Юньхай.
Торговый центр «Оск».
Всего восемь утра, а здесь уже яблоку негде упасть.
Шум, гам, невообразимое оживление.
Все потому, что именно здесь должно состояться математическое состязание общенационального масштаба.
Пусть статус соревнований и не самый высокий, для любого истинного любителя математики этот вызов – событие, которое нельзя пропустить.
К тому же за первое место полагался солидный куш: двести тысяч юаней. Для обычной семьи это доход за год, а то и за два.
Стоило Лу Чэню выйти из машины, как рядом раздался нежный женский голос.
— Лу... Лу Чэнь?
Он обернулся.
Ли Цзинъя, слегка порозовев, несмело глядела на него. Сегодня на ней была розовая футболка и белые короткие шорты. На чистом лице – ни капли косметики. От всей ее фигуры исходила какая-то первозданная, искренняя красота.
— Ли Цзинъя, какая встреча, — улыбнулся Лу Чэнь своей самой обаятельной улыбкой.
Девушка кивнула, заметно нервничая:
— Да, и правда... Какое совпадение.
— Послушай... Пойдем вместе к месту проведения? Я раньше часто подрабатывала в этом торговом центре и знаю, где есть черный ход.
Лу Чэнь взглянул на главный вход – огромные двери были буквально замурованы толпой. Он кивнул, и они вместе с Ли Цзинъя направились в обход.
Как говорится, мир тесен.
Не успели они сделать и пары шагов, как навстречу им вышла Бай Ваньюэ. Ее сопровождали пять человек в очках. Каждый прижимал к груди стопки книг – вид у них был самый что ни на есть ученый.
Бай Ваньюэ, разумеется, тоже заметила парочку. Нахмурившись, она тут же пошла в атаку, и в воздухе запахло порохом:
— Лу Чэнь, тебе не кажется, что это уже чересчур? Решил и здесь устроить свой спектакль?
Лу Чэнь лишь вскинул брови:...??
Человеческая натура – штука порой паршивая.
До его «перерождения» Лу Чэнь стелился перед ней ковриком, из кожи вон лез, чтобы угодить. А Бай Ваньюэ и слова ему в ответ не цедила. Теперь же, когда он и смотреть в ее сторону не хотел, она сама каждый раз лезла на рожон.
Пусть ничего хорошего она не говорила, но в прежние времена Лу Чэнь от такого внимания светился бы от счастья весь день.
— Слышишь, Бай, я здесь ради математики, а не ради тебя, — не выдержал Лу Чэнь. — Поумерь самовлюбленность, а?
Ему не хотелось опускаться до ее уровня, но девица входила в раж. Каждая встреча начиналась с порции яда в его адрес. «Я тебе денег не должен, – подумал он, – с чего я обязан это терпеть?»
Эти слова окончательно вывели Бай Ваньюэ из себя.
— Лу Чэнь, я не хочу тебя разоблачать при всех. Умей же ты проигрывать достойно! С теми жалкими крохами знаний в твоей голове ты всерьез заявляешь, что пришел соревноваться? Ты хоть одну книгу в руках держал? К тому же на такие конкурсы приходят с командами. Позволь спросить: и где же твои люди?
Математические конкурсы отличались от обычных экзаменов. Задания в них зачастую граничили с мировыми научными проблемами. Поэтому формат допускал использование справочников и командное обсуждение. Участвовали даже команды с искусственным интеллектом.
В таких условиях одиночки были обречены. Участники сбивались в группы: студенты с сокурсниками или преподавателями. Те, кто побогаче, нанимали «знаменитых мастеров» для поддержки.
Бай Ваньюэ относилась к последним. Пятеро сопровождающих были приглашенными ею асами математики.
Лу Чэнь лишь усмехнулся про себя. «С моими-то способностями мирового уровня – и звать кого-то на помощь? Да если бы сам Эйнштейн пришел, он бы у меня сигаретку стрелял».
Логика логикой, но обида взяла свое. Лу Чэнь перевел взгляд на мастеров рядом с Бай Ваньюэ и спросил:
— Сколько она вам заплатила? Я готов выложить в двойном размере, если пойдете ко мне.
Бай Ваньюэ опешила. Этот мерзавец... Прямо у нее на глазах переманивает людей! Какая беспардонность!
Мастера переглянулись, но никто даже не удостоил его ответом. Видя это, Лу Чэнь поднял руку, растопырив пальцы:
— В пятикратном размере.
— Ты... — Бай Ваньюэ заскрежетала зубами от ярости.
Она потратила пятьсот тысяч юаней, чтобы собрать эту команду. Пятикратный размер – это два с половиной миллиона. Сама она еще школу не окончила, и карманных денег у нее было всего-то несколько десятков тысяч в месяц. Эти полмиллиона она копила очень долго.
Она мечтала поступить в университет, найти работу, стать самостоятельной и полностью порвать с кланом Бай. При таком раскладе она ни за что не стала бы просить денег у семьи. Если эти пятеро сейчас дрогнут и согласятся, она ничего не сможет поделать.
Лу Чэнь прекрасно это понимал. Именно поэтому он и задрал цену.
Наконец один из мастеров холодно усмехнулся:
— Мальчик, у тебя отличное чувство юмора. Мы посвятили математике долгие годы. Деньги для нас – дело десятое, куда важнее репутация и честное имя. Так что прекращай эти детские попытки оскорбить нас своими подачками, будь любезен.
Лу Чэнь выслушал это с каменным лицом. Пошарив в кармане, он выудил черную золотую карту с драконом.
— На счету пятьдесят миллионов. Если согласны – каждый получит по десять. Не хотите – воля ваша, я никого не неволю.
С этими словами он собрался было убрать карту обратно. Но внезапно обнаружил, что рука его пуста. Подняв глаза, он увидел: карта уже была в руках у «мастеров».
Лу Чэнь остолбенел. «Ничего себе, ворюги... У математиков всегда такая реакция?»
Пятеро знатоков разглядывали карту, и лица их сияли, как начищенные медные тазы.
— Мы не то чтобы любим деньги, — начал один из них, — но ваша искренность нас покорила. Математика крайне нуждается в таких меценатах. Не беспокойтесь, молодой человек, мы профессионалы. С нами первое место у вас в кармане!
Глядя на эти переменившиеся физиономии, Бай Ваньюэ едва не лопнула от злости. Ее лицо стало пунцовым, как зад макаки.
— Лу Чэнь! Ты... ты самый бесчестный, самый беспардонный гад, которого я когда-либо встречала!
— Ну вот, теперь у меня есть команда, — безучастно ответил Лу Чэнь. — Теперь ты веришь, что я пришел за победой?
Хорошо-то как! Осадил так осадил!
Стоявшая рядом Ли Цзинъя окончательно лишилась дара речи. Вот он какой – мир богачей? Она за час работы получала сущие копейки, а Лу Чэнь вот так запросто швыряется пятьюдесятью миллионами? Да она бы даже ритуальные деньги для покойников так не жгла.
Пока Бай Ваньюэ кипела от ярости, готовая пустить в ход кулаки, с неба донесся нарастающий гул лопастей. Шум был такой силы, что все вокруг невольно задрали головы.
Вертолет сделал пару кругов над торговым центром и плавно опустился на травяной газон неподалеку. Когда дверь открылась, наружу вышел молодой человек с весьма незаурядной выправкой.
— Юэ-эр! — Крикнул он в сторону Лу Чэня и компании, после чего прямиком направился к ним.
Услышав этот голос, Бай Ваньюэ присмотрелась и просияла:
— Братец Ба!
Они встретились как старые добрые друзья после долгой разлуки.
— Братец Ба, ты же должен быть в Столице, на учебе. Как ты здесь оказался?
— Еще спрашиваешь! Услышал, что ты участвуешь в конкурсе, и примчался на вертолете прямо ночью!
Договорив, Ба похлопал себя по груди:
— Не волнуйся, пока я здесь, первое место в таких состязаниях – плевое дело.
— Спасибо тебе, братец Ба, — растроганно произнесла девушка. — Я ведь помню, как в детстве ты всегда помогал мне с трудными задачками.
— Ну еще бы! Помогал тогда, помогу и сейчас, и впредь буду помогать, — самодовольно изрек тот.
Лу Чэнь присмотрелся к нему. Лицо казалось смутно знакомым, но он никак не мог вспомнить, кто это.
В это время пятеро нанятых им мастеров подошли к Ба. На их лицах отразилось крайнее изумление.
— Вы... Вы тот самый Баг? Гений математики, три года подряд бравший золото на мировых первенствах? — Взволнованно выпалил один из них.
Ба покровительственно улыбнулся:
— О, вы не ошиблись. Баг – это я.
Мастера окончательно потеряли голову от восторга:
— Боже мой! В кругах исследователей ваше имя гремит повсюду! Впервые видим вас вживую... Это такая честь! Позвольте после конкурса сделать с вами фото!
— Без проблем, — небрежно махнул рукой Ба.
Тут же пятеро мастеров строем двинулись к Лу Чэню. Они протянули ему его черную карту.
— Парень, боимся, сегодня мы не сможем быть вашей командой. И если вы рассчитывали на победу, мой вам совет – сдавайтесь сразу. Раз участвует Баг, исход предрешен. Мы не хотим позорить свою профессиональную карьеру безнадежным делом.
Лу Чэнь с невозмутимым видом забрал карту.
Надо же. Хотел потратить немного деньжат, чтобы выпустить пар, а в итоге сэкономил пятьдесят миллионов. Для него наличие этих «мастеров» погоды не делало. Он и сам мог взять золото.
Не то чтобы он так уж жаждал титула, но он догадывался: чем выше место, тем жирнее будет награда от Системы. А это отличный шанс накрутить себе продолжительность жизни. Глядишь, и еще какой-нибудь артефакт вроде Зелья совершенства перепадет.
— Юэ-эр, а это кто? — Кивнул Ба в сторону Лу Чэня с нескрываемым пренебрежением.
Он специально кружил над центром на вертолете, выискивая Бай Ваньюэ. И когда увидел ее рядом с каким-то красавчиком, внутри у него все закипело от ревности. Но ради имиджа в глазах девушки он сдержался. Теперь же настал момент расставить точки.
— Да так, никто, — с ноткой торжества бросила Бай Ваньюэ.
«Ха. Привел с собой какую-то девицу, переманил моих мастеров... – ...думала она. – ...Лу Чэнь, твоя тактика „ближе-дальше“ раскушена и растоптана в прах!»
Но Ба не унимался:
— Ну что ты, Юэ-эр, представь нас. Твой названый брат хочет знать, кто тебя окружает.
Бай Ваньюэ пришлось нехотя пояснить:
— Это... наследник Корпорации Лу, Лу Чэнь.
Услышав это, Ба помрачнел, и его голос наполнился ядом:
— А-а, так это тот самый бездельник, что ошивается вокруг моей Юэ-эр? Балованный сынок. С виду вроде при деньгах и положении, а по сути – невоспитанный гопник с тугим кошельком. Не думай, что деньги решают все. Есть вещи, которые за них не купишь. Например, первое место в этом конкурсе. И уж тем более – сердце Юэ-эр.
Ба ухмыльнулся, и на его лице отчетливо читалось слово «ничтожество».
Однако Лу Чэнь даже не рассердился. Он наконец-то понял, кого ему напоминает этот тип.
— О? Так ты – Ба? — Лу Чэнь поднял большой палец. — Знаю тебя. Твоя слава в интернете просто гремит!
Ба тут же раздулся от важности:
— Надо же, даже такой неуч, как ты, слышал мое имя?
Лу Чэнь мигом выхватил телефон и запустил видео.
— Твой «хит», сделавший тебя знаменитым на всю страну... Как же его не знать?
Ба с презрительной миной, но сгорая от любопытства, придвинулся к экрану.
На видео человек, как две капли воды похожий на него, с татуировкой «третьего глаза» на лбу, сидел на корточках возле выгребной ямы. В следующую секунду герой ролика заорал:
— Сегодня я, старина Ба, покажу вам, как надо есть дериьмо!
— Олигэй! До дна, братья!
После чего он зачерпнул рукой нечто коричневое и запихнул себе в рот.
— Кхэ-э-э! — Раздался звук рвотного позыва.
Ба сначала остолбенел. Затем его лицо стало цветом как подмороженный баклажан – то синим, то фиолетовым. Его буквально колотило от ярости...

Комментарии

Загрузка...