Когда радостный шум сменяется одиночеством, когда слёзы на глазах вытесняются безмолвным упорством, человеческое сердце, еще не до конца отрекшееся от смертной природы, все равно тоскует по сиянию и радости человечности. Тот, кто ищет знания и совершенство, в конце концов в потоке бесконечных знаний и навязчивого изменения самого себя смывает большую часть эмоций и желаний... Но, возможно, и нет?
И Хао открыл глаза в кромешной тьме. Своими глубокими серо-черными глазами — настолько темными, что при беглом взгляде их можно было принять за чисто черные, — он растерянно оглядел всё вокруг.
Вокруг буйно разрослись деревья и зеленела трава, а если прислушаться, можно было даже услышать доносившееся неподалеку журчание ручья.
Но было в этом нечто странное: окружающие деревья казались чересчур пышными и толстыми. Впрочем, дело было вовсе не в годах, оставивших на них печать времени, — казалось, будто в них вбухали несколько тонн волшебного удобрения, после чего они стремительно вымахали до таких размеров.
И Хао с трудом приподнял отяжелевшее тело и принялся внимательно осматриваться. Живя прежде в северном районе города, он редко видел подобные пейзажи, и даже его острого ума не хватило — какое-то время мозг просто зависал.
И Хао оглядел свою одежду, затем перевел взгляд на окружающие виды и, взвесив свои шансы, подумал про себя:
— Я же помню, что, вернувшись домой, изрядно устал и сразу лег спать, даже не раздевшись. Но я не думаю, что совершенно обычного человека могут дома во сне похитить и увезти куда-то в другое место. Всякие внезапные форс-мажоры вроде реалити-шоу или розыгрышей — вообще бред сумасшедшего. Кому нужен такой скучный и одинокий человек, как я? Неужели из-за этой моей заурядной внешности?
Тщательно все обдумав и опираясь на богатый «опыт» из прочитанных им ранее романов и произведений поп-культуры, И Хао пришел к выводу, шедшему вразрез со всеми его прежним мировоззрением. Вывод был дико абсурдным, но при этом идеально описывал его текущее положение.
Дул легкий ветерок, шелестели листья.
И Хао легко постучал себя по руке, слабо улыбнулся и, казалось бы, с абсолютным спокойствием произвел вслух:
— Похоже, я без сомнений попал в другой мир.
***
— Что за черт? Пусть моя жизнь и была скучной, но у меня же оставались бесконечные книги, скрашивающие одиночество! Закидывать меня вот так напрямую в совершенно неизведанный мир — не слишком ли жестокая шутка? — с легкой паникой подумал И Хао.
Если бы этот мир был мангой, сейчас над головой И Хао можно было бы разглядеть пролетающую мультяшную ворону и несколько черных полос.
И Хао глубоко вздохнул, впуская в грудь прохладный воздух, немного подождал и успокоил мысли и тело.
— Раз уж пришел — обустраивайся. Раз уж занесло сюда, если сейчас же не взять себя в руки, то дальше меня ждет вовсе не чудесное путешествие по иным мирам, а предсмертная агония бедняги, перешедшего черту между жизнью и смертью. Раз здесь журчит вода, пойду-ка я вдоль ручья вниз по течению. Если в этом мире существует человеческая цивилизация, я должен на нее наткнуться.
Следуя намеченному плану, И Хао осторожно озирался по сторонам и одновременно двигался к реке.
Если бы не текущая чрезвычайная ситуация, при своем прежнем характере И Хао обязательно остановился бы, чтобы полюбоваться столь прекрасным природным пейзажем.
Но сейчас, охваченный страхом перед неизвестностью, он мог лишь сохранять хладнокровие и действовать быстро, чтобы выжить в нынешнем кризисе. Только найдя способ долго и стабильно существовать в этом незнакомом мире, он сможет думать обо всем остальном.
Сначала — выживание, остальное пока можно отбросить в сторону. Слава, идеалы, достоинство — все это кажется смешным перед лицом первобытного страха по имени смерть. Будь ты при жизни хоть могуществен, как бог, жесток, как демон, или прекрасен, как бессмертный, в час кончины ты безмолвно затихнешь, словно тростник, перед глазами померкнет свет, и наступит бесконечное погружение во тьму, где уже не останется ни малейшей связи с миром.
***
У реки было тихо, но на душе у И Хао не было никакого покоя. По сравнению с безмягкой обстановкой, мысли в его голове напоминали не управляемый никем симфонический оркестр — звуки сливались в хаотичный и сложный галдеж.
— Как мне выжить в этом мире? Заниматься выживанием в дикой природе? Я же лишь пару раз бегло пролистывал книги по бушкрафту, у меня нет никаких навыков, чтобы вот так с ходу устраивать себе дикое выживание!
— К тому же, даже если бы я запомнил все знания из книг, они же никогда не применялись на практике! Как их вообще можно брать и сразу использовать?!
— Есть ли в этом мире люди? Существуют ли разумные существа, с которыми можно общаться? И если да, то каков уровень развития их цивилизации?
— Если языки окажутся разными, совпадет ли у нас язык жестов?
***
И Хао шел уже довольно долго. У него даже заболели ноги, а мысли успели эволюционировать от развития человеческой цивилизации до того, как с помощью языка жестов и телепатии общаться с инопланетянами — но никаких следов цивилизации все еще не наблюдалось.
— Быть может, цивилизация в этом мире все-таки есть, просто уровень развития низкий, или я забрел в глушь, где не ступала нога человека? — мысленно подбадривал себя И Хао.
***
Хотя у него и была привычка заниматься спортом, столь долгий кросс по пересеченной местности И Хао совершал впервые. Сумей он вернуться назад, он бы обязательно пересмотрел документалки Беара Гриллза и перечитал книги по выживанию раз сто, но сейчас ему оставалось лишь уповать на милосердие судьбы.
Солнце клонилось к закату. И Хао казалось, что он шагает уже несколько часов; конечности онемели, ходьба превратилась в чисто механический процесс, а на горизонте по-прежнему не было видно ни намека на знакомые человеческие поселения.
Пожалуй, единственным улучшением ситуации было то, что из-за долгого перехода мозг И Хао наконец-то утих.
Человеку ведь нужно находить повод для радости даже в страданиях, не так ли? К счастью, И Хао как раз относился к числу тех, кто привык находить утешение посреди тягот. Ну, или его можно было назвать человеком, скованным оковами цивилизации.
***
И Хао уже начал сомневаться, существуют ли в этом мире вообще человеческие селения. Не ровен час, придется шаг за шагом постигать премудрости выживания в дикой природе, меняться, приспосабливаться к этому одинокому миру и изо всех сил стараться превратиться из «цивилизованного человека» эпохи прогресса в самого настоящего дикаря.
— А может, это и к лучшему? Раз уж небеса закинули меня в этот мир, раз изменить положение дел и саму реальность нельзя, остается лишь принять ее. Спокойно принять этот «дар» от жизни. — И Хао успешно постиг истинный смысл философии «лечь на дно и ничего не делать».
Однако судьба, судя по всему, вовсе не желала позволять только что заброшенному сюда парню так просто плыть по течению. Как только И Хао твердо решил заняться сбором припасов и начать обустройство базы, ситуация круто изменилась.
Судьба — та еще стерва: стоит тебе решить, что все будет именно так, как есть, она выдает совершенно неожиданный сюжетный поворот, от которого челюсть отвисает до пола. Этот раз не стал исключением.
В поле зрения И Хао предстал знакомый и в то же время чужой пейзаж. Перед ним раскинулась деревня с постройками в древнем китайском стиле! Если судить в целом — да это же самая настоящая китайская древняя деревня, как раз такая, какая и рисовалась в его воображении!
Сердце И Хао заколотилось от волнения, точь-в-точь как у юноши, чье признание взаимно принято объектом симфонии. Он даже отчетливо услышал собственный бешеный пульс и почувствовал, как к голове прихлынула кровь.
Пусть сейчас он выглядел потрепанным и уставшим, словно вылезшая из воды собака, И Хао словно под воздействием атавизма издал невнятный возглас и на онемевших ногахприпустил к деревне.
Всегда рационального И Хао захлестнули неожиданная радость и почти чудесное совпадение. Что и говорить, одиночество и неизвестность по праву испокон веков остаются главными врагами человечества — мало кто способен смириться с изоляцией и страхом перед тем, что невозможно контролировать или предсказать.
Однако, приблизившись к деревне, И Хао снова немного замялся.
— Как быть с языковым барьером? Если мы не сможем объясниться, не сочтут ли меня за какого-нибудь урода и не прогонят ли? Архитектура-то знакомая, но будут ли люди внутри теми самыми людьми, к которым я привык? Даже если они люди, окажутся ли их привычки схожими с моими? Устроены ли они так же?
— Ладно, отбросим прежние вопросы — окажутся ли они дружелюбными? Примут ли чужака?
Шаги И Хао вдруг стали тяжелыми. Внезапно его охватил страх и тревога перед грядущей встречей с «деревенскими жителями» и собственным будущим.
Но разве можно вечно бежать от жизни? Тот, кто не идет вперед, достоин лишь увязнуть в грязи.
Глубоко вздохнув, И Хао вновь зашагал к деревне уверенной поступью. Он всегда твердо верил, что его способностей хватит на решение любых проблем, и этот раз, конечно же, не станет исключением. Таково одно из жизненных кредо И Хао — пусть чуточку безумное, пусть наивное, но у юноши есть свой стержень, и И Хао не был исключением.
Едва нога И Хао ступила на землю деревни... это был лишь маленький шаг для него — но гигантский шаг для всей этой истории. Его история только начиналась...

Комментарии

Загрузка...