[(Эксклюзив) Неприглядная правда об актёре второго плана господине Х из дорамы «Хваранджон». Черноволосый иностранец. Шокирующее разоблачение! (Weekly Star, репортёр Чан Мунги)]
— В годы учёбы в средней школе господин Х систематически издевался над сверстниками и, по имеющимся данным, сбежал за границу под предлогом получения образования.
— Также подтверждено, что он оформил иностранное гражданство с целью уклонения от воинской повинности.
— В настоящее время он сделал пластическую операцию и активно продвигается в качестве знаменитости...
— В прошлом жестокий школьный задира, чья повседневная жизнь состояла из насилия и вымогательств, он разительно отличается от своего нынешнего благородного экранного образа.
— Шокирует то, что, согласно заявлениям очевидцев, он избивал и обирал человека, который в данный момент снимается вместе с ним в одном проекте.
(Прикреплённое фото: Силуэт господина Х, задействованного на съёмках «Хваранджон»)
Статья Чан Мунги буквально пестрела провокационными формулировками: «черноволосый иностранец», «бегство за океан после школьного насилия», «смена гражданства ради откоса от армии». Каждая фраза била точно в цель, вызывая мгновенную ярость у любого гражданина страны.
Хоть я и говорил, что побеждает тот, кто бьёт первым, это походило скорее на превентивный ядерный удар. Разумеется, раздел комментариев тут же взорвался.
(Комментарии)
— Репортёр Чан Мунги сегодня снова под кайфом, лол.
— Мужик реально живёт на полную катушку и никого не боится. Даже завидно немного.
— О-о, обожаю этих мажоров с карточкой богатеньких родителей.
— Погодите, а разве это фото не из одиннадцатой серии «Хваранджон», со сцены церемонии посвящения в хвараны?
— Народ, фильтруйте базар, а то ещё засудят. Давайте без прямых имён.
— Так ведь черным по белому написано, что он иностранец! Разве на них распространяются наши законы о защите чести и достоинства?
— Если чужак — можно называть вещи своими именами. Это Хан Сонмён.
— О, а вот и первый смельчак нарисовался.
Теперь мне стало окончательно понятно, почему Чан Мунги просил меня полностью на него положиться. Этот парень и впрямь был некоронованным королём кликбейта во всей Корее.
И в этот самый момент, с лёгким опозданием, на новостных лентах замелькала встречная публикация.
[(Эксклюзив) Актёр-новичок господин Ч, утверждённый на роль в «Хваранджон», столкнулся с обвинениями в школьном насилии и связях с бандой карманников! (Редакционный отдел Entertainment All Times)]
— Господин Ч, выросший в крайне неблагополучных условиях...
— Связался с бандой карманников возле Сеульского вокзала, ступив на криминальную дорожку...
— Систематические издевательства господина Ч над одноклассниками вызывают серьёзные сомнения в его моральном облике.
(Прикреплённое фото: Силуэт господина Ч, снимающегося в дораме «Хваранджон»)
(Комментарии)
— А это ещё кто такой?
— Да что творится с этим вашим «Хваранджон»?
— Постойте, это не тот новичок, который играет Ким Попмина? Тот самый парень из публикации в соцсети Чон Юджин?
— Точно, вроде он.
— Они так здорово смотрелись в кадре с Юджин, я так ждала его появления в сериале...
— Банда карманников на Сеульском вокзале? Они что, до сих пор существуют?
Начиная с ресурса Entertainment All Times, новостные разделы о шоу-бизнесе стало стремительно затапливать грязью. Однако если разоблачение Хан Сонмёна вышло лишь в Weekly Star, то против Токпэ выкатили материалы сразу двадцать различных изданий.
«Один против двадцати».
И тем не менее, эффект от статьи Weekly Star начисто перечеркнул все двадцать заказных пасквилей. Достаточно было взглянуть на счётчик комментариев: две тысячи триста пятьдесят три против ста семнадцати. Количество откликов под нашей статьёй в десятки раз превышало общий суммарный показатель конкурентов.
Вдобавок на руку Токпэ играло то обстоятельство, что он ещё толком не примелькался на телеэкранах, и широкая публика его почти не знала. С другой стороны, Хан Сонмён, будучи одним из великолепной четвёрки хваранов, приковывал к себе все взгляды.
Стоило противоборствующим статьям Weekly Star и Entertainment All Times разойтись по Сети, как взрывная волна немедленно докатилась до съёмочной площадки.
— Эй! Вы это видели?!
— Что вообще происходит?
— Живее, откройте сводки новостей шоу-бизнеса!
— Что?! Разве господин Х — это не Хан Сонмён?
— Куда подевался репортёр Чан?!
— Чего вы столбом стоите?! Свяжитесь сначала с Entertainment All Times! Потребуйте немедленно снять статью!
На площадке воцарилась сущая паника. Если завтрашняя тринадцатая серия выйдет в эфир на фоне подобного скандала, это может нанести сокрушительный удар по зрительским рейтингам.
И в этот хаос врезался зычный, командный голос со стороны режиссёрского монитора:
— Немедленно приведите сюда начальника Чона и начальника Яна! Живо!
Это была О Бокхи.
— Да, госпожа О, я здесь.
Отозвавшись, я быстрым шагом направился к ней.
По пути телефон завибрировал от входящего сообщения в мессенджере. Писал репортёр О Сонгук из Entertainment All Times. Бегло прочитав его клятвенные заверения в том, что он лично к этой статье не имеет ни малейшего отношения, я перевёл аппарат в беззвучный режим.
Когда я подошёл к монитору, Ян Сонтхэк подоспел практически одновременно со мной.
Глаза О Бокхи метали молнии. Она обрушила на нас шквал резких вопросов:
— Господин Чон. Вы ведь чуть раньше встречались с журналистом из Entertainment All Times, верно?
— Да, всё так.
— Вы сболтнули ему что-то лишнее?
Я недоуменно пожал плечами, изображая полнейшую невинность:
— С какой стати мне сливать грязь на собственного артиста? Я, напротив, всеми силами умолял его написать что-нибудь хорошее.
«Ну, разве что умолял при помощи кулаков, чтобы диалог протекал в предельно вежливом русле».
Именно поэтому О Сонгук только что в панике строчил мне сообщения:
[Репортёр О Сонгук: Начальник Чон! Я здесь совершенно ни при чём! Честное слово! Текст спустило прямо наше руководство! Пожалуйста, не поймите меня превратно!]
Я мог бы ткнуть этим сообщением прямо в лицо присутствующим, чтобы расставить все точки над «i», но воздержался. Впрочем, довод о том, что ни один адекватный агент не станет осознанно топить своего подопечного, сработал безотказно. О Бокхи понимающе кивнула:
— Логично. Если статья вышла в Entertainment All Times, они не стали бы по вашей наводке поливать грязью Токпэ.
Затем её ледяной взгляд метнулся к Ян Сонтхэку:
— В таком случае, этот материал слили вы, господин Ян? До меня в последнее время доходят слухи от стаффа, что Сонмён очень ревниво косится на Токпэ.
«Выходит, даже купаясь в лучах славы, Хан Сонмён почувствовал исходящую от Токпэ угрозу?»
Судя по всему, несмотря на статус восходящей звезды и всеобщие восторги, стоило Токпэ получить заслуженную похвалу на съёмках, как Хан Сонмёна захлестнула слепая зависть. Если вскроется, что он попытался ложно обвинить коллегу по площадке, его репутации наступит конец.
Картина сложилась воедино.
«Зависть напрочь лишила его рассудка».
Ян Сонтхэк замахал руками с видом глубоко оскорблённой невинности:
— Нет, что вы, исключено! Зачем Сонмёну опускаться до подобного? Он не из тех людей, кто станет поливать грязью товарищей по цеху!
— То есть вы оба утверждаете, что не имеете к этому отношения?
— Ни в коем разе!
О Бокхи задала ещё несколько уточняющих вопросов, после чего тяжело и протяжно вздохнула:
— Что ж, ладно. Но учтите: если позже выяснится, кто стоит за этой подлостью, я спрошу с виновного по всей строгости. Ясно вам?
— Так точно, госпожа О!
Мы с Ян Сонтхэком ответили в один голос. Я был абсолютно спокоен за своё имя: Чан Мунги славился железобетонной защитой своих конфиденциальных источников.
О Бокхи устало потерла виски и махнула рукой:
— Можете идти. И пусть ваши агентства немедленно займутся урегулированием кризиса. Если мы не погасим эту вспышку прямо сейчас, дораме конец.
— Всё сделаем.
Я слегка поклонился и отошёл от мониторов.
Едва мы оказались вне зоны слышимости, Ян Сонтхэк процедил сквозь зубы:
— Слышь, начальник Чон... Ту статью, где размазали Сонмёна — ведь это ты слил, да?
— О чём вы вообще? Всей съёмочной группе прекрасно известно, с чьей подачи появился заказной выпад против Токпэ.
— Бляха, хватит нести чушь! Я русским языком сказал: мы знать ничего об этом не знаем!
Я просто проигнорировал Ян Сонтхэка и зашагал дальше. Битва уже перешла в открытую фазу, и тратить время на пустые пререкания не имело смысла.
Тут мой телефон снова завибрировал. Мелькнула мысль, что это обновление в Everyday, и я взглянул на дисплей. Однако входящий вызов поступал с засекреченного номера.
[Номер скрыт]
Обычно я не отвечал на подобные звонки, но на сей раз интуиция подсказала нажать кнопку приёма. Из динамика донёсся сухой, властный мужской голос:
— Ты вообще понимаешь, что творишь?
В ледяном тоне сквозила неприкрытая угроза. Звонившему на слух было под пятьдесят. В текущей ситуации набрать меня с таким апломбом мог лишь один человек.
— Вы господин Хан Джичхоль, отец Хан Сонмёна?
— Надо же, догадался.
— В сложившихся обстоятельствах только вы могли позвонить мне и брызгать слюной.
— Соображаешь быстро. Ладно, перейдём к делу. Как ты намерен всё это замять?
«Значит, попытались напасть первыми, жидко обделались, а теперь полезли на переговоры?»
Несмотря на суть предложения, в его словах звенел ультиматум.
— Я пальцем не шевелил.
— Брось ломать комедию, мне всё известно. Если к сегодняшней ночи скандал не будет похоронен, думаешь, я стану сидеть сложа руки? Сделай так, чтобы статья исчезла! Немедленно!
Он нагло требовал замять инцидент, словно по-прежнему диктовал условия с позиции силы.
«Прекрасно. Если ты выбрал такой тон, мы пойдём до победного конца».
— Тот, кому припекает хвост, пусть сам за собой и убирает. Я понятия не имею, о чём вы говорите.
Я методично отрицал свою причастность на случай, если разговор записывался на диктофон.
— Ах ты...
В этот момент телефон коротко звякнул.
Дзинь.
— Секунду.
Я отвёл трубку от уха и посмотрел на экран.
— Щенок, я с тобой разговариваю!.. — донёсся из динамика разъярённый рык Хан Джичхоля.
Не обращая на него внимания, я смахнул уведомление. Это была вторая статья от репортёра Ан Тхэбэка, прибывшего на площадку вместе с Чан Мунги.
[(Докопаться до конца! — Выпуск 1) Актёр господин Х из «Хваранджон» оказался школьным агрессором! (Weekly Star, репортёр Ан Тхэбэк)]
— Господин Ч, обвинённый сегодняшним утром в школьном насилии, на самом деле является жертвой банды малолетних хулиганов, которую возглавлял господин Х.
— С сегодняшнего дня редакция запускает специальную расследовательскую рубрику «Докопаться до конца!».
— Шокирующая правда о подмене ролей жертвы и агрессора. Выпуск второй выйдет в ближайшее время.
— Мы разыскиваем одноклассников и свидетелей тех событий для установления всех обстоятельств.
Бульдог Ан Тхэбэк дал старт своей легендарной серии материалов «Докопаться до конца!». До моего возвращения во времени именно эти статьи взвинтили продажи Weekly Star до небес.
В отличие от кричащих кликбейтных заголовков Чан Мунги, материалы Ан Тхэбэка всегда опирались на кропотливое расследование и живые интервью, что обеспечивало им безоговорочное доверие читателей. Не зря в медиасреде ходила поговорка, что несокрушимость Weekly Star держится на синергии мастера кликбейта Чан Мунги и приверженца сухих фактов Ан Тхэбэка.
Едва сдерживая победную усмешку, я вернулся к разговору с висевшим на линии Хан Джичхолем:
— Ах да, вы кое в чём заблуждаетесь. Это я сейчас проявляю к вам милосердие, а не вы ко мне. Поэтому, если вы явитесь сюда вместе со своим сыном и искренне принесёте глубочайшие извинения — вот тогда, быть может, я подумаю о том, чтобы пощадить вас.
Общество никогда не прощало знаменитостям школьного буллинга. Хан Джичхоль прекрасно это осознавал — именно поэтому он спрятал своего отпрыска за границей, оплатил пластические операции и сменил ему гражданство. Все многолетние труды пошли прахом, но признать поражение гордыня ему не позволяла. Такие люди привыкли затыкать любые дыры пачками денег.
Как и ожидалось, Хан Джичхоль сорвался на неприкрытую агрессию:
— Раз ты решил играть так — ладно. Готовься к последствиям!
Щёлк.
Связь оборвалась.
«Готовиться? Что ж, отлично. У меня тоже нет иного выхода. Если ты сам напросился — я доведу это дело до логического финала».
В этот миг из дальнего угла площадки ко мне взволнованно подбежали Токпэ, Юджин и глава команды Ён Сохи. По их потрясённым лицам читалось, что они уже успели ознакомиться с новостной лентой.
Однако я встретил их абсолютно спокойной улыбкой. Как бы тяжело ни складывались обстоятельства, уверенность агента всегда передаётся его артистам.
— Оппа, ты видел статьи?
— Хён... там в новостях...
Я невозмутимо ответил:
— Не переживайте. Всё уже почти закончилось.
Юджин в замешательстве склонила голову:
— Почти закончилось? Но ведь их статьи заполонили весь топ. Восемь из десяти главных материалов — от их изданий.
— Верно. Но наши статьи держат первое и второе места во всём разделе развлечений. А по числу комментариев мы их просто раздавили. Weekly Star намеренно не штампует тексты десятками, они бьют редко, но наотмашь.
Юджин с облегчением выдохнула. Затем, словно её осенила идея, звонко хлопнула в ладоши:
— Оппа, может, мне выложить пост в соцсети со словами поддержки Токпэ? И ещё...
У страницы Юджин было свыше пятисот тысяч подписчиков, её влияние в медиапространстве сложно было переоценить. Но, как предупреждал Everyday, подобные шаги несли в себе колоссальный риск.
— Нет, ни в коем случае. У фан-клуба Хан Сонмёна больше трёхсот тысяч фанатов, и они сейчас крайне агрессивны. Ничего не публикуй. Иначе его разъярённая толпа сметёт твои комментарии.
Учитывая, с кем мы вели войну, и Юджин, и другим артистам Отдела Чон следовало держаться от конфликта как можно дальше.
Юджин недовольно надула щёчки:
— У-у... хорошо. Но если тебе хоть что-то понадобится, обязательно скажи мне!
Она не могла спокойно наблюдать за тем, как травят Токпэ, и всем сердцем рвалась помочь.
— Договорились.
Я кивнул и снова открыл расписание Everyday. Однако тревожная запись напротив имени Юджин никуда не делась.
[Everyday V12.2]
[Дата: 4 марта 2021 года]
— 07:00 [NEW. Чон Юджин]
Entertainment All Times: «Популярная звезда Чон Юджин замешана в защите школьного задиры». (Заметка о встрече: Рейтинг 15-й серии «Хваранджон» рухнул с 26% до 21%. «Королева Чонхи» обогнала в зрительских рейтингах. MBS требует исключения Чхве Токпэ. Чон Юджин приказано отозвать своё заявление в поддержку.)
Война уже гремела вовсю, но пророчество будущего упорно стояло на месте. Это свидетельствовало лишь об одном: мы проиграем битву за общественное мнение, а на Токпэ навесят клеймо жестокого школьного агрессора.
В таком случае у меня не оставалось иного выбора, кроме как пустить в ход свой абсолютный козырь. Я немедленно набрал номер Ли Сучхана.
Наступило утро следующего дня, семь часов.
На протяжении всей ночи журналисты из пула Entertainment All Times, Ace Entertainment и юрфирмы HANS безостановочно обновляли тексты, заменяя малочитаемые статьи чуть перефразированными новыми версиями.
В ответ на эту атаку пиар-служба Hoop Entertainment развернула экстренную контрдеятельность. Даже президент Кан Гамчхан, спозаранку прибывший в офис ради подготовки к собранию акционеров, лично обзванивал руководство ведущих СМИ. Противостояние переросло в полномасштабную войну на истощение.
Ближе к рассвету, в точности как и угрожал Хан Джичхоль, в интернет-сообществах и соцсетях началась скоординированная травля.
[@tong01]
— Офигеть. Наконец-то про него написали правду! Сколько же народу натерпелось от этого Токпэ. Полшколы ходило под ним и теми бандитами из трущоб с дешёвыми комнатушками.
[@yanado]
— Токпэ ещё сопляком был сущим монстром. Даже старшаки со второго и третьего годов боялись к нему лезть. Все знали, что за ним стоят криминальные элементы.
[@nalnal00]
— Я знаю, как всё было на самом деле! Сонмён никуда не сбегал! Он с детства мечтал покорить Голливуд, поэтому и уехал учить английский язык за границу. Этот репортёришка просто сводит с ним счёты!
...
Десятки аккаунтов, называвших себя школьными приятелями Хан Сонмёна, строчили однотипные посты, которые моментально разлетались по крупным пабликам. Когда я показал эти ники Токпэ, тот лишь горько подтвердил, что все эти люди входили в банду самого Сонмёна.
Но поскольку у Токпэ в те годы практически не было друзей, заступиться за него в виртуальном пространстве оказалось некому. Сестра Франческа, знавшая подлинную правду лучше кого бы то ни было, уже ушла из жизни, и свидетельствовать в его пользу казалось некому. В результате общественное мнение, поначалу склонившееся на нашу сторону, застыло в крайне хрупком равновесии.
Тем временем съёмочную площадку «Хваранджон» плотным кольцом осадили репортёры светской хроники.
— Начальник Чон! Дайте краткий комментарий!
— Вы не можете вечно прятаться! Объяснитесь перед прессой!
Слушая доносившиеся с улицы возмущённые крики, О Бокхи тяжело вздохнула:
— Ох... голова раскалывается. Ындон, выйди и разгони этих стервятников.
Кым Ындон тоже помрачнел:
— Потерпите немного. Служба безопасности уже спускается к главному входу.
Окончательно измотанная О Бокхи повернулась ко мне:
— Господин Чон. Вы уверены, что сумеете переломить ситуацию?
Руководству телеканала MBS уже было доподлинно известно, что истинным виновником насилия являлся Хан Сонмён. Кан Гамчхан при содействии начальника разведки Чон Сухёка собрал неопровержимые улики и лично передал их президенту MBS.
Тем не менее, сегодняшним утром канал официально дал понять, что предпочёл бы замять инцидент без публичных скандалов. Персонаж Тхэчхон-ран в исполнении Хан Сонмёна успел завоевать огромную любовь аудитории, и вырезать его из эфира казалось катастрофой. Проще говоря, если мы прямо сейчас не склоним общественное мнение в свою пользу раз и навсегда, козлом отпущения сделают Токпэ — его просто вышвырнут из проекта.
И всё же О Бокхи, лично отвечавшая за съёмочный процесс, душой была на стороне невинно пострадавшего. В конце концов, она ухватилась за моё обещание как за соломинку:
— Я переверну всё с ног на голову. Но учтите: после этого Хан Сонмён вряд ли сможет остаться в проекте. Вас это устроит? — спросил я.
— Так или иначе, одному из них придётся уйти. Руководству канала наверняка понравится быстрое и чёткое завершение скандала. И... говоря откровенно, я всей душой хочу, чтобы победу одержали именно вы.
— Понял вас.
Когда я, поклонившись, уже развернулся к выходу, О Бокхи бросила мне в спину:
— Победите. Если сделаете это — я выполню любую вашу просьбу.
Я уверенно улыбнулся и зашагал в сторону зоны ожидания нашего агентства. Рядом с Токпэ стоял Хануль, которого ранним утром аккуратно и празднично одели перед долгой дорогой в Кёнджу.
По правде говоря, мне до последнего не хотелось выставлять маленького Хануля перед прицелами объективов. Но прошлым вечером он сам позвонил мне и сквозь слёзы твердил, что обязан сказать журналистам нечто очень важное. Мне ничего не оставалось, кроме как поручить главе команды Нам Пангю привезти мальчика сюда.
Токпэ, мучимый теми же сомнениями, что и я, с тревогой посмотрел на младшего брата:
— Хануль-а... тебе вовсе не обязательно выходить к журналистам ради меня.
Хануль мотнул головой и широко, открыто улыбнулся:
— Нет, хён! Ты всегда защищал меня. Теперь настала моя очередь защитить тебя!
Несмотря на юный возраст, в глазах мальчика читалась несгибаемая решимость. Затем он поднял ясный взгляд на меня:
— Дяденька Юнхо. Я готов.
— Ох... Ну хорошо. Пойдём? Готов встать горой за Токпэ?
— Да!
Хануль крепко ухватился за мою ладонь. А второй ручонкой потянулся и сжал руку старшего брата.
— Пошли, хён!
— Угу...
Плотно сжав губы, маленький Хануль повёл нас обоих за собой на улицу.
Завидев нас, гудящая толпа журналистов моментально вскинула камеры.
— Они выходят!
И ровно в этот миг позади шеренги репортёров на парковку с визгом покрышек влетел вместительный микроавтобус. Мой решающий козырь наконец-то прибыл на поле боя.
«Идеальный расчёт по времени!»
Настройки чтения
Размер
18
Шрифт
Выравнивание
Тема
Интервал
1.7
Ширина
Оригинал текста
Отметки прогресса
Агент по подбору талантов для новичков знает все (Новелла) — Главы
Список глав загрузится при открытии.
Комментарии
Войдите, чтобы оставить комментарий.