Том 1
Том 1
Глава 114: Меня Зовут Хуянь Чжуочжуо
Глава 114: Меня Зовут Хуянь Чжуочжуо
Перевод: kedaxx
Перевод: kedaxx
☆
☆
Не добившись нужных сведений от Цинь Мина, Нангон Чан переключила внимание на Цинь Яна и Ли Линдай.
Не добившись нужных сведений от Цинь Мина, Нангон Чан переключила внимание на Цинь Яна и Ли Линдай.
Однако уже на следующий день эти двое внезапно закрылись в своих покоях, отказавшись от посещений. Официальная причина — душевное истощение и сильное горе, требующее тщательного восстановления.
Однако уже на следующий день эти двое внезапно закрылись в своих покоях, отказавшись от посещений. Официальная причина — душевное истощение и сильное горе, требующее тщательного восстановления.
Нангон Чан не желала прибегать к насилию и потому вежливо откланялась, велев ежедневно присылать им питательные снадобья, чтобы и дальше укреплять отношения.
Нангон Чан не желала прибегать к насилию и потому вежливо откланялась, велев ежедневно присылать им питательные снадобья, чтобы и дальше укреплять отношения.
Три дня подряд семья Нангон не добилась ни малейшего результата. Вместо этого их людей Ту Вэй втянул в работы по расчистке Древнего Города Гром.
Три дня подряд семья Нангон не добилась ни малейшего результата. Вместо этого их людей Ту Вэй втянул в работы по расчистке Древнего Города Гром.
С тех пор как Ту Вэй заподозрил, что семья Нангон может быть причастна к событиям тех лет, он перестал сдерживаться.
С тех пор как Ту Вэй заподозрил, что семья Нангон может быть причастна к событиям тех лет, он перестал сдерживаться.
— Раз вы такие рьяные, — с вежливой улыбкой говорил он, — пожалуйста, давайте сюда: таскайте кирпичи, копайте ямы, убирайте мусор.
— Раз вы такие рьяные, — с вежливой улыбкой говорил он, — пожалуйста, давайте сюда: таскайте кирпичи, копайте ямы, убирайте мусор.
Он без зазрения совести превратил целую армию в бригаду разнорабочих. Причём каждый раз вежливо благодарил и с улыбкой раздавал приказы, не оставляя семье Нангон повода отказаться.
Он без зазрения совести превратил целую армию в бригаду разнорабочих. Причём каждый раз вежливо благодарил и с улыбкой раздавал приказы, не оставляя семье Нангон повода отказаться.
На четвёртый день Нангон Чан вновь пришла навестить Цинь Мина. Но едва переступила порог двора, как остановилась. Её губы приоткрылись от изумления, а сама она застыла на месте, поражённо глядя на фигуру в центре двора.
На четвёртый день Нангон Чан вновь пришла навестить Цинь Мина. Но едва переступила порог двора, как остановилась. Её губы приоткрылись от изумления, а сама она застыла на месте, поражённо глядя на фигуру в центре двора.
На качающемся кресле в лучах солнца беззаботно покоился круглый человек.
На качающемся кресле в лучах солнца беззаботно покоился круглый человек.
Его голова — абсолютно гладкая, блестящая и без единого волоска: ни волос, ни бороды, ни даже бровей — словно очищенное яйцо, белое и чистое. Всё его тело было округлым, и с каждым раскачиванием кресла плоть под одеждой перекатывалась, создавая не бурлящие волны, но по меньшей мере лёгкую зыбь.
Его голова — абсолютно гладкая, блестящая и без единого волоска: ни волос, ни бороды, ни даже бровей — словно очищенное яйцо, белое и чистое. Всё его тело было округлым, и с каждым раскачиванием кресла плоть под одеждой перекатывалась, создавая не бурлящие волны, но по меньшей мере лёгкую зыбь.
Руки и ноги были пухлыми, а сам он раскинулся в кресле, лёжа навзничь, словно гигантский ленивец.
Руки и ноги были пухлыми, а сам он раскинулся в кресле, лёжа навзничь, словно гигантский ленивец.
Нангон Чан остолбенела: что это за диковинное существо?
Нангон Чан остолбенела: что это за диковинное существо?
— Вы... — Она приблизилась. Ни о ком подобном в семье Цинь ей слышать не доводилось.
— Вы... — Она приблизилась. Ни о ком подобном в семье Цинь ей слышать не доводилось.
— О, здравствуйте! Вы должно быть Нангон Чан, — бодро раскачался в кресле Хуянь Чжуочжуо. Вероятно, он слишком глубоко увяз в сиденье, потому что потребовалось четыре или пять попыток, прежде чем он наконец-то поднялся. Он прищурился, мило улыбнулся — и выглядел при этом до смешного простодушно.
— О, здравствуйте! Вы должно быть Нангон Чан, — бодро раскачался в кресле Хуянь Чжуочжуо. Вероятно, он слишком глубоко увяз в сиденье, потому что потребовалось четыре или пять попыток, прежде чем он наконец-то поднялся. Он прищурился, мило улыбнулся — и выглядел при этом до смешного простодушно.
— Вы меня знаете?
— Вы меня знаете?
— Конечно. Благородная дочь семьи Нангон из Цзинь Янь Сити. Приятно познакомиться, — Хуянь Чжуочжуо протянул пухлую ладонь для рукопожатия.
— Конечно. Благородная дочь семьи Нангон из Цзинь Янь Сити. Приятно познакомиться, — Хуянь Чжуочжуо протянул пухлую ладонь для рукопожатия.
Нангон Чан окинула взглядом его белую, пухлую руку и отступила на два шага:
Нангон Чан окинула взглядом его белую, пухлую руку и отступила на два шага:
— А вы кто такой?
— А вы кто такой?
Хуянь Чжуочжуо хохотнул, ничуть не смутившись, и спокойно опустил руку:
Хуянь Чжуочжуо хохотнул, ничуть не смутившись, и спокойно опустил руку:
— Я друг Цинь Мина.
— Я друг Цинь Мина.
— Друг Цинь Мина? Почему я вас раньше не видела?
— Друг Цинь Мина? Почему я вас раньше не видела?
— Потому что я прибыл только сегодня.
— Потому что я прибыл только сегодня.
— Как вы вообще сюда попали? Ведь ворота города опечатаны.
— Как вы вообще сюда попали? Ведь ворота города опечатаны.
— Меня провёл Ту Вэй.
— Меня провёл Ту Вэй.
— Зачем вы здесь?
— Зачем вы здесь?
Нангон Чан была изящной и утончённой, с фарфорово-белой кожей, особенно подчёркиваемой стройной шеей. Казалась мягкой и спокойной, но взгляд, которым она одарила Хуянь Чжуочжуо, ясно выражал презрение.
Нангон Чан была изящной и утончённой, с фарфорово-белой кожей, особенно подчёркиваемой стройной шеей. Казалась мягкой и спокойной, но взгляд, которым она одарила Хуянь Чжуочжуо, ясно выражал презрение.
— Помогаю Цинь Мину восстанавливать Древний Город Гром, — с доброй улыбкой ответил тот.
— Помогаю Цинь Мину восстанавливать Древний Город Гром, — с доброй улыбкой ответил тот.
— Вы? Восстанавливать город? Чем именно? — насмешка промелькнула в её голосе.
— Вы? Восстанавливать город? Чем именно? — насмешка промелькнула в её голосе.
— Открываем лавки, возводим новые здания, прокладываем дороги... Я уже составил список.
— Открываем лавки, возводим новые здания, прокладываем дороги... Я уже составил список.
Нангон Чан поняла: торговец. Просто почувствовал запах выгоды на стройке.
Нангон Чан поняла: торговец. Просто почувствовал запах выгоды на стройке.
— У вас нюх, — сказала она. — Приметили деловую жилку в реконструкции Древнего Города Гром.
— У вас нюх, — сказала она. — Приметили деловую жилку в реконструкции Древнего Города Гром.
— Что вы! Я просто хочу помочь. Мы ведь друзья, в конце концов, — Хуянь Чжуочжуо снова беззаботно улыбнулся. Его облик был настолько необычен, что сначала вызывал недоумение, но с каждой минутой начинал казаться даже... симпатичным.
— Что вы! Я просто хочу помочь. Мы ведь друзья, в конце концов, — Хуянь Чжуочжуо снова беззаботно улыбнулся. Его облик был настолько необычен, что сначала вызывал недоумение, но с каждой минутой начинал казаться даже... симпатичным.
— Из какой вы торговой гильдии? — в глазах Нангон Чан презрение стало ещё явственнее.
— Из какой вы торговой гильдии? — в глазах Нангон Чан презрение стало ещё явственнее.
— Ах, мелкая, незаметная. Не стоит и упоминания, — Хуянь Чжуочжуо скромно кивнул.
— Ах, мелкая, незаметная. Не стоит и упоминания, — Хуянь Чжуочжуо скромно кивнул.
— Вам лучше уйти.
— Вам лучше уйти.
— А?
— А?
— Тебе лучше уйти. Древний Город Гром не нуждается во вмешательстве торговых гильдий. Да и средств у тебя нет, — холодно произнесла Нангон Чан.
— Тебе лучше уйти. Древний Город Гром не нуждается во вмешательстве торговых гильдий. Да и средств у тебя нет, — холодно произнесла Нангон Чан.
— А мы попробуем, — беззаботно ответил Хуянь Чжуочжуо.
— А мы попробуем, — беззаботно ответил Хуянь Чжуочжуо.
— Если я сказала "нет", значит — нет. Нам достаточно Цзинь Янь Сити.
— Если я сказала "нет", значит — нет. Нам достаточно Цзинь Янь Сити.
— Я друг Цинь Мина, — Хуянь Чжуочжуо почесал свою идеально гладкую лысину.
— Я друг Цинь Мина, — Хуянь Чжуочжуо почесал свою идеально гладкую лысину.
— Безполезно пытаться угодить Цинь Мину. Обращайся к тем, к кому действительно надо, — в голосе Нангон Чан прозвучал тонкий намёк. Цинь Мину сейчас были нужны не просто торговцы, а те, кто мог бы укрепить оборону города. Однако если бы гильдия Хуяня была готова щедро одарить семью Нангон, она могла бы изменить своё решение.
— Безполезно пытаться угодить Цинь Мину. Обращайся к тем, к кому действительно надо, — в голосе Нангон Чан прозвучал тонкий намёк. Цинь Мину сейчас были нужны не просто торговцы, а те, кто мог бы укрепить оборону города. Однако если бы гильдия Хуяня была готова щедро одарить семью Нангон, она могла бы изменить своё решение.
Хуянь Чжуочжуо был вовсе не так прост, как выглядел, и с лёгкостью уловил скрытый подтекст. Он лишь усмехнулся:
Хуянь Чжуочжуо был вовсе не так прост, как выглядел, и с лёгкостью уловил скрытый подтекст. Он лишь усмехнулся:
— Мне не нужно никому угождать.
— Мне не нужно никому угождать.
— Жаль, — спокойно ответила Нангон Чан и прошла мимо него, направляясь к комнате Цинь Мина.
— Жаль, — спокойно ответила Нангон Чан и прошла мимо него, направляясь к комнате Цинь Мина.
— Цинь Мин в уединении. Он не хочет, чтобы его безпокоили, — напомнил ей Хуянь Чжуочжуо.
— Цинь Мин в уединении. Он не хочет, чтобы его безпокоили, — напомнил ей Хуянь Чжуочжуо.
— Уединение? В такое-то время?
— Уединение? В такое-то время?
Скрип!
Скрип!
Дверь распахнулась, и на пороге появился Цинь Мин. Он был свеж, полон сил и излучал бодрость. Улыбка на лице, уверенность в каждом шаге — видно было, что он достиг некоего важного рубежа.
Дверь распахнулась, и на пороге появился Цинь Мин. Он был свеж, полон сил и излучал бодрость. Улыбка на лице, уверенность в каждом шаге — видно было, что он достиг некоего важного рубежа.
— Получилось? — с надеждой спросил Хуянь Чжуочжуо. Он прибыл только этим утром и был немало удивлён, услышав, что Цинь Мин вновь ушёл в закрытие. Такая скорость — просто невероятна. Если тому действительно удалось прорваться, его отец будет в восторге. В конце концов, они вложились не в Город Грома, а в самого Цинь Мина. Чем сильнее он становился, тем надёжнее было их вложение.
— Получилось? — с надеждой спросил Хуянь Чжуочжуо. Он прибыл только этим утром и был немало удивлён, услышав, что Цинь Мин вновь ушёл в закрытие. Такая скорость — просто невероятна. Если тому действительно удалось прорваться, его отец будет в восторге. В конце концов, они вложились не в Город Грома, а в самого Цинь Мина. Чем сильнее он становился, тем надёжнее было их вложение.
— Получилось! — Цинь Мин кивнул, глаза его сияли от возбуждения. После трёх дней и ночей непрерывной медитации, без сна и отдыха, он продемонстрировал поистине феноменальные способности к восприятию техник: овладел третьей формой Канона Великой Эволюции Меча и двумя первыми разделами Истины Малого Хаоса Грома. Но самым большим сюрпризом для него стало постижение Клинка Асуры.
— Получилось! — Цинь Мин кивнул, глаза его сияли от возбуждения. После трёх дней и ночей непрерывной медитации, без сна и отдыха, он продемонстрировал поистине феноменальные способности к восприятию техник: овладел третьей формой Канона Великой Эволюции Меча и двумя первыми разделами Истины Малого Хаоса Грома. Но самым большим сюрпризом для него стало постижение Клинка Асуры.
Он чувствовал, как энергия бурлит в теле, словно неудержимая река.
Он чувствовал, как энергия бурлит в теле, словно неудержимая река.
Переход от Сферы Боевого Духа к Абсолютной Боевой Сфере был настоящим скачком, преобразующим всю сущность культиватора!
Переход от Сферы Боевого Духа к Абсолютной Боевой Сфере был настоящим скачком, преобразующим всю сущность культиватора!
Хуянь Чжуочжуо не сдержал восхищения и поднял большой палец вверх:
Хуянь Чжуочжуо не сдержал восхищения и поднял большой палец вверх:
— Впечатляет!
— Впечатляет!
— Цинь Мин, что именно получилось? — мягко спросила Нангон Чан, по-прежнему сохраняя утончённую манеру. Она казалась спокойной и доброжелательной, но за её вежливым интересом чувствовалась ревнивая настороженность.
— Цинь Мин, что именно получилось? — мягко спросила Нангон Чан, по-прежнему сохраняя утончённую манеру. Она казалась спокойной и доброжелательной, но за её вежливым интересом чувствовалась ревнивая настороженность.
— Хорошие новости, — с улыбкой ответил он.
— Хорошие новости, — с улыбкой ответил он.
— Всё ещё что-то скрываешь от меня...
— Всё ещё что-то скрываешь от меня...
В этот момент к ним стремительно подошёл Нангон Яо. Лицо его было мрачно и серьёзно:
В этот момент к ним стремительно подошёл Нангон Яо. Лицо его было мрачно и серьёзно:
— Случилось нечто важное.
— Случилось нечто важное.
— Что именно? — насторожился Цинь Мин.
— Что именно? — насторожился Цинь Мин.
— У южных ворот собрался отряд из более чем тысячи человек. Они заявили, что принадлежат к клану Хуянь и требуют впустить их в город.
— У южных ворот собрался отряд из более чем тысячи человек. Они заявили, что принадлежат к клану Хуянь и требуют впустить их в город.
— Клан Хуянь? Какой именно? — в голосе Нангон Чан проскользнуло сомнение.
— Клан Хуянь? Какой именно? — в голосе Нангон Чан проскользнуло сомнение.
— Самая крупная торговая ассоциация Северного Региона — Ассоциация Мириады Сокровищ! — ответ прозвучал, словно гром среди ясного неба.
— Самая крупная торговая ассоциация Северного Региона — Ассоциация Мириады Сокровищ! — ответ прозвучал, словно гром среди ясного неба.
— Зачем они пришли? — нахмурилась Нангон Чан. Имя «Хуянь» ещё не вызывало у неё особых ассоциаций, но Ассоциация Мириады Сокровищ была поистине громким именем, которое знали даже дети. В Северном Регионе, помимо Восьми Сект и Пяти Королей, существовали иные, не менее ужасающие силы — семья Ци из города У Лин, печально известная Долина Жёлтого Клёна, специализирующаяся на наёмных убийствах, и, разумеется, клан Тие, о котором говорили, что он превзошёл все фракции и правил вне структуры мирского мира.
— Зачем они пришли? — нахмурилась Нангон Чан. Имя «Хуянь» ещё не вызывало у неё особых ассоциаций, но Ассоциация Мириады Сокровищ была поистине громким именем, которое знали даже дети. В Северном Регионе, помимо Восьми Сект и Пяти Королей, существовали иные, не менее ужасающие силы — семья Ци из города У Лин, печально известная Долина Жёлтого Клёна, специализирующаяся на наёмных убийствах, и, разумеется, клан Тие, о котором говорили, что он превзошёл все фракции и правил вне структуры мирского мира.
Филиалы Ассоциации Мириады Сокровищ раскинулись по всему Северному Региону, а её влияние простиралось даже за его пределы. Ходили слухи, что даже глава Секты Лазурного Облака лично проявлял почтение к патриарху семьи Хуянь.
Филиалы Ассоциации Мириады Сокровищ раскинулись по всему Северному Региону, а её влияние простиралось даже за его пределы. Ходили слухи, что даже глава Секты Лазурного Облака лично проявлял почтение к патриарху семьи Хуянь.
— Подробности пока неизвестны. Отец уже спешит к воротам и начал переговоры, — доложил Нангон Яо.
— Подробности пока неизвестны. Отец уже спешит к воротам и начал переговоры, — доложил Нангон Яо.
— Пойдём посмотрим, — твёрдо сказала Нангон Чан, ощущая тревожный холодок в груди. Если Ассоциация Мириады Сокровищ действительно решила вмешаться в восстановление Древнего Города Грома ... у Цзинь Янь Сити возникнут серьёзные проблемы. Их статус и влияние не могли сравниться с такой колоссальной силой. Отказать им — значило бросить вызов империи богатства и связей.
— Пойдём посмотрим, — твёрдо сказала Нангон Чан, ощущая тревожный холодок в груди. Если Ассоциация Мириады Сокровищ действительно решила вмешаться в восстановление Древнего Города Грома ... у Цзинь Янь Сити возникнут серьёзные проблемы. Их статус и влияние не могли сравниться с такой колоссальной силой. Отказать им — значило бросить вызов империи богатства и связей.
Зачем же они явились? — в голове у неё вертелось множество мыслей, и каждая казалась тревожнее предыдущей.
Зачем же они явились? — в голове у неё вертелось множество мыслей, и каждая казалась тревожнее предыдущей.
Цинь Мин прищурился. В его взгляде сквозила не просто настороженность — он чувствовал, что за этим визитом кроется куда больше, чем просто торговый интерес.
Цинь Мин прищурился. В его взгляде сквозила не просто настороженность — он чувствовал, что за этим визитом кроется куда больше, чем просто торговый интерес.
Цинь Мин и Хуянь Чжуочжуо обменялись взглядами, слегка улыбнулись и последовали за остальными.
Цинь Мин и Хуянь Чжуочжуо обменялись взглядами, слегка улыбнулись и последовали за остальными.
Перед тем как покинуть особняк городского правителя, убедившись, что поблизости никого нет, Цинь Мин вполголоса произнёс:
Перед тем как покинуть особняк городского правителя, убедившись, что поблизости никого нет, Цинь Мин вполголоса произнёс:
— Те, кто уничтожил клан Цинь... Возможно, это была семья Нангон.
— Те, кто уничтожил клан Цинь... Возможно, это была семья Нангон.
Глаза Хуянь Чжуочжуо сузились, но на лице осталась прежняя добродушная улыбка. Не выказывая ни удивления, ни тревоги, он весело двинулся следом за Цинь Мином прочь из особняка.
Глаза Хуянь Чжуочжуо сузились, но на лице осталась прежняя добродушная улыбка. Не выказывая ни удивления, ни тревоги, он весело двинулся следом за Цинь Мином прочь из особняка.
За городскими воротами раскинулся огромный караван: более трёх сотен повозок и свыше тысячи человек выстроились длинной змеёй, уходящей вглубь дикого простора. Впереди высоко реяли два флага — Торговой Ассоциации «Мириады Сокровищ» и клана Хуянь. Стражи были едва заметны, но в них и не было особой нужды — одних лишь знамён было достаточно, чтобы отбить охоту у большинства разбойников даже приблизиться.
За городскими воротами раскинулся огромный караван: более трёх сотен повозок и свыше тысячи человек выстроились длинной змеёй, уходящей вглубь дикого простора. Впереди высоко реяли два флага — Торговой Ассоциации «Мириады Сокровищ» и клана Хуянь. Стражи были едва заметны, но в них и не было особой нужды — одних лишь знамён было достаточно, чтобы отбить охоту у большинства разбойников даже приблизиться.
На самом переднем краю стоял гигант — трёхметровый исполин, укутанный в чёрную шерсть, с мускулами, будто сросшимися из змеиных спиралей. Его тело пышало силой, будто внутри него бурлило пламя. Уродливое, звероподобное лицо казалось высеченным из скал, а в огромной лапе он сжимал толстый посох, отливающий золотом — от него исходило устрашающее, давящее присутствие.
На самом переднем краю стоял гигант — трёхметровый исполин, укутанный в чёрную шерсть, с мускулами, будто сросшимися из змеиных спиралей. Его тело пышало силой, будто внутри него бурлило пламя. Уродливое, звероподобное лицо казалось высеченным из скал, а в огромной лапе он сжимал толстый посох, отливающий золотом — от него исходило устрашающее, давящее присутствие.
Нюй Дахай!
Нюй Дахай!
Один из трёх личных телохранителей патриарха Хуянь, гроза Северного Региона. Его узнавали по внушительным габаритам, взрывному нраву и весомому положению в клане. Всякий, кто слышал его имя, дважды подумал бы, прежде чем встать поперёк дороги.
Один из трёх личных телохранителей патриарха Хуянь, гроза Северного Региона. Его узнавали по внушительным габаритам, взрывному нраву и весомому положению в клане. Всякий, кто слышал его имя, дважды подумал бы, прежде чем встать поперёк дороги.
На городской стене стоял Нангон Чэньи, нахмурившись, как перед бурей. Зачем прибыл караван Хуянь? Уж не вознамерились ли они урвать свою долю в восстановлении Древнего Города Гром? Но если так, почему они прислали Нюй Дахая?
На городской стене стоял Нангон Чэньи, нахмурившись, как перед бурей. Зачем прибыл караван Хуянь? Уж не вознамерились ли они урвать свою долю в восстановлении Древнего Города Гром? Но если так, почему они прислали Нюй Дахая?
— Городской правитель Нангон, откройте ворота. Почему они всё ещё заперты? — к стене подошёл взволнованный Ту Вэй.
— Городской правитель Нангон, откройте ворота. Почему они всё ещё заперты? — к стене подошёл взволнованный Ту Вэй.
— Для начала нужно понять, с какой целью они прибыли, — мрачно ответил Нангон Чэньи.
— Для начала нужно понять, с какой целью они прибыли, — мрачно ответил Нангон Чэньи.
— Это же торговый караван! Очевидно, что хотят открыть лавки.
— Это же торговый караван! Очевидно, что хотят открыть лавки.
— Ты слишком просто мыслишь, — покачал головой Чэнь И. — Хотя семья Хуянь и зовётся Торговой Ассоциацией, за последние годы они воспитали множество боевых мастеров. Им уже недостаточно лишь торговли.
— Ты слишком просто мыслишь, — покачал головой Чэнь И. — Хотя семья Хуянь и зовётся Торговой Ассоциацией, за последние годы они воспитали множество боевых мастеров. Им уже недостаточно лишь торговли.
— Ты думаешь, они хотят захватить Древний Город Гром?
— Ты думаешь, они хотят захватить Древний Город Гром?
— Это весьма вероятно.
— Это весьма вероятно.
Ту Вэй нарочно приподнял брови и с притворным недоумением спросил:
Ту Вэй нарочно приподнял брови и с притворным недоумением спросил:
— И как вы собираетесь им отказать? Просто держать у ворот и делать вид, будто их не существует? Не боитесь, что обидите их?
— И как вы собираетесь им отказать? Просто держать у ворот и делать вид, будто их не существует? Не боитесь, что обидите их?
Нангон Чэньи задумался на мгновение, затем холодно ответил:
Нангон Чэньи задумался на мгновение, затем холодно ответил:
— Так или иначе, впускать их нельзя.
— Так или иначе, впускать их нельзя.
В душе Ту Вэй лишь усмехнулся. Боишься, что они разрушат твои планы? — пронеслось у него в голове. Он быстро нашёл, как надавить:
В душе Ту Вэй лишь усмехнулся. Боишься, что они разрушат твои планы? — пронеслось у него в голове. Он быстро нашёл, как надавить:
— Наш молодой господин находится в очень хороших отношениях с семьёй Хуянь. Может, позволим ему выйти и переговорить?
— Наш молодой господин находится в очень хороших отношениях с семьёй Хуянь. Может, позволим ему выйти и переговорить?
Нангон Чэньи бросил на него косой взгляд. Хвастаешься своими связями? — мелькнуло у него в мыслях. Но вслух он сказал:
Нангон Чэньи бросил на него косой взгляд. Хвастаешься своими связями? — мелькнуло у него в мыслях. Но вслух он сказал:
— Сам с ним поговорю. Для начала нужно выяснить, в чём дело.
— Сам с ним поговорю. Для начала нужно выяснить, в чём дело.
Настройки чтения
Размер
18
Шрифт
Выравнивание
Тема
Интервал
1.7
Ширина
Оригинал текста
Отметки прогресса
Бог Асура — Главы
Список глав загрузится при открытии.
Комментарии
Войдите, чтобы оставить комментарий.