Каждая модель мечтала пройтись по подиуму на показе Louis' Batton — вершины среди люксовых брендов. Ведь одно лишь появление на этой сцене меняло отношение к человеку. А если удавалось пробиться на один из крупных мировых показов дома, перед моделью открывалось будущее, о котором можно было только грезить: перелёты на частных самолётах, проходки по подиумам Нью-Йорка, Парижа и Лондона — жизнь настоящей звезды моды.
Поэтому девушки, естественно, ловили каждый взгляд Райана Кима, исполнительного директора бренда по Азии. Именно за ним оставалось последнее слово в отборе участниц. Вот почему я собирался воспользоваться его влиянием, чтобы уладить переполох из-за пропавшего украшения Чан Соён.
Но сперва нужно было успокоить разъярённого Райана Кима.
— Пожалуйста, сохраняйте спокойствие, — сказал я.
— Да как мне тут сохранять спокойствие?! Главный аксессуар пропал! Как мы вообще проведём сегодняшний показ? Госпожа вице-председатель из Daechon лично просила меня приглядеть за вами, господин Чон, но это... На такое я глаза закрыть не могу!
Даже при поддержке вице-председателя Daechon Inc. Ким Эрён, оформившей предзаказ на сотни миллиардов вон, потеря украшения стоимостью в миллиард стала бы сокрушительным ударом. Но если удастся его отыскать, мы сможем сделать вид, будто ничего не произошло.
Я шагнул ближе и спокойно прошептал:
— Я найду серьги до начала показа. Но мне понадобится ваша помощь, господин Ким.
Уловив серьёзность в моём тоне, Райан Ким изменился в лице и прошептал в ответ:
— Вы... знаете, где серьги?
— Да.
— Тогда почему бы вам просто не пойти и не забрать их?
— Всё, что я знаю наверняка, — они всё ещё где-то в этой гримёрной.
Глаза Райана Кима расширились.
— Вы шутите?
— Нисколько. Butterfly не потеряли. Их украли.
— Украли? Вы хотите сказать, кто-то из моделей покусился на главное украшение?
— Да.
— Кто?..
— Ну...
Я наклонился ближе и вкратце объяснил: хоть Чан Соён и не вставала со своего места, к ней подходили поздороваться несколько старших моделей. Единственными, кто мог за этим стоять, были Хон Хёнджу, вторая дочь владельца HK Textiles, а также топ-модели Пан Хёнхи и Сон Химин.
Хотя Райан Ким отвечал в Louis' Batton в основном за продажи, за год он организовывал свыше тридцати больших и малых показов, так что всё понял с полуслова.
— Верно, кроме этих троих, никто бы на такое не решился. Но вы уверены, что госпожа Чан Соён никуда не отходила? Это не могло быть её ошибкой?
— Исключено. Единственным человеком, который сегодня выходил из этой комнаты, была Чхве Хисон, секретарь исполняющей обязанности президента Чин Арам.
— Ох... Косвенные улики подтверждают вашу версию, господин Чон. Но что, если мы всё обыщем и ничего не найдём? Тогда как?
Доверие Райана Кима не было бесплатным. Он хотел получить что-то взамен.
— Чего вы хотите?
Почуяв возможность, Райан Ким выдвинул условие:
— Кхм. Госпожа Чан Соён, безусловно, прекрасная модель. Но наш вице-президент между делом поинтересовался, что я думаю о том, чтобы сделать лицом Louis' Batton госпожу Чон Юджин.
Вчера вечером дорама «Хваранджон», в которой Юджин играла главную роль, набрала 33,5% зрительского рейтинга и возглавила свой таймслот. А её основной бренд, L.M.L, сейчас переживал взрывной рост. Неудивительно, что они горели желанием заполучить Юджин в качестве главной модели.
— Юджин уже является лицом другого бренда. Если таково ваше условие, я найду серьги сам, без вашей помощи.
Райан Ким схватил меня за руку.
— Ладно, ладно, договорились. Сделаем так: просто позвольте нам сделать ей предложение. С неустойкой перед L.M.L мы разберёмся сами. Идёт?
Не могло быть и речи о том, чтобы Юджин расторгла контракт с L.M.L — брендом, который поддерживал её с самого начала. В Louis' Batton могли делать ей сколько угодно предложений, исход от этого не изменился бы. Понятия не имею, откуда у него взялась такая уверенность.
Поскольку мы с Райаном Кимом шептались уже слишком долго, модели начали переговариваться между собой. Заметив их взгляды, я решил, что пора поскорее закругляться.
— Даже если бы я попытался, я не стал бы мешать Юджин, захоти она выслушать вас. Но сейчас мне нужно ваше полное содействие, чтобы поймать виновную. Я буду действовать довольно жёстко. Сможете меня поддержать?
— Разумеется. Но, как мы и договорились, вы не станете вмешиваться, когда я заговорю с госпожой Юджин. Верно?
— Верно.
Обменявшись ещё парой фраз с Райаном Кимом, я окинул комнату взглядом. Хон Хёнджу, Пан Хёнхи и Сон Химин ухмылялись, глядя на выражение моего лица. Они явно были уверены, что я загнан в угол. Остальные модели выглядели немногим лучше — на их лицах читалось такое же самодовольство.
— Теперь, когда Райан на неё взъелся, с Чан Соён покончено, да?
— Очевидно же. Какая-то выскочка решила занять наше место? Смешно.
— Ой, точно. Слышали? Отчим этой девчонки — тот самый детектив, которого на днях арестовали.
— И она всё равно пытается заботиться о своих сводных братьях и сестре. Вот же тряпка.
— Не знаю. Лишь бы больше никогда её не видеть.
Уж не знаю, что с ними со всеми было не так, но благодаря этим репликам у меня пропало всякое желание церемониться. Если Хон Хёнджу, Пан Хёнхи и Сон Химин были зачинщицами, то остальные модели выступили соучастницами. А значит, пришло время ответить за содеянное.
Я глубоко вдохнул, а затем нарочито громко заговорил, затевая ссору с Райаном Кимом:
— Повторяю вам ещё раз: его не потеряли, его украли!
В ту же секунду по гримёрной прокатился взволнованный шёпот. Раз речь шла о краже, под подозрением оказывался каждый присутствующий.
Райан Ким, как и обещал, подыграл мне и включился в перепалку:
— Потеряли украшение и теперь называете это кражей? Вы серьёзно пытаетесь так оправдаться?!
— Соён ни на шаг не выходила из гримёрной! Значит, его явно кто-то забрал. И если вы подадите иск на пятьдесят миллиардов вон, мы предадим огласке всё, что сегодня здесь произошло!
— Послушайте, начальник Чон. Пятьдесят миллиардов — это ещё по-божески. Если сегодняшний показ сорвётся, вы хоть представляете, какой ущерб понесёт Louis' Batton?!
— В таком случае Louis' Batton стоило нанять больше персонала для охраны комнаты!
— Ха, невероятно. Вы что, теперь нас во всём вините?!
— Когда нам грозят иском на пятьдесят миллиардов, думаете, меня это волнует? Знаете что — к чёрту всё! Давайте прямо сейчас вызовем полицию и пусть обыщут каждого!
— Прекрасно! Так и сделаем! И учтите: если ничего не найдут, мы дадим иску ход!
Стоило нам начать тыкать друг в друга пальцами и кричать, как воздух в гримёрной сгустился. Простая травля между моделями в одночасье превратилась в уголовное дело.
— Что нам делать?
— Чёрт... Пятьдесят миллиардов вон? Если серьги не найдут, нам тоже достанется?
— Наверное. И начальник Чон, и Райан Ким выглядят так, будто сейчас сорвутся с катушек.
— Блядь. Может, нам во всём признаться? Скажем, что это Хон Хёнджу нас заставила?
— Сонбэ Пан и сонбэ Сон тоже в деле. Надо назвать всех троих.
Когда ситуация приняла столь неожиданный оборот, ропот среди моделей усилился.
Тогда Хон Хёнджу, до этого наблюдавшая за происходящим со скрещёнными на груди руками, стиснула челюсти и наконец подала голос:
— Соён... она всё-таки отходила со своего места.
Все взгляды тут же обратились на Хон Хёнджу.
Ловя момент, я рявкнул:
— И вы это видели?!
— Д-да!
«Попалась».
— И видели ведь не только вы, верно?
В тот же миг в разговор встряли Пан Хёнхи и Сон Химин:
— Мы тоже видели.
— Да. Соён отлучалась ненадолго.
«Идиотки. Вот вам и конец».
Я немедленно повернулся к Чхве Хисон, стоявшей рядом с Чин Арам:
— Госпожа Чхве, пусть в этой гримёрной нет камер наблюдения, но коридор ведь просматривается?
— Да, с обоих концов.
— Тогда с того момента, как Соён сняла серьги, кто-нибудь ещё выходил сегодня из этой комнаты?
— Э-э, нет. Кроме меня — никто.
— А значит, серьги всё ещё должны находиться здесь, верно?
— Похоже на то... Не могли же они отрастить крылья и улететь.
Услышав это, я отвернулся от Хон Хёнджу и обвёл взглядом остальных моделей:
— Кроме госпожи Хон Хёнджу, госпожи Пан Хёнхи и госпожи Сон Химин — кто-нибудь ещё видел, чтобы Соён покидала своё место?
Все отвели глаза.
Заметив это, загнанная в угол Пан Хёнхи вдруг взвизгнула:
— Что за хрень? Вы нам угрожаете, что ли?!
— Если простой вопрос звучит для вас как угроза, это прискорбно. Или мне прямо сейчас позвонить в полицию? Госпожа Пан Хёнхи, как насчёт проверки на детекторе лжи? Соён утверждает, что не вставала с места, так что прибор неизбежно поймает на лжи кого-то из вас.
— Н-ну, это...
— Не бросайтесь словами, за которые не сможете ответить, если не хотите загреметь под суд за ложное обвинение!
Я намеренно напустил на себя ещё больше гнева, нагнетая страх. Они толпой травили мою подопечную, и у меня не было ни малейшей причины сдерживаться.
В этот миг я встретился глазами с Райаном Кимом. Едва я кивнул ему, он вступил в игру:
— О, и послушайте меня все. Если вы, девчонки, просто решили устроить новичку дурацкий розыгрыш, самое время заговорить. Я буду в бешенстве, но не стану принимать дисциплинарных мер. Но если мы вызовем полицию и серьги найдутся здесь? Тогда я буду считать соучастницей каждую из вас. И в таком случае... даже не мечтайте ещё хоть раз выйти на подиум Louis' Batton.
По рядам моделей прокатилась волна паники. Они всего лишь хотели «поставить на место» новенькую, а в итоге их собственные карьеры повисли на волоске.
Когда шум усилился, одна из моделей, сидевшая позади Чан Соён, вдруг подняла руку:
— Я-я сидела прямо за госпожой Чан Соён и ни разу не видела, чтобы она вставала. Ни единого раза!
Стоило одной заговорить, как за ней потянулись остальные:
— Я-я тоже! Соён никуда не отходила!
— Точно. А до этого Хон Хёнджу, сонбэ Пан и сонбэ Сон говорили, что собираются преподать Соён урок.
От этих слов Хон Хёнджу взорвалась:
— Что?! Вы теперь хотите выставить виновными нас?! Вы что, видели, как мы их крали?! Видели?!
— Нет, не видели. Но после всего случившегося естественно подозревать именно вас!
— Вот именно! Если вы ничего не замышляли, зачем велели нам пойти поприветствовать Чан Соён? Разве не затем, чтобы украсть серьги, пока она отвлечётся?!
— Да! Это всё вы подстроили!
Когда в воздухе запахло полицией, судами и штрафом в пятьдесят миллиардов вон, остальные модели мгновенно перестали слушаться наследницу могущественного клана Хон Хёнджу.
И в ту же секунду Сон Химин предала подругу, выложив всё начистоту:
— Ладно, послушайте... Мы вовсе не собирались их красть по-настоящему! Хёнджу просто попросила ненадолго спрятать их ко мне в сумку, чтобы проучить новенькую. Вот и всё. Честно!
Сон Химин подбежала к своему месту и вытащила серьги, завёрнутые в белый носовой платок.
В тот же миг с лица Хон Хёнджу схлынула вся краска.
Сверкающая пара серёг вернулась к хозяйке, завёрнутая в белый платок.
Чан Соён молча взяла их и снова надела. Как только комплект Butterfly оказался на месте, её взгляд стал холодным как лёд.
— Я не стану говорить о мести. Но сегодняшнего дня я не забуду никогда.
К побледневшему лицу Чан Соён вернулся румянец, а во взгляде зажглась суровая решимость.
Когда главная модель наконец пришла в себя, Райан Ким негромко обратился к остальным:
— Как и обещал, мы сочтём это досадным недоразумением и закроем вопрос. Но ни одного из ваших имён я тоже не забуду.
Модели низко опустили головы. Немедленного наказания не последовало, но над их карьерами отныне нависла мрачная тень.
Райан Ким обвёл присутствующих ледяным взглядом и повернулся к Хон Хёнджу:
— А ты, Хон Хёнджу... Чтобы ноги твоей больше никогда не было на показах нашего бренда. Ни сегодня, ни впредь.
— Г-господин Ким... Это была просто шутка...
— Будь это шуткой, вы бы вернули серьги до репетиции. И я ясно сказал: если признаетесь, я всё спущу на тормозах. Но ты отпиралась до последнего. И что теперь?
От его громогласного голоса лицо Хон Хёнджу залилось краской. Тем не менее вторая дочь главы HK Textiles высоко подняла голову и огрызнулась, вместо того чтобы отступить:
— Если вы так поведёте дела, отношения между вами и HK Textiles испортятся.
«Ничего себе. Вот уж кто совсем не знает своего места».
— О~ Вот как? — Райан Ким криво усмехнулся и достал телефон. — Привет, Луи? Это Райан. Да. Мы ведь всё ещё закупаем ткани у HK Textiles, верно?
— Да. Они крупнейший поставщик в Корее.
— Присмотритесь лучше к LM Apparel. Я слышал, у них ткани собственного производства отличного качества.
— А что случилось?
— Да так. HK Textiles пытались сорвать сегодняшний показ. Думаю, пришло время сменить партнёра.
— Понял. Ради тебя устрою. Прямо сейчас передам в отдел закупок.
— Спасибо.
Щёлк.
Райан Ким завершил вызов и уставился прямо на Хон Хёнджу:
— Передай своему драгоценному папочке, что контракт с HK Textiles разорван из-за тебя.
Хон Хёнджу в оцепенении рухнула на стул.
«Прощай, Хон Хёнджу. Надеюсь, ты усвоила, что жизнь — не игрушка».
Модный показ аксессуарного бренда Louis' Batton, [LVS.ACC], начался.
Под прозрачным акриловым подиумом россыпью лежали искусственные цветы, а распылители по бокам наполняли воздух нежным ароматом лилий.
В чёрном платье и жёлтом комплекте Butterfly Чан Соён ступила на подиум, двигаясь с уверенным достоинством.
Едва она появилась, по рядам зрителей с обеих сторон пронёсся шёпот:
— Ух ты, выглядит потрясающе.
— Она точно кореянка? Невероятная красавица.
— Вот это харизма.
— Butterfly смотрится куда круче, чем на пресс-фото.
VIP-гости ахали от восхищения. Тем временем руководители HK Textiles вытягивали шеи, высматривая среди моделей свою дочь:
— Где наша дочка... Почему она не выходит?
«К вашему глубокому сожалению, в ближайшее время вы её на подиуме не увидите».
Чан Соён завершила первый выход и удалилась за кулисы.
В этот момент сидевшая слева от меня Юджин повернулась с сияющей улыбкой:
— Оппа, я слышала, вчера вечером было по-настоящему опасно.
В платье настолько восхитительном, что даже бабочка могла бы принять её за цветок, Юджин лучезарно улыбалась.
«Она улыбается... Но почему от этого мурашки по коже?»
Слегка растерявшись, я натянул на лицо безмятежное выражение и ответил как ни в чём не бывало:
— А-а, ну... Не так уж и опасно. Но эй, разве Соён не прекрасна?
— Не переводи тему. Я всё узнала от онни Ёнсиль.
Как ни странно, это пугало меня куда сильнее вчерашней смертельной схватки на ножах. Меня даже затрясло слегка.
«Может, я просто простудился, пока дремал под дверью операционной?»
В этот миг к нам наклонился вице-президент Louis' Batton Лопес с обаятельной улыбкой на лице.
Стоявший позади Райан Ким перевёл его слова:
— Госпожа Чан действительно ослепительна... Но если бы этот аксессуар надела госпожа Чон, сцена засияла бы ещё ярче. Какая жалость.
Я ведь говорил ранее, что не стану мешать, если Louis' Batton захотят сделать Юджин предложение.
«Но надо же было выбрать такой момент? Прямо когда она за меня волнуется! Вот уж человек, у которого начисто отсутствует чувство времени».
Впрочем, мне это было только на руку.
«Покойтесь с миром, вице-президент Лопес».
Юджин повернулась к Лопесу:
— Простите, что вы только что сказали?
Решив, что Юджин заинтересовалась, Лопес тут же озвучил своё предложение:
— Я лишь имел в виду, что хотел бы видеть, как эта прекрасная бабочка обретёт свою истинную хозяйку. И раз уж на то пошло, я хотел бы подарить Butterfly именно вам. Что скажете?
Поскольку преподнести подарок стоимостью в миллиард вон было смелым шагом, на лице Лопеса так и светилась полная уверенность в успехе.
Но в следующее мгновение Юджин одарила его лучезарной улыбкой и начала отвечать так, как никто не мог ожидать.

Комментарии

Загрузка...