, принимаю вызов! — Цинь Мин вытянул руку вперёд, приглашая на бой! Ни секунды колебания.
Глаза Му Чэна и остальных сузились, вспыхнув острым блеском. Вот это характер!
Глаза Му Чэна и остальных сузились, вспыхнув острым блеском. Вот это характер!
— Ли Нянь, Муронг Чон и Чжан Лан — поочерёдно вызывают Цинь Мина на поединок! Это спарринг! — прозвучал громогласный голос судьи.
— Ли Нянь, Муронг Чон и Чжан Лан — поочерёдно вызывают Цинь Мина на поединок! Это спарринг! — прозвучал громогласный голос судьи.
— Бой начинается!
— Бой начинается!
Голос разнёсся по всей арене, заглушив даже ветер.
Голос разнёсся по всей арене, заглушив даже ветер.
Толпа взорвалась от восторга. Да кого волновала «честность» или «формат» — главное, что сейчас будет бой, да не простой, а легендарный!
Толпа взорвалась от восторга. Да кого волновала «честность» или «формат» — главное, что сейчас будет бой, да не простой, а легендарный!
Дин Дянь недовольно скривился:
Дин Дянь недовольно скривился:
— Тьфу, трое нападают по очереди. Говорят красиво — «спарринг», а кто будет контролировать силу ударов?
— Тьфу, трое нападают по очереди. Говорят красиво — «спарринг», а кто будет контролировать силу ударов?
Хань Цяньe пожал плечами:
Хань Цяньe пожал плечами:
— Раз уж они так шумно себя подают, значит, уверены в себе. Посмотрим, как Цинь Мин справится.
— Раз уж они так шумно себя подают, значит, уверены в себе. Посмотрим, как Цинь Мин справится.
— В секте Цинь Мину всё ещё не дают ни уважения, ни честной оценки, — фыркнул Дин Дянь. — Просто завидуют! Они не могут смириться с тем, что бывший слуга вдруг стал выше них и ещё осмеливается им... указывать.
— В секте Цинь Мину всё ещё не дают ни уважения, ни честной оценки, — фыркнул Дин Дянь. — Просто завидуют! Они не могут смириться с тем, что бывший слуга вдруг стал выше них и ещё осмеливается им... указывать.
— Можешь не выражаться так мерзко? — скривился Хань Цяньe.
— Можешь не выражаться так мерзко? — скривился Хань Цяньe.

Комментарии

Загрузка...