Переродившись, старушка Чжан порвала с роднёй и разбогатела — Глава 11 читать онлайн

Только теперь вся семья узнала, что на самом деле стряслось днём. Ошеломление от того, что родители выставили за дверь старшего брата с женушкой, мгновенно улетучилось — от новостей об аварии на сталелитейном заводе Чжао Сячжи с лица спала. Бросив стирку прямо в таз, она подбежала к Чжао Бинхэ и принялась судорожно ощупывать его плечи и руки, с дрожью в голосе допрашивая:

— Папа! Ты как?! Ничего не болит, нигде не задело?!

На душе у Чжао Бинхэ стало тепло — всё-таки дочка есть дочка, самая заботливая! Он послушно повернулся вокруг своей оси, давая ей осмотреть себя, и успокаивающе проговорил:

— Всё в порядке, дочка, всё в порядке! Какое счастье, что твоя мать прибежала за мной на завод. В самый момент взрыва меня как раз не было в цехе.

Убедившись, что на отце нет ни царапины, Чжао Сячжи наконец облегчённо перевела дух. Чжао Сюэи и Чжао Цючжи тоже выдохнули.

И только Чжао Цзиньчжун цеплялся совсем за другое:

— Мам, так ты утром в такой спешке на сталелитейный рванула?! Ты что, в больницу не ходила?!

Чжао Цзиньчжун аж заёрзал от досады:

— Мама, да если ты в больницу не собиралась, почему мне не сказала?! Ты не пошла — так я бы сходил! Мы оба не заявились, представляешь, что Минъюй и её родители о нас подумают?!

Чжан Гуйин цапнула стоявший под рукой табурет и со всей дури швырнула в него, гаркнув во весь голос:

— Щенок паршивый! Если бы я поперлась в больницу, твой отец бы уже в гробу остывал!

— ...

Грохот!

Табуретка врезалась в стену и со скрежетом разлетелась на щепки.

Чжао Цзиньчжун подскочил на два метра и мгновенно отшатнулся, онемев от ужаса: с такой силой швырнуть — мать же реально прибить его могла! Видя, что Чжан Гуйин в любой момент готова кинуться на него с кулаками, Цзиньчжун вжал голову в плечи и разом забыл про все свои претензии.

Однако, вспомнив крутой нрав Сун Минъюй, он понял, что оставаться дома для него — чистая гибель. Шмыгнув в комнату, Цзиньчжун натянул рубаху, схватил у порога велосипед и выскочил во двор:

— Я в больницу! Ужинать дома не буду!

Не успело эхо донести его слова, как он уже отчаянно крутил педали прочь от дома.

«Мерзавец проклятый! Мало я тебе утром тапками по морде съездила!» — подумала Чжан Гуйин.

Чжао Чэнсинь весь день пробыл в больнице на побегушках у заводского руководства, намаялся и проголодался как волк. Увидев, что еда на столе, он прошмыгнул в комнату, сгрёл паровую булочку-маньтоу, захватил палочками горсть стряпни и сунул в рот. Едва еда коснулась языка, он чуть не выплюнул её обратно, но, вспомнив, какой ценой достаются продукты, с трудом пропихнул комок в горло.

— Мам, ты что, продавца соли прибила?! — поморщился он. — Еда же солёная, аж челюсти сводит!

Чжан Ся смерила его свирепым взглядом:

— Это я готовила!

Чжао Чэнсинь оглядел блюдо. В большом тазу варганилось месиво из картошки, баклажанов и фасоли — и впрямь стряпня в стиле родной деревни его жёнушки. И он мигом прикусил язык.

Чжан Гуйин мучить себя не стала. Усадив Чжао Бинхэ за стол, она зачерпнула кусочек, отправила в рот и тут же с отвращением выплюнула:

— Отлично соль пожарила! Даже лёгкий вкус овощей пробивается!

— ...

«Ну и ядовитый у неё язык...» — пронеслось в голове у присутствующих.

Чжан Ся надулась:

— Мам, я же говорила, что стряпаю хуже тебя, а ты сама заставила!

— А если у матери еда вкуснее выходит, так мне до старости вам прислуживать?! — Чжан Гуйин с грохотом швырнула палочки на стол и принялась спускать с неё шкуру. — Какая девка из деревни готовить не умеет?! Ты перегадила блюдо — и у тебя ещё наглости хватает оправдываться?! Думаешь, я не вижу, что у тебя на уме?! Специально такую дрянь состряпала, рассчитывая, что мне добро станет жалко и я тебя больше к плите не подпущу! Тварь хитрожопая, все свои пакости против матери направляешь — что ж ты с чужими-то людьми такая разэдакая не была?!

Атмосфера в главной горнице мгновенно накалилась до предела. Братья и сёстры присели за стол и попробовали стряпню. Чжао Сячжи кое-как протолкнула кусок вместе с маньтоу и тут же залила в себя целую кружку воды. Чжао Цючжи понюхала и вообще прикасаться не стала. А Чжао Сюэи поступил точно так же, как мать: выплюнул стряпню и заорал:

— Мать моя рощица! Невестка, ты что, нарочно?!

Чжан Ся упёрлась и стояла на своём:

— Кто нарочно?! Рука дрогнула, вот соли и пересыпала!

— Ага, смотрю я, ты «случайно» постаралась! — отрезала Чжан Гуйин. Попускать ей мать не намеревалась: — Марш переделывать! Сколько продуктов перевела — завтра же компенсируешь мне из своего кармана! И пока еда не станет съедобной, за стол никто не сядет!

С этими словами она двинула огромный таз солёных овощей прямо под нос Чжао Чэнсиню и обоим внукам:

— А вот эту бадью ваша семейка обязана сожрать дочиста. Пока не доедите — к свежему блюду даже не прикоснётесь!

Дабао и Сяобао от ужаса завели громкий рёв.

Чжан Ся вспыхнула:

— Разве малым детям можно такое солёное?! Мама, Дабао и Сяобао — твои родные внуки! Как ты можешь так с ними поступать?!

— «У детей своя судьба, а у внуков — своя! Вымрут внучки от соли — бабке жить станет проще!» — зло отрезала Чжан Гуйин.

Чжан Ся чуть не подавилась воздухом от такой жестокости:

— Мама, у тебя характер просто невыносимый! Ты хоть капли сдержанности проявить не можешь?!

— Раз у тебя характер ангельский, так потихоньку и потерпишь!

— ...

Чжан Ся уже не могла сдерживать ярость:

— Мама, ты до того едкая да ядовитая! Не боишься, что окончательно нам душу растреплешь, а как постареешь да сляжешь — к тебе ни одна душа не подойдёт?!

«В прошлой жизни я не была едкой да ядовитой... И к чему это привело? Ничем хорошим не кончилось!»

Чжан Гуйин вспомнила хлёсткие фразочки из коротких видеороликов, что смотрела в прошлой жизни, и тут же применила их на практике:

— Малая болячка — подлечим, большая — сдохну.

— А если ухаживать за тобой некому будет?! — выкрикнула Чжан Ся.

— Что делать?! — усмехнулась Чжан Гуйин. — Отпразднуем с размахом, устроим пышные тризны да пышные похороны!

Упёртая, непробиваемая старуха доводила Чжан Ся до исступления.

Злобно сопя, она поплелась на кухню. На этот раз хитрить не дерзнула и честно приготовила жареные баклажаны да фасоль.

Чжан Гуйин зачерпнула ложку, попробовала. Соли в меру. Вкус особым изыском не отличался, но и дрянью не был. Однако удержаться от ядовитой шпильки она не смогла:

— От такой преснины во рту аж птицы дохнут! Я и то сочнее ругаюсь!

Чжан Ся сжала зубы. Ничего, она потерпит!

Зная, как свекровь жалеет детей, после обеда Чжан Ся намеренно, во всё горло, кликнула Чжао Чэнсиня мыть посуду. Тот не торопился, еле шевелился в надежде, что мать вызволит его из беды.

Но Чжан Гуйин видела его насквозь. Не долго думая, она отвесила сыну сочного пинка прямо по мягкому месту:

— Ты чего как черепаха копаешься? Уши заложило? Не слышишь, жена зовёт посуду мыть?!

Чжао Чэнсинь от неожиданности налетел на стол, больно ударившись грудью о край, и скривился от муки.

Тут уж у Чжан Ся сердце кровью облилось. Подскочив к мужу, она подпёрла его плечом и с гневом уставилась на Чжан Гуйин:

— Мама, вы зачем моего мужчину пинаете?! Он единственный кормилец в доме! А если вы его покалечите, что делать будем?!

— Ах ты, сучья морда! — рявкнула Чжан Гуйин, уперев руки в бока. — Твой мужик не слушается, я за тебя его уму-разуму учу! Вместо спасибо скалиться на меня вздумала?! Совсем страх потеряла, неблагодарная!

Снова разгромленная, Чжан Ся не нашлась, что ответить.

Вскипая от злости, она сгребла со стола грязные тарелки и ушла на кухню. Чжао Чэнсинь торопливо посеменил следом. Едва переступив порог, он аккуратно оттеснил жену от раковины:

— Не трогай, я сам всё вымою, сам!

Шустро оглянувшись и убедившись, что во дворе никого нет, он понизил голос:

— У нашей мамы на десять вёрст вокруг слава скандальной бабы! Ты с ней не сладишь, так что не бери в голову, не кипятись.

Чжан Ся с размаху швырнула тряпку на стол и прошипела:

— Какая ещё «скандальная»?! Да она самая настоящая хабалка! Во всём доме только твой отец её вздорный нрав выносит!

— Потише ты! — испуганно зажал ей рот Чжао Чэнсинь. — Мать сегодня старшего брата с невесткой из дома выставила! Ты что, тоже на улицу захотела? У них оба работают, где угодно пристроятся, а у нас случай другой! В семье четверо ртов, а зарабатываю я один. Нынче всё дорожает. Выгонят нас — за одну только аренду жилья придётся отваливать больше десяти рублей в месяц! А если мать по-настоящему разъярится да потребует старые долги вернуть, у тебя что, деньги есть?

Чжан Ся стиснула зубы и злобно смолкла.

Ничего, она потерпит!

Осталось подождать чуть больше года — Чжан Гуйин выйдет на пенсию. Вот тогда, когда Чжан Ся унаследует её место на хлопкопрядильной фабрике, она с этой старухой за всё сполна рассчитается!

Комментарии