Том 1
Том 1
Глава 132: Разрушенный Храм
Глава 132: Разрушенный Храм
Перевод: kedaxx
Перевод: kedaxx
☆
☆
Спустя немного времени с правого фланга донеслись приглушённые, но явно ликующие возгласы наёмников. Хотя звук был далёким, в нём отчётливо ощущалось удивление — там тоже что-то нашли.
Спустя немного времени с правого фланга донеслись приглушённые, но явно ликующие возгласы наёмников. Хотя звук был далёким, в нём отчётливо ощущалось удивление — там тоже что-то нашли.
И вот наконец группа Цинь Мина наткнулась на нечто особенное — каменный храм. Нет, его уже нельзя было назвать храмом... лишь груда полуобвалившихся руин, чьи обломки таили под собой нечто загадочное. Из трещин в завалах просачивался тусклый, но отчётливый свет.
И вот наконец группа Цинь Мина наткнулась на нечто особенное — каменный храм. Нет, его уже нельзя было назвать храмом... лишь груда полуобвалившихся руин, чьи обломки таили под собой нечто загадочное. Из трещин в завалах просачивался тусклый, но отчётливый свет.
— Сокровища! — вскрикнули ученики секты Цинъюнь, бросаясь вперёд. Они с остервенением начали разгребать камни, и вскоре извлекли из-под обломков больше десятка артефактов.
— Сокровища! — вскрикнули ученики секты Цинъюнь, бросаясь вперёд. Они с остервенением начали разгребать камни, и вскоре извлекли из-под обломков больше десятка артефактов.
Среди находок был ржавый, наполовину сломанный меч, из которого всё ещё струилась тонкая, но отчётливая энергия меча. Древний скипетр, весь из золота, величественный и священный — без сомнения, необычный артефакт. Камень странной формы — мягкий на ощупь, но весивший явно несколько тысяч цзиней[i]. Щит с устрашающим изображением, напоминающим д*моническую морду — изъеденный ржавчиной, но всё ещё сохранявший целостность.
Среди находок был ржавый, наполовину сломанный меч, из которого всё ещё струилась тонкая, но отчётливая энергия меча. Древний скипетр, весь из золота, величественный и священный — без сомнения, необычный артефакт. Камень странной формы — мягкий на ощупь, но весивший явно несколько тысяч цзиней[i]. Щит с устрашающим изображением, напоминающим д*моническую морду — изъеденный ржавчиной, но всё ещё сохранявший целостность.
Каждый из артефактов был уникален. Пролежав десять тысяч лет в недрах земли, они не могли быть обычными вещами. Даже если их нельзя было использовать напрямую, в них, возможно, скрывались ценнейшие озарения.
Каждый из артефактов был уникален. Пролежав десять тысяч лет в недрах земли, они не могли быть обычными вещами. Даже если их нельзя было использовать напрямую, в них, возможно, скрывались ценнейшие озарения.
— Цинь Мин, ты что-нибудь хочешь? — с наигранной доброжелательностью поинтересовалась Цзо Яо. На деле же ученики секты Цинъюнь уже окружили трофеи плотным кольцом, ясно давая понять: так просто они их не отдадут.
— Цинь Мин, ты что-нибудь хочешь? — с наигранной доброжелательностью поинтересовалась Цзо Яо. На деле же ученики секты Цинъюнь уже окружили трофеи плотным кольцом, ясно давая понять: так просто они их не отдадут.
— Хочу. А вы дадите? — с такой же насмешкой ответил Цинь Мин.
— Хочу. А вы дадите? — с такой же насмешкой ответил Цинь Мин.
— Мы нашли их первыми, — задрав подбородок, с вызовом сказала она.
— Мы нашли их первыми, — задрав подбородок, с вызовом сказала она.
— Все нашли одновременно! — не выдержала Фань Синь. Её возмутило такое поведение.
— Все нашли одновременно! — не выдержала Фань Синь. Её возмутило такое поведение.
— Но это мы вытащили их из-под завалов.
— Но это мы вытащили их из-под завалов.
— Безстыдники, — фыркнула Фань Синь.
— Безстыдники, — фыркнула Фань Синь.
— Повтори! — глаза Цзо Яо вспыхнули.
— Повтори! — глаза Цзо Яо вспыхнули.
— А что, уже выкопали — и другим даже рот открыть нельзя? Хм, кажется, я тебя узнала. Ты ведь Цзо Яо, прямая ученица секты Цинъюнь, верно?
— А что, уже выкопали — и другим даже рот открыть нельзя? Хм, кажется, я тебя узнала. Ты ведь Цзо Яо, прямая ученица секты Цинъюнь, верно?
— Хорошо, что узнала.
— Хорошо, что узнала.
— Та самая, у которой Цинь Мин отобрал место на Чайном Празднике Восьми Сект. Какая жалость... Ну, с тобой я и спорить не стану.
— Та самая, у которой Цинь Мин отобрал место на Чайном Празднике Восьми Сект. Какая жалость... Ну, с тобой я и спорить не стану.
— А ты кто такая?! Ты же проиграла слуге моей секты Цинъюнь, и ещё осмеливаешься рот открывать?! — Цзо Яо взбешённо покраснела. Эта мелкая девчонка не просто задела её — она намеренно ткнула в самую больную рану.
— А ты кто такая?! Ты же проиграла слуге моей секты Цинъюнь, и ещё осмеливаешься рот открывать?! — Цзо Яо взбешённо покраснела. Эта мелкая девчонка не просто задела её — она намеренно ткнула в самую больную рану.
— Проиграла, и что с того? Зато потом избила вашего ученика Золотого Пера — Ли Няня. Получается, он даже хуже слуги? — ответ Фань Синь был безпощаден. Рядом с ней встали трое старших сестёр. Хотя ученицы секты Байхуа были исключительно девушками, с ними явно не стоило шутить.
— Проиграла, и что с того? Зато потом избила вашего ученика Золотого Пера — Ли Няня. Получается, он даже хуже слуги? — ответ Фань Синь был безпощаден. Рядом с ней встали трое старших сестёр. Хотя ученицы секты Байхуа были исключительно девушками, с ними явно не стоило шутить.
Хэ Сянтянь потянул Цзо Яо за руку, пытаясь её успокоить. Эта девчонка хоть и выглядела неопытной, но её сила была вовсе не слабой.
Хэ Сянтянь потянул Цзо Яо за руку, пытаясь её успокоить. Эта девчонка хоть и выглядела неопытной, но её сила была вовсе не слабой.
Но Цзо Яо с силой отдёрнула руку и огрызнулась:
Но Цзо Яо с силой отдёрнула руку и огрызнулась:
— А ты чего вдруг сдал назад? Где твоё прежнее мужество?!
— А ты чего вдруг сдал назад? Где твоё прежнее мужество?!
Мужество? Я...
Мужество? Я...
Цинь Мин тем временем вышел из храма. Он обошёл всё внутри, но ничего примечательного, кроме сокровищ, не нашёл.
Цинь Мин тем временем вышел из храма. Он обошёл всё внутри, но ничего примечательного, кроме сокровищ, не нашёл.
— Не зацикливайтесь, двигайтесь дальше, — раздался голос остаточной души.
— Не зацикливайтесь, двигайтесь дальше, — раздался голос остаточной души.
Один из учеников секты Цинъюнь вскочил на крышу разрушенного храма и осмотрел окрестности. Спустя несколько мгновений он с удивлением закричал:
Один из учеников секты Цинъюнь вскочил на крышу разрушенного храма и осмотрел окрестности. Спустя несколько мгновений он с удивлением закричал:
— Впереди ещё один храм!
— Впереди ещё один храм!
Ученики секты Цинъюнь быстро сгребли все сокровища, не оставив ни единого. Их было много, и они вели себя заносчиво, словно забрать находки — их полное право.
Ученики секты Цинъюнь быстро сгребли все сокровища, не оставив ни единого. Их было много, и они вели себя заносчиво, словно забрать находки — их полное право.
— Прямо впереди! Быстрее, быстрее! — один из учеников спрыгнул с крыши разрушенного храма и сорвался с места, за ним — возбуждённые крики остальных, мчавшихся следом.
— Прямо впереди! Быстрее, быстрее! — один из учеников спрыгнул с крыши разрушенного храма и сорвался с места, за ним — возбуждённые крики остальных, мчавшихся следом.
Но в этот момент издалека донеслись жалобные, мучительные крики. Все тут же обернулись, вглядываясь в туманную даль.
Но в этот момент издалека донеслись жалобные, мучительные крики. Все тут же обернулись, вглядываясь в туманную даль.
— Не обращайте внимания, это наёмники дерутся, — равнодушно отмахнулась Цзо Яо и поторопила своих людей: — Живо вперёд! Не дайте Цинь Мину опередить нас!
— Не обращайте внимания, это наёмники дерутся, — равнодушно отмахнулась Цзо Яо и поторопила своих людей: — Живо вперёд! Не дайте Цинь Мину опередить нас!
— Осторожнее. Здесь могут быть и другие опасности, — негромко предупредил Цинь Мин Лин Сюэ и остальных, а затем сам двинулся следом за группой секты Цинъюнь.
— Осторожнее. Здесь могут быть и другие опасности, — негромко предупредил Цинь Мин Лин Сюэ и остальных, а затем сам двинулся следом за группой секты Цинъюнь.
Впереди действительно оказался ещё один храм — чуть крупнее прежнего, но также разрушенный, заваленный вековой пылью и обломками.
Впереди действительно оказался ещё один храм — чуть крупнее прежнего, но также разрушенный, заваленный вековой пылью и обломками.
Ученики секты Цинъюнь даже не попытались скрыть алчность. Они бросились рыться в завалах, готовые перевернуть всё вверх дном ради очередного трофея.
Ученики секты Цинъюнь даже не попытались скрыть алчность. Они бросились рыться в завалах, готовые перевернуть всё вверх дном ради очередного трофея.
Фань Синь с остальными тоже перестали ждать и начали действовать — пусть и не так нагло, но тоже успели заполучить несколько ценных предметов.
Фань Синь с остальными тоже перестали ждать и начали действовать — пусть и не так нагло, но тоже успели заполучить несколько ценных предметов.
А вот Цинь Мина эти вещи не интересовали. Он внимательно осмотрел храм, задержался у одной из стен, а затем молча пошёл дальше.
А вот Цинь Мина эти вещи не интересовали. Он внимательно осмотрел храм, задержался у одной из стен, а затем молча пошёл дальше.
— Там, впереди, ещё один! Быстрее, не дайте Цинь Мину захапать всё! — крикнула Цзо Яо и, не стесняясь, повела за собой десяток учеников, злобно покосившись на Цинь Мина, прежде чем скрыться в очередных руинах.
— Там, впереди, ещё один! Быстрее, не дайте Цинь Мину захапать всё! — крикнула Цзо Яо и, не стесняясь, повела за собой десяток учеников, злобно покосившись на Цинь Мина, прежде чем скрыться в очередных руинах.
Чем дальше они шли, тем больше разрушенных храмов встречалось на пути. В каждом находили духовные сокровища — по десятку и более, разные по форме и свойствам. Настоящая охота за сокровищами, и все были в восторге.
Чем дальше они шли, тем больше разрушенных храмов встречалось на пути. В каждом находили духовные сокровища — по десятку и более, разные по форме и свойствам. Настоящая охота за сокровищами, и все были в восторге.
Только Цинь Мин не участвовал в этой гонке. Он не боролся за трофеи, а у каждого храма лишь внимательно изучал стены, после чего спокойно уходил.
Только Цинь Мин не участвовал в этой гонке. Он не боролся за трофеи, а у каждого храма лишь внимательно изучал стены, после чего спокойно уходил.
— Что ты ищешь? — удивлённо спросила Лин Сюэ. Даже Яо’эр, наблюдавшая со стороны, нахмурилась. — Ты ведь не за сокровищами пришёл? Почему же тогда игнорируешь всё, что другие считают безценным?
— Что ты ищешь? — удивлённо спросила Лин Сюэ. Даже Яо’эр, наблюдавшая со стороны, нахмурилась. — Ты ведь не за сокровищами пришёл? Почему же тогда игнорируешь всё, что другие считают безценным?
— Мы уже прошли шесть храмов. Вы не заметили закономерность?
— Мы уже прошли шесть храмов. Вы не заметили закономерность?
— Какую ещё закономерность? Что все они развалены?
— Какую ещё закономерность? Что все они развалены?
— А я заметил, — с загадочной улыбкой ответил Цинь Мин.
— А я заметил, — с загадочной улыбкой ответил Цинь Мин.
Все разрушенные храмы выглядели одинаково обветшалыми, но с одной стороны — именно той, что была обращена к подводной пещере, — стены оставались почти нетронутыми. И на них угадывались размытые фрески.
Все разрушенные храмы выглядели одинаково обветшалыми, но с одной стороны — именно той, что была обращена к подводной пещере, — стены оставались почти нетронутыми. И на них угадывались размытые фрески.
Фреска за фреской, изображение за изображением — Цинь Мин запоминал их и постепенно воссоздавал в уме очертания всего этого пространства.
Фреска за фреской, изображение за изображением — Цинь Мин запоминал их и постепенно воссоздавал в уме очертания всего этого пространства.
Если он не ошибался, все эти рисунки складывались в карту. И где-то на этой карте могла скрываться подсказка... о Крыльях Вечности.
Если он не ошибался, все эти рисунки складывались в карту. И где-то на этой карте могла скрываться подсказка... о Крыльях Вечности.
— Цинь Мин, уйди с дороги, — с раздражением донёсся голос Цзо Яо. Она снова подошла вплотную и толкнула его.
— Цинь Мин, уйди с дороги, — с раздражением донёсся голос Цзо Яо. Она снова подошла вплотную и толкнула его.
Он и не шелохнулся.
Он и не шелохнулся.
— Это не территория секты Цинъюнь, — с усмешкой сказал он. — Зря ты пытаешься командовать тут, как дома.
— Это не территория секты Цинъюнь, — с усмешкой сказал он. — Зря ты пытаешься командовать тут, как дома.
— Я сказала: отойди. Ты встал прямо на моё сокровище! — Цзо Яо не собиралась спорить. Она снова грубо толкнула его. Её злило само его присутствие — раздражал взгляд, манера говорить, спокойствие.
— Я сказала: отойди. Ты встал прямо на моё сокровище! — Цзо Яо не собиралась спорить. Она снова грубо толкнула его. Её злило само его присутствие — раздражал взгляд, манера говорить, спокойствие.
Она просто терпеть не могла Цинь Мина.
Она просто терпеть не могла Цинь Мина.
Цинь Мин опустил взгляд и увидел под камнем у своих ног нефритовую чашу. Внутри чаши поблёскивали кристально чистые капли воды.
Цинь Мин опустил взгляд и увидел под камнем у своих ног нефритовую чашу. Внутри чаши поблёскивали кристально чистые капли воды.
Цзо Яо потянулась, чтобы схватить её, но Цинь Мин резко надавил ногой — раздался хруст, и чаша раскололась вдребезги.
Цзо Яо потянулась, чтобы схватить её, но Цинь Мин резко надавил ногой — раздался хруст, и чаша раскололась вдребезги.
— Ублюдок! Это было моё! — яростно завизжала Цзо Яо.
— Ублюдок! Это было моё! — яростно завизжала Цзо Яо.
— Ошибся. Ты не избалованная и надменная. Ты просто базарная баба, — хмыкнул он и прошёл мимо.
— Ошибся. Ты не избалованная и надменная. Ты просто базарная баба, — хмыкнул он и прошёл мимо.
— Стой! Возмести мне моё сокровище!
— Стой! Возмести мне моё сокровище!
— Хе-хе. Девочка, он ведь женщин не бьёт, так что не нарывайся, — Яо'эр мило улыбнулась.
— Хе-хе. Девочка, он ведь женщин не бьёт, так что не нарывайся, — Яо'эр мило улыбнулась.
— Я с тобой не разговаривала! — парировала Цзо Яо. Она совсем её не боялась: с ней были многочисленные соратники, а за спиной — Муронг Чон и другие. Кто бы посмел тронуть её?
— Я с тобой не разговаривала! — парировала Цзо Яо. Она совсем её не боялась: с ней были многочисленные соратники, а за спиной — Муронг Чон и другие. Кто бы посмел тронуть её?
— Цинь Мин женщин не трогает, а вот я — трогаю, — Яо'эр внезапно исчезла, оставив после себя лишь улыбчивый след, и тут же возникла за спиной у Цзо Яо.
— Цинь Мин женщин не трогает, а вот я — трогаю, — Яо'эр внезапно исчезла, оставив после себя лишь улыбчивый след, и тут же возникла за спиной у Цзо Яо.
Та еле заметно побледнела. Она только собиралась обернуться, но Яо'эр уже схватила её за шею. В её тело вторглась странная сила, полностью подавившая контроль над телом.
Та еле заметно побледнела. Она только собиралась обернуться, но Яо'эр уже схватила её за шею. В её тело вторглась странная сила, полностью подавившая контроль над телом.
Цзо Яо охватила паника. Она не могла пошевелиться, даже издать звук — ничего не слушалось.
Цзо Яо охватила паника. Она не могла пошевелиться, даже издать звук — ничего не слушалось.
— А девчонка-то симпатичная, — прошептала Яо'эр, высунув влажный розовый язычок и легко лизнув бледную мочку уха Цзо Яо. Затем тихонько рассмеялась.
— А девчонка-то симпатичная, — прошептала Яо'эр, высунув влажный розовый язычок и легко лизнув бледную мочку уха Цзо Яо. Затем тихонько рассмеялась.
Цзо Яо яростно пыталась сопротивляться, но тело не слушалось — будто она окаменела и теперь была игрушкой в чужих руках.
Цзо Яо яростно пыталась сопротивляться, но тело не слушалось — будто она окаменела и теперь была игрушкой в чужих руках.
Почему это происходит? Что со мной не так?
Почему это происходит? Что со мной не так?
Она начала паниковать. Хотела закричать, позвать на помощь — но не могла. Все остальные были заняты поисками сокровищ, и в этом уголке никто ничего не заметил. Она метнула в Яо'эр испепеляющий взгляд, пытаясь предупредить её, что если она пойдёт дальше, то поплатится за это.
Она начала паниковать. Хотела закричать, позвать на помощь — но не могла. Все остальные были заняты поисками сокровищ, и в этом уголке никто ничего не заметил. Она метнула в Яо'эр испепеляющий взгляд, пытаясь предупредить её, что если она пойдёт дальше, то поплатится за это.
— Просто маленькое предупреждение. Не лезь вперёд снова, — Яо'эр медленно коснулась изящной груди Цзо Яо.
— Просто маленькое предупреждение. Не лезь вперёд снова, — Яо'эр медленно коснулась изящной груди Цзо Яо.
Та вздрогнула, ясно услышав, как бешено застучало её сердце. Суставы начали смещаться. В теле вспыхнула раздирающая боль. Горло дёрнулось, словно для крика, но звука не последовало. Боль захлестнула всё тело — как будто её пожирали муравьи. Лоб покрылся потом, глаза расширились от ужаса и немой мольбы.
Та вздрогнула, ясно услышав, как бешено застучало её сердце. Суставы начали смещаться. В теле вспыхнула раздирающая боль. Горло дёрнулось, словно для крика, но звука не последовало. Боль захлестнула всё тело — как будто её пожирали муравьи. Лоб покрылся потом, глаза расширились от ужаса и немой мольбы.
Яо'эр с наслаждением наблюдала за её лицом:
Яо'эр с наслаждением наблюдала за её лицом:
— Хе-хе, ну как, нравится? Твои суставы медленно выходят из пазов, кости отделяются от плоти, сосуды начинают дёргаться. Но не бойся — ты не умрёшь. Просто захочешь умереть...
— Хе-хе, ну как, нравится? Твои суставы медленно выходят из пазов, кости отделяются от плоти, сосуды начинают дёргаться. Но не бойся — ты не умрёшь. Просто захочешь умереть...
Цзо Яо дрожала от боли, страха и унижения. Вся одежда прилипла к телу от пота.
Цзо Яо дрожала от боли, страха и унижения. Вся одежда прилипла к телу от пота.
— Женщинам не стоит быть такими дешёвыми. А если уж ведёшь себя как дешёвка — значит, урок необходим, — Яо'эр легко похлопала её по искажённому лицу. — Хочешь, чтобы я изуродовала твою мордашку, или...
— Женщинам не стоит быть такими дешёвыми. А если уж ведёшь себя как дешёвка — значит, урок необходим, — Яо'эр легко похлопала её по искажённому лицу. — Хочешь, чтобы я изуродовала твою мордашку, или...
— А-а-а! — внезапный крик донёсся снаружи. Все тут же замерли.
— А-а-а! — внезапный крик донёсся снаружи. Все тут же замерли.
Один из учеников как раз собирал сокровища, когда его внезапно отбросило мощным ударом. В тот же миг он почувствовал жуткую боль в животе. Опустив глаза, он увидел дыру размером с кулак.
Один из учеников как раз собирал сокровища, когда его внезапно отбросило мощным ударом. В тот же миг он почувствовал жуткую боль в животе. Опустив глаза, он увидел дыру размером с кулак.
Кто? Кто на меня напал?..
Кто? Кто на меня напал?..
Он попытался встать, но снова был сбит ударом — на этот раз в сердце. Его тело отлетело назад и с глухим звуком ударилось об землю. Он дёрнулся пару раз — и затих. В груди зияла ещё одна дыра, из которой фонтаном хлестала кровь.
Он попытался встать, но снова был сбит ударом — на этот раз в сердце. Его тело отлетело назад и с глухим звуком ударилось об землю. Он дёрнулся пару раз — и затих. В груди зияла ещё одна дыра, из которой фонтаном хлестала кровь.
Остальные ученики один за другим выбежали наружу. На улице, кроме тела погибшего, находились только Цинь Мин, Лин Сюэ и Тие Шанхэ.
Остальные ученики один за другим выбежали наружу. На улице, кроме тела погибшего, находились только Цинь Мин, Лин Сюэ и Тие Шанхэ.
— Цинь Мин! Да как ты посмел поднять руку на нашего ученика! — взревел Муронг Чон. Убитый был ему близок.
— Цинь Мин! Да как ты посмел поднять руку на нашего ученика! — взревел Муронг Чон. Убитый был ему близок.
Ученики окружили тело и стали проверять.
Ученики окружили тело и стали проверять.
— Он мёртв...
— Он мёртв...
Цинь Мин настороженно осматривался. Только что по воздуху пронеслись две полосы белого света — такие быстрые, что глаз не уловил ни их формы, ни следа.
Цинь Мин настороженно осматривался. Только что по воздуху пронеслись две полосы белого света — такие быстрые, что глаз не уловил ни их формы, ни следа.
[i] В материковом Китае 1 цзинь равен 500 граммам (0.5 кг) ;
[i] В материковом Китае 1 цзинь равен 500 граммам (0.5 кг) ;
«несколько тысяч цзиней» ориентировочно 1–3 тонны, несколько тонн.
«несколько тысяч цзиней» ориентировочно 1–3 тонны, несколько тонн.

Комментарии

Загрузка...